Мешающие эмоции – тоже ярлыки

Мешающие эмоции – тоже ярлыки

Дав явлению какую-либо поспешную или привычную оценку, мы тут же откликаемся на нее эмоциями и совершаем соответствующее действие.

Но, как мы уже знаем, наши оценки далеки от истины. Поскольку в потоке нашего ума все еще присутствует неведение (не будь его, мы были бы Буддами) – любое суждение не соответствует подлинной реальности. Оно всегда ограниченно; реальность невообразимо шире и богаче, чем мы думаем. Поэтому поступки, основанные на жестких идеях и эмоциях, не ведут к счастью. Напротив – впоследствии мы часто расстраиваемся и сожалеем о них. Или, что еще хуже, находим для них оправдания, такие же глупые, как и сами действия.

Мы уже изучали появление и влияние мешающих чувств, называемых в буддизме ядами ума. Когда в буддийском контексте говорят о трех ядах, имеются в виду привязанность, неприязнь и неведение. Если говорят о пяти, добавляются гордость и ревность.

Согласно высшему взгляду буддизма, наша совершенная истинная природа, которая ничем не отличается от природы Будды, прикрыта двумя завесами – эмоциональной и оценочной, или интеллектуальной. Чтобы полностью проявить свой потенциал, нужно от них освободиться.

В состав первой завесы, кроме пяти ядов ума, входит эго – привычка отождествляться с иллюзорным «я». Именно эгоизм заставляет человека болезненно реагировать на мир, то есть злиться, ревновать, завидовать, бояться чего-нибудь и так далее. На этих двух завесах, или загрязнениях, основаны все наши психологические потребности.

Часто наши привычки к оценкам и действиям коренятся в нашем собственном детстве и отношениях с родителями. Приведу один пример. У Шона было трудное детство. И отец, и мать обращались с ним жестко, а иногда даже били, причем еще и в подростковые годы. Сейчас, будучи отцом четверых малышей, он никак не может применять эффективные родительские навыки. Вместе с женой он прошел два обучающих курса по воспитанию детей, и Шон уверен, что знает все необходимые приемы и подходы. Но на практике это мастерство оказывается забытым.

«Я очень хочу делать все правильно, но что-то мне мешает, – жалуется он. – И я очень корю себя за свои ошибки. Мне кажется, я причиняю детям много вреда».

Шон – буддист и поэтому также убежден, что его неловкие действия ведут к засеванию трудных кармических семян, которые в будущем принесут дальнейшие проблемы ему самому. И все-таки он не может остановиться.

Его ситуация показывает, что сложившиеся стереотипы мышления и поведения очень устойчивы, и поэтому недостаточно только знать наставления и методы. Необходимо практиковать, медитировать и последовательными усилиями менять свой ум, чтобы даже сильные кармические тенденции начали проявляться по-другому. Научившись применять внимательность, он обнаружит, что приобретенные знания улетучиваются в однотипных ситуациях.

Оказывается, его порог терпения катастрофически падает, когда окружающее пространство недостаточно структурировано. Шон – человек чрезвычайно собранный и организованный, поскольку руководит крупной компанией. У него все должно быть выстроено в линейку. На работе он хорошо владеет собой, потому что он начальник и подчиненные его слушаются. Дома ему тоже нужны чистота, порядок и четкое расписание дел. Для его супруги это нелегко, потому что она привыкла жить более непринужденно. Но при отсутствии строгой организации Шон чувствует потенциальную опасность. Детские переживания научили его тому, что единственная гарантия защищенности – образцовый порядок во всем. Он не мог полагаться на эмоциональную стабильность отца и ожидать от того какой-либо защиты, – поэтому внешняя систематизированность предметов и времени стала для Шона единственно надежной средой. Теперь, будучи взрослым, он привычно стремится обеспечивать себе безопасность тем же способом. Если что-то идет не по плану, Шон тут же выходит из себя, бранится, кричит и наказывает детей, лишь бы порядок восторжествовал.

Таким образом, причины досадных срывов Шона коренятся в неких сознательных и подсознательных стереотипах. Сознательный звучит так: «Во всем должен быть порядок». Подсознательный же выглядит сложнее: «Я отчаянно нуждаюсь в чувстве безопасности и готов добиваться его любой ценой». Эти жесткие концепции появляются на грубом и тонком уровне как привязанность к «чистоте» и крайнее раздражение при ее отсутствии. Особенно незащищенным Шон чувствует себя в тех случаях, когда он приказывает ребенку что-то сделать, а тот не слушается. Шон теряет почву под ногами, начинается ссора, и день превращается в кошмар.

Безусловно, концепции и эмоции замутняют сознание. Ослепленные эгоистическими желаниями, ненавистью, глупостью, ревностью или гордостью, мы причиняем вред другим и самим себе. Но в то же время в этих эмоциях есть много силы, энергии; часто они даже дают почву для вдохновения или нового понимания – поэтому буддисты не называют их грешными, не относят к абсолютному злу.

Задачу преодоления эмоциональных загрязнений различные направления буддизма решают по-разному. Хинаяна, как путь успокоения и ухода от сложностей, учит избегать трудных ситуаций, в которых чувства могли бы полностью нас захватить. Чтобы не поддаться эмоциям, монах обещает всегда обходить стороной многие вещи и события.

В Махаяне человек считается сильным и зрелым; ему не обязательно убегать от трудностей. Он может остаться в ситуации – есть определенная гарантия, что он уже не падет жертвой своих чувств и не потеряет самообладания. Но, оставаясь, он много работает над собой: объясняет себе, почему не нужно поддаваться чувствам.

Например, он говорит себе: чувства мимолетны, они то появляются, то исчезают, и зачем же принимать всерьез такие зыбкие и капризные состояния ума? Ведь они пусты, в них нет истинной реальности!

У [моих] врагов – ненависти и страсти —

Нет ни рук, ни ног,

Ни мудрости, ни отваги,

Как же они превратили меня в раба?

Шантидэва

Или: я сейчас так сильно волнуюсь из-за этого человека, но и ему нелегко. Он раздражает меня своим глупым поведением, но ведь люди ведут себя глупо не потому, что они злые по природе, а потому, что они отчаянно ищут счастья, хотя понятия не имеют, где его можно найти. Неприятный мне человек просто ошибается: он думает, что станет счастливым, если будет так поступать. Он достоин моего сочувствия.

В Ваджраяне считается, что каждое из мешающих чувств состоит из двух компонентов. Как руда включает в себя и чистое золото, и загрязняющие его примеси, так и эмоция содержит в себе нечто ценное и благородное наряду с чем-то вредным и трудным. В ней замешан, во-первых, эгоизм, то есть привычка помещать себя в центр вселенной и хотеть счастья в первую очередь для себя, – и, во-вторых, один из видов просветленной мудрости. Именно так – в каждом чувстве присутствует мудрость. Ее можно извлечь из чувства, как извлекают золото из руды, – или очистить эмоцию от эгоизма, как очищают руду от грязных примесей. Такое очищение называют преобразованием, или трансформацией. Мешающая эмоция преобразуется в мудрость.

Поэтому говорится, что любую эмоцию можно использовать как топливо на пути. Главное – знать методы, которые смогут преобразовать ее в мудрость. Здесь мы действуем как практичный крестьянин, который замечает на своем поле кучу навоза. Он не выбрасывает навоз, хотя тот плохо выглядит и неприятно пахнет. Мудрый крестьянин знает средства, позволяющие превратить навоз в удобрение; он рассыпает это вещество по всему полю, и от этого все полезные растения устремляются в рост. Так и практикующий, зная и применяя соответствующие методы, использует мешающие чувства как сырье для Просветления. Даже самые «неприглядные» стороны нашей натуры будут служить нашему и чужому благу, если мы преодолеем эгоизм и посвятим свою жизнь счастью всех существ.

Даже самые «неприглядные» стороны нашей натуры будут служить нашему и чужому благу, если мы преодолеем эгоизм и посвятим свою жизнь счастью всех существ.

Если очистить злость, она превращается в мудрость, подобную зеркалу, – это просветленное осознавание, способное видеть все с полнейшей ясностью, будто мы навели резкость и включили яркий свет. Вещи видятся в точности такими, как есть.

Если очистить гордость, она преобразуется в мудрость равности – просветленную способность воспринимать равное богатство всех явлений.

Если очистить желание и привязанность, они становятся различающей мудростью, которая умеет тонко подмечать особенности и потому позволяет безошибочно выбирать.

Если очистить ревность, она оказывается мудростью опыта – это талант видеть взаимосвязи между явлениями, особенно причинно-следственную зависимость. Эта мудрость помогает людям эффективно действовать и достигать цели.

Если очистить неведение и запутанность, мы получим всепронизывающую мудрость интуиции. Она знает все просто потому, что по природе ум ни от чего не отделен.

Преобразование чувств в мудрости – серьезная работа, требующая хорошей медитационной подготовки. Для него необходим также большой опыт в развитии сочувствия, мудрости и чистого видения.