XII Вишну, Всеохватывающее Божество Ригведа I. 154

XII

Вишну, Всеохватывающее Божество

Ригведа I. 154

vi??ornu ka? v?ry??i pra voca? ya? p?rthiv?ni vimame raj??si ?

yo askabh?yaduttara? sadhastha? vicakram??astredhorug?ya? ?

1. Сейчас я провозглашу могущественные деяния Вишну, который размерил земные миры и который дал опору той верхней обители нашего самоосуществления, он, широко идущий, делая три шага в своем вселенском движении.

pra tadvi??u? stavate v?rye?a m?go na bh?ma? kucaro giri??h?? ?

yasyoru?u tri?u vikrama?e?vadhik?iyanti bhuvan?ni vi?v? ?

2. То Вишну утверждает в вышине своим могуществом, он, подобный страшному льву, бродящему в неведомых местах, чье логово на горных вершинах, он, в трех широких шагах которого все миры находят свое пристанище.

pra vi??ave ???ametu manma girik?ita urug?y?ya v???e ?

ya ida? d?rgha? prayata? sadhasthameko vimame tribhiritpadebhi? ?

3. Вперед к Вишну пусть движется наша сила и наша мысль, к всеохватывающему, широко идущему Быку, чье место обитания в горах, кто, будучи Един, измерил всю эту обширную и далеко простершуюся обитель нашего самоосуществления всего тремя шагами.

yasya tr? p?r?? madhun? pad?nyak??yam??? svadhay? madanti ?

ya u tridh?tu p?thiv?muta dy?meko d?dh?ra bhuvan?ni vi?v? ?

4. Он тот, чьи три шага полны медового нектара и не иссякают, но несут в себе упоительный восторг в согласии с самой своей природой; и тот, кто, будучи Един, поддерживает тройственную основу, а также землю с небом – все миры.

tadasya priyamabhi p?tho a?y?? naro yatra devayavo madanti ?

urukramasya sa hi bandhuritth? vi??o? pade parame madhva utsa? ?

5. Да достигну я, наслаждаясь, той цели его движения – Восторга, где обретают упоение души, ищущие бога; ибо там, в том высшем шаге широкошагающего Вишну, находится тот Друг людей, кто есть источник сладости медовой.

t? v?? v?st?nyu?masi gamadhyai yatra g?vo bh?ri???g? ay?sa? ?

atr?ha tadurug?yasya v???a? parama? padamava bh?ti bh?ri ?

6. Вот те обители вас двоих мы жаждем как цели нашего путешествия – те, где пасутся многорогие стада Света; ведь здесь тот высший шаг широкошагающего Вишну проливает свой свет на нас во всей своей многообразной шири.

Комментарий

Божество этого гимна Вишну всеохватывающий, который в Ригведе тесно, хоть и неявно, связан и почти отождествлен с другим божеством, Рудрой, занимающим почетное место в позднейшей религии. Рудра, бог свирепый и яростный, обладает и благодетельным аспектом, который приближается к наивысшей блаженной реальности Вишну; неизменное дружелюбие Вишну в отношении человека и помогающих ему богов омрачается присущим ему аспектом страшной свирепости: «как страшный лев, обитающий в местах недобрых и труднодоступных», и описывается этот его аспект в выражениях, которые скорее соответствовали бы Рудре. Рудра – отец Марутов, неистовых в битвах; Вишну в последнем гимне пятой мандалы воспет под именем Эвая Марут, как источник, давший жизнь Марутам, сделавший их такими, какие они есть, и сам отождествляется с единством и тотальностью их воинственных сил. Рудра есть Дэва или Бог, восходящий в космосе; Вишну есть тот же Дэва или Бог, пробуждающий энергии восхождения и помогающий им.

Европейские ученые долго пытались отстоять точку зрения, согласно которой величие Вишну и Шивы в пуранических теогониях относится к временам более поздним, а в Веде эти боги занимали незначительное положение и стояли ниже Индры и Агни. Среди многих ученых даже распространилось мнение, будто Шива представляет собой позднейшую концепцию, заимствованную у дравидов и знаменующую частичное подчинение ведийской религии той местной культуре, в которую эта религия вторглась. Такого рода ошибки с неизбежностью вытекают из общего неверного истолкования ведийской мысли, в чем повинен старый брахманический ритуализм, которому европейская научная мысль, преувеличивая незначительные и внешние элементы ведийской мифологии, только придала новую и еще более далекую от истины форму.

Значение ведийских богов должно измеряться не количеством гимнов, посвященных им, или местом, которое им отводится в обращениях риши, но функциями этих богов. Агни и Индра, к которым обращено большинство гимнов Веды, не более велики, нежели Вишну и Рудра, но функции, выполняемые ими во внутреннем и во внешнем мирах, относятся к числу самых активных, важных и непосредственно воздействовавших на психическую дисциплину древних мистиков, и это единственная причина их преобладающего положения. Маруты, дети Рудры, занимают не более значимую роль в пантеоне богов, чем их свирепый и могущественный Отец, однако к ним обращено множество гимнов и они гораздо чаще упоминаются в связи с другими богами, так как для ведийской дисциплины их функции имели постоянное и непосредственное значение. С другой стороны, Вишну, Рудра, Брахманаспати, ведийские прототипы позднейшей пуранической триады Вишну-Шива-Брахма, создают условия для ведийского труда и поддерживают его, находясь за спинами более действенных сил, и на первый взгляд гораздо менее вовлечены в его рутинные процессы.

Брахманаспати есть тот, кто творит при помощи Слова; он вызывает свет и видимый космос из тьмы бессознательного океана и движет формы сознательного бытия ввысь к их конечной цели. Именно из созидательного аспекта Брахманаспати впоследствии возникла концепция Брахмы-Творца.

Рудра дает силу для восходящего движения форм или образований Брахманаспати. В Веде он зовется Могучий в Небесах, но работу свою он начинает на земле и делает жертвоприношение действенным на всех пяти уровнях нашего восхождения. Он – Яростный, тот, кто управляет восходящей эволюцией сознательного бытия; его мощь противостоит всякому злу, сокрушает грешника и врага; нетерпимый к порокам и грехам, он самый ужасный из богов, единственный, кого по-настоящему боятся ведийские риши. Агни, Кумара, прототип пуранического Сканды, – дитя этой силы Рудры на земле. Маруты, жизненные энергии, которые силой добывают себе свет, есть дети Рудры. Агни и Маруты возглавляют отчаянную битву за подъем ввысь от первоначального земного и темного творения Рудры к небесам мысли, к лучезарным мирам. Но у этого яростного и могучего Рудры, который крушит все порочные образования во внутренней и внешней жизни, есть и более благотворный аспект. Рудра – верховный целитель. Он губит все, что ему противится; но, будучи призван на помощь и умилостивлен, он исцеляет все раны, все зло и все страдания. Воинствующая сила есть его дар, но в ней же – конечный покой и радость. В этих аспектах ведийского бога заключен весь исходный материал, необходимый для развития образа пуранического Шивы-Рудры, разрушителя и исцелителя, милостивого и ужасного, Владыки силы, действующей в мирах, и Йогина, наслаждающегося высшей свободой и безмятежностью.

Для творений слова Брахманаспати, для действия силы Рудры Вишну поставляет необходимые статические элементы – Пространство, упорядоченное движение миров, уровни восхождения, наивысшую цель. Он сделал три шага и в образовавшемся пространстве разместил все миры. В этих мирах он, всеохватывающий, и обитает, отводя большее или меньшее место для действий и движений богов. Когда Индра убивает Вритру, то он сначала возносит молитву Вишну, своему другу и соратнику в великой борьбе (I. 22. 19): «О Вишну, отмерь своими шагами побольше простора» (IV. 18. 11), и на этом просторе он уничтожает Вритру, который ограничивает, Вритру, который скрывает. Последний наивысший шаг Вишну, его высочайший престол – это тройственный мир блаженства и света, parama? padam, который мудрые видят простершимся в небе подобно сияющему оку всевидения (I. 22. 20); этот высочайший престол Вишну и является целью ведийского путешествия. Здесь снова ведийский Вишну выступает как законный предтеча и настоящий прототип пуранического Нараяны, Охранителя и Властелина Любви.

По сути фундаментальная концепция Веды исключает пураническую иерархию – разделение на верховную Триаду и меньших богов. Для ведийских риши существовал только один универсальный Дэва, а Вишну, Рудра, Брахманаспати, Агни, Индра, Ваю, Митра, Варуна – все они в равной мере являются его формами и космическими аспектами. Каждый из них есть сам по себе весь Дэва и содержит в себе всех остальных богов. Полное развитие в Упанишадах идеи этого наивысшего и единственного Дэвы, который в гимнах Ригведы оставался неясным, неопределенным, подчас даже именуемым «То», среднего рода, или единственным существующим, а также ритуалистическое ограничение ролей других богов и все более точное определение их человеческих или личностных аспектов под давлением развивающейся мифологии привело к снижению их значения и к возведению на трон в окончательной пуранической структуре индуистской теогонии менее расхожих и более общих имен и форм – Брахмы, Вишну и Рудры.

В этом гимне Диргхатамаса Аучхатхьи, обращенном к всеохватывающему Вишну, воспевается именно это знаменательное деяние бога – величие трех его шагов. Мы должны оставить в стороне идеи, появившиеся уже в позднейшей мифологии. Здесь мы не имеем дела с Вишну-карликом, титаном Бали и тремя божественными шагами, которыми были взяты во владение Земля, Небо и бессолнечные подземные миры Паталы. Три шага Вишну в Веде четко определяются риши Диргхатамасом как земля, небо и тройственная основа, tridh?tu. Именно эта тройственная основа, которая лежит за пределами Неба или налагается на него в качестве его высочайшего уровня, n?kasya p???he (I. 125. 5), и есть наивысший шаг или наивысшая обитель, престол этого всеохватывающего божества.

Вишну есть широкошагающий. Он есть тот, кто вышел за преде-лы, – на языке Иша Упанишады, sa paryag?t, – трижды простерший себя как Провидец, Мыслитель и Создатель в сверхсознательном Блаженстве, в небе мысли, на земле физического сознания, tredh? vicakram??a?. Этими тремя шагами он размерил, образовал во всем их протяжении земные миры; ибо по ведийским представлениям материальный мир, который мы населяем, есть лишь одна из нескольких ступеней, ведущая за своими пределами к ментальным и витальным мирам и поддерживающая их. Этими шагами Вишну устанавливает над землей и промежуточным миром – земля есть область материального, а промежуточный мир есть витальная область, управляемая Ваю, Владыкой динамичного жизненного принципа, – тройное небо с тремя его сияющими вершинами, tr??i rocan?. Эти небеса и описываются риши как высшая обитель свершения. Земля, срединный мир и небо составляют тройное пространство постепенного самоосуществления сознательного существа, tri?adhastha (I. 156. 5): земля – низшая обитель, витальный мир – срединная и небо – высшая. И все три охватываются тройным шагом Вишну[136] .

Но это еще не все. Есть еще мир, в котором процесс самоосуществления находит свое завершение, – высочайший шаг Вишну. Во втором стихе провидец упоминает его просто как «то». «То» Вишну, продолжая движение вперед, устанавливает своим третьим шагом или прочно утверждает, pra stavate, благодаря своей божественной мощи. После этого Вишну описывается в выражениях, говорящих о его сущностной тождественности ужасному Рудре, свирепому и опасному Льву миров, который берет начало в эволюции как Владыка животных, Пашупати, и движется вверх по горе бытия, где сам обитает, пробираясь сквозь все более и более трудные и недоступные места, пока не останавливается на самых вершинах. Таким образом, тремя широкими шагами Вишну охватывает все пять миров со всеми населяющими их тварями. Земля, небо и «тот» мир блаженства есть три шага Вишну. Между землей и небом помещается Антарикша, витальные миры, дословно «промежуточное пространство». Между небом и миром блаженства есть другое обширное пространство, Антарикша, или место промежуточного обитания – Махарлока, мир сверхсознательной Истины сущего[137] .

Сила и мысль человека – сила, исходящая от Рудры, Могучего, и мысль, исходящая от Брахманаспати, творящего Владыки Слова, – должны двинуться вперед, выйти в великое путешествие ради или навстречу этому Вишну, который стоит у самой цели, на вершине, на пике горы. Он есть это широкое универсальное движение, он – Бык мира, который наслаждается и оплодотворяет все энергии силы и все движущиеся стада мысли. Это широко раскинувшееся пространство, которое предстает перед нами как мир нашего самоосуществления, как тройной алтарь великого жертвоприношения, таким образом было отмерено и сформировано всего тремя шагами этой всемогущей Беспредельности[138] .

Все три шага исполнены медового нектара восторга существования. Всех их Вишну наполняет своей божественной радостью бытия. Ею они неизменно поддерживаются, не иссякая, не иссыхая, но в гармонии со своим природным движением пребывают в постоянном экстазе, в непреходящем упоении своим широким, безграничным существованием. Вишну неусыпно поддерживает их, сохраняет их в неприкосновенности. Он есть Единственный, только он один единственно существующее Божественное, и он содержит в своем бытии тройную божественную основу, которую мы достигаем в мире блаженства, землю, где есть наше основание, и небо, с которым мы соприкасаемся через ментальное существо внутри нас. Все эти пять миров поддерживает он[139] . Tridh?tu, тройная первооснова или тройной принцип существования, – это Сатчитананда Веданты, а на обычном языке Веды – это vasu, субстанция, ?rj, изобильная сила нашего бытия, priyam или mayas, восторг и любовь в самой сути нашего существования. Из этих трех вещей и состоит все сущее, и мы стяжаем полноту их тогда, когда достигаем цели нашего путешествия.

Та цель есть Восторг – последний из трех шагов Вишну. Риши использует неопределенное местоимение «tat», которым он поначалу неясно обозначил его: под этим словом подразумевался восторг, всенаслаждение как цель движения Вишну. Именно эта Ананда для человека в его восхождении становится миром, в котором он вкушает божественный восторг, обретает полноту энергии беспредельного сознания, реализует свое бесконечное существование. Там, в вышине, располагается тот источник медового нектара бытия, которым наполняются три шага Вишну. Там души, взыскующие божественности, живут в экстазе от этого сладчайшего вина. Там, в этом наивысшем шаге, в высочайшей обители широкошагающего Вишну и бьет родник медового нектара, источник божественной сладости, ибо то, что обитает там, есть Божество, Дэва, совершенный Друг и Возлюбленный тех душ, что к нему стремятся, недвижимая и конечная реальность Вишну, к которой восходит в космосе широкошагающий Бог[140] .

Итак, есть двое, здесь – Вишну в движении, там – вечно неизменный, наслаждающийся блаженством Дэва, и именно те наивысшие обители этой Пары, тройственный мир Сатчитананды, мы желаем как цели этого долгого путешествия, этого великого восходящего движения. Именно туда идут многорогие стада сознательной Мысли, сознательной Силы, там – цель, там – их пристанище. Там, в тех мирах, посылающих нам сюда свой свет, и пребывает это огромное, полное, безграничное сияние высочайшего шага, высочайший престол широкошагающего Быка, властителя и предводителя всех этих многорогих стад – всеохватывающего Вишну, космического Божества, Возлюбленного и Друга наших душ, Повелителя трансцендентного существования и трансцендентного восторга[141] .

Данный текст является ознакомительным фрагментом.