Глава 17. Точка, из которой нет возврата

Глава 17. Точка, из которой нет возврата

Первый вопрос:

Ошо,

Шри Ауробиндо утверждал, что есть нечто за пределами того, что Будда называет просветлением. Все его усилия были направлены на то, чтобы открыть дверь для этого нового этапа в человеческой эволюции.

Происходит ли с тобой то, что так и не случилось с Ауробиндо?

Шри Ауробиндо – это странный случай. Он знает все о просветлении, но он не просветленный.

Он – один из величайших ученых этого столетия, гений, его знания огромны. Но его понимание ничего не стоит. Он хорошо разбирается в священных писаниях, и он знает их лучше, чем кто-либо другой. Его толкование очень глубоко, очень логично, но лишено сердца. Оно мертво, оно не является результатом его собственной реализации.

Это одна из самых больших проблем для всех искателей истины: можно потеряться в знаниях, так ничего и не узнав о реальности.

Он знает все теории, все философии, но он просто слепец, который знает все о свете, но сам его никогда не видел. И вы можете оставаться в заблуждении всю жизнь – ведь вы так много знаете, и люди начинают преклонятся перед вами, люди начинают верить вам. А вера имеет свою собственную психологию: если множество людей верит в вас, вы и сами обязательно поверите в себя.

Я часто рассказываю одну историю о знаменитом журналисте, который умер и оказался у врат рая.

Врата рая и ада расположены как раз напротив друг от друга, расстояние между ними невелико. А поскольку они расположены рядом, естественно, каждому хочется попасть в рай. Итак, журналист постучался во врата рая. Привратник открыл маленькое окошко и спросил:

– Что вам угодно?

Тот сказал:

– Я – знаменитый журналист. Я только что умер и хочу войти.

– Сожалею, – сказал привратник, – но я вынужден вам отказать, потому что у нас есть квота: в раю может находиться только двенадцать журналистов. Квота давно исчерпана – вот уже много веков ни один новый журналист не попадал в рай. Да и эти двенадцать журналистов совершенно бесполезны, потому что в раю ничего не происходит. Они пробовали издавать газету, но вышел всего лишь один номер – ведь здесь находятся только святые: никаких убийств, никаких самоубийств, никаких преступлений, никакой политики, никакой борьбы за власть… никаких перемен, вечно одно и то же. Откуда взяться новостям?

А вы, должно быть, знаете, что такое новость: когда собака кусает человека, это не новость, но если человек кусает собаку – это новость. А здесь не случается ничего сенсационного, никаких любовных интриг… Когда людям становится скучно, они читают тот первый номер газеты, который был напечатан несколько веков назад.

Вам следует отправиться в ад. Там каждое мгновение случается что-нибудь потрясающее. Там находятся все активные люди мира, все творческие люди мира – художники, музыканты, поэты, актеры, танцоры, воры, убийцы, насильники, психоаналитики, философы – вы найдете там кого угодно.

А рай – скучное место. Только унылые, мертвые святые – скелеты. Их единственное достоинство состоит в том, что они ничего не делают. Так что отправляйтесь-ка в ад и наслаждайтесь. Там вы найдете все, чего вам не хватало на земле, – ведь там веками собирались самые яркие люди. Я и сам бы хотел туда попасть… но, попадая в рай, вы уже не можете отсюда уйти. Вот я и застрял здесь. Мой вам совет: уходите немедленно.

Но журналисты – народ упрямый. Он сказал:

– У меня есть предложение, и я думаю, что у вас должно быть достаточно сострадания, чтобы сделать это для меня. Разрешите мне войти всего на двадцать четыре часа. Если я смогу убедить одного из ваших журналистов отправиться в ад, тогда вы сможете внести меня в квоту, и журналистов так и останется двенадцать.

Привратник сказал:

– Это нечто неслыханное, беспрецедентное. Но я не могу отказать вам. Входите, сделайте попытку. Но помните, через двадцать четыре часа… Я рискую. Через двадцать четыре часа вы должны вернуться.

И через двадцать четыре часа журналист вернулся. За эти двадцать четыре часа он распространил среди журналистов слух: «В аду должна начать издаваться большая газета, и там сейчас очень нужны редакторы, помощники редактора, репортеры, разные журналисты. Жалованье будет высоким. Так что здесь вам нечего делать».

Но когда журналист через двадцать четыре часа подошел к воротам, привратник сказал ему:

– Идите назад. Теперь вы не можете выйти.

– Почему? – спросил журналист.

Привратник сказал:

– Я сдержал свое слово, и вы должны сдержать свое слово. Вы были очень убедительны. Все двенадцать журналистов ушли из рая. Я пытался объяснить им: «Это – всего лишь слух, не отказывайтесь от райской жизни». Но они не послушали меня.

Журналист сам распустил этот слух, но он начал думать, что, может быть, в этом что-то есть, иначе двенадцать человек просто так не ушли бы в ад.

Он потребовал:

– Немедленно откройте врата!

Его убедила убежденность других людей.

И так происходит с миллионами людей.

Когда вы видите, что семьсот миллионов человек убеждены в том, что католическое христианство – это единственная религия, то трудно сказать, что эти семьсот миллионов человек могут ошибаться. Само количество имеет такой вес.

Именно поэтому все религии стараются увеличить количество своих приверженцев. У них свои методы увеличения количества верующих, потому что, чем их больше, тем скорее вы убедите в своей правоте тех, кто не принадлежит к вашей пастве. Простое большинство является вашим аргументом, оно придает убедительности всему, о чем вы говорите.

Шри Ауробиндо был большим интеллектуалом, гениальным философом-рационалистом, обладавшим большим даром убеждения. Он убедил множество людей, и это множество людей убедило его в том, что он просветленный.

Он понятия не имеет о просветлении. Это верно, что в существовании есть нечто большее, чем то просветление, которого достиг Гаутама Будда. Но именно сам Гаутама Будда впервые в мире указал на возможность запредельного. Естественно, что никто, если он сам не достиг предела, не может сказать, что есть нечто запредельное.

Поэтому, когда Шри Ауробиндо говорит, что есть нечто большее, чем просветление Гаутамы Будды, он скрывает тот факт, что сам Гаутама Будда был тем, кто первым за всю историю человечества сказал: «Это не все, есть нечто запредельное».

Будда – и вы можете видеть искренность этого человека – говорит: «Человек, который вступил на путь, сротапанна, который вошел в поток, ведущий к океану, в миллионы раз более достоин уважения, чем кто-либо другой, только потому, что он вступил на путь поиска истины. Он еще не нашел ее, но сам порыв, само усилие, первый шаг делают его в миллионы раз благороднее всех уважаемых вами полководцев, королей, императоров и завоевателей мира.

Человек, который достиг точки, из которой он уже не повернет назад, анагамин, в миллионы раз более благороднее того, кто вошел в поток, сротапанны. А человек, который стал просветленным, который стал буддой, в миллионы раз благороднее, чем человек, который достиг точки, из которой нет возврата».

С этой точкой, из которой нет возврата, стоит разобраться.

Многие люди начинают поиск, а затем отказываются от него. Поиск труден, поиск – это движение в неизвестное; никто не знает, есть ли вообще просветление или это всего лишь фикция, созданная несколькими людьми вроде Гаутамы Будды. Может быть, они и не лгут, может быть, они сами обманываются – кто знает? Нет никакой гарантии.

Поэтому многие начинают поиск, но очень немногие продолжают его. Большинство возвращается в мир. Рано или поздно, обнаружив, что они попали на незнакомую территорию без карты, без проводника, они начинают сходить с ума. Ведь весь мир движется в совершенно ином направлении, а они остаются в одиночестве. Вся их сила была в толпе. В одиночестве же возникает тысяча и одно сомнение. В одиночестве человек начинает чувствовать, что миллионы людей не могут ошибаться. «А я – один, и я думаю, что я прав – должно быть, я схожу с ума».

Анагамин – это тот, кто подошел к критической точке, из которой он уже не может вернуться. Он не просветленный, но он издалека увидел возможность стать просветленным. Он не достиг вершины, он все еще находится в темной долине. Но он может видеть освещенную солнцем вершину, для него это – реальность, а не фикция. Теперь в мире нет такой силы, которая могла бы заставить его повернуть назад.

Будда говорит: «Но тот, кто стал просветленным, в миллионы раз более благороден, чем тот человек, который достиг точки, из которой нет возврата».

И вот вам искренность этого человека – он говорит: «Человек, который превзошел буддовость, который вышел за пределы просветления, в миллионы раз более благороден, чем любой просветленный». Он не утверждает, что он вышел за пределы, он просто говорит: «С того места, где я нахожусь, я могу видеть ту далекую звезду».

И он был первым, кто увидел ту далекую звезду: то, что находится за пределами просветления.

Шри Ауробиндо не искренен. Он никогда не цитирует этот отрывок, который он просто обязан был цитировать. Он пытается убедить своих читателей и последователей в том, что он работает над тем, чтобы открыть дверь за пределы просветления. Ему даже недостает мужества, чтобы объявить себя… сказать, что он просветленный. Он никогда не заявлял этого. Но окольным путем… он дает вам понять, что он просветленный, – ведь он пытается открыть дверь за пределы просветления. Естественно, он должен быть просветленным, но он не говорит этого.

Для того, чтобы заявить это, требуется мужество, а не ученость.

Он намекает на то, что он просветленный и работает ради других, чтобы они тоже могли выйти за пределы просветления. А они даже просветления не достигли. Это забавно – сама идея, что он пытается открыть дверь… усилия всей его жизни. Все его усилия были глупыми.

Это глупо, ведь другим эта дверь будет нужна только в том случае, если они станут просветленными. Сначала надо помочь людям стать просветленными! А вы вместо того, чтобы помогать людям достичь просветления, вкладываете всю свою энергию в открывание двери за пределы просветления.

Он нес чепуху не только по этому вопросу, он нес чепуху по многим вопросам.

Еще одним его сильным желанием было физическое бессмертие, он работал над тем, чтобы человек мог стать физически бессмертным. Естественно, вы подумаете, что сам он уже стал физически бессмертным, – это естественное предположение. И его последователи во всем мире начали распространять великую новость, хорошую новость о том, что Шри Ауробиндо стал физически бессмертным: «Сейчас он пытается найти методы, с помощью которых человек может стать физически бессмертным». А затем в один прекрасный день он умер.

Один из моих друзей жил тогда в ашраме Шри Ауробиндо. Я сразу же позвонил ему по телефону и спросил: «Что случилось?»

Но такова слепота!.. Он сказал: «Здесь в ашраме все были потрясены. Но мать ашрама сказала нам, что он просто вошел в продолжительное самадхи. Он не умер – это часть его проекта обретения бессмертия. Он уже нашел все, но ради последнего, недостающего звена ему пришлось войти в глубокое самадхи, глубоко погрузиться в океан». И он сказал мне, что все поверили в это!

Три дня они не хотели кремировать или хоронить его тело, потому что они верили, что он вернется. Но через три дня тело стало вонять. Тогда они испугались: если распространится весть о том, что тело воняет…

Этот человек был мертв, он не собирался возвращаться. Через три дня они поместили его тело в мраморную гробницу.

Они так и не сожгли его тело, ведь он может вернуться в любой момент. Действительно преданные его последователи до сих пор верят, что в один прекрасный день он вернется. И вся вера переместилась на мать ашрама – она была его партнером в деле обретения бессмертия для человечества. И было похоже на то, что сама она уже обрела его, потому что ей исполнилось почти сто лет. Представлялось вполне вероятным, что она обрела бессмертие. И она говорила, что собирается жить вечно.

В этом-то и прелесть того, что касается духовности: я могу сказать вам, что собираюсь жить вечно, а на следующий день взять и умереть – кому вы будете предъявлять претензии?

И в один прекрасный день мать умерла. Снова повторилось то же самое: три дня они ждали, а когда тело начало вонять, его поместили в другую мраморную гробницу рядом со Шри Ауробиндо. И преданные им последователи до сих пор каждый день сидят у этих гробниц, ожидая их возвращения. Постепенно число преданных уменьшается. Надежда превращается в безнадежность, в отчаяние. Возможно, они все еще не нашли недостающее звено.

Достаточно того, что человек имеет бессмертную душу, бессмертное сознание, бессмертное жизненное начало.

Но Шри Ауробиндо был одержим идеей, что он должен внести некий оригинальный вклад в духовный прогресс человечества. То, что человеческая душа бессмертна, – это опыт такой же древний, как и само человечество. Даже Веды, которым пять тысяч лет, провозглашают людей как амритасья путра – «вы есть сыны бессмертия». Нужно было что-то новое, что-то оригинальное… И то, что ваше тело может быть бессмертным, было великолепной оригинальной идеей.

Уму непостижимо, как разумные люди могут ухватиться за такую абсурдную идею.

Шри Ауробиндо был ребенком, стал юношей, затем состарился. Если человеческое тело бессмертно, то вам придется сказать, в каком возрасте оно будет бессмертным. Будет ли оно телом ребенка? Юноши? Старика? Или покойника? Последнее, кажется, является единственной возможностью.

«Тело покойника бессмертно» – несомненно, так оно и есть, потому что все элементы человеческого тела рассеиваются в природе. Ничто не исчезает, все соединяется – земля с землей, вода с водой, воздух с воздухом… Все элементы возвращаются к своим истокам. В этом смысле человеческое тело всегда было бессмертным. И не только человеческое тело: буйволы, ослы, обезьяны – все бессмертны. Не было никакой необходимости для Шри Ауробиндо провозглашать, что его тело бессмертно.

Гаутама Будда является редчайшим человеческим существом в том смысле, что он признает, что есть нечто большее, что он не достиг конца эволюции.

В Японии есть замечательная серия рисунков, которая называется «Десять быков дзен». Эта серия рисунков отображает всю историю поиска.

На первом рисунке человек оглядывается по сторонам… Пропал его бык. Вокруг вы видите лес, старые деревья, а озадаченный человек стоит и смотрит по сторонам, он не видит быка.

На втором рисунке человек радуется, потому что он увидел следы быка. Это тот же самый рисунок, тот же самый лес. Но на этом рисунке человек уже кое-что обнаружил – он увидел следы быка, и теперь он знает, куда ушел бык.

На третьем рисунке человек идет вперед и видит заднюю часть быка – бык стоит возле дерева, а человек подходит к нему сзади. На рисунке показана только задняя часть быка.

На четвертом рисунке человек приближается к быку, он видит всего быка.

На пятом рисунке человек хватает его за рога.

На шестом рисунке он сидит верхом на быке. Это трудно, бык пытается сбросить его.

А уже на восьмом рисунке человек возвращается домой – бык усмирен.

На девятом рисунке бык находится в стойле, а человек играет на флейте.

На десятом рисунке быка вообще нет. Мы видим человека на рыночной площади с бутылкой вина, пьяного.

Буддистов очень смущал этот десятый рисунок. Он кажется совсем не буддийским – нет никакой связи между ним и другими рисунками, вполне достаточно девяти рисунков, в десятом нет нужды.

Поэтому в средние века буддисты отвергли десятый рисунок, они стали говорить о девяти рисунках. Лишь совсем недавно в древних рукописях был снова обнаружен десятый рисунок вместе с его описанием – у каждого рисунка есть свое описание. Потерян бык – значит, потеряна ваша душа; бык символизирует вашу душу, вашу энергию, ваш дух. Когда бык найден, вы становитесь реализованной душой. Вы играете на флейте – это стадия просветления.

А как насчет десятого рисунка? Это та стадия, когда вы выходите за пределы просветления, вы снова становитесь обыкновенным человеком. Теперь нет разрыва между этим миром и тем, теперь нет разрыва между хорошим и плохим. Теперь все противоположности соединились в единую гармонию; вот что означает бутылка вина – бутылка вина в руках будды.

Шри Ауробиндо никогда не говорил о «Десяти быках», потому что опять-таки это лишило бы его оригинальности.

Рисункам серии «Десять быков» по меньшей мере полторы тысячи лет.

В средние века буддисты были трусливы, они не смогли понять десятого рисунка.

Но что касается меня, то я вижу естественный рост от девятого к десятому рисунку, от просветления – за пределы просветления.

Просветление делает вас особенными. Это означает, что какая-то часть эго, в очень тонкой форме, все еще остается. Другие – невежды, вы – знающие; другие двигаются по направлению к аду, вам же гарантирован рай. Это – последние остатки умирающего эго. А когда умирает и это эго, будда становится обыкновенным человеческим существом, совершенно не знающим, что он более святой, чем другие, что он выше других, что он представляет собой нечто особенное – он такой обыкновенный, что приемлема даже бутылка вина. Вся жизнь приемлема: дни и ночи, цветы и шипы, святые и грешники – все приемлемы, безо всякого различения.

На самом деле эта обыкновенность и есть величайшее цветение человеческой реальности.

Шри Ауробиндо будут помнить как великого философа. Его следует помнить как великого философа – как человека, который был поразительно прозорлив в том, что касается слов, священных писаний, который мог очень вразумительно выявлять их смысл, толковать их по-новому, оригинально… Но он не был реализованным человеком. И он не искренний, не подлинный человек.

У него было огромное желание самоутвердиться, доказать, что он более велик, чем Гаутама Будда. Это шло от его эго.

Идти за пределы просветления – не значит становиться выше Будды.

Выйти за пределы просветления – значит стать обыкновенным человеком. Забыть все о просветлении и о великих духовных устремлениях и просто жить радостно, игриво… Эта обыкновенность – самый необыкновенный феномен на свете.

Но вы не сможете распознать такого человека. До состояния Гаутамы Будды распознавание еще возможно, но как только человек выходит за пределы этого состояния, он начинает ускользать от вас. Те, кто признал его как просветленное существо, могут продолжать осознавать то, кто он есть, но вновь приходящие не смогут распознать его, потому что он будет просто очень невинным, обыкновенным человеком – подобным ребенку, собирающему раковины на морском берегу, гоняющемуся за бабочками, срывающему цветы. Никакого разделения тела и души, никакого разделения материи и духа, никакого разделения этой жизни и той – все это забыто, человек полностью расслабился.

Если бы Шри Ауробиндо знал хотя бы смысл выхода за пределы реализации, за пределы просветления, он бы даже не стал думать об этом. Он считал, что выход за пределы просветления – это нечто более великое, чем Гаутама Будда. Внутри он постоянно завидовал, разумеется, это была зависть по отношению к Гаутаме Будде.

И он хотел предложить некие оригинальные идеи, которые бы он мог доказать, но он ничего не доказал.

Я уважаю Шри Ауробиндо как ученого, но ученые – это всего лишь ученые, цена им – доллар за дюжину.

Второй вопрос:

Ошо,

В один из прошлых вечеров ты говорил о мастере и мистике.

Мой вопрос – о мистике и скептике. Может ли скептик стать мистиком? Очень многое в эзотерическом и мистическом представляется просто самовнушением, игрой воображения и принятием желаемого за действительное. Иногда я чувствую себя обескураженным, и мне хочется отбросить все это как чепуху. Однако есть и некий внутренний голос, призывающий меня двигаться дальше. Мне кажется, что самой большой поддержкой для меня является твой постоянный призыв к расслаблению и доверию.

Видишь ли ты какую-либо возможность для скептика прорваться через это скопление измышлений ума?

Скептический ум – это одно из самых прекрасных явлений в мире.

Религии его осуждают, потому что они не могут ответить на вопросы скептического ума, они хотят иметь дело только с умами верующих.

А скептический ум – как раз полная противоположность уму верующего.

Я полностью на стороне скептического ума. Не верьте ни во что, пока вы сами не переживете это на собственном опыте. Не верьте ни во что – продолжайте задавать вопросы, сколько бы времени на это ни потребовалось.

Истина стоит недешево. Она не доступна верующим, она доступна только скептикам.

Запомните только одно: не будьте скептиком наполовину. Будьте тотальным скептиком. Когда я предлагаю вам быть тотальным скептиком, я имею в виду, что ваши скептические идеи должны подвергаться той же проверке, что и верования любого другого человека. Скептицизм, когда он тотален, сжигает сам себя, потому что вам приходится усомниться и в самом вашем скептицизме тоже. Вы не можете оставить свой скептицизм без сомнений, иначе это будет точка зрения верующего.

Если вы можете усомниться в скептике, который заключен в вас, то и до мистика недалеко.

Кто такой мистик? Это тот, кто не знает никаких ответов, кто задавал всевозможные вопросы и обнаружил, что ни на один вопрос нет ответа. Обнаружив это, он прекращает задавать вопросы. Это не значит, что он нашел ответ, – он просто обнаружил, что ответа нет нигде.

Жизнь – это тайна, а не вопрос. Не головоломка, которую нужно разгадать, не вопрос, на который нужно ответить, а тайна, которую нужно проживать, тайна, которую нужно любить, тайна, которую нужно танцевать.

Тотально скептический ум в конце концов обязательно станет мистическим, поэтому мои двери открыты для всех. Я принимаю скептика, потому что я знаю, как превратить его в мистика. Я приглашаю теиста, потому что я знаю, как разрушить его веру в бога. Я приглашаю атеиста, потому что я знаю, как отлучить его от атеизма. Мои двери открыты для всех, потому что я не даю вам никакой веры. Я даю вам только методологию, медитацию, чтобы вы сами узнали, что такое реальность.

Я обнаружил, что никакого ответа нет. Все вопросы бесполезны, а все ответы еще более бесполезны. Вопросы задаются глупыми людьми, и благодаря их вопросам возникли великие философии. Эти философии созданы хитрыми умами.

Но если вы хотите найти взаимопонимание с реальностью, вы не должны быть ни дураками, ни хитрецами. Вы должны быть невинными.

Поэтому, что бы вы ни принесли с собой: скептицизм, атеизм, теизм, коммунизм, фашизм и любую другую чепуху, – мое лекарство будет одним и тем же.

Не имеет значения, каким видом чепухи заполнена ваша голова, когда вы приходите сюда. Я отрублю вашу голову, не делая никакого различия. Неважно, кто сидит у вас на голове, мое дело – рубить!

Я всего лишь дровосек.

Третий вопрос:

Ошо,

Я не могу найти вопрос, но мое сердце нуждается в ответе. Что это?

Это очень глубокий вопрос.

У каждого, кто искренен, возникает такой же вопрос. Все вопросы нелепые, самое большее – глупые. Но тем не менее есть некая экзистенциальная потребность в ответе. Сам вопрос неизвестен.

Я уже рассказывал вам об одной из самых прекрасных женщин-поэтов, Гертруде Стайн. Она умирала, и возле нее собрался маленький круг ее друзей. Перед самой смертью она открыла глаза и спросила:

– И каков же ответ?

Друзья были озадачены, ведь так же не поступают… Сначала должен быть задан вопрос. А она сначала спрашивает, каков ответ? Ответ на что? Но нельзя относиться слишком строго к умирающей женщине – и не к какой-нибудь обыкновенной женщине, а к действительно великому поэту.

И даже в этом высказывании присутствует ее величие.

Несколько секунд стояла тишина. Затем один из ее друзей набрался мужества и сказал:

– Стайн, вы же не задавали никакого вопроса. Странно, что вы спрашиваете о том, каков ответ.

Умирающая женщина открыла глаза и сказала:

– Хорошо. Тогда скажите мне, каков вопрос.

И она умерла. Это нечто поистине мистическое.

Нет никакого вопроса, но есть некая экзистенциальная жажда, которая представляется уму как поиск ответа. Но никакого ответа нет.

Есть существование, и оно потрясающе прекрасно, психоделически красочно. Это – песня и танец, постоянное празднование. Но, пожалуйста, не требуйте какого-нибудь вопроса или какого-нибудь ответа.

Это – тайна. Тайна означает, что нет никакой возможности разгадать ее, что бы вы ни делали, вы потерпите неудачу. Лучше проживайте ее – отбросьте всякие попытки разгадать ее. Возможно, через проживание вы придете к пониманию. Но это не будет ответом, это будет чем-то большим, чем ответ, это будет живым опытом. Вы станете частью самой тайны.

Даже величайшие философы ведут себя, как дети. Они продолжают представлять себе жизнь как загадку кроссворда.

Жизнь – это не загадка. Это просто феномен, на который нет ответа, но который можно пережить на собственном опыте.

Вот что я имею в виду под «мистицизмом».

Философы полностью упускают это, потому что они пытаются найти вопросы, а затем ответы.

Вопросы – это то, что придумано человеком.

Розовый куст никогда не задает вопросов, облаку нет никакого дела до вопросов, гора никогда ни о чем не спрашивает. Это вовсе не означает, что у них есть ответ; это просто означает, что они находятся за пределами игры в вопросы и ответы.

И когда я говорю о «выходе за пределы просветления», я другими словами говорю о том же самом – о выходе из игры в вопросы и ответы и просто принятии реальности такой, какая она есть, независимо от того, какая она.

В противном случае бедам не будет конца. Сначала вы создаете вопрос, потом вы создаете ответ. Затем ответ рождает еще десять вопросов; вы создаете еще десять ответов, и затем каждый ответ создает еще десять вопросов. Это напоминает дерево – оно продолжает расти и становиться все больше и больше, и этому нет конца.

Просто проживайте вашу жизнь, не ставя вопросительный знак после каждого переживания.

Люди могут подумать, что вы безумны, но если вы безумны, тогда безумно все существование – что делать? Это не в наших руках.

Почему солнце поднимается каждый день? У него нет ни одного выходного. Ни разу оно не поднялось на западе – хотя бы ради разнообразия: «Мне надоело подниматься на востоке…»

Нет, все идет как по маслу… Только у человека проблемы.

Как только вы тоже начнете жить как розовый куст, вставать как солнце, плыть как белое облако, вы придете к глубокому пониманию таинственной, чудесной истины существования.

Четвертый вопрос:

Ошо,

Моя подружка часто использует по отношению ко мне слова «мужское эго», но мне кажется, что это не соответствует истине.

С самого начала я был открыт и уязвим для женской энергии, которая каждый день учит меня, как стать учеником. Более того, я почувствовал, что когда она использует эти слова, в этом присутствует некая ненависть к мужчинам.

Можешь ли ты объяснить, что такое «мужское эго» и что это означает, когда женщина использует это выражение по отношению к мужчине?

Эго – это просто эго, оно не бывает ни мужским, ни женским.

Но на протяжении веков мужчина постоянно был очень бесчеловечен с женщинами. И самым странным является то, что мужчина был так жесток и бесчеловечен с женщинами потому, что он чувствует глубокий комплекс неполноценности перед ними.

Величайшая проблема в том, что женщина способна стать матерью; она способна дать рождение новой жизни, а мужчина не способен. Это и было началом этого чувства неполноценности – природа полагается на женщину, а не на мужчину.

Более того, мужчина обнаружил, что во многих отношениях женщина сильнее его.

Например, на каждые сто девочек рождается сто пятнадцать мальчиков – потому что ко времени достижения половой зрелости пятнадцать мальчиков умирают, а девочки выживают, в них есть некая жизнестойкость. Женщины болеют реже, чем мужчины. Женщины совершают меньше самоубийств, чем мужчины, – хотя они говорят о самоубийстве больше, но они только говорят. Самое большее, они принимают снотворное, но всегда в таком маленьком количестве, что они никогда не умирают. Мужчины совершают почти в два раза больше самоубийств, чем женщины. Женщины живут на пять лет больше, чем мужчины.

Женщины более терпеливы, более терпимы, чем мужчины. Мужчины очень нетерпеливы и очень нетерпимы. Женщины менее склонны к насилию, чем мужчины. Женщины не совершают убийств – это мужчины совершают убийства, организуют крестовые походы, всегда готовятся к войне, изобретают всевозможные виды смертоносного оружия – атомные бомбы, ядерное оружие.

Женщины же полностью находятся вне этой игры со смертью.

Поэтому вовсе не случайно, что мужчина стал чувствовать себя каким-то неполноценным. А никто не хочет быть неполноценным; и единственным выходом было заставить женщину искусственным образом стать неполноценной. Например, не давать ей образования, не давать ей экономической свободы, не позволять ей выходить из дома, держать ее взаперти.

Кажется почти невероятным то, что мужчина проделал с женщиной только ради того, чтобы избавиться от своей неполноценности. Он сделал женщину искусственно неполноценной.

В Китае на протяжении пяти тысяч лет считалось, что у женщин нет души. Конечно, все писатели были мужчинами; они и выдвинули идею, что женщина – это всего лишь машина, воспроизводящая машина. И эта идея приобрела такое большое влияние, что даже попала в китайскую систему правосудия. Если мужчина убивал свою жену, он не был преступником – он просто сломал стул или стол… самое большее, разбил телевизор. Но это была его собственность, и он имел право уничтожить ее.

Поэтому в Китае тысячи женщин были убиты своими мужьями. Но правительства и суды не могли наказать этих мужей, потому что был отвергнут сам принцип того, что у женщины есть душа.

В Индии на протяжении десяти тысяч лет женщине внушалось, что даже мечтать о другом мужчине – грех. Но мужчине этого не внушалось. Женщина должна была вести очень добродетельную жизнь, в то время как мужчина был свободен. Ради своей свободы мужчина создал проституток.

И это чувство собственности в Индии достигло почти безумных размеров. Когда мужчина умирал, его жена должна была умереть вместе с ним. Она должна была живой прыгнуть в погребальный костер – и это продолжалось на протяжении десяти тысяч лет. Если какая-то женщина боялась это делать – любой бы испугался заживо прыгнуть в погребальный костер, – то ее осуждали за безнравственность. Муж хотел, чтобы она умерла вместе с ним, потому что он не мог положиться на нее: она могла вступить с кем-нибудь в любовную связь после его смерти, а этого нельзя было допустить.

Но вот что странно: то же самое правило не распространялось на мужчин – когда умирала жена, мужу не надо было прыгать в погребальный костер. Нет, мужчина был существом высшего сорта.

От того, как это проделывалось, просто слезы наворачиваются… Ведь сжечь женщину живьем – задача не из легких. Сначала устраивался погребальный костер, на него укладывалось мертвое тело мужа, а рядом с мертвым телом должна была лечь женщина. Затем на них укладывались еще дрова, и весь погребальный костер поливался очищенным маслом, чтобы огонь вспыхнул во всю свою силу – и не просто вспыхнул, но и дал столько дыма, чтобы никто не мог увидеть, что там происходит; ведь иногда женщина пыталась выпрыгнуть из костра.

Вокруг погребального костра стояли священники с горящими факелами в руках. Если женщина пыталась выскочить, они с помощью горящих факелов заставляли ее вернуться назад, в погребальный костер. Вот почему требовалось столько дыма – чтобы никто не мог видеть, что делают священники.

Конечно, женщина плакала и кричала. Но ее крики не должны были быть слышны, и об этом тоже заботились: за священниками был еще один ряд, в котором тысячи людей играли на музыкальных инструментах, танцевали, пели, кричали как можно громче, чтобы заглушить крики женщины, доносящиеся из погребального костра. И они праздновали, потому что еще одна женщина доказывала свою любовь и исполняла свой долг, совершая самоубийство.

Ее заставили, она сделала это не по доброй воле, ее привели туда.

И та же самая ситуация сложилась во всем мире. Разными способами женщине обрезали крылья, ее способности, ее таланты, ее гений.

Так что этот вопрос касается не только тебя. Когда твоя женщина говорит, что у тебя мужское эго, она просто представляет всех женщин, а ты – не что иное, как представитель всех мужчин. Твои предки сделали столько вреда, что нет возможности прийти к равновесию.

Поэтому, когда твоя женщина говорит про твое мужское эго, попытайся понять: возможно, она права. Вероятнее всего, она права: мужчина так долго считал себя высшим существом, что он не чувствует, что это – его эго. А женщина чувствует это.

Не отвергай ее чувство. Будь благодарен ей и спрашивай у нее, в чем она чувствует это эго, так чтобы ты мог отбросить его. Прими ее помощь.

Ты просто отрицаешь это; ты не чувствуешь, что у тебя есть мужское эго. Но это просто традиционное наследие.

У каждого мальчика есть мужское эго – даже у маленького мальчика. Если он начинает плакать, ему сразу же говорят: «Почему ты плачешь, как девочка? Девочке можно плакать, потому что она неполноценное существо. Тебе же предстоит стать взрослым мужчиной, убежденным в своем превосходстве над женщинами; тебе не положено плакать и рыдать». И маленькие мальчики начинают сдерживать слезы. Очень редко можно встретить мужчин, которые могут так же проливать слезы, как женщины.

Помните, что и у женщины, и у мужчины слезные железы одинакового размера – природа не создает никаких различий. Прислушайтесь к женщине. Вы так сильно подавляли и угнетали ее, что пришло время прислушаться к ней и исправить положение вещей. По крайней мере, в своей личной жизни делайте все, что в ваших силах, чтобы предоставить женщине как можно больше свободы – столько же свободы, сколько вы позволяете себе. Помогите ей подняться, чтобы она могла снова расцвести.

Наш мир будет прекраснее, если всем женщинам – а женщины составляют половину человечества – позволить взращивать свои таланты, свой гений. Речь вообще не идет о том… никто не выше, никто не ниже. Женщины есть женщины, мужчины есть мужчины; у них есть различия, но эти различия никого не делают выше или ниже. Различия создают взаимное влечение.

Только представьте себе мир, в котором были бы только одни мужчины. Это было бы так отвратительно: повсюду одни Морарджи Десаи… Морарджи Десаи… Морарджи Десаи…[10] Все пьют собственную мочу, ведь больше делать нечего.

Жизнь богата, потому что в ней есть различия, различные позиции, различные мнения. Никто не выше, никто не ниже. Люди просто разные.

Прими это и помоги своей женщине освободиться от десяти тысяч лет подавления. Будь ей другом. Ей причинили много вреда, у нее столько ран, что если твоя любовь принесет ей хоть какое-то исцеление, ты поможешь всему миру, всему мировому сознанию.

Не огорчайся, если твоя женщина говорит тебе: «Это – мужское эго». Оно присутствует в тонкой форме, просто ты не можешь распознать его, потому что оно было с тобой так долго; ты забыл, что это – эго. Прими ее помощь, чтобы ты мог распознать его и уничтожить.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.