Кладбище

Кладбище

На кладбище я впервые попал в детстве, когда мне не было и десяти лет, на похороны моего дядьки. Там я сразу же почувствовал некое неудобство, воздух показался мне удушливым, а на сердце лег морозящий камень от сковавшего его необъяснимого страха. И тут я отчетливо услышал внутри собственной головы голос, который стучал в ней, словно набат: «Думай о Боге! Думай о Боге!» Но что я мог о нем думать – некрещеный пионер, воспитанный в советской школе на атеизме и с издевкой смотревший на глупых, малограмотных верующих?

Я гнал от себя настойчивый голос, противился ему, и с каждой минутой мое самочувствие становилось все хуже и хуже. Меня начало тошнить, и я почувствовал физическую слабость. Я пожаловался матери, она попыталась меня успокоить, но тем не менее меня все больше и больше охватывал безотчетный страх. Наконец, я рванул оттуда со всех ног и остановился только за кладбищенскими воротами, где сразу почувствовал облегчение.

А через год я случайно, из чистого любопытства, попал в деревенскую церквушку, когда гостил у своей бабки в деревне и куда она частенько наведывалась. И там меня охватило необыкновенное волнение и радость, какую я испытывал лишь на новогодней елке в заводском клубе, куда мне родители давали пригласительный билет. Я держался за руку бабки, и она с удивлением спрашивала меня: почему я плачу? Она не догадывалась, что это были слезы благоговения…

Теперь-то я понимаю, почему так со мной было в обоих тех случаях, ибо с самого детства я отличался повышенной чувствительностью к тонким мирам.

К чему я это вспомнил? Да к тому, что чувствуем мы духов или нет, это не имеет никакого значения, главное тут другое: они есть, и они влияют на нас, особенно там, где присутствуют концентрированно. Вот почему на кладбище надо работать осторожно, уважая тамошних потусторонних обитателей, дабы не навредить себе.