Чит невозможно знать, все, что можно знать, – дерьмо

Чит невозможно знать, все, что можно знать, – дерьмо

К: Чит (Сознание) никогда не может быть познано, невозможно давать никакое имя тому, что есть Знание. Но все, что можно называть, все, что можно формулировать, все возможное – относительно. Все семь состояний относительны по сравнению с Тем, чем ты являешься. И только То – Абсолют, не знающий Абсолюта. По сравнению с Тем, что является природой мира, все, что может познаваться, – война, или дерьмо. Знание – это дерьмо.

Только То, что ты есть, может мгновенно удовлетворять Тебя, просто будучи Тем, что ты есть, поскольку Ты – удовлетворение, а природа удовлетворения не нуждается в удовлетворении. А всему остальному нужно внимание, всегда нужен кто-то, уделяющий внимание. Все семь состояний нуждаются во всех других, чтобы они могли быть. Они все взаимосвязаны с другими. Все, что является относительным, Я называю дерьмом, но Ты называешь это относительным. Ты можешь называть это реализацией, называть это как угодно, но все, что Ты можешь называть чем-либо, – это, несомненно, не Сокровище, которым Ты являешься.

Сокровище, которым Ты являешься, – это бытие Тем, чему нет нужды, чтобы его высоко ценили и хранили. То, что Тебе нужно хранить, говоря, что оно реально, – это, несомненно, слишком много усилий. В таком смысле, это все дерьмо. Только дерьму нужно, чтобы его высоко ценили. Если Ты называешь это любовью, тогда это пример дерьмовой любви. То, что Тебе приходится называть любовью, это, несомненно, не природа любви или покоя. Так что отвали, кусок дерьма! Еще дерьма? Спустя какое-то время всем нравится дерьмо.

[Указывая на искательницу] Она многие годы была с учителем дерьма, сперва с Ошо, потом с У. Г. Кришнамурти, но это не помогало. Даже с лающим псом,[19] кто говорил: «Все, что бы Я ни делал, это просто собачий лай». Один из лучших указателей, который можно дать, это собачий лай. Бог становится псом, и тогда пес начинает лаять… Просто лающие псы. Все, что бы пес ни лаял, это только лающий пес и это не может делать Тебя Тем, что ты есть. Псы всегда стараются найти свое место.

В: Это приходит естественно. Ты говоришь: «О, черт, я – Бог».

К: Даже если Ты говоришь: «Я Бог», «я» – это дерьмо. Это наказание, Ты уже наказан, будучи дерьмом. Это естественное наказание. Как бы Ты Себя ни называл, чем бы Себя ни объявлял, Ты подвергаешься наказанию, будучи дерьмом, а не Тем, чем ты являешься. На что бы Ты ни претендовал, чем бы Ты «себя» ни знал, Ты тотчас подвергаешься наказанию, будучи дерьмом, и это дерьмово, и Ты это знаешь. Даже как Бог, Ты чувствуешь себя дерьмово. Поскольку все, что Ты можешь чувствовать – чувствующий, чувство, и то, что можно чувствовать, – это все дерьмо по сравнению с Тем, что ты есть, что никогда не может чувствоваться самим Собой. Поэтому все, что бы ни чувствовал чувствующий на поле чувствующего, – это поле дерьма [смех].

Из этого можно сделать целую историю, и на поле дерьма есть много людей, знающих, что такое дерьмо и как дерьму следует быть. Поскольку только «ты» можешь говорить о дерьме и том, как дерьму следует быть. И как дерьму следует быть в дерьме Я-есть-ности. И каково в дерьме Я-есть-ности. Как ты гадишь в Я-есть-ности?

В: Даже если верить в дерьмо, вопросы возвращаются!

К: Да, но легко забывать религию дерьма, а вот забывать каждую другую религию, являющуюся религией добродетели, действительно трудно. Дерьмо, которое Ты просто отбрасываешь в следующий момент, поскольку оно не является для Тебя ценным. Оно бесполезно, оно пусто, как все на свете. Но если Ты делаешь его чем-то вроде религии осознания или чего-то там, тогда Тебе приходится на ней сосредоточиваться, Тебе приходится уделять ей внимание. Но кому нужно уделять внимание дерьму? Поскольку «уделять внимание» или «никакого внимания» – это дерьмо. Происходит только дерьмо.

Возможно, даже это не может делать Тебя Тем, что ты есть, но следует сказать, что отказываться от дерьма не так трудно. Но если Ты делаешь его драгоценным позитивом, драгоценной Реальностью, Ты всегда к этому липнешь. Ты называешь его любовью и привязываешься к этой чертовой любви, Ты называешь его как угодно и привязываешься к этому. Но кто хочет прилипать к дерьму?

Поэтому лучше не иметь никакого понятия о том, кто Ты есть и кем Ты не являешься и что Ты есть и чем Ты не являешься. Твоя природа никогда не имеет никакого представления, никогда не может ни к чему привязываться, потому что никакого второго нет!

В: Это просто идея, что я могу когда-нибудь познать самого Себя…

К: Да, но только идея имеет ключ, и ключ прилеплен к другому ключу. Ты – ключ-ключ-клан. Прилипание, переживания привязывания к чему-либо, могут случаться только в относительном. Только в том относительном у Тебя есть ключ к чему-то, ключ утвердительного или отрицательного, и тогда Ты к этому прилипаешь.

Но если все – дерьмо, кого это волнует? Когда все – дерьмо, прилипание или не прилипание – кого это волнует?