ЦАРСКОЕ КЛАДБИЩЕ, ИЛИ ГОРОД МЕРТВЫХ

ЦАРСКОЕ КЛАДБИЩЕ, ИЛИ ГОРОД МЕРТВЫХ

Рассмотрим гипотезу Н. А. Морозова, М. М. Постникова, А. Т. Фоменко и Г. В. Носовского о назначении пирамид. Они исходят из того, что стоимость пирамид и необходимые для их постройки трудовые затраты столь велики, что даже такая богатая и многолюдная страна, как Египет, не могла их себе позволить, не принеся в жертву свое хозяйство.

По мнению Морозова, пирамиды строились усилиями всех стран Средиземноморского бассейна, каждая из которых командировала в Египет отряды строителей (надо полагать, добровольцев) и организовывала их снабжение, питание и культурный досуг.

Объем необходимого труда был столь велик, что строительство каждой пирамиды продолжалось не менее сотни лет. За это время первоначальный энтузиазм поостыл, и постепенно строительство было прекращено.

Строительство пирамид требовало широкой поддержки народа и энтузиазма (В трудах современных историков, отмечает он, можно встретить утверждения, что пирамиды были построены в основном рабским трудом. В этой связи любопытно, что на многочисленных египетских барельефах, изображающих трудовые процессы, почти полностью отсутствуют рабы. Таким образом, объективные факты не подтверждают традиционного мнения, что экономика Египта была основана на труде рабов.).

Что же вызвало столь широкий и сравнительно долго державшийся энтузиазм населения всего Средиземноморья, энтузиазм, позволивший провести в жизнь такой амбициозный проект, как строительство пирамид? Каким нуждам широких масс (Одновременно поддержка привилегированных слоев и государства, без организующей роли которых строительство было бы невозможно.

Дополнительные налоги, добровольно-обязательные пожертвования как денежные, так и натуральными продуктами хозяйства, отток в Египет в составе трудовых — скорее всего молодежных, — отрядов наиболее трудоспособного населения и т. д. и т. п.) отвечал этот проект, что они поддерживали его, несмотря на всевозможные жертвы3, на которые им приходилось идти?

Н. А. Морозов полагает, что причина была в сакральном, священном характере пирамид, которые задумывались и строились как усыпальницы великих государственных и религиозных вождей, основателей религиозных вероучений.

В параллелизме Абидосской таблицы с родословием Иисуса Хеопсу соответствует Авраам, чье имя, означающее «Отец Рима», идеально подходит для основателя Средиземноморской клерикальной империи и библейского культа Диоклетиана-Моисея. Поэтому Морозов считает, что главная из трех великих пирамид (пирамида Хеопса) воздвигнута над Диоклетианом (он же Моисей, он же Авраам).

Преемник Авраама Исаак («Распространитель письмен»), параллельный Дедефре, преемнику Хеопса, аналогичен с этой точки зрения Констанцию Хлору, преемнику Диоклетиана. Пирамиды у него нет. С точки зрения Н. А. Морозова, причина очевидна: Исаак-Хлор был верным последователем Авраама-Диоклетиана, новой религии не основывал и потому пирамиды не удостоен.

«Преемник Исаака — богоборец Иаков, первый увидевший лестницу на небо — Зодиакальный круг для движения планет, более всего соответствует Арию, которому, по-видимому, и воздвигнута вторая великая пирамида, — пишет Н. А. Морозов. — А последний библейский патриарх — теократ Иуда Иаковлев как будто соответствует евангельскому апостолу тоже Иуде Иаковлеву. Но это имя значит просто „богославный“ (ИЕ-УДЕ), или „православный“, а потому может обозначать и евангельского Христа, и его двойника, основателя православной литургии Василия Великого, которому, таким образом, под иероглифическим именем Менк-Рэ (греческое Менкавра) воздвигнута третья великая пирамида, может быть, вместо первой простой, из которой могли перенести его мумию в более подходящее место, так как гроб тут оказался пуст. Но относительно его было, по-видимому, много разногласий, и ему приведено много прозвищ…»

Существование трех великих пирамид указывает на существование трех влиятельных сект, почитающих в качестве основателей трех великих религиозных вождей, которые в последующем расщепились в целый ряд государственных и клерикальных деятелей. Эти секты соревновались в постройке наиболее величественного памятника своему основателю, чтобы подчеркнуть его святость и посмертное могущество. Многочисленные паломники, приходившие поклониться гробницам, поддерживали рвение строителей, финансировали их и, надо думать, считали угодным для души лично прибавить к пирамиде хотя бы один камень.

Эта теория Н. А. Морозова, отмечает М. М. Постников, объясняет все особенности пирамид и снимает все трудности традиционного объяснения. К тому же она может быть подкреплена и некоторыми дополнительными соображениями.

Морозов считал, что пирамиды были явными предшественниками православных колоколен. Посмотрите на любую из наших церквей. Что вы в них видите? Прежде всего, перед вами поднимается как можно выше к небу колокольня, заметная уже издали. По первичному плану, осуществляющемуся почти всегда и теперь… она четырехугольная и, подобно египетским пирамидам, всегда ориентирована своими четырьмя сторонами «на четыре стороны света», так как землю в древности считали тоже квадратом. Это и есть новейшая «египетская пирамида», лишь ради экономии в материале сузившая свое основание. Она не имеет более вида надгробной насыпи благодаря только успехам строительного искусства. Пирамидальная же форма была прообразом всякой башни. Когда еще не было цемента, было трудно построить высокое сооружение с отвесными стенами… Поневоле приходилось делать ступенчатую башню в виде пирамиды, которую к тому же от поколения к поколению, от царя к царю можно было беспредельно надстраивать новым рядом камней.

Что вы видите к востоку от современной церкви? Алтарь, прикрытый от дождя куполом, то есть храм, а под алтарем обязательно «мощи», то есть хотя бы кусочек мумии того святого, которому тут должно молиться.

Совершенно аналогично, к востоку от пирамиды всегда располагался храм, который египтологи без достаточных оснований называют «заупокойным», а в самой пирамиде обязательно предусмотрено помещение для мумии.

А относительно того, что это были специальные кладбищенские храмы, основанные обязательно на мощах святых, красноречиво свидетельствует то, что около пирамиды Хуфу мы видим, как около христианской церкви, огромное количество непирамидальных частных гробниц.

Итак, несомненно, подчеркивает Н. А. Морозов, пирамиды были колокольнями специальных принильских кладбищенских храмов особого образца, давших схему для дальнейших христианских церквей.

Бесспорная близость пирамид к колокольням, означающая, что пирамиды были прототипом колоколен, говорит о том, что религия строителей пирамид должна быть прототипом христианской религии, а следовательно, лицами, чьими гробницами должны были стать пирамиды, — являются основатели христианской религии. Таким образом, мы снова возвращаемся к Моисею, Аарону-Арию и Иисусу.

Морозов также отмечает, что в библейских книгах Царств постоянно упоминаются какие-то являющиеся предметом поклонения «высоты» (БМУТ), на которых горят огни и совершаются религиозные обряды. Теперь читателю должно быть очевидно, что этими высотами являются пирамиды, особенно если вспомнить, что хотя вопрос о происхождении слова «пирамида» считается еще не решенным, одна из наиболее распространенных этимологии производит это слово от греческого «пир» — «огонь», «пламя», из-за огней, которые зажигались на вершине пирамиды.

Ко времени, когда окончательно кристаллизовались книги Царств, первоначальное происхождение пирамид уже забылось, хотя поклонение им еще осталось. Это объясняет, почему авторы книг Царств рассматривают этот культ как еретический.

Н. А. Морозов полагает, что представление о пирамидах как гробницах великих святых неполно. Действительно, как бы мы ни любили и ни уважали своих мертвецов, тратить многие годы и колоссальные средства на сооружение их усыпальниц никто, конечно, не будет. Для покойников всегда строились посильно богатые мавзолеи, и хотя, скажем, замоскворецкие купцы и состязались в богатстве своих фамильных склепов, но что-то неизвестно, что хотя бы один из них разорился на их строительстве.

Строители пирамид явно должны были преследовать какие-то свои, личные цели, иначе невозможно объяснить их многолетние усилия и невероятные траты.

Здесь остается признать лишь то, что люди того времени думали, будто погребенные тут великие святые поведут их на небо, и каждая из трех сект, конкурируя с другой, строила над их телами удобные лестницы для этого, а больших лестниц тогда нельзя было физически сделать, иначе как в виде пирамид.

Соблазн же для такой постройки был велик. Дело в том, что голубая лазурь небес… кажется для наивного, не подготовленного наукой человека не выше чем несколько десятков сажен над его головой. Я вспоминаю, как и сам, лет семи или восьми, когда еще держался библейского представления о небе как о хрустальном колпаке над землей… старался много раз определить его высоту. Я заключил, что небо должно находиться не выше чем в 50 саженях над поверхностью земли и что построить туда большую лестницу вполне возможно.

Все эти детские размышления, которые, конечно, в совершенно таком же виде приходили и всем самостоятельно пробуждающимся наивным умам, неизбежно должны были в свое время возникнуть в головах самых выдающихся мыслителей древности, стоявших на библейской точке зрения. А мысль взобраться на небо должна была казаться не только им, но и всему населению страны такой привлекательной, что оно не прочь было массами пойти на такую приманку и потратить на нее много лет своего собственного труда… И конечно, такую лестницу на небо надо было строить под покровительством лишь самых величайших святых — Моисея, Аарона, Христа…

…Три величайшие египетские пирамиды являются с этой точки зрения лишь трагическими памятниками древних заблуждений, через которые должна была неизбежно пройти наука о строении вселенной, прежде чем достигнуть современного учения о бездонности небесных пространств.

В связи со всем сказанным выше встает вопрос: почему именно в Египте решили строить усыпальницы — пирамиды? А потому, отвечает Н. А. Морозов, что «когда уже возникли сухопутные и морские сношения между береговыми охранами Средиземноморского этнического бассейна, тогда неизбежно стали распространяться рассказы о чудесах далеких стран. В Сицилии вечно дымится огромная гора — жертвенник небесному богу, и у Неаполитанского залива на Везувии находится жилище бога-громовержца и потрясателя земли. А в Египте есть не меньшее чудо: люди после смерти там не гниют, около Мемфиса есть „Святая земля“, в которую запрещен вход нечистым духам, пожирающим тела умерших. Тела остаются там нетленными».

Такие рассказы, конечно, были вызваны до периода бальзамирования тем простым обстоятельством, что под влиянием совместного действия солнечных лучей и жгучего самума трупы людей и животных, брошенные на границе пустыни, должны были часто высыхать, и потом заносились песком.

Для властелинов земли в арианско — христианский период, уже понявших неизбежность не только чужой, но и собственной смерти, наиболее ужасной перспективой, конечно, была мысль оказаться обглоданными потом до костей какими-то прожорливыми, вонючими, погаными духами. А потому и мысль быть погребенными в «Святой земле», где их тела в полной целости будут дожидаться всеобщего воскресения мертвых, должна была казаться особенно заманчивой.

В результате этого эллино-египетские властелины (Имеются в виду «римские императоры».) могли приказывать своим наследникам отвезти себя для погребения обязательно в Египет, на Гизехское поле. А для наибольшего предохранения от гниения на дороге мог быть придуман и обычай бальзамирования.

Таково, по мнению Н. А. Морозова, наиболее естественное объяснение исключительного обилия мумий и грандиозных гробниц в долине Нила. Их вызвал не человеческий местный произвол, а сама его стихийная природа.

М. М. Постников, впрочем, думает, что обычай привозить забальзамированные трупы в Египет зародился значительно ранее, а арианско — христианские владыки просто им воспользовались. И вот в Египет везут трупы не только владык, но и всех, кто это мог себе позволить, — крупных чиновников, родовитых аристократов, богатых купцов. Поэтому-то в Египте, по мнению М. М. Постникова, так велика плотность захоронений и храмов.

По-видимому, отмечает он, первоначально, да и долгое время потом, хоронили не в пирамидах, а в прямоугольных склепах, которые теперь египтологи называют арабским словом «мастаба». Обычай хоронить в пирамидах (конечно, только царей и лиц, особо к ним приближенных) появился, надо думать, поздно, уже в подражание трем великим пирамидам.

Подкреплением этой теоретической конструкции служит тот факт, что не сохранилось ни одной гробницы римских ранневизантийских императоров. Самой ранней императорской гробницей является гробница Теодориха в Равенне.

Факт отсутствия усыпальниц императоров давно уже мучил историков, но они так и не смогли придумать ему рационального объяснения. С точки же зрения Н. А. Морозова, никакой проблемы нет: мумии всех императоров находятся (или, точнее, находились до вывоза их в европейские музеи) в Египте.

Очень интересно вопрос о месте захоронения римских императоров (под псевдонимом богоборческих и богословских царей) решается в Библии. Оказывается, что он связывается с неким «городом Давида» (ЕЙР-ДУД), что означает «город Возлюбленного». Этот город упоминается в Библии только в книгах Царств и в том, что переписано из них в книгах Паралипоменон.

Н. А. Морозов полагает, что «по совокупности обстоятельств… можно заключить, что „городом Возлюбленного“ скорее всего называлось поле пирамид („поле царских гробниц“) близ Мемфиса». Конечно, отождествлять «город Давида» с теперешним Иерусалимом невозможно хотя бы потому, что, несмотря на усердные поиски, никаких следов царских гробниц в нем не обнаружено.

Г. В. Носовский и А. Т. Фоменко также подчеркивают, что Египет был одним из основных религиозных центров как Византийской империи X–XIII веков, так и Великой «Монгольской» империи XIV–XVI веков. Здесь был сосредоточен культ мертвых.

В силу обнаруженных ими династических параллелизмов, погребения иудейских царей — это захоронения византийских ромейских императоров X–XIII веков н. э., великих «монгольских» князей-ханов XIV–XVI веков н. э., турецких султанов-атаманов эпохи XIII–XVII веков н. э., мамелюкских — казацких правителей XIII–XVII веков н. э.

Скорее всего, библейский «город Давида» — не жилой город, а огромный некрополь, царское кладбище, Город Мертвых. В этом некрополе, следуя статистическим династическим параллелизмам, похоронены по крайней мере правители, известные в том числе и под их следующими многочисленными «античными» именами: Диоклетиан, Константин I, Констанций I Хлор, Юлий Цезарь, Помпеи, Феодосии I Великий и т. д. (Кстати, в скалигеровской истории гробницы этих правителей считаются утерянными. Неизвестны даже места их захоронений.) Фоменко и Носовский полагают, что рядом с правителями были захоронены и их ближайшие родственники, члены царских семей, высшие государственные чиновники, церковные иерархи и т. д.

Где же большой погребальный комплекс? Такой некрополь существует, причем один. Это — знаменитое поле пирамид и гробниц в Гизе, в Египте. Бальзамирование трупов скорее всего возникло именно с целью предохранения их от гниения по дороге, во время длительной перевозки через Средиземное море, если царь умирал не в Египте.

Считается, что «древние» египетские жрецы всеми силами стремились предохранить захороненные мумии великих фараонов от «древних» грабителей. Надо признать, что «заботились» они о мумиях довольно странным образом. Сначала фараонов пышно хоронили, но вскоре жрецы тайком вынимали мумию и перезахороняли ее в другом, тайном месте. Так, например, во времена XXI и XXII династий были спрятаны вместе мумии Секнекры, Яхмоса, Аменхотепа I, Тутмоса I, Тутмоса II, Тутмоса III, Сети I, Рамзеса II, Рамзеса III, некоторых жрецов Амона и ряд других, которые не удалось идентифицировать.

В гробнице Аменхотепа II помимо его собственной были найдены мумии Тутмоса IV, Аменхотепа III, Менептаха, Сиптаха, Сети II, Рамзеса IV, Рамзеса V, Рамзеса VI, царицы Тэйе, а также двух неизвестных женщин и ребенка. Небольшие боковые камеры или часовни также стали использоваться для того, чтобы спрятать сокровища, как в гробнице Аменхотепа II, где исследователь Лоре обнаружил и сфотографировал, как несколько мумий были просто свалены в кучу, а одна мумия принца даже угодила в ритуальную ладью хозяина гробницы. Наверное, мы уже никогда не узнаем о причинах такой крайней спешки и о тех преследованиях и преступлениях, которые предшествовали этому.

По мнению авторов новой хронологии, все это происходило не в глубокой древности, как считают египтологи, а в начале XIX века, когда в Египет вторглась французская армия Наполеона, в 1798 году. Вскоре войска египетских мамелюков были разгромлены, а затем началась кровавая резня. Мамелюков попросту уничтожали.

По их мнению, последние мамелюки и их священники судорожно пытались спасти от захватчиков хотя бы часть своих святынь, поспешно пряча мумии, сокровища и т. д. Залив кровью Египет, победители-европейцы и их союзники, естественно, постарались потом переложить ответственность за уничтожение и порчу многих памятников на самих «древних фараонов», «древних грабителей», «древних гиксосов» и т. д.