Изучение мозга

Изучение мозга

Взгляд на сознание как просто функцию процессов в мозге и пренебрежение фактом нахождения сознания вне мозга тормозит науку и не позволяет исследователям делать правильные выводы из результатов своих опытов. Тратятся большие людские и финансовые ресурсы на изучение проблем и задач, которые не имеют перспектив уже на стадии постановки. Например, неудача проектов с нейронными сетями как способа моделировать сознание, не останавливает новые проекты в этом тупиковом направлении. Вот недавнее сообщение из прессы от 2014 года.

«Несмотря на слухи о том, что приближается время, когда искусственный интеллект превзойдет человеческий разум, мы все еще слишком далеко от этого момента. Одному из самых мощных суперкомпьютеров в мире удалось воспроизвести одну секунду активности человеческого мозга за 40 минут работы. Исследователи из Германии и Японии использовали четвертый по мощности суперкомпьютер для имитации активности мозга человека. У машины более 700 тысяч процессорных ядер и 1,4 миллиона гигабайт оперативной памяти. Суперкомпьютер симулировал взаимодействие 1,73 миллиардов нервных клеток и более 10 триллионов синапсов или связей между мембранами клеток головного мозга. Несмотря на столь впечатляющие цифры, это всего лишь один процент от сети человеческого мозга. В долгосрочной перспективе исследователи хотят построить кластер, который сможет имитировать человеческий разум в реальном времени. Согласно ученым из немецкого университета Фрайбурга, эта цель может быть реализована к концу десятилетия».

Как уже отмечалось ранее, моделирование нейронной сети не приближает к разгадке сознания. Даже если удастся построить еще более дорогой и быстродействующий кластер и смоделировать передачу сигналов в мозге, понятно, что к человеческому разуму эта система не будет иметь отношения, так как разум находится вне мозга. Вот еще одно описание нового десятилетнего проекта по исследованию мозга.

«Европейская комиссия объявила на церемонии в Лозанне о выборе проекта «Мозг человека» в качестве главной темы ближайшего десятилетия. Этот выбор является результатом более чем трех лет подготовки и тщательной оценки по большой группы независимых ведущих учёных Европейской комиссии. Проект, базирующийся в Федеральной политехнической школе Лозанны (EPFL) в Швейцарии, получит финансирование 1,19 млрд евро в течение ближайших 10 лет. Его будет возглавлять израильский профессор Генри Маркрам, который присоединился к EPFL десять лет назад после окончания работы в Институте Вейцмана в Израиле.

Более 80 университетов и исследовательских институтов в Европе и остальном мире будет участвовать в проекте, который начнется в конце 2013 года и продолжится до 2023 года… Большой сторонник этого направления президент Израиля Шимон Перес заявил: «Израиль поставил исследования мозга в центр своих усилий на ближайшее десятилетие, и наша страна уже возглавляет глобальные усилия, направленные на улучшение нашего понимания человечества. Я уверен, что предстоящее открытие принесет пользу широкому кругу областей, от здравоохранения до промышленности, а также нашему обществу в целом».

«Мозг человека является наиболее сложной и удивительной структурой во Вселенной, но мы еще очень далеки от его понимания. В некотором смысле, мы чужие себе. Раскрытие тайн мозга поможет нам понять нашу работу и самих себя. Я поздравляю Европейскую комиссии с её видением в выборе проекта человеческого мозга, как флагманской миссии на предстоящее десятилетие», – сказал Перес.

Основная часть программы заключается в сборе данных о мозге с использованием различных современных подходов исследования и построения моделей деятельности мозга с помощью суперкомпьютеров более мощных, чем те, которые используются сегодня».

Любопытно, что 90-е годы прошлого века уже были объявлены как «десятилетие мозга». И для этого были серьезные основания, так как к тому времени появились совершенно новые приборы и методы для исследования мозга. К концу двадцатого века появились устройства и методы, позволяющие проводить объемное сканирование состояния мозга: магнитоэнцефалография, магниторезонансная томография, позитронноэмиссионная томография и т. д. Активацию каких-либо процессов в мозге теперь можно было отслеживать на компьютере во времени и в пространстве. Прошлые поколения исследователей могли только мечтать об этом. Стало возможно не только точно диагностировать больной участок, но, практически, «читать мысли». То есть, если человек о чем-то думает, то соответствующая объемная картина сигналов в мозге могла быть записана и проанализирована.

Однако, каковы же результаты интенсивных исследований с применением новых технологий в течение этого прошедшего «десятилетия мозга»? Что нового узнали о механизмах памяти и работы сознания? Вот мнение квалифицированного специалиста в этой области. «Эрик Кендел (лауреат Нобелевской премии 2000 года) еще в 1963 г., после известия о награждении Нобелевской премией А. Ходжкина, А. Хаксли и Дж. Эклса за изучение мембранных процессов нервного возбуждения и торможения, заявил, что следующая премия будет присуждена за исследование синаптических механизмов памяти. И взялся за изучение этого вопроса. Теперь понятно, что, хотя его труд по достоинству увенчался наградой, о которой он мечтал, Кендел ошибся как минимум дважды. Как это не раз бывало с присуждением Нобелевских премий, он получил ее за исследование не той проблемы, которой посвятил всю свою жизнь. Более того, за 37 лет, истекших с момента его предсказания, около дюжины Нобелевских премий присуждено за исследования мозга и ни одна из них – за расшифровку механизмов памяти. Современная нейронаука слишком мало знает о механизмах высших функций мозга, и на долю следующего века остается еще много фундаментальных открытий, касающихся этого самого сложного из всех известных нам во Вселенной объектов» (Анохин К.В., доктор медицинских наук, журнал ПРИРОДА, № 1, 2001).

В наступающем «десятилетии мозга» 2013–2023 основные надежды возлагаются уже не на новые приборы для сканирования мозга, как это было в прошлом «десятилетии мозга», а на новые мощные суперкомпьютеры. Однако хорошо моделировать токи через проводники люди научились уже столетие назад. Нейтронная сеть человека это те же проводники для импульсов тока, и чем суперкомпьютеры могут помочь в изучении проводимости, и открыть что-то новое в этой вдоль и поперек изученной области физики остается загадкой.

А ведь интенсивные исследования мозга не прекращаются ни на минуту, например, Американское общество нейробиологов является сегодня самым крупным по численности научным обществом в мире, его съезды собирают до 15-ти тысяч ученых. Но оставаясь в рамках материалистической парадигмы, ученые не могут получить какие-то значимые результаты о памяти и сознании от изучения процессов в мозге. Вот характерный пример описания таких исследований из множества аналогичных.

«Американские нейрофизиологи сделали важное открытие, которое представляет в новом и весьма неожиданном свете природу человеческой памяти. Эти результаты представлены в двух статьях, которые 15 апреля 2004 опубликовал журнал Nature. Речь идет о той форме хранения информации, которую специалисты называют кратковременной рабочей памятью. Участники-добровольцы эксперимента в Орегоне сидели перед компьютерными мониторами и наблюдали за разноцветными кружками, вспыхивающими перед их глазами. Сначала им показывали только пары кружков, а затем – четверки. После первого появления изображение на экране исчезало и ровно через секунду появлялось вновь – иногда то же самое, а иногда и измененное. В каждом случае испытуемый должен был решить, совпадали ли эти картинки или же чем-то отличались. Ученые из Нашвилла проводили свои опыты аналогичным образом. Для того, чтобы эти эксперименты позволили выявить участки мозга, задействованные в ходе тестирования, ученые должны были вести непрерывный мониторинг его работы. Исследователи из Орегона накладывали на кожу черепа испытуемых электроды и таким образом измеряли электрическую активность нейронов – этой техникой нейрологи и психиатры пользуются уже несколько десятилетий. Их коллеги из Университета Вандербильта применили функциональную магнито-резонансную томографию, которая дает возможность непосредственно наблюдать возбужденные зоны мозга во всем его объеме. Оба метода дали один и тот же результат: в процессе тестирования у испытуемых активно работал лишь один участок коры головного мозга, расположенный в ее задне-теменной области. Больше всего исследователей поразила малость этого участка, который оказался не больше однокопеечной монеты. Авторы работ в журнале Nature не исключают, что столь незначительные размеры этой зоны могут вполне реально ограничивать возможности каких-то аспектов человеческого интеллекта. А уж насколько это предположение отвечает действительности, покажут будущие исследования».

Понятно, что исследователи в данном случае обнаружили стабильный канал связи сознания с мозгом. Смешно и печально одновременно читать их вывод о том, что малость этой зоны может ограничивать возможности человеческого интеллекта, который является очевидным следствием их воспитания в строгих материалистических рамках.

Выше по тексту была приведена оценка от 2001 года Константина Анохина неудавшихся попыток расшифровать механизмы памяти во второй половине 20-го столетия. Сейчас он стал одним из известнейших специалистов по проблемам мозга, членом-корреспондентом РАМН и РАН, его лекции популярны среди студентов и широко представлены в интернете. Посмотрим, каковы успехи в исследовании мозга в первом десятилетии 21-го века в изложении К. Анохина. Во-первых, как и большинство представителей официальной науки, он остается убежденным материалистом, критикуя Платона и Декарта за их дуализм, то есть разделение материи и сознания:

«Вот у нас есть основание сегодня думать, что Платон в разделении природы делал крупную ошибку. Великие умы делают великие ошибки. Он разделил мозг и разум, он разделил тело и душу. Вслед за этим такое разделение, разделение мозга и разума, укоренилось после трудов другого великого философа Рене Декарта. По Декарту, весь мир можно разделить на две фундаментальные части… Вот, по сути, мы находимся в, как минимум, 400-летней традиции и инерции восприятия мира, разделенного на эти две части – мозг и разум. И то, что происходит сегодня в науках о мозге, почему это важный момент – стирает эту грань и показывает, что работа мозга – это и работа разума, что мозг работает как огромная популяция из миллионов, десятков миллионов, может быть, иногда сотен миллионов синхронно активирующихся, включающихся вместе в какую-то деятельность нервных клеток. Эти группы клеток, функциональные системы хранятся как структура нашего индивидуального опыта. А наш разум – есть манипуляция этими группами».

Пока ничего нового не сказано. Да, наш мозг состоит из нервных клеток, они как-то функционируют, все это было хорошо известно сто лет назад еще во времена И. Павлова. Смотрим дальше, что же новое происходит сегодня в науке о мозге?

«Таким образом, что одна группа способна вызывать к действию другую группу, и свойствами этих огромных групп являются не просто физиологические свойства, а те субъективные состояния – мысли, эмоции, переживания, которые мы и испытываем. В этом отношении наш мозг и разум едины».

Такое голословное утверждение вполне мог сделать и материалист 19-го века. А для 21-го века этого уже явно недостаточно, нужны хоть какие-нибудь подтверждающие факты.

«В объективных нейробиологических исследованиях памяти принято разделять вопрос о механизмах памяти на три вопроса, на три проблемы. Первая – как память формируется в мозге? Вторая – как память хранится в мозге на протяжении многих лет? И третья – как память избирательно извлекается, когда это необходимо? Один из первых вопросов, который подвергся объективным исследованиям, был вопрос о формировании памяти. И здесь исследования за последние несколько десятков лет перешли от наблюдения за поведением в момент формирования памяти у человека, животных, к тому, как память хранится за счет работы генома нервных клеток… И возникла гипотеза, что, может быть, формирование долговременной памяти, смотрите какой скачок от души, – это изменение в свойствах активности генома нервных клеток, изменение в свойствах работы и их ДНК».

Три вопроса о памяти понятны и очевидны, хотя бы из аналогии с компьютерами. И ясно, что в рамках материалистического подхода ни на один из этих вопросов за последние десятилетия ответа так и не нашли. Вместо этого «исследования перешли к тому, как память хранится за счет работы генома нервных клеток». С учетом того, что геном – это просто матрица, которая используется на первом этапе производства белков, какое отношение он может иметь к хранению памяти человека или животного? Тем более, автор и сам ранее справедливо указывает, что «белки разрушаются очень быстро».

Далее К. Анохин описывает опыты над животными, в которых с помощью химических веществ удалось отключить долговременную память, в то время как кратковременная осталась в рабочем состоянии. «Значит, долговременная память, действительно, зависит от работы генома нервных клеток. И очень важно понять тогда вопросы, что за гены включаются в нервных клетках, что запускает их в момент обучения, и каковы их функции?». Однако сознание с помощью химических веществ научились отключать еще в 19-ом веке для проведения хирургических операций. Сейчас нашли новую «химию», которая частично отключает память, и разве это хоть в какой-то степени доказывает, что память находится в мозге? Конечно, нет.

«В результате мы получаем картину, что, когда мы смотрим на развитие и обучение, мы видим очень сходные молекулярные каскады. Это означает, что каждый эпизод развития очень напоминает эпизод обучения, или, что во взрослом мозге процессы развития никогда не заканчиваются. Каждый акт познания для нас – это маленький эпизод морфогенеза и следующего развития. Но обратите внимание – какой? – под когнитивным контролем, в отличие от того, что происходит во время эмбрионального развития. Иначе говоря, наши знания, наша психика, наш разум, определяя процессы приобретения новых знаний, являются также триггерами и для дифференцировки клеток, хранящих эти знания».

Да, «процессы развития никогда не заканчиваются», кто же с этим будет спорить? Но, все-таки, пора бы указать, где же эти клетки, которые хранят знания? Нервные клетки созданы для пропускания электрических импульсов, никакой информации об этих импульсах они не сохраняют. В остальном они похожи на любые другие клетки, ядро с хромосомами, органеллы, белки и т.п. Если бы в нервных клетках были какие-то особые структуры для хранения информации, они давно бы были обнаружены, но их просто нет. То есть, автор говорит о «клетках, хранящих знания», а таких клеток просто нет в организме.

«Таким образом, вопросы молекулярной биологии памяти, возникшие из исследований биологических основ хранении информации в мозге, привели к следующим решениям: что формирование долговременной памяти основано на активации универсального каскада ранних и поздних генов, ведущей к перестройке обучающегося нейрона, его молекулярного, белкового фенотипа.

Мы также знаем из исследований последних лет, то, о чем я не говорил пока, что хранение памяти на протяжении жизни осуществляется за счет эпигенетических перестроек, то есть, изменяется состояние хроматина нервных клеток. Изменяется состояние эпигенетической памяти у нейрона, состояние дифференцировки клетки, хранящееся в результате обучения возможно также долго, как состояние дифференцировки клетки, сохраняющее ее свойства нервной клетки определенного типа в момент развития».

Это заключительные абзацы лекции о последних достижениях науки о «памяти в мозге». Конечно, если бы выражения автора «обучающийся нейрон» и «эпигенетическая память у нейрона» имели какое-то реальное содержание и смысл, то это заслуживало бы Нобелевской премии. Увы, наша память никакого отношения к реальным нейронам не имеет, здесь желаемое выдается за действительное и только. Получается, как и следовало ожидать, что К. Анохин совершенно напрасно обвинил Платона и Декарта в ошибке, когда они настаивали на различной сущности сознания и материи, ошибается как раз он сам и его коллеги материалисты. Они уже более полувека очень интенсивно ищут память в мозге, а найти не могут. Как говорится в китайской пословице, очень трудно найти черную кошку в темной комнате, особенно, если ее там нет.

Реальность такова, что нет ни одного факта, указывающего на то, что память и сознание находятся в мозге. Зато есть огромное количество фактов в пользу того, что сознание и память находятся вне мозга, а мозг является лишь инструментом сознания для связи с телом.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.