ОБЩЕСТВО БЕЛОЙ РАСЫ: СВЯЩЕННЫЕ МЕСТА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ОБЩЕСТВО БЕЛОЙ РАСЫ: СВЯЩЕННЫЕ МЕСТА

Белая раса – остаточное малочисленное население, не подвергшееся воздействию бальзама Солнца, сохранившее изначальный генофонд и данные, накопленные человечеством. После великих катастроф эта раса продолжала заниматься вопросами улучшения своего генофонда. Белая – значит изначальная, божественная раса, на которую возложена ответственность за сохранение Человека и оказание другим народам помощи в восстановлении утраченного генофонда.

Воздействие бальзама Солнца на человека, растительный и животный мир вызвало массу больших и малых катастроф. В основном поражалась кровь, которая уже не способна распределять ауру. Люди приобрели несвойственную белой расе полярность аур. Чтобы не допустить смешанных браков, люди, как уже сказано, расселены (в соответствии со своими антропологическими признаками) по разным континентам. Население, оказавшееся за сорок девятым градусом Северной широты, в основном сохранило признаки изначальной человеческой расы.

На протяжении многих тысячелетий белая раса совершенствовала свой генофонд, помогая в этом и другим народам. Считалось, что жизнь данной формации находится под покровительством богини плодородия Га и бога Солнца Ра. Древние русы унаследовали культ богини плодородия от первокультуры человечества, став приверженцами культа Матери-Земли и женского космического начала. Для врагов Га принимала образ змеи, что впоследствии получило отражение в символике знаков доброго и жестокого начал, змеепоклонства и змееборчества.

От имени богини Га произошло исконно русское слова «берега», что означает «руки богини плодородия Га, держащие в своих объятиях воды рек». Среди множества различных смыслов общеиндоевропейской лексемы «бер» – слова, означающие «оберегание» и (со)бирание (ср.: «беру», «бери» и т. п.). Наши далекие пращуры не отделяли себя от стихий и плоды, которыми наделяла их среда обитания, прямо относили к дарам природы. Из добрых рук Бере, богини Га, они получали все необходимое, чтобы жить и растить достойных хранителей и продолжателей древних гиперборейских традиций, связанных с поклонением Матери-Земле, чей образ восходит к Великой богине эпохи матриархата.

Богиня Га сопряжена с мифическим образом реки Змеи, – ее неустанные руки перемещали по глади суда, срубы крепостей и теремов, связанные в плоты для вновь возводимых строений. По прошествии ночи Первуна народ выходил на берега Матери-Реки с надеждой получить из ее рук необычный дар. Особенно ждали такой дар в племени, где кончался срок, установленный для зачатия женщинам. Те из них, кто оставались бездетными, особенно надеялись на священный дар – ребенка, принесенного рекой.

Взращенный до года ребенок мужского пола, взятый от макуш, ковшинок и будущих наложниц (см. об этом ниже), становился сыном Га, и та в свою очередь «дарила» его бездетной женщине. Как правило, за этим появлением нового человека в племени следовал представитель кущея (см. ниже), который прорицал младенцу будущее, а племени славу. Но руки Бере несли не только дар; они нередко безвозвратно и брали, а если и возвращали назад спутника жизни, то уже в глубокой старости. Такой оказывалась судьба землепроходцев – ванов (см. ниже).

Добрые руки Га в неурожайные годы призывали «бережить», то есть «жить рекой». Но не иждивенческий, потребительский подход питали к реке древнеокские племена, а учитывали ее ресурсы. Искусственные устройства нерестилищ постоянно пополняли продуктивным запасом рыбы реки и озера. Сроки, отведенные для промысла, учитывались для нагула и нереста рыб, перловиц (жемчужниц) и раков. Жемчуг служил оборотным средством в торгах и мене. Пушнина речного зверя и сверленый жемчуг оставались приоритетом женского туалета и платья. Рыбья кость и панцирь перловиц шли на отделку ритуальной атрибутики для празднеств, посвященных Матери-Реке.

С течением реки связывалась жизнь людей. Неизведанность речных глубин и постоянно меняющийся фарватер сравнивали с тайной ритуалов и обычаев, недоступных врагу-сведу. Возводимые искусственные плотины для создания подмоклых мест, надолбы на дне становились неприступным препятствием непрошеному гостю.

В знак великого почитания и благодарности Бере, несущей живительные воды, слагались песни и гимны. На устных исторических преданиях, обрядовых песнопениях и ритуальных танцах воспитывали верное роду и земле потомство белой расы. Племена, населяющие бассейн Оки, одухотворяли сакральную реку, связывали с ней свою жизнь и благосостояние, считали ее матерью, всех поровну любящей.

При недороде на земле реки становились подлинными спасительницами человеческой жизни. Племена, жившие по берегам крупных рек и на высоха (то есть вдали от рек), разнились по использованию природных ресурсов и промыслу. Разделенные на территории угодья способствовали развитию промысла и земледелия. Мены уравновешивали спрос населения. Тем самым земледелец вдали от рек, на своем высоха, мог употреблять в пищу доставленную ему вяленую или соленую рыбу, а насельник рек – вкушать или использовать дар борти (мед, воск, прополис), сытные хлеба и каши. Хлебами, в отличие от засеянных полей в современном понятии, ранее называли любое яство, связанное с выпечкой.

Но не только натуральный обмен практиковался в племенах белой расы; среди них ходила в обороте особая обменная единица. Ею являлся речной жемчуг. Промысел жемчуга велся под строгим контролем гардар (см. ниже). Нарушить эти установления не мог ни один член племени. Детское любопытство к перловице (жемчужнице) пресекалось просто. Родители и все члены племени неукоснительно напоминали о беде, подстерегающей каждого посягнувшего на жизнь перловицы. Старшие доводили до детей сказания о жизни росалок (см. ниже), плачущих жемчугом, живущих в омуте вод и ждущих момента изловить злоумышленника, чтобы заточить его в большую перловицу – граба (см. ниже).

Ребенок живо представлял событие и не только не проявлял любопытства к живой жемчужнице, но и являлся ее спасителем. Детям поручалось искать жемчужины средь мертвых раковин. Находка также обставлялась знаком благодарности. Нашедший жемчужину как бы снимал с себя какую-то ему известную вину, в чем он обязательно признавался старшим соплеменникам. Такой мудрый и взвешенный подход к ребенку пробуждал в нем чувство совести и ответственности.

Ранним утром песчаные отмели рек становились западней для жемчужниц. После пиршества грязной птицы (вороны) и их прожорливого потомства оставались кладбища растерзанных раковин. Детвора с ранней зори спешила на берег реки собрать выползших на песчаную отмель моллюсков и выпустить их в глубины вод. Найденные жемчужины дети относили ведунье (см. ниже). Старейшины племени использовали этот жемчуг в качестве обменной единицы и украшения для женщин своего племени. Во время празднования ведунья интересовалась количеством жемчужин в убранстве своих соплеменниц – каждая жемчужина у нее на счету. Жемчуг не передавался по наследству, так как род считал, что это слезы предков и они нуждаются в особом «схроне».

По мере угасания племени отток жемчуга шел в гардар и аргаим (см. ниже), где использовался для украшения храмов и написания особых текстов в своде знаний тула (см. ниже), а также служил обменным фондом для приобретения заморского товара, необходимого для нужд общества.

Предки оберегали чистоту вод, считая их источником жизни. Обычаи и обряды, сказания и предания использовались как оберег. «Обережить» – значит защитить, обнять руками легко ранимый мир. Легенды доносят до нас слова предостережения: «Когда росалки плакать перестанут и слезы-жемчуга ронить, тогда река иссохшей станет и вод своих не даст испить».

Наряду с богиней плодородия и покровительницей рек Га широко почитался и бог солнца Ра. Но если храмовники поклонялись ему как небесному светилу, то духовники рассматривали Ра как дом незримого света, частица которого пребывает в сея (см. ниже), ставшей с утратой истинного знания прообразом человеческой души.

* * *

Окская эзотерика представляет собой характерный образец сакральной географии, основу которой составляют особые, энергетически насыщенные участки местности (земли или воды), именуемые белыми столбами. Именно в районе белых столбов возводились культовые сооружения, являвшиеся природными конденсаторами космических энергий. Считалось, что в зависимости от ландшафта белые столбы обладали различной силой. Так, столбы господствующих высот местности, где имелись мощные родники, проявляли большую силу воздействия. Подземные воды местности, проистекая к родникам за счет скрытных энергий земли, также насыщались силой белого столба. Такие воды обладали чудодейственной, священной силой, способной целить, а главное, пробуждать скрытые духовные способности человека. Места, обладающие такими свойствами, предназначались под устройства аргаима. Реки с наличием в устье белого столба использовались для устройства гардар.

Белые столбы остального ландшафта местности являлись центром зарождения селищ (см. ниже). Население накапливало энергию белого столба данной местности не только в своем теле, но и передавало ее наследственно из поколения в поколение. В зависимости от дозировки энергий в поколениях определенные члены племени наиболее склонны к началам добра – добротолюбию и подвижничеству во имя добра. Постепенное восхождение поколений по местам возрастания энергии белых столбов в виде спирали обеспечивало накопление белой силы на генетическом уровне.

Белый столб способствовал стабилизации и очищению ауры. Человеку, явившемуся на свет близ энергетического столба, очень важно не покидать эту местность и не поселяться в зоне более слабого белого столба. В случае долгого расставания с родной энергетической местностью возникал опасный недуг, именуемый в настоящее время ностальгией. В этом случае возможно отделение части собственной ауры в поисках «родного» белого столба. Не случайно, что взрослые люди во сне часто «посещают» места, где прошло их детство. Аура, испытывая недостаток энергии присущего ей белого столба, может надолго оставлять тело, что способствует вторжению в душевный мир человека инородных сил. Чувство угнетения и тоски – первый признак разрушения ауры. Такому человеку, оторванному от родины, достаточно испить воды из родных мест, чтобы почувствовать исцеление.

В зоне белых столбов возводился духовный храм Гара, посвященный первобогам – богине Плодородия Га и богу Солнца Ра. Храм располагался на аргаиме и выстраивался в виде равносторонней трехгранной пирамиды с учетом проекции северной грани на дневное светило в полдень летнего солнцестояния.

В этом храме на тесни хранились данные о движении звезд и их влиянии на землю. Каждый тесни располагался по периметру внешней стороны сутуги, что в общем виде представляло собой образ чаши. В определенный месяц года тесни оказывался в луче света. Этот тесни напоминал о проведении работ и наблюдении за звездным небом. Противоположный тесни, за плоскостью круга, находящийся в тени, информировал о положении звезд в ночном небе с ориентацией на полярную звезду. Подсветка тесни осуществлялась за счет отверстий в плоскости шатровой крыши. На почве природных источников духовной энергии в обществе белой расы выросли уникальные институты духа, являющиеся одновременно институтами власти и управления белой расы, – аргаим и гардар – и примыкающие к ним духовные школы – тула, карники, упанишад.

Аргаим – пленящее место, земля богов. Различаются духовный и материальный аргаим. У каждого человека есть Родина, но не каждый связан накрепко с корнями своих предков. Если он не припал в детстве к ее священным родникам, не отведал материнского молока и хлеба, ему никогда не изведать чувства щемящей тоски о Родине, в нем не забьется радостно сердце при встрече с родимым краем. Что это – зов Родины? Почему человек, оторванный от нее, грезит желанием встречи с ней?

Дело в том, что в любой местности есть свои заповедные места или иначе белые столбы, имеющие энергетическую природу. Они обусловливают и энергетику индивидуальных объектов, в том числе людей, выросших на этих местах. Это особые биополя, которые отражаются на окружающей природе и человеке; они словно запахом пропитывают все вокруг, и этот «запах» неизменно примешивается к излучениям индивидуальных объектов, выросших в данном месте. В некоторых случаях белые столбы приходятся своим местоположением на родники, которые в свою очередь являются священными. Употребление воды из такого источника становится практически прямым подключением к энергетике данной местности. Если человек долгое время пребывал в отрыве от этой энергии, у него возникало естественно обусловленное чувство тоски. Потому-то он постоянно стремился к этим местам, чтобы избавиться от изнуряюще гнетущего чувства. Не каждый способен ощутить запах и цветность белого столба, но чувство восторга и привязанности, пробуждаемое таким местом, знакомо большинству.

По своей невоспитанности человек стремится заселить пришедшееся по душе место, не подозревая о коварных последствиях. Постоянное давление столба может пагубно влиять на здоровье и психику. Особенно опасно разрушение ландшафта; столб в этом случае приобретает неустойчивое состояние с пульсирующим исторжением своей силы. Наши пращуры без труда определяли такие пагубные места и отводили их под возведение культовых сооружений. В период всесветия эти храмы представляли собой трехгранную, равностороннюю пирамиду, именовавшуюся белая гара (в честь богини плодородия Га и бога солнца Ра).

Посетивший храм неизменно приходил в восторг. Невидимые вибрирующие струны энергии омывали тело с головы до ног и по нервным каналам, вдоль позвоночника, устремлялись снизу вверх. Тело человека как бы пребывало в невесомости, в состоянии свободного падения. Торжеству сердца нет предела, оно готово вырваться наружу и парить в необъятном пространстве. Нередко человек, попадавший в зону столба, на некоторое время терял чувство ориентации, и у него происходили видения.

Впервые вошедший в течение энергетических струй белого столба навсегда прирастал к нему своей памятью, становясь пленником сакральной местности. Чтобы облегчить свое положение в дальнейшем, важно запомнить ощущение, нахлынувшее в момент нахождения в столбе.

Человеку необходимо вовремя покинуть завораживающее место. При длительной задержке в зоне столба проявляется чувство превосходства – повелителя всего и вся. Это очень опасное и коварное чувство, которое в дальнейшее порождало деспотизм. Несвоевременность выхода из зоны столба вызывало также энергетическую перенасыщенность организма, после чего возникало беспричинное расстройство желудка.

Спустя некоторое время у человека могло вновь возникнуть желание посетить белый столб, быстро перераставшее в зов.

Тот, у кого состояние зова запечатлелось в сердце, мог впредь вызывать его независимо от места нахождения: такая память служила прекрасным лекарством и защитой для души и тела, открывала путь к сокровищам Мира Духа. Данную ноосферную закономерность прекрасно знали и использовали наши предки и прапредки и умело использовали в своих интересах голос пространства. Места, где пересекались энергетические токи недр и поверхностного рельефа, считались заветными, их посещение крайне ограничивалось. Здесь допускалось пребывание лишь сильных духом и специально подготовленных людей. Каждому в меру его посвященности и способности к восприятию сакральное место открывало свои тайны.

Посетить священное место – одно, но целенаправленно работать в энергии белого столба – иное. Путь в это место – аргаим – длиной не в одно поколение. Происходило постепенное наращивание степени посвященности от поколения к поколению в соответствии с возрастающей силой белых столбов, близ которых выстраивались селища. Это своеобразное вознесение избранных лиц к заветной цели.

Спираль поколений седьма – это тот же путь селений, в которых предстояло жить члену племени и его потомкам. По седьме можно определить, на каком этапе восхождения находится ее обладатель и в каком селении живет. Вознесенные седьмой в 10 – 14-м поколениях призывались в гар-дар, где, получив посвящение, уводились на аргаим для служения куще и роду. При этом юноши и девушки признавались духовно рожденными благодаря раскрытию в себе сорока девяти чувств.

Прибывшие на аргаим данки (см. ниже), пришедшие по возрастающей силе белых столбов, готовы к вхождению в священный храм небесного огня. Рационально используя его силу, они достигали неведомых высот в восприятии окружающего мира. В конечном счете им открывался земной запредел.

Аргаим избирательно указывал на путь данки – сферу его деятельности. Вокруг аргаима образовывался своего рода научный центр со сводом знаний тула. Данные тула постоянно пополнялись астрономическими знаниями. Звездочтецы данки установили, что замеры по уклону земной оси относительно полярной звезды (Звезда мира) в одно и то же время летнего солнцестояния, в различных тысячелетиях, указывают на смену положения звезд и что данные вечернего неба прошлого ближе своим положением к утреннему последнего замера. Разница между показаниями во времени указывала на уклон оси в один градус в течение 72 лет. Познав пределы уклона оси, звездочтецы установили срок ее колебания, который составил 72 ґ 60 = 4320 лет. Это цикличное явление меняет широтные и климатические условия в поле от 49 до 55 градусов. Земля не получает уклона относительно вертикального положения Полярной звезды более 30 градусов. Ее сдерживают магнитные силы полярных широт, рожденные противодвижением сил различных полушарий. Образованный таким образом широтный пояс данки назвали лета. Это особо чувствительный пласт планеты, на котором произрастают белые столбы – пуповина, связующая их с энергиями Пространства[87].

На основании наработанного материала обращено особое внимание на связующие энергии земли, то есть аргаима. При смене угла земной оси открылась возможность наблюдать положение звезд с разных позиций. В результате обнаружено шесть исчезающих и появляющихся звезд, названных мерцательными или переходными. Небесный феномен объясняли тем, что звезды уходят в запредел плотных аур – ближе расположенных к земле звезд.

С их появлением на Земле происходили всевозможные катаклизмы. В народе эти звезды прослыли роковыми. В этот момент белые столбы начинали пульсировать в соответствии с амплитудами звезд. Эти явления привели к мысли о влиянии звезд на ритмы стихий земли. Учитывая взаимосвязь стихий и их реакцию на пульсацию роковых звезд, данки обратили внимание на развитие человека. Именно на основе наблюдений и данных тула и возникло учение белых рас под названием чародеи, о котором говорилось выше.

Верховным советом аргаима считался великий тор. Совет состоял из трех групп, составлявших единую структуру. Говоря современным языком, одна из групп решала вопросы голосованием, другая присутствовала при этом с правом совещательного голоса. Третья группа находилась вне аргаима, исполняя принятое на местах; ни одна из групп не имела права этому препятствовать. Но каждая имела право контролировать и оповещать о намеченном (древняя демократия в действии). Через определенный срок группы менялись местами: ранее отсутствовавшая замещала законодательную, становилась совещательной, а совещательная – исполнительной.

Передаваемая по цепи эстафета исполнения, подотчетность аргаиму и контроль последующей группой обеспечивали неукоснительное исполнение.

Верховный Совет аргаима отвечал за систему охраны и защиту населения кущи. Каждая группа согласно соха, плану обитания, перемещалась по территориям рода или племен, исполняя свои обязанности, контролируя деятельность предыдущей группы. Не зная лично друг друга, группы меняли свои позиции по указу тора, человека, наделенного особой властью. Нередко устраивались провокационные действия с целью уличить проверяющую группу в недобросовестной службе. Это влияло благотворно, так как неисполнение или укрывательство задуманного могло повлечь тяжелые последствия. В случае неисполнения чего-то представитель последующей группы оповещался об этом через представителя тора. Такое неисполнение тут же привлекало внимание и необходимое претворялось в жизнь. На «группу мобильного действия» тора возлагались надзор за готовностью и строительством оборонительных сооружений, использованием и эксплуатацией природных ресурсов, включая и жизнедеятельность общества. Тор поддерживал непрерывную связь с главой кущи, готовой в любой момент ввести в действие воинство в состав рати.

Подобные группы работали и за пределом рубежей белой расы, в стане других племен и народов, под видом лиц, ведущих товарообмен или какие-то консультации. Особое место в этом служении отводилось травникам, звездочетам и лекарям. Эти должностные лица согласно взаимным договорам не подлежали гонению с противоположной стороны. (Современное слово «стравить» полностью впитало смысл подобных действий. Проводники политической власти в инородных станах, ратники прибегали к сталкиванию сторон или их размежеванию.)

«Торические» законы и мероприятия не преследовали цели угнетать население. Их направленность – создать материальную основу, с тем чтобы подготовить другие народы и ввести в спираль их родословной – седьмы. В случае преследования или гонения представителей аргаима со стороны племен и народов, заключавших договор, рать белой расы отторгала наиболее просветленную часть населения, обеспечивая ему безопасность на данной территории. Свою систему «торирования» аргаим увязывал с положением звезд и углом наклона земной оси по отношению к ним. Зная о характере влияния роковых звезд, духовники заранее готовили общество к срокам их проявления и выдавали информацию своим проводникам через великий тор. Так за много лет вперед народы, оберегаемые великим тором, создавали условия для развития своих потомков.

К аргаиму непосредственно примыкал гардар, представляющий собой святилище родового огня вместе со всеми постройками и прислугой (дословный перевод – «дарить огонь»). Гардар возводился в устьях рек, на местах, где проявлялась сила белого столба. Там возводилась деревянная шатровая крыша в виде трехгранной пирамиды. Строение именовалось гара и являлось духовным храмом рода.

В центре храма ставился столб, служащий пальцом (см. ниже) для родового огня. Огонь обновлялся два раза в год – в периоды весеннего и осеннего равноденствия. Он добывался жрицей огня от солнца при помощи зениц (собирающая линза из хрусталя). При движении солнца, ровно в полдень, луч попадал, преломляясь через зениц, на приготовленную кладь и под хоровое пение прислуги гардара, под магический гимн жрицы происходило возгорание топлива. Необычный способ разведения огня повергал в трепет гостей из племен. Далеко разносилась слава о таинственном глазе зенице, что жрица огня носила на челе. Добытым огнем в период осеннего равноденствия одаривались племена – своего рода прощальный дар богини Га, отлетающей в теплые края вместе с перелетными птицами. Огонь разносился по своим столбам представительницами племен. Огонь весеннего равноденствия дарился вновь образовавшимся племенам через кострище. Его доставляли несуны – данки гардара.

Наличие гардара в ряде случаев накладывало отпечаток и на название рек, где воздвигнуто священное строение. Поэтому лексема «ра» в названии рек может свидетельствовать о некогда существовавшем в их устье гардаре, несшем людям учение света. Широко известен гардар нара, являющийся центром одного из семи поокских родов. Располагался гар-дар в устье реки Нары, левого притока реки Оки. Этим именем нарекались все жрицы огня данного рода.

Легенда донесла до нас повествование о силе духа этих жриц. Одна старая жрица, спасая культовые сооружения и молодую, приступившую к обязанностям послушницу, выступила против извергов, которые пожелали в своей резервации возвысить себя над своими женами и создать культ мужчины. Видя подступающих к святилищу огня извергов, старая жрица вызвала их предводителя на единоборство, условие которого – самосожжение с полным молчанием в жаре пламени. Первый жребий пал на жрицу: она торжественно взошла на костер и вознеслась в его пламени, не проронив и стона. Остолбеневший враг готов принять свое поражение, но нерушимость слова и договора обязывают исполнить условие до конца. Однако сам войти в пламя он так и не решается; вскоре его бросают туда свои же подельники, разочаровавшиеся в мужестве атамана. Мир и покой надолго восторжествовал в обществе. Нара, по всей видимости, – главный центр в Гардарике, наряду с центрами Жиздра и Протва.

Дюка-змея – такое тотемное имя носил один из самых прославленных и древних родов поокских язычников. Этот род – главная голова семиглавого змея, который объединял семь родов при куще поокской земли и входил в аргаим большинством данки – выходцами из гардарнара. (Местонахождение этого гардара – Соборная гора в историческом центре современного города Серпухова; некогда здесь возвышался Кремль, ныне полностью разобранный.) Племенная связь различных змеиных родов нашла отпечаток в ряде топонимов и гидронимов, доживших до наших дней. Сюда, в частности, относятся Козюльск (современный Козельск), а также Гардар Жиздра, Гардар Протва (Прять-Ва – «волосатый змей»). Не отсюда ли весь Поокский край до недавних пор называли Змеиным царством? Представления древнего населения Поочья о значении топонима «тула» (и генетически первичного по отношению к нему гидронима «тулица») вполне соответствуют гиперборейской этимологической традиции, о которой подробно говорилось в начале книги. Помимо отмеченного там, наши предки тулой именовали также колодезные срубы и аналогичные конструкции для добычи железной руды. Вертикальный сруб надежно оберегал рудокопов от оползней и обрушивания породы.

Само слово – ископаемый реликт, значение которого не читалось, а воспринималось как нечто определяющее и заявляющее само за себя. Каждая фонема, что образует сакральный топоним, имеет особый, тайный смысл. Так, символ «Т» представляет усеченный крест; он же – предел, тупик; «У» означает духовный путь; «Л» – земной; «А» – первоначало, а именно свет – начало всех начал. Суммарность символов, образующих слово, говорит само за себя: А – первоначало знаний ЛУ, земного и духовного пути, размещенных в Т (хранилище). Получается: «Свод, содержащий светоносные знания духовного и земного пути». Выходит, и тула – это информационный центр, кладовая знаний. Веды русов конкретно указывают на местонахождение такого центра: он располагался в ансамбле застройки аргаима.

В устройстве лабиринта – свода знаний Тула использовался барус – обожженный слепок из глины с рельефным орнаментом на одной из сторон, заключающим в себе открытый, смысловой текст или скрытую информацию. Позднее техника барус использовалась также в отделке интерьера жилья и семейного очага. Им украшались печи и сходни вертикальной части ступеней. Текстовый ключ на сходни находился в начале подъема по лестнице.

При печной кладке под барус отводилось главное место над устьем печи (над загнеткой) – оберег очага семьи. Барус завешивался занавесью и поручался попечению молодой хозяйки.

Второй способ нанесения барусной информации непосредственно на кирпич, дикий камень печи или стену – способ резца. Барус не подвергался покрытиям, но нередко в его рельеф втирались резко выделяемые по цвету глины. Таким образом, письмена и орнаменты приобретали различные ц ве та.

Барус нес в себе перечень хронологических дат. В основном это касалось древа семьи, племени или рода. Выражение «начать от печки» означает пройти, вспомнить весь путь предков. Глиняный барус не единственный способ сохранения памяти о родовой ветви; как правило, ему вторил холстинный барус, и хранился он в укладке – сундуке старших членов семьи. Передавался холстинный барус по наследству от бабки к младшей внучке. Холстинный барус представлял скатерть в виде шляпки подсолнуха; кромки его окаймлялись замысловатыми кружевными плетениями. Нити для вышивки красились с использованием естественных красителей из крутых отваров корня ежевики, куманики, коры ивы и ольхи, травы чистотела, душицы, зверобоя. Закреплялись цвета крашеной нити в растворе уксуса. Холстинный барус не подлежал стирке и глажению; он хранился скатанным на скалке. Во время особых семейных торжеств передаваемый из поколения в поколение холстинный барус – живой свидетель преемственности традиций очага. Принесенная на стол пища укрывалась барусом, и хозяин, когда все садились за стол, откидывал, сбрасывал с угощений эту реликвию. Возможно, отсюда и пошло название «скатерть-самобранка».

Наряду с барусом в оформлении свода знаний Тула использовался также тесни, имеющий вид глиняного подноса. Конфигурация его различна, но толщина всегда одинакова, независимо от размеров (около 10 мм). На лицевой плоскости тесни нанесен врубленный текст, поверх его наносилась многоцветная роспись. Обратная сторона имела рельефный текст, также дополненный росписью в разных цветах. Последовательность чтения зависела от этой цветовой гаммы.

Учебный центр духовных знаний, который включал своды – хранилища знаний, объяснял тайный смысл «птичьего», «крылатого», то есть сакрального, языка, именовался карнике (кар – язык мудрой и вещей птицы – вороны; нике – «постижение», «проникновение»; ср. – «вникать»). В нем изучались и фиксировались знания о знаках, язах, азах, символах и образах. Предположительно, такой центр располагался у истока реки Упа, на берегу озера Шад, позднее Иван-озеро (теперь Шат, на месте его находится Шатское водохранилище).

В карнике, высочайшем культурном центре, развивалась наука о слове, несшем в своем кратком образе информацию широкого содержания. Кодированное восприятие символа переведено здесь на читаемую строку, что позволило широкой массе обитателей рода пользоваться собственной мыслью и доставлять ее содержание адресату, невзирая на время и пространство. С этой формой обозначения символ не утратил своего значения, а лишь приобрел защитную оболочку от посягательств на чистоту его изначального восприятия. Посвященный в знания карнике мог свободно общаться на уровне словесного чтения и восприятия текстов.

Карнике явился своего рода консерватором основ знаний и смысла знаков, составляющих слово. «Распечатать слово» – значит снять с него печати, вникнуть в его суть на уровне современного знания и изначальных сведений, сокрытых в нем.

Карнике – прародина учения Упа-Ни-Шад, зародившегося в верховьях реки Упы и перенесенного впоследствии в ходе военного похода ариев под предводительством Рамы к берегам Инда и Ганга.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.