ФАКТЫ КАК ОНИ ЕСТЬ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ФАКТЫ КАК ОНИ ЕСТЬ

уже говорил о скрытых способностях, благодаря которым можно непосредственно ознакомиться с невидимым миром и всем, что следует после смерти, получив о них такое же чёткое и подробное представление, какое у нас обычно создается об окружающей физической жизни. Некоторые наши теософы уже сумели раскрыть в себе эти глубокие чувства и таким образом сообщают очень точные сведения по этому исключительно интересному вопросу. Я полностью отдаю себе отчёт в том, что мои утверждения не претендуют на согласие представителей западной ортодоксальной церкви. Каждый служитель каждой церкви станет предлагать нам свою версию состояний, которые следуют после смерти; и чтобы настоять на ней, он объяснит, что церковь учит тому-то или же что Библия нам говорит так-то. Но никогда он вам не скажет:

"Я говорю вам, что сам был в этом раю или в этом аду, который я описываю; я лично видел эти вещи и поэтому я знаю, что они истинны". А теософы посвящают себя этим исследованиям, говорят именно так, ибо знают, о чём говорят, представляя ряд точных фактов, которые они изучали лично; они говорят с той авторитетностью и уверенностью, которые может дать только непосредственное знание. Тем не менее, предлагая таким образом свои знания, они всегда говорят своим слушателям: "Если в душе вас не убеждает абсолютная логика сказанного, не удовлетворяйтесь нашими заверениями; изучайте эти явления сами, проведите полное, насколько это возможно для вас, исследование, и тогда вы приобретёте право говорить об этом с другими так же авторитетно, как и мы". Так каковы же факты, которые устанавливают эти исследования?

Реальное положение вещей в гораздо большей степени поддаётся разуму, чем большинство общераспространённых теорий. Установлено, что смерть не производит в человеке никакой внезапной перемены и он не становится сразу же совершенным настолько, чтобы немедленно оказаться в каком-либо раю. Напротив, после смерти человек остаётся точно таким же, каким и был — по своему разуму, качествам и способностям; и условия, в которых он оказывается, созданы им самим. В течение земной жизни те мысли и желания, которые он поощрял в себе, принимают форму определённых живых существ, окружающих его стаей и действующих на него до тех пор, пока заложенная в них энергия не истощится. Если эти мысли и эти желания неизменно могучи и дурны, спутники, созданные таким образом, могут быть действительно ужасными; но, к счастью, такие случаи в астральном мире весьма редки. То худшее, к чему заурядный человек готовит себя после смерти, — это бесполезное и скучнейшее существование, которое трудно себе представить, лишенное всякого разумного интереса, что является естественным следствием земной жизни, растраченной на удовлетворение эгоистических стремлений, на пошлость и болтовню.

Это не возмездие, не наказание, наложенные кем-то сверху, а только непосредственный результат поступков, слов и мыслей человека во время его пребывания на земле. Одним словом, в течение земной жизни мы делаем себе ложе, на котором потом нам придётся спать.

Тем не менее эту новую жизнь, конечно, нельзя рассматривать только как складывающуюся из результатов. Для некоторых она почти никогда не бывает чем-то большим, но это зависит только от них. Астральный план на ступень выше физического, поэтому его возможности больше, чем на низшем плане, во всех отношениях, будь то удовольствие или прогресс. И сами эти возможности более высокого порядка и требуют от того, кто может ими воспользоваться, определённого интеллекта и мудрости. Тот, чьё интеллектуальное развитие настолько ограничено, что в течение физического периода своей жизни он не мог видеть дальше физического уровня и полностью посвятил себя материальному началу, тот почти лишён возможности приспособиться к более сложным условиям. Если по небрежности или неведению он не воспользовался возможностями физической жизни, вряд ли в его наполовину атрофировавшейся душе найдутся силы извлечь пользу из этой более благородной жизни.

Но если во время земной жизни он имел интересы к умственной деятельности, если его дух был достаточно силён, чтобы возвыситься над грубой материей, тогда перед ним откроются новые волнующие интересные области для поисков и изучения. Если на этой первой ступени он познал радость самоотверженных поступков, радость труда для счастья другого, астральная жизнь для него будет очень радостной, а прогресс очень быстрым. Развитый и самоотверженный человек, понимающий условия нефизического существования, старающийся приспособиться к нему и извлечь из него максимальную пользу, увидит перед собой перспективу блестящих возможностей получить новые знания и сделать полезную работу.

Такой человек обнаружит, что жизнь, свободная от плотного тела, столь великолепна и легка, что всякое земное удовольствие рядом с ней кажется светом луны в сравнении с солнечным светом, и что посредством его света сила вечной жизни распространяется на всех, кто его окружает. Как было сказано выше, она может стать центром мира и невыразимого счастья для сотен людей, и несколько лет такого существования будут более плодотворны, чем самая долгая физическая жизнь.

Эта жизнь не нова

Факт первостепенной важности заключается в следующем: здесь мы имеем не какую-то странную новую жизнь, а продолжение настоящей жизни. Мы не разлучаемся с мёртвыми, потому что они здесь с нами всегда. Разлука — это только следствие нашего ограниченного сознания. Фактически мы теряем не дорогих нам существ, а лишь способность их видеть. Мы вполне можем поднять наше сознание на такой уровень, на котором сможем их увидеть и говорить с ними, как прежде; и это мы делаем ежеминутно, хотя очень редко сохраняем об этом отчётливое воспоминание. В состоянии бодрствования возможно научиться переносить своё сознание в астральное тело, однако это требует особой степени развития и много времени. Тем не менее, во время сна физического тела каждый человек в большей или меньшей степени пользуется своим астральным телом: таким образом мы каждый день бываем в обществе наших ушедших друзей. Иногда мы смутно помним эти встречи и говорим тогда, что видели своих близких во сне; чаще всего в нашей памяти не остаётся никакого следа и мы пребываем в неведении о происходящем. И всё же точно известно, что сила привязанности велика: и поэтому, как только человек освобождается от цепей физической оболочки, он, естественно, ищет общества тех, кого любит. Таким образом, единственная разница заключается в том, бывает ли он с ними днём или ночью, ощущает ли он их присутствие астральными чувствами или физическими.

Господин Д. Марлз в предисловии к книге Де Браэа "Легенды о смерти в Нижней Бретани" весьма интересным образом описал чувства и представления британских крестьян о смерти и последующих состояниях. Он говорит нам:

"Для бретонцев живые и мертвые являются равноценными обитателями мира, и одни находятся в беспрерывном контакте с другими; Анаона страшатся так же, как бури или грома, но они никогда не удивляются, услышав, как души шуршат в утёснике, покрывающем придорожные канавы, как они не удивляются птицам, поющим в плетнях свои любовные песни. У бретонцев есть сильное, но неопределённое ощущение таинственных ужасов этого лучшего мира, который связан с нашим видимым, как жимолость с изгородью. Вот почему бретонцы питают полное нежности уважение к мёртвым; они испытывают к Анаоне глубокое и сильное чувство, смесь страха, нежности и жалости, а о духах и о тех, кого больше нет, они говорят всегда с трепетом.

Мёртвые живут с живыми в тесной близи, каждую минуту вмешиваясь в земную жизнь; души вовсе не остаются в заточении могил; ночью они бродят по большим дорогам и заброшенным тропинкам: они водятся в полях и на пустошах. Они возвращаются в дома, где когда-то обитали их тела; они приносят новости из другого мира, эти вестники наказания или спасения; они задерживаются в молчаливой кухне или же их замечают около кровати, или склонившимися у очага, в котором затухают головешки; весёлые покровители очага, они приходят с разрешения Святой Девы и Бога охранять тех, кого они оставили за собой беспомощными перед всеми опасностями и ловушками жизни. Матери, которые при жизни жалели бедные заброшенные души, возвращаются после смерти ласкать своих маленьких детей, когда они плачут во сне; они ухаживают за ними, утешают их и укачивают; они возвращаются, чтобы дать малюткам грудь и промыть их больные глазки. Иногда они также проявляют заботу об оставленном имуществе: о прекрасных фермах с гранитными стенами, о рыжих коровах с лоснящейся шкурой, о полях, где, подобно морю золота и солнца, волнуются хлеба, красота которых заставляет мёртвых покидать свои могилы; и старый крестьянин, возвратясь к своему полю, ещё твердой рукой направляет плуг по этой плодородной земле, страсть к которой лишает души их молчаливого покоя."

Однако отсюда не следует, что все мёртвые доброжелательны; они часто бывают жестоки к тем, кто продолжает жить, и слишком близко к ним подходить опасно. Шум, издаваемый людьми и животными, заглушает лёгкие голоса, которые идут из страны мёртвых; если бы мы не были так глубоко поглощены нашими делами и удовольствиями, мы бы знали почти всё, что происходит "по другую сторону могилы".

Способность переносить целостное воспоминание с астрального плана на физический является другой, совершенно самостоятельной проблемой, которая никоим образом не затрагивает ни наше сознание на том другом плане, ни нашу способность исполнять на нём свой долг с лёгкостью и свободой. Помним ли мы о них или нет, умершие продолжают жить рядом с нами и отличаются от нас только тем, что сбросили ту одежду из плоти, которую мы называем телом. Это их меняет не более чем нас, когда мы снимаем нашу верхнюю одежду. Несомненно, мы чувствуем себя несколько свободнее, поскольку снимаем с себя определённую тяжесть; то же самое можно сказать об умерших. Страсти, привязанности, эмоции и рассудок человека никоим образом не изменяются после смерти, поскольку они не принадлежат физическому телу, которое он покинул. Он оставил эту одежду и теперь живёт в другой, но его способности мыслить и чувствовать остались прежними.

Реальность невидимого

Я знаю, как трудно заурядному рассудку постичь реальность того, что мы не можем видеть физическими глазами. Мы с трудом отдаём себе отчёт в том, что характер нашего видения ограничен, с трудом осознаём, что живём в обширном мире, из которого видим только частицу. И тем не менее, наука нам ясно говорит об этом, описывая целые миры другой формы жизни, существование которых было бы абсолютно нам известно, если бы мы полагались только на наши чувства. Ведь существа этих миров не становятся от этого менее важными, поскольку наша способность сохранять здоровье и в некоторых случаях даже жизнь зависит от знания природы и привычек некоторых из этих микробов. Но наши чувства ограничены и в другом направлении. Мы не можем видеть воздуха, которых нас окружает: наши чувства не могли бы дать ни малейшего указания на его существование, если бы его движения не регистрировались органами осязания. И тем не менее он может разрушить наши самые мощные корабли и перевернуть самые прочные сооружения. Ясно, что вокруг нас существуют силы, ещё не поддающиеся восприятию нашими ограниченными чувствами; поэтому нам следует избегать свойственного обывателю заблуждения относительно того, что мы видим всё существующее.

Это отметил сэр Оливер Лодж в недавней лекции, произнесённой в Бирмингаме на тему "Наше место во Вселенной": "Если бы небо было всегда затянуто облаками, мы не имели бы никаких точных сведений о Солнце; таким же образом во Вселенной могут быть другие формы существования, которые мы могли бы видеть, если бы наши чувства были острее и ничто не затемняло нашего видения. То, что мы видим, то, что мы знаем, есть, по всей вероятности, только ничтожная доля того, что ещё предстоит увидеть и узнать".

Мы закрыты, если можно так выразиться, в башне, и наши чувства — это бойницы, позволяющие нам видеть в определённых направлениях. Стены не позволяют нам видеть в других направлениях, однако ясновидение и астральное зрение открывают нам одно или два дополнительных окошка, расширяя наше поле зрения, открывая перед нами новый, более просторный мир; и хотя он был до сих пор нам неизвестен, он составляет часть того мира, который мы уже знаем.

То, что мы видим

Что можно увидеть, впервые бросив взгляд на этот новый мир? Если мы предположим, что кто-то из нас перенёс своё сознание на астральные план, то какие изменения поразят его в первую очередь? С первого взгляда разница покажется весьма незначительной, и вновь прибывший может подумать, что видит всё тот же старый мир. Объясним, почему это так, по крайней мере отчасти, ибо полное объяснение стало бы целым трактатом по астральной физике.

Так же, как здесь мы имеем различные состояния материи — твёрдое, жидкое и газообразное, так и астральная материя обладает разными по своей плотности состояниями, и каждое притягивается подобным на физическом плане и ему соответствует. Таким образом, наш друг всегда будет видеть знакомые ему стены и мебель, потому что, хотя физическая материя, из которой они состоят, ему больше не видна, самый плотный вид астральной материи будет образовывать знакомые контуры с той же чёткостью, с какой он их видел физическими глазами. На самом деле, если бы он рассматривал предмет вблизи, он заметил бы, что все его частицы находятся в движении и что это движение видимо, в отличие от нашего плана; но люди весьма редко рассматривают окружающие предметы внимательно: так, умерев, человек подчас не замечает в себе никаких перемен.

Он смотрит вокруг себя и видит знакомые комнаты, в которых живут его знакомые и близкие, потому что у них тоже есть астральные тела, которые его новые способности позволяют ему видеть. Только постепенно он будет осознавать некоторые различия. Например, он вскоре обнаружит, что для него больше не существует физическая боль и усталость. Если вы способны понять, что это означает, у вас начнёт создаваться некоторое представление о том, какова в действительности высшая жизнь. Подумайте только, что вы почти никогда не испытываете состояния абсолютной лёгкости, что в своей напряжённой, активной жизни вы с трудом можете вспомнить тот день, когда вам была неведома усталость; что значило бы для вас навсегда забыть значение слов "усталость" и "боль"? В наших западных странах просвещение относительно всего того, что касается бессмертия, осуществляли столь плачевно, что обычно умершему трудно поверить в свою смерть просто потому, что он продолжает видеть, слышать, думать и чувствовать. И вот он часто говорит: "Я не умер, я по-прежнему жив и так бодр, как никогда прежде". Очевидно, именно этого он должен был бы ожидать, если бы его образование было правильным.

Верное представление об окружающем у него сложится, вероятно, следующим образом. Видя вокруг себя своих друзей, он вскоре обнаружит, что с ними не всегда можно общаться. Ему будет казаться, что иногда они его не слышат; он попытается их коснуться и обнаружит, что это не производит на них никакого впечатления. Некоторое время он будет убеждать себя, что видит сон и должен наконец проснуться, потому что в другие моменты (когда они, как мы говорили, спят), его друзья вполне сознают его присутствие и говорят с ним, как прежде. Но постепенно он будет постигать тот факт, что в конце концов он умер: и обычно это его успокаивает. Почему? Потому что его образование было порочно. Он не понимает, где он находится, что произошло, поскольку его состояние не соответствует ортодоксальным представлениям. Как один английский генерал говорил по этому поводу: "Но если я мёртв, то где же я? Если это рай, он меня не приводит в восторг, а если это ад, то он лучше, чем я ожидал!".

Всё это послужило причиной совершенно напрасных беспокойств и глубоких страданий; и вина лежит на тех, кто продолжает наставлять людей с помощью дурацких историй о несуществующих оборотнях, вместо того, чтобы прислушаться к голосу разума. Кощунственное и необоснованное учение об адовом огне сделало больше зла, чем думают те, кто его защищает, ибо оно посеяло зло как по одну, так и по другую сторону могилы. Однако рано или поздно пострадавший от такого образования встретит в загробном мире другого умершего, который получил более мудрое воспитание, и он узнает от него, что ему вовсе не стоит бояться и что перед ним разумная жизнь в новом мире, ничуть не менее реальная, чем в оставленном.

Постепенно ему откроется много нового, а также такое, что является копией уже известного; потому что в астральном мире мысли и желания принимают видимые формы, хотя они образованы из самой тонкой материи этого плана. Со временем эти формы приобретают для человека всё большее значение, поскольку, как нам следует помнить, он постепенно и неизменно погружается в себя.

Фактически полный цикл инкарнации "Эго" делится на два периода: первый — это погружение в материю, а второй — выход из неё в результате своих усилий.

Как мы уже говорили, ещё в своей физической жизни человек должен постепенно развивать свою духовную сущность, всё меньше и меньше придавая значение чисто физическим вещам; и этот процесс идёт до тех пор, пока он полностью не покинет плотное тело. Тогда начинается его жизнь на астральном плане, однако процесс освобождения от материи продолжается в течение всей этой жизни. Со временем он уделяет всё меньше и меньше внимания низшему типу материи, которая образует копии физических предметов, всё больше занимаясь высшей материей мыслеформ, по мере того как эти мыслеформы вообще появляются на астральном плане. Его жизнь переносится таким образом всё больше в мир мысли, и копия покинутого мира исчезает из его поля зрения не потому, что он изменил своё положение в пространстве, а потому, что переместился центр его интересов. Его желания остаются с ним, и окружающие его мыслеформы будут в большей степени выражать эти желания; так что счастье или неприятность его жизни будут в особенности зависеть от природы этих желаний.

Изучение астральной жизни ясно доказывает правильность многих этических принципов. Большинство людей признаёт, что дурные привычки, причиняющие зло другим, несомненно греховны; но иногда они задаются вопросом — надо ли считать грехом чувства ревности, ненависти, честолюбия, если они не проявляются внешне в поступках или словах. Взгляд, брошенный в этот новый мир, ясно показывает, как вредны они для того, кто их испытывает, и какие жестокие страдания они ему причиняют после смерти. Вы поймёте это лучше, когда познакомитесь с некоторыми типичными случаями из астральной жизни и усвоите их основные особенности.