Глава 11

Глава 11

— В течение шести недель, что я интенсивно занимался спортивной лотереей, начали происходить необычные явления. Я объяснял их повышением своей чувствительности, так как не находил им других причин. Не желая вовлекаться во взаимодействие с некоторыми из явлений, я их игнорировал.

Всё началось с малого. Появилось ощущение, что за мной наблюдают. Это случалось в основном ночью, поэтому я стал спать, не выключая освещения. Вечерами начало происходить другое необычное явление. В гостиной, где я спокойно сидел в кресле, пёс Руди вдруг поднимал голову и, навострив уши, пристально рассматривал центр комнаты, как будто что-то там видел. Это повторялось множество раз в течение нескольких недель. Я ничего не видел и не слышал, но порой явно ощущал чей-то взгляд. Самым удивительным было то, что если Руди решал покинуть гостиную, он обходил место в центре комнаты, на которое пялился, хотя обычно прошёл бы напрямик.

Потом предметы стали перемещаться с места на место. Я клал чашку или книгу в одном месте, а позже находил их в другом. Хотелось объяснять это моей невнимательностью, но я чувствовал, что проблема не во мне. У меня простая жизнь и немного вещей, но те, что есть, всегда знают своё место.

А как-то произошла такая история. После обеда я, забыв включить обогрев комнаты, лёг на кровать, чтобы в медитации посмотреть результаты соревнований. Но при глубоком погружении в медитацию моё тело сильно охлаждается. И вот, уже начав расслабляться, я ощутил, что замерзаю, — но подниматься и начинать всё сначала очень сильно не хотелось. Вдруг я услышал, что обогреватель включился, и подумал, что, видно, всё-таки включал его. Продолжаю медитировать. Ко времени окончания медитации в доме стало уже очень жарко. Я решил выставить терморегулятор на более низкую температуру. Но, оказалось, что, хоть температура в комнате и была двадцать семь градусов, тумблер терморегулятора был выставлен всего на двадцать один градус. А в момент, когда я подошёл к прибору, обогрев отключился.

В те же шесть недель мне приснилось несколько странных снов. В двух из них я разговаривал с ангелом, но позже не мог припомнить ни всего сна, ни предмета разговора. Несколько раз снилось, что я дерусь на шпагах, но подробностей в памяти не осталось. Обычно подобные вещи привлекают моё внимание, но тогда я не стал отвлекаться, чтобы остаться сфокусированным на получении правильных результатов спортивных игр.

Начались новые странности. Ближе к последней неделе мне стало трудно видеть результаты во время медитации. Я видел лист бумаги, но не мог рассмотреть самих результатов, как будто кто-то прикрывал это место пальцем. Я перемещал своё восприятие с одной части листа на другую, а тёмное пятно передвигалось следом. Результат всё ещё получался, но теперь это занимало невероятное количество времени и требовало большой концентрации. Я полагал, что мне мешают собственные сомнения, — такое случалось и раньше. С каждым днём становилось всё труднее. Я прилагал всё больше усилий, чтобы не дать подобной мелочи разрушить достигнутое. Полагая, что в последние недели разленился и не фокусировался достаточно глубоко, в каждой медитации я старался погрузиться всё глубже и глубже. Шумопоглощающие наушники, используемые на стройке для работы с шумным оборудованием, и чёрная повязка на глаза значительно подняли мою способность концентрироваться. Теперь ничто не отвлекало моего внимания. Я пользуюсь ими и сейчас — они прекрасно охраняют медитирующего от резких звуков, таких как хлопки дверей.

Шестое ноября. В этот день прорвало плотину. Конечно, я не был слепцом и чувствовал приближение чего-то большого, но такого представить себе не мог.

У Денни на лице отразилось сильное волнение.

— Кстати, я забыл вам рассказать один важный кусок. А в нём содержится, может быть, ключ ко всей моей истории.

— Ты что, ненормальный?! — воскликнул Денни. — Собираешься держать нас в подвешенном состоянии?

Нина рассмеялась.

— Денни, налей Клаусу лучшего напитка, чтобы его губы не уставали двигаться.

— Мне нужна всего минута времени на важное отступление, — сообщил я, отлично понимая, насколько Денни раздражён. Видимо, он отнёс мои предыдущие слова к лотерее и решил, что у него ничего не получится.

Денни слез с табурета, швырнул несколько кусков льда в стакан, схватил бутылку и налил так, как никогда не наливал ни один бармен. Нина рассмеялась. Денни поставил передо мной стакан, а рядом с ним открытую бутылку.

— Сделано. Теперь неплохо бы увидеть движущиеся губы! — Он снова опустился на табурет.

Я подумал, что не понимаю, какую игру затеяла вселенная, но разберусь в этом до окончания ночи. Обернувшись, я увидел, что старик всё ещё сидит за своим столиком, не сдвинувшись ни на дюйм. Странно, его даже не пытались обслужить. Я решил не задавать вопросов, а оставить всё как есть и посмотреть, что произойдёт.

Я повернулся к Нине.

— Было ужасно интересно, как дальше сложится моя жизнь, и спустя три недели после первого успеха в спортивной лотерее я решил заглянуть в будущее. Ведь если я способен добывать спортивные результаты, то могу и на себя посмотреть. После трёх или четырёх попыток у меня получилось.

Оказалось, что в медитации на будущее полное изображение появляется не сразу. Сначала я увидел похожего на меня человека, сидевшего на пластмассовом стуле на лужайке рядом с ямой для костра. Затем появились деревья, трава, и показалось, что дело происходит в лесу. Но затем в метрах пяти или десяти за спиной у того меня появился небольшой домик. Я заметил, что я — будущий смотрит на меня, а рядом с ним, тоже на пластмассовом стуле, сидит ангел. Я попытался очистить картинку от плодов своего воображения. В этот момент я в будущем указал в мою сторону пальцем и, обращаясь к Ангелу, сказал: «Наконец-то! Неужели он добрался сюда?» — после чего они оба громко рассмеялись.

Меня мгновенно выкинуло из медитации в состояние бодрствования. Я сел в кровати и принялся размышлять об увиденном. Я решил, что дал слишком много свободы воображению, и что надо будет ещё как-то сделать другую попытку. Но так никогда к этому и не вернулся.