Часть I История о Лесной Деве

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Часть I История о Лесной Деве

Эта история одна из самых удивительных. Мы жили с родителями в центре маленького поселка, а моя старенькая бабушка жила в другом доме. Дом этот располагался далеко от края деревни. Через дорогу от ее дома был большой лес. Мы переехали жить к бабушке, так как она была уже старенькая. Но я очень скучала по старому и уютному дому возле школы и часто убегала туда. Для меня он был самый любимый. Мама, увидев это, как-то сказала: «Если ты будешь держаться за старое, ты не сможешь получить то новое, что дает тебе мир. Пойдем со мной, я тебе покажу то, что сокрыто в нашем лесу».

Мне тогда было восемь лет – самое лучшее время, чтобы верить в то, во что уже не верят взрослые.

Было теплое солнечное утро, лес заливался солнечным светом и сладким пением птиц. Мы шли с мамой в лес. Нет, мы не шли ни по грибы, как с бабушкой, ни по малину, как с сестрой. Она хотела мне показать что-то необычное, и я это чувствовала всем сердцем. Словно трепетом наполнялось мое сознание, ожидая чуда.

– Здесь есть врата, – сказала мама, – которые тебя впускают в мир лесного царства. Ты можешь входить разными тропинками, но никогда не входи через заросли и кустарники – лес прячет гиблые места и входы в плохие миры. Ты можешь однажды войти и не выйти уже никогда. А когда входишь в такие врата, – мама показала рукой на два дерева, которые склонились друг к другу, словно обнимаясь ветками, – всегда надо гостинцы оставлять хранителям этих врат. И еще, смотри… – Мама отвела поодаль от этих деревьев и сказала: – Посмотри внимательно издалека, что они тебе напоминают?

Я улыбнулась:

– Сердце, конечно.

И действительно, ветки были сложены в виде сердца.

– Это «сердце», – сказала мама, – врата в тот мир, который сейчас открыт перед тобой. Ты входишь в один лес, но это разные миры. Сейчас нас зовет к себе Лесная Дева, которая дарит девушкам и женщинам любовь. Но завтра ты уже не сможешь увидеть эти врата. Эти два дерева закроют их, ветер закроет путь, разведя ветки в виде сердца, и ты больше не сможешь войти в этот мир. А сейчас пошли быстрее, пока Лесная Дева Любви ждет нас.

Я не могла не верить маме, и то, что со мной происходит, казалось мне необычайно удивительным и волшебным.

Мама оставила конфеты у корней деревьев и посмотрела на меня. Я поняла без слов: не оставив что-либо в дар, я не могу войти в этот мир, поэтому я сняла с волос красную ленточку и положила ее там, где мама положила конфеты. Только мы вошли в лес, как сорвался сильный ветер и мою ленточку куда-то унесло. Мама только улыбнулась, и я прочитала в ее улыбке, что меня принимают.

– Посмотри внимательно вокруг, как изменяется мир, но ничего мне не говори, учись наблюдать молча и мысли про себя. Если хочешь мне что-то сказать, посылай мне мысленный образ, картинку, и я тебя услышу.

Мы шли по лесу, и я видела, как светились деревья. Я видела глаза, которые смотрели на меня из-за кустов, из-под земли. Мне так хотелось ей все это рассказать, но я помнила ее слова: «Молчи и смотри…»

Но когда на меня с дерева упала ветка, я вскрикнула и словно тишина во мне разорвалась.

Мама улыбнулась, и я услышала ее слова у себя в голове: «Когда ты дышишь с миром единым дыханием, даже птица не пролетит над тобой без твоего разрешения. Ибо ты королева в этом мире».

Я смотрела на маму и удивлялась: она казалась Богиней, даже не королевой.

Мы двигались так, словно плыли по воздуху. С каждым шагом наше продвижение становилось все медленнее. Я наслаждалась тем, что видела. Сердце не просто расплывалось в любви к этому миру, я таяла, и наступил такой момент, когда я не смогла больше двигаться и почувствовала, что разлилась по этому миру любовью и меня не стало… Последнее, что я увидела, это глаза, которые смотрели на меня со всех сторон.

Я очнулась на мягком мху, но глаза не открывала. Я слышала, как между собой говорили моя мама и какие-то другие, незнакомые мне голоса. Они боялись напугать меня тем, что я теперь смогу видеть. Мама спокойным голосом отвечала, что я только возрадуюсь новому, пришедшему в мою жизнь. Я открыла глаза…

На ветке, прямо передо мной, сидел маленький человечек с очень хитрыми глазами и длинной бородой. Он качался на дереве, и тогда я поняла, кто на меня сбросил ту ветку по дороге. Он заметил, что я смотрю на него, и стал наблюдать за моей реакцией. Голоса поутихли.

– Как ты? – услышала я мамины слова, повернула голову на ее голос и увидела возле нее очень красивую женщину, но немного необычную.

– Она нас видит? – послышался голос из-за спины этой женщины. Вслед за голосом появилось маленькое личико изумительно красивой девочки.

– Да, – сказала красивая женщина. Мама поднялась и подошла ко мне.

– Ну вот, ты здесь… Я хочу тебя познакомить с Лесной Девой – королевой этого леса.

– Мавка? – спросила я, вспомнив, как год назад моя старшая сестра мне принесла книгу Леси Украинки о Мавке и ее возлюбленном. Все улыбнулись.

– Это старшая сестра с ней делилась, – сказала мама и начала суетиться…

Мне пора идти.

– Как идти? – удивилась я. – Я хочу побыть здесь!

В эту минуту ко мне пришло понимание, что мама и не собирается меня забирать с собой.

– Тебе туда еще нельзя, потом я тебя обязательно возьму. Ты погуляй в лесу с новыми друзьями. Они приведут тебя домой.

Она так быстро стала уходить, что я не успела ничего ей ответить.

– Меня зовут Квитонька, – выскочив передо мной, сказала очень миленькая девочка.

– А меня, меня… – Я замолчала.

– Я знаю, как тебя зовут люди, но я хочу называть тебя… – Она поднесла палец к небу и сказала: – Я назову тебя Зиронькой.

Она меня не спрашивала, она просто известила об этом. Меня удивило, что все смотрели на нее словно завороженные и Лесная Королева улыбалась от ее слов.

– Выходите! – сказала она, и лес вдруг весь зашелестел. Из-за кустов, деревьев, из-под земли начали выходить и выползать разные существа. Я думала, что самое необычное я пережила, но это было только началом всей этой длинной и необычной истории. Они выползали и смотрели на меня, шептались, а я только и слышала: «Она ее назвала Зиронькою…»

Да, это было мое первое знакомство с необычным лесом и его волшебным миром лесных духов. С тех пор Квитонька стала моей самой лучшей подругой, а Лесная Королева стала для меня символом женской красоты и мудрости. В тот день я пришла домой поздно. Солнце уже давно легло спать, и месяц уверенно покорял пространство ночного неба.

Я настолько устала, что, оказавшись в своей кровати, сразу уснула, даже не сняв свои нелюбимые босоножки. Сквозь сон я слышала, как мама укладывает меня спать, гладит по голове и шепчет: «Моя Зиронька…», целует меня в щечки, которые всегда были розовые и пухлые и улыбающиеся от маминой любви.

Сквозь сон я чувствовала ее любовь, и мне было спокойно и хорошо.

«Откуда она знает, что меня эта девочка назвала Зиронькой?» – подумала я, не просыпаясь, и услышала слова мамы: «Об этом знает уже весь лес… и не только».

Теперь в школу и обратно я ходила только через лес. Я летела туда, и каждое утро час путешествия по лесной тропинке для меня был настоящим счастьем.

Квитонька научила меня растягивать и ускорять время. И мне хватало часа дороги в школу, чтобы прожить новую жизнь и научиться тому новому, что могли мне дать жители этого леса.

Их мир удивителен, а девушки и юноши настолько красивы и изящны, что мне казалось, будто в мире людей нет такой красоты. Мама чувствовала, что со мной что-то происходит, но не вмешивалась, только подсказывала, какие тропинки в этом лесу я еще не знаю.

– Так дивно, – говорила я, – ты тоже выросла здесь, и я расту. Скажи, а моя дочь сможет увидеть все это?

– Если она будет такой, как ты, – говорила мама. – Но ты должна ее научить видеть этот мир, иначе кто расскажет людям о том, что они не одни на этой планете.

Каждый раз, когда я выходила из леса, мои глаза сияли, а улыбка не сходила с уст. Мне казалось, что эту красоту видят все, но мир людей был, к сожалению, очень тусклым по сравнению с лесным. И мне с каждым разом было труднее возвращаться к людям.

Я нашла в лесу много мест, которые давали вдохновение. Где-то я писала стихи, где-то сочиняла песни. В некоторых местах мне лучше мечталось, а в других я рисовала в воображении картинки своего будущего.

Однажды Квитонька сказала:

– А давай поиграем в твое будущее?

– Как? – удивилась я.

– Очень просто. Кем ты хочешь стать?

Я задумалась:

– Не знаю.

– Ну кто в мире людей тебе нравится?

Я вспомнила, что хочу стать журналистом.

– Скажи, кто они такие, журналисты? – спрашивала Квитонька. – Только не говори словами, а объясни картинками, которые ты мне передашь глазами и мыслями, чтобы я могла понять, чем они занимаются.

У меня не получилось ни с первого, ни со второго раза. Мы разговаривали с ней на разных языках, но не на человеческом, она не понимала его, он был слишком беден. Но все же в конце дороги к школе я смогла ей показать образ своей будущей профессии. Это была беседа с женщиной, а после я эту беседу передала на листе бумаги.

– Хорошо, – сказала Квитонька, – теперь, когда будешь возвращаться домой, не испугайся, если эта женщина встретит тебя у нашего лесного порога.

Я рассмеялась, но хитрые глазенки девочки мне подсказывали, что я зря недоверчиво улыбаюсь.

Весь день я ждала, чтобы закончились уроки и мой лес принял меня, но в школе что-то начало происходить – все засуетились, приезжал кто-то из знатных людей, и всем надо было быть там. Я уже понимала, что все пространство сейчас играет со мной. Так случилось, что вместе с гостями к нам приехали и журналисты.

Я смотрела на них, и мне нравилась их свобода в общении, вольность мысли, образованность. Мне казалось, что это самые счастливые люди. Я безумно хотела быть такой, как они. Я смотрела на них и впитывала в себя их манеру поведения, их движения. Я все запомнила!

Когда все закончилось, я сломя голову побежала в лес: то вприпрыжку, то просто галопом, как неугомонный теленок.

Вот и лес! Я влетела в него с криком «Квитонька, я здесь!», чем очень напугала мужчину, который выходил из леса. Он обезумевшими глазами посмотрел на меня и сказал, что там никого нет. Я не могла скрыть своей улыбки. Наверное, из моих глаз так сыпались искры радости и нетерпения встречи с лесной подругой, что я сказала ему: «Как, вы не видите, что сзади вас стоит маленькая девочка?»

Я знала, что он не видит, и смех разбирал меня еще больше. Квитонька действительно стояла сзади него и тоже заливалась громким смехом. Для людей этот смех похож на крик птицы. Мужчина не знал, как реагировать. Он заметил уверенность в моих словах и начал оглядываться. Девочка смеялась и пряталась то за дерево, то за куст, как бы играя с ним. Мы обе смеялись, а мужчина начал нервничать, и я почувствовала, что если я поиграю с ним еще несколько минут, то он уже не вернется в этот мир с нормальным сознанием. Тогда я остановилась и попросила у него прощения. Он словно очнулся и, ничего не ответив, быстро вышел из леса.

В этот миг появилась Лесная Королева. Она нежно посмотрела на меня и свою доченьку и сказала: «Идемте к озеру».

Мы с Квитонькой, как две провинившиеся лисички, плелись за ней. Она привела нас к воде и взмахнула рукой: «Смотрите сюда». Она показала, как обезумевший мужчина вышел из леса, и его глаза стали мутными. Его дома ждали мать и жена, а он вернулся с помутившимся разумом. Я ощутила всю боль этой ситуации, и мне стало неприятно. Стало безумно жаль его маму и жену, которая еще не знала, что внутри у нее уже живет малыш. Я знала, чем закончится эта история, и у меня выступили слезы. Мне стало ужасно больно и стыдно за себя и безумно жаль его близких.

Королева посмотрела на меня и сказала:

– Ты можешь все исправить, но не делай больше так. Не все люди готовы играть с тобой. Кто знает и умеет больше, тот и несет ответственность.

– Прости меня, о моя Королева, – только и смогла я ответить. – Но я не смогу жить, зная, что причинила вред этому человеку и его близким.

– Ты можешь все исправить теплыми словами, – ответила она, – но твое исцеление всегда должно превосходить состояние человека в лучшую сторону до встречи с тобой.

Она отпустила меня, но у нее был особый разговор с дочерью. Я шла лесом и искала пути решения этой проблемы, возникшей вследствие моей неосторожности. Я могла вернуть время и все изменить, но это было бы неуважительно по отношению к Лесной Деве, поэтому этот путь был неверным. Домой я пришла грустная. Вечером пришли родители, все собрались ужинать, и бабушка стала рассказывать, что Коля, который год как женился, сегодня помешался, лежит дома и ничего не говорит. И его больная мать уже обегала всех бабок, чтобы сказали, что случилось с сыном и что-нибудь с ним сделали, дабы исцелить. Но они смотрели на него и только разводили руками.

Да, для меня это был очень серьезный урок. Я понимала, что мама все знает о том, что случилось, но она не придала значения этой истории, покормила папу и ушла делать свои дела.

Наступил поздний вечер, и все легли спать. Я знала, что исправить все могу только этой ночью. Завтра болезнь этого несчастного мужчины уже укрепится, и исправить это будет намного сложнее. Когда месяц вышел на середину неба, я, надев свое лунное платье, собралась выйти на улицу. Ночью я никогда не выходила через дверь – так меня учила Лесная Дева. Когда последний раз закрылись двери и все успокоились, нельзя тревожить домовых, иначе дома будет беспокойство. Поэтому я спокойно открыла окно, и запах маминых цветов залил комнату. Тихонько отворилась дверь в мою комнату, и, словно луч от луны, вошла мама.

– Возьми с собой вот это, – она дала мне маленький пузыречек и улыбнулась, – не кори себя, ведь ты только учишься, и для него это будет хорошим уроком – нечего в лес мусор вывозить. Я его предупреждала, что это может плохо закончиться, – сказала она и ушла.

Я уже давно перестала ей удивляться, но в этот раз она меня поразила. Я перелезла через окно, спрятала пузырек в мешочек, что висел у меня на поясе, и побежала в лес.

Ночной лес еще более удивителен, чем дневной. Я его не просто обожала, я с трепетом ждала полной луны, чтобы окунуться в его ночную жизнь. Свет ночного леса всегда изумителен. Под кустами светились изумруды и сапфиры – это капельки росы и светлячки. Они переливаются в ночном свете голубым и фиолетовым блеском. Самоцветов было так много, что, казалось, сияние их способно ослепить каждого, кто остановит на них свой взгляд.

Я видела это и раньше, поэтому долго не стала смотреть на знакомую для меня картину, лишь мельком взглянула, пробегая по тропинке. Я бежала к дому Николая, по дороге собирая отображавшееся сияние. Все лесные духи освобождали мне путь, поднимая с дороги мешавшие ветки. Очень быстро я добралась до дома несчастного и обезумевшего Коли. Он лежал один в комнате. Окно было открыто. Все, как я и задумала. Я тихонько прокралась в комнату и встала возле его кровати. Он смотрел в потолок абсолютно бессмысленным взглядом. Закрыв ему глаза ладонями, наполненными сиянием, я погрузилась в мир Нави и промолвила: «О батюшка Велес, открой врата свои, дабы могла я исправить ошибку свою».

Мой любимый и родной бог Велес, когда являлся мне, всегда смешил меня неудержимой фантазией, но в этот миг я была настолько серьезна и взволнованна, что он, поняв это, не стал шутить.

Со скрипом открылись врата, и я бегом побежала в то время, когда все случилось с обезумевшим Колей. Я увидела, как сознание его раскалывается от моего смеха и он одной его частью пробует увидеть то, что вижу я, и вот секунда – и оно рассыпалось, и частички души начали разлетаться, и одна, затем другая улетали в мир Нави. И в это мгновение я перестала смеяться и все застыло…

Я хотела сложить частицы разрозненного сознания в единое целое, но тогда бы не смогла вернуть на место частички души. У меня было одно мгновение, чтобы вернуть их из мира Нави обратно в душу Коли. Я искренне хотела ему помочь и даже не допускала мысли о том, что я их не найду. Я нашла, они прятались под серым сумраком навным. Я даже не успела их спросить, хотят ли они вернуться, а по всем правилам я должна была это сделать. Но, когда я их забирала, за ними увязалась еще какая-то частичка, я ее сбрасывала, но она упорно держалась.

У меня не было времени с ней разбираться, я вспомнила, что исправление должно быть с плюсом, – пусть будет. Я вернула душе все, что откололось от нее, и добавила еще одну частичку, даже не зная, что она несет, но, по моим ощущениям, она была гармонична. Как скорлупа ореха, складывалось его сознание под моими руками. Напоследок я его поцеловала в лоб, чтобы его тело пришло в здоровое состояние. Я отняла руки от его глаз, но они все еще были закрыты. «Что же не так?» – испугалась я и начала перебирать в памяти каждое событие того дня. «Пузырек! – вспомнила я. – Что же с ним делать?» Я быстро открыла его, и все, что пришло мне в голову, – это побрызгать его содержимым на Колю. Как хорошо, что я стояла возле окна, – Николай очнулся и резко поднялся с кровати, а я скрылась за прозрачной шторкой.

Коля вышел из комнаты, и я, почувствовав, что он здоров, тихонько, как кошечка, выскользнула через открытое окно и ушла в лес.

Я, уставшая, брела домой. Уставшая, но счастливая. Я знала, что теперь все будет хорошо.

Настало утро, и, подойдя к лесу, я почувствовала, что меня опять ждет что-то необычное. По лесной тропинке шла старенькая женщина, но ухоженная и красиво одетая.

– Вы хотели у меня взять интервью? – спросила она.

Я улыбнулась – это моя Квитонька играла со мной. Я вспомнила журналистов, как они двигались, говорили, как держали в руках диктофоны, и их энергия меня захлестнула.

– Да, я хотела вас спросить о вашем творчестве. Как вы начали свой путь? – спросила я, играя в журналиста.

Я знала, что в обличье этой женщины прячется какой-то лесной дух и моя подружка просто играет со мной, творя мое будущее. Она отвечала, а я все спрашивала…

Прошло десять лет, и я стала журналистом, и первое мое интервью было со старой актрисой, которую звали Вера Рябинина. Она рассказывала мне о том, с чего начался ее путь как актрисы…

Мы с Квитонькой проигрывали все те профессии, которые мне нравились, но их оказалось немного.

– Знаешь, Квитонька, – однажды сказала я, – я хочу сама рассказывать, чтобы у меня брали интервью.

– А кем же ты хочешь быть? – спросила она.

– Не знаю, такой профессии, наверное, нет. Понимаешь, я хочу быть такой счастливой, чтобы весь мир человеческий от этого стал еще светлее. Я хочу, чтобы люди освободились от оков, которыми скованы их души и тела. Я хочу, чтобы они увидели и узнали о других мирах. Я хочу, чтобы вокруг меня сияли от любви и счастья человеческие глаза…

Я всю дорогу говорила, как я хочу много сделать для людей, для мира, а когда остановилась, то лес уже закончился. Моя Квитонька давно осталась там, без меня. В тот миг я поняла, что слишком увлеклась миром людей и забыла, что мир лесной мне дал столько же счастья и открыл во мне дар виденья. Я бросила сумку и побежала обратно в лес. Я нашла свою Квитоньку и нежно прижала ее к себе.

– Моя любимая девочка, я никогда не оставлю тебя здесь одну, я всегда буду с тобой, и я соединю в себе твой мир, который стал моим, и свой. Ты часть моей души, самая сказочная и самая волшебная, – я плакала и целовала ее.

Время в лесном мире движется очень медленно, и мне уже было четырнадцать лет, а она оставалась той же маленькой девочкой, которой я ее впервые встретила.

Через несколько дней я услышала историю о Колином исцелении. Рассказывали, что сошла с иконы Дева святая в белых одеждах и с ее рук исходил свет. Она положила их на Колю, и он исцелился. Но это не все. Коля начал исцелять людей и подался в монастырь – Богу служить в благодарность за такой дар.

– Да, – подумала я, – как-то не совсем хорошо получилось.

Но Коля вскоре вернулся, так как мать была старенькой, а еще он узнал, что жена его ждет ребенка. Но один страх у Коли остался – он боялся леса и даже мусор теперь он вывозил подальше от него.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.