Приложение Даниил Святский. «Небесные знамения»

Приложение Даниил Святский. «Небесные знамения»

Средневековая астрология привила человечеству привычку всякое необычайное небесное явление истолковывать как чудесное знамение, указание свыше. Это суеверие проходит красной нитью с самой глубокой древности, от вавилонских и египетских жрецов, через келью средневекового монаха-хрониста вплоть до кельи русского Пимена, описывающего «не мудрствуя лукаво пророчества и знаменья небесны». Оно не прекратилось и теперь и еще прочно держится в массах, вызывая страх и разнообразные толки, когда на небе появляется комета, происходят затмения солнца или луны, когда вместо одного засияют вдруг три солнца, появится крест, пролетит огненный болид, покажутся ночью светящиеся столбы северного сияния и проч.

История знает много примеров описания и истолкования небесных знамений. Наибольшей известностью пользуется среди всех рассказ церковных историков о том, как император Константин Великий во время войны с Максимианом Геркулием видел на небе крест (labarum), свидетелями появления которого были и все его воины. Обыкновенно думают, что явление креста на небе образовалось вследствие появления околосолнечных кругов, через которые иногда проходят перпендикулярно пересекающиеся светлые полосы. Историки уверяют, что под крестом была надпись «Сим победишь» на греческом языке. Фламмарион говорит по этому поводу: «Был ли уверен Константин, что он видел такую надпись в эти минуты? Возможно, что да. Его главный штаб не понимал греческого языка, а солдаты не умели даже и читать; поэтому соратники его, самое большее, могли бы по этому доводу сказать, что они видели что-то такое, но не рассмотрели ничего в частности. Какое-нибудь особое расположение облачных волоконцев легко могло произвести такой обман зрения» [30] .

История сохранила нам описание другого подобного же небесного знамения, однако неизвестного почему-то в широких кругах. А между тем в нашей Церкви, очевидно по примеру Византии, установлен даже церковный праздник «Воспоминания на небеси явившегося знамения Честнаго Креста во граде Еерусалиме, оть Святаго Лобнаго места (Голгофы) протяженного звездами, даже до святые горы Елеонския, в 3-й час дня, при царе Констанции, сыне великого Константина (7 мая 353 г.)».

В нашей церковной минее за месяц май, под 7-м числом, помещены стихиры в память явившегося знамения небесного креста; в них содержится описание подробностей явления, которые позволяют нам составить более определенное представление о том, что видели на небе жители Иерусалима 7 мая 351 г.

Приводим здесь некоторые стихи из этих стихир. «Днесь радуется верных множество Божественное: является бо небесный крест концем, осиявает твердь светом неприступным, воздух озаряет и земли лице украшает».

«Яко же честнейшая лествица, виден бысть днесь всечестный крест и славный. Жезл Божественныя силы с высоты явлен, в Cионе нам послан крест, преоблистая блогодатию, светом безмерным».

«Креста твоего образ ныне паче солнца возсия, его же от горы святыя даже до Лобного места простерл еси…»

Описания церковной минеи оказывается, на мой взгляд, вполне достаточно для того, чтобы решить вопрос о том, какое небесное явление в виде креста наблюдалось 7 мая, в 3-й час дня, в Иерусалиме. Так как в богослужебных книгах часы считаются от 6 часов утра до 6 часов вечера, то 3-й час дня будет соответствовать нашему 9-му часу утра. В этот час утреннее майское солнце на широте Иерусалима (32°) находится почти на юго-востоке и сияет невысоко над горизонтом над горою Елеонскою, которая тянется вдоль восточных окрестностей этого города. Рассматривая план древнего Иерусалима, мы найдем и лобное место, т. е. Голгофу, в сeвeро-западной части города. Таким образом, знамение креста одним своим концом находилось на востоке вблизи солнца, над горою Елеонскою, а другим тянулось в видь полосы вдоль северного небосклона и постепенно слабело в блеске на северо-западе над Голгофой. Поперек оно пересекалось другой светлой полосой, перпендикулярной к горизонту, к востоку от солнца. Таким образом, получалось величественное явление креста, тянувшегося почти через все небо и находившегося в горизонтальном положении над двумя памятниками, связанными с крестной смертью Иисуса, – горою Елеонскою и Голгофой.

Подобные световые явления вызываются, как это известно из метеорологии, присутствием в верхних слоях воздуха мельчайших ледяных кристаллов, в которых преломляющийся солнечный луч дает изображение кругов, крестов, ложных солнц и других подобных атмосферных явлений. В центре Иepycaлимского креста, т. е. на пересечении двух полос – продольной, тянувшейся от солнца до Голгофы, и поперечной, короткой, – должно было образоваться более светлое пятно – ложное солнце, которое бывает иногда так ярко, что буквально нет никакой возможности смотреть на него без боли для глаз, как и на настоящее солнце.

Эта особенность отмечается и в церковных стихирах: «крест света безмернаго» или «креста Твоего образ паче солнца возсия». Указание же минеи на то, что крест был «звездами протяжен» на небесной тверди, очевидно, надо понимать в том смысле, что явление простиралось между звездами, невидимыми за покровом дневной лазури небесного свода.

Величественное явление на небе креста, «осиявающего твердь светом неприступным и озаряющего воздух», было действительно как бы украшением лица Земли и, очевидно, производило необычайно сильное впечатление на христианских жителей Иерусалима, которые видели в нем особенный знак Божественной милости им с неба, и потому-то и было решено, вероятно, уже в то время установить ежегодный церковный праздник в этот день, 7-го мая [31] .

Хроника Средних веков очень богата описаниями разных небесных знамений, среди которых явление креста встречается очень часто. Оно, по-видимому, того же происхождения, как и крест 351 г. Сравнение с крестами частей сложноразвитых околосолнечных кругов напрашивается само собою. Мне пришлось видеть однажды запись монахини, относившуюся уже к 1877 г. В этом дневнике, посвященном турецкой войне, описывалось небесное явление, в котором она видела Божественное указание: в январе, во время мороза, на небе появились по сторонам солнца две золотые чаши, a на чашах – кресты. Над солнцем же серп, лезвие которого было синим, а ручка огненная. Очевидно, мы имеем здесь дело с двумя ложными солнцами, несколько удлиненными книзу, вследствие чего форма их могла напоминать чаши; светлая же горизонтальная полоса, обычно проходящая через оба ложных и настоящее солнца, прерываясь около каждого из них, давала впечатление крестов, погруженных в чаши. Серпом же был, конечно, внешний касательный круг. При небольшом развитии явления этот круг бывает виден только в своей нижней касательной части, в виде отрезка дуги, или «серпа», часть же настоящего гало, примыкающая к нему, хотя и невидимая на остальном его протяжении, могла при некотором воображении показаться ручкой серпа. К этому можно еще прибавить, что отрезок касательного круга бывает виден в фиолетовых частях спектра, отчего «лезвие серпа» и показалось синим. Наоборот, настоящий голос обыкновенно отличается красным концом спектра, почему «ручка» и названа огненной.

Этот пример показывает, как иногда просто объясняется явление, кажущееся чудесным по фантастическому описанию его. Однако, с другой стороны, самое фантастическое описание его настолько точно, что по нему можно воссоздать картину явления во всех ее подробностях – нужно только уметь проникнуться духом старины, литургическими и церковными образами, среди которых витала мысль автора, стать на его точку зрения – и тогда все чудеса раскроются сами собою. И при всем этом нельзя отказать в красоте и поэзии, с какими старинные монахи и астрологи древности описывали небесные явления.

Наши русские летописи также полны описаний небесных знамений, затмений, околосолнечных кругов, когда тоже появлялся «великий серп на небе рогом на севере» – замечательно точное определение касательного круга, при положении солнца в южной части неба.

Среди небесных явлений, более или менее известных, в летописях можно найти и такие, которые при своей редкости и малоизученности являются ценным материалом для ученого. Так было в 6618 году [32] . В Начальной летописи находим следующее описание небесного знамения с любопытными комментариями к нему: «…в 11 день февраля месяца в Печерском монастыре явися столп огнен от земли до небеси, а молния осветиша всю землю, и в небеси погреме в час первый нощи; се же столп первее ста на трапезнице каменней, яко не видети бысть креста, и постояв мало, соступи на церковь и ста над гробом Феодосьевым, и потом ступи на верх, аки к востоку лицем, и потом невидим бысть. Се же беша не огненный столп, но вид ангелеск: ангел бо сице является, ово столпом огненным, ово же пламенеем, яко же рече Давид: творя ангелы своя духы и слуги свои огнь палящ».

В этом отрывке безыскусственно, но вместе с тем замечательно верно описано грозовое явление, известное в метеорологии под именем «огней св. Эльма», появление его на церковном кресте и переход с одной главы церковной на другую. Иного объяснения этому загадочному во многом и для нас атмосферному явлению простодушный летописец не мог найти, кроме как предположив сошествие с неба в образе огненного столпа ангела Божия, который, по воззрениям его эпохи, управлял механизмом Вселенной [33] .

В житии Кирилла Белозерского рассказывается о другом небесном явлении, которое даже было причиной основания Кирилло-Белозерского монастыря не в Центральной России, a на Севере. Когда Кирилл ушел из Москвы и поселился в одном из подмосковных монастырей, желание создать собственную обитель не покидало его. И вот однажды вечером, стоя в своей келье перед иконой Богородицы на молитве, он дошел до такого внутреннего озарения, что ему ясно послышался голос Богородицы, звавшей его куда-то в другое место, где бы он мог построить собственный монастырь. Кирилл отошел на время к окну, и вдруг его поразил великий свет, распространившийся с северной стороны и озаривший оконце деревянного сруба его кельи. Кирилл открыл оконце, чтобы рассмотреть небесное явление как следует, и внимание его привлекло место где-то там на краю далекого Севера, на которое с неба указывал как бы перст гигантской десницы. Это был, очевидно, один из столбов или лучей северного сияния. Явление настолько поразило Кирилла, что на другой же день он взял посох и отправился на далекий Север, пока не нашел места, показавшегося ему тем самым, которое было указано небесным знамением. Здесь и возник известный впоследствии в истории Кирилло-Белозерский монастырь.