ЗМЕЯ — РЕАНИМАТОР ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

ЗМЕЯ — РЕАНИМАТОР ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

Змеи, являясь логиками (как Бык, Петух), сводят и разводят формализуемые время и пространство, а потому дают когорту полководцев, архитекторов и фантастов так называемого научного направления. Но они, кроме того, умеют, как никто, оживлять (писатели-гуманисты и медики), а потому в мультипликации они не имеют конкурентов. Функция оживления, заложенная кроме Змеи еще в знаках Лошади и Козы, имеет точную возрастную привязку к дошкольникам (3–7 лет) и младшим школьникам (7—12 лет), когда оживлению (анимации) подвергается все вокруг и маленькие говорящие куклы (наши дети) превращаются в людей, то есть обретают душу.

Теоретически все ясно, однако мы знаем Змею как знак невероятно темный, даже мрачный. Достоевский, Бодлер, Эдгар По — список «темных» Змей можно продолжать очень долго. Так вот: в мультипликации змеиная тьма уходит.

Роль, сыгранная Змеями на «Сюзмультфильме», уникальна и беспрецедентна. Можно много говорить о вкусах и пристрастиях, но именно Змеи-режиссеры сняли все, без исключений, лучшие мультфильмы.

Самый любимый из далекого детства — это Леонид Амальрик. Это он поставил «Серую шейку», «Волшебный магазин», «Снеговика-почтовика», «Про бегемота, который боялся прививок», «Терем-теремок», «Кошкин дом», «Дюймовочку».

Главное конечно же качество движения, соблюдение масштабов и пропорций, но все это могли бы сделать и Бык с Петухом. А в чем заслуга Змеи? А в том, чтобы без слащавости и сантиментов показать великую метаморфозу оживления мертвой материи.

В «Волшебном магазине» оживление происходит ночью, когда магазин закрывается. Разумеется, магазин детский, и оживают именно те, кому и положено оживать в детском воображении, — куклы, игрушки. Оживлению подвергаются не только добрые персонажи, но и злые. Возникает конфликт.

Оживление в «Снеговике-почтовике» проведено более грамотно. Там есть ряд персонажей, как бы изначально живых: волк, собака, Дед-Мороз. Оживает в технологическом смысле только Снеговик. Он-то и становится главным объектом фильма. Его глаза, отлетающая голова, но, главное, его душа, его бесконечно доброе сердце, его безупречно выполненная миссия — доставленное в одну сторону письмо и в обратную сторону елка. Финальная сцена, как и в «Волшебном магазине», обратная анимации — мертвое вновь становится мертвым. Однако в остатке — победившее добро.

Ни в одном параметре (кроме метража) Амальрик не уступает Диснею. Можно было остановиться на этой технике, как остановились наследники Диснея. Однако в мультиках (как на войне и в архитектуре) побеждает только новая техника, новые идеи.

Следующим идет сверстник Амальрика Лев Атаманов. Его мультфильмы — все та же классика. «Аленький цветочек», «Золотая антилопа», «Снежная королева», «Балерина на корабле», «Котенок по имени Гав». Это уже совершенно новый уровень. И речь не только о технике, которая поднялась на более высокий уровень, а о ранге решаемых задач.

Только метаморфоза может стать оправданием мультфильма, именно акт превращения централен в любом фильме. От этого невозможны мультипликационные сериалы, от этого (а не от нехватки денег и сил) так трудно идут полнометражники.

В «Аленьком цветочке» метаморфоза очевидна — чудовище с нежною душой выходит на грань смерти, практически умирает, но получает спасительный поцелуй девушки, и происходит чудо (метаморфоза) — чудовище становится прекрасным принцем, вполне живым и здоровым.

Эстетически безупречна «Золотая антилопа». Специфика мультипликации в том, что убедительнее выглядят гротескные персонажи, максимально далекие от мелкой пластики человека. Но этот факт еще раз доказывает, что максимальный успех на пути оживления именно неживого. В «Антилопе» все люди словно зомби — жестокие, глупые, тупые. Не в пример животным — тигры очень душевные, а антилопа просто светоч мудрости.

Со «Снежной королевой» еще легче — все же сюжет Бык (Андерсен) писал. В любом случае для анимации ситуация великолепнейшая — оживить замороженного мальчика, вдохнуть душу в то, во что вложили лед и холод. Анимация.

И все же наибольший накал в «Балерине на корабле». Сюжет новый, нераскрученный, однако удивительно удачный. До катастрофы два враждебных мира — тонкий и воздушный мир балерины и грубый мир моряков. Однако приходит момент катастрофы, корабль должен погибнуть, но балерина своим прыжком спасает корабль, метаморфоза осуществляется, грубая материя одушевляется, моряки становятся нежными и трепетными. Ну а кроме того, еще и мир воцаряется.

На 12 лет младше Атаманова и Амальрика великий и могучий Федор Хитрук. «Каникулы Бонифация», «Винни-Пух», «История одного преступления», «Фильм, фильм, фильм!» — может быть, лучшие мультики в истории человечества.

В «Каникулах Бонифация» главная метаморфоза рассеяна мелким бисером по всему фильму: грозный и громогласный лев на поверку оказался безотказным добряком. На этом контрасте все и построено. Что касается финального чуда, без которого мультфильм, как уже сказано, невозможен, то золотая рыбка, символизирующая мечту, все же была поймана.

«Винни-Пух» — три серии, три метаморфозы. Причем катастрофичность во всех трех сериях накапливается медленно, исподволь, а разрешается ко всеобщему восторгу мгновенно и очень празднично. В первом случае медвежонок медленно и планомерно объедается, двигаясь к катастрофе узкой кроличьей норы, во втором случае также катастрофично он идет на съедение пчелам, в третьем случае катастрофа ждет Иа-Иа, ибо в собственный день рождения он остается без хвоста, друзей и подарков. Каждый раз случается чудо, рождается праздник и переход на более высокий уровень. Что касается анимации, то ничего более живого, чем нарисованный Хитруком и озвученный Леоновым медвежонок, и придумать трудно.

«История одного преступления» — редкий случай омертвления в змеиной мультипликации. Здесь та самая предварительная работа Змеи — «мертвые души» разъяты на части и проклассифицированы — фильм о черствости, омертвелости, гимн всех «жаворонков», обиженных ночными бдениями «сов», и всех «сов», обиженных утренними похождениями «жаворонков».

Еще 12 лет, и рождается Борис Степанцев. «Вовка в Тридевятом царстве», «Карлсон». Никакого снижения уровня. Безупречная работа.

1941 год дает целую плеяду величайших аниматоров человечества. Юрий Норштейн — «Ежик в тумане», «Сказка сказок», «Шинель». Валерий Угаров — «Халиф-аист», «На задней парте». Эдуард Назаров — «Принцесса и людоед», Борис Степанцев — «Жил-был пес», «Волшебное кольцо», «Волшебные карты». Гарри Бардин — «Красная Шапочка».

Великая сверхидея Змеи: разъять живое на части, а потом собрать эти части в единое целое в других видах деятельности — удалась лишь наполовину. Гоголь сумел разъять русского человека в «Мертвых душах» на составляющие, но собрать отдельные куски в целое не сумел и сжег вторую часть «Мертвых душ». Не склеилось. Пикассо, разобрав человека на части (кубизм), взялся собирать, но собрал ли? Великий Гете оживил ли мертвую материю Фауста? А вот мультипликаторы-Змеи реально оживили мертвую материю, создав светлый и радостный мир одухотворенных гвоздей, пластилиновых боксеров. Где достоевщина, бодлеровский смрад, где вороны Эдгара По, где некрасовские стоны? Их нет, Змея больше не болеет, она здорова и радостна, а вместе с ней оживают наши души. Тот, кто повергал нас в тоску кромешную, тот из нее и вытащит.

P. S. Чтобы совсем уж не выглядеть националистами, вспомним о великом французском аниматоре Поле Гримо. Родился он 23 марта 1905 года. Фактически стал отцом французской школы анимации, воспитав почти всех ведущих аниматоров. Поставил несколько мультшедевров: «Похититель громоотводов», «Маленький солдат», «Пастушка и трубочист», «Король и птица» и другие.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.