ГЛАВА 1 MA

ГЛАВА 1

MA

Для того, чтобы быть гуру, вы должны сказать: «Я знаю, и я могу научить вас». Но если я скажу это - все, мне конец. Я никогда не смогу чему-либо научиться, я отгорожусь от всего нового. Если же всю свою жизнь я буду оставаться учеником, я всегда буду готов к тому, чтобы познавать новое.

Я никогда не называю приходящих ко мне за духовным руководством «учениками». Я всего лишь обычный человек. Я жил неизвестным и умру неизвестным, лишь немногие знают обо мне. Меня ничего не интересует из того, что мир может предложить мне, и даже если завтра я умру, никаких сожалений по этому поводу у меня не будет. Я прожил свою жизнь во всей ее полноте и сделал достаточно. Я всегда буду благодарен Природе за то, что она позволила мне достичь столь многого. У меня никогда не будет учеников - только «дети», потому что именно так настоящий гуру должен относиться к ученику: как к духовному сыну или дочери. И связь между ними намного более тесная и близкая, чем между физическим отцом и его ребенком.

Даже если ребенок своенравный или шаловливый, разве перестают родители любить его? Нет! На самом деле, если они настоящие родители, они будут любить ребенка еще больше, так как ребенок дает им возможность проявить свое великодушие и любовь, как в случае с Блудным Сыном. У родителей есть прекрасный шанс простить ребенка, и это питает их эго. Так что независимо от поведения ребенка родители всегда любят его - если они истинные родители.

То же можно сказать о гуру и его учениках. Что бы «дитя» ни делало или как бы скверно ни отзывалось об учителе, наставник знает, что в конце концов ученик вернется. Куда он денется? Гуру может позволить себе ждать возвращения своего сына и затем простить его.

Однажды один гуру заставил одного из своих учеников надеть набедренную повязку и идти в мир. То, что на юноше была набедренная повязка, символизировало его принадлежность к нищим, принявшим обет безбрачия. Все шло хорошо до тех пор, пока однажды, его набедренную повязку, которую он повесил сушиться после стир-я, не изгрызла мышь. Юноша подумал: «Так дело не пойдет. Мне нужен кот». Он нашел себе кота, который стал стеречь его набедренную повязку от мышей. Но кота нужно кормить, и ему пришлось достать корову, которая давала молоко. Но кто будет ухаживать за коровой? Пришлось нанять пастуха, который косил траву и кормил корову. А чем платить пастуху? И хозяин, чтобы было чем платить пастуху, арендовал участок земли и начал заниматься земледелием. Фермерское хозяйство, в свою очередь, требует работников и, кроме того, юноше пришлось жить неподалеку от фермы, чтобы надзирать за работой. Так был построен дом. Кому же присматривать за домом? Нужна жена. И вот юноша женится и выбрасывает свою старую набедренную повязку, из-за которой вся эта кутерьма и началась.

Когда через некоторое время явился гуру, чтобы посмотреть какие успехи делает его ученик, он был ошеломлен, увидев большую ферму и обработанные поля на том месте, где он ожидал обнаружить джунгли. У ворот дома стоял стражник, который поинтересовался у гуру, что ему здесь нужно. Учитель спросил, где бы он мог найти своего ученика. «О, сахиб сейчас в доме», - ответил стражник. «Ну и ну, мой мальчик, - подумал про себя гуру, - значит, ты стал великим человеком, сахибом», - и вошел в дом, чтобы повидать юношу. После принятых в таком случае приветствий он сказал ученику: «Посмотри, как ты опять запутался в мирском. Но не переживай, я спасу тебя. Забудь обо всем этом и возвращайся со мной в Джунгли».

Однако юноша ответил: «О нет, махарадж, здесь мне больше нравится. Я останусь».

Гуру ничего больше не сказал, лишь отошел на некоторое расстояние и начал медитировать. Прошло немного времени, и настроение ученика полностью изменилось. Он понял, какую клетку для себя построил, бросил все и вернулся к своему гуру. Вот какого учителя нужно иметь: такого, который, раз приняв вас в качестве своего ученика, никогда не покинет, что бы ни случилось. Связь между гуру и учеником намного крепче любых других связей, поэтому учителя следует чтить даже выше Бога.

Вы знаете, что люди приходят ко мне по разным причинам. В основном же они приходят из-за того, что несчастны. У большинства из них беды имеют мирской характер, и их удовлетворяет мирское счастье, поэтому с большинством людей я не говорю о духовности. Большую часть людей просто не интересуют переживания, выходящие за рамки еды, сна и секса, что бы они там сами ни говорили. Мне очень жаль, но это так. А те немногие, которые стремятся в жизни к большему, в основном желают того счастья, которое им может дать мир: славы, денег, имущества, детей и т.д. Очень, очень мало кто из людей действительно интересуется духовностью.

Так и должно быть. Если бы каждый человек стал высоко духовным и потерял интерес к миру, все наше общество развалилось бы. Так что йога, которая учит уединяться в джунглях, предназначена далеко не для каждого. Поэтому мне трудно найти достаточно крепкие выражения, чтобы выразить свое отношение к так называемым йогам, свами и святым, которых Индия экспортирует на Запад для обучения духовному. Йога - это не система физических упражнений, запомните это раз и навсегда. Йога предназначена для того, чтобы сделать каждый дом счастливым. Когда каждый член семьи делает все, что в его силах для объединения семьи и ее успеха - это настоящая йога. И я имею в виду не обязательно ту семью, в которой вы родились или которую завели, женившись. С кем бы вы ни жили рядом - это ваша семья. Как говорят на санскрите: «васу-дэва кутумбам» - мы все члены семьи Господа.

Так что когда люди приходят ко мне за наставлениями, я не советую им выполнять какие-то упражнения, или платить священникам за проведение каких-то ритуалов от их имени, или отправляться в паломничество, или что-то еще в этом роде. Я советую им для начала очистить свою личную жизнь. Большинству людей не суждено стать поистине духовными в этой жизни, и пытаться принуждать их к этому бесполезно, от этого они станут лишь еще более несчастными. Людям, которые являются материалистами до мозга костей, я всегда говорю: «Тем, кто верит в Бога, не нужны доказательства Его существования; тем же, кто в Бога не верит, никакие доказательства не помогут». Если гуру видит, что его ученики частично склонны к материальному и частично - к духовному, он постарается сделать так, чтобы они женились и жили в довольстве, выполняя при этом какие-то простые духовные практики. Это будет основой их продвижения в будущих жизнях. Те же, кому духовное развитие предначертано судьбой, кто уже достаточно подготовлены за время прошлых жизней, получают обучение по полной программе.

Помните, что гуру не нуждается в своем физическом теле для того, чтобы направлять вас. Он может использовать других учителей или же может действовать непосредственно через Природу. В первый год своей жизни я питался молоком матери; следующие пять лет я не ел ничего, кроме коровьего молока. Следующие восемь лет я питался одним турецким горошком, мне хватало трех горстей в день. Я замачивал горошек на ночь в воде и затем съедал по одной горсти утром, днем и вечером. Никто не учил меня этому, просто это казалось мне правильным. Затем в течение трех с половиной лет я не ел ничего, кроме зеленого перца. Когда я наконец стал питаться тем, что люди назвали бы нормальной пищей, я начал с приема одних сырых овощей, так как мне хотелось чего-то такого, что можно было бы кусать и жевать. Вы знаете, что животные всегда предпочитают сырую пищу. В течение двадцати трех лет я ни разу не пробовал соли, мне просто не хотелось.

Однажды, еще в детстве, когда я находился наедине с самим собой и ничем особым не был занят, внезапно, как гром среди ясного неба, я услышал мантру. Мне она понравилась, и я начал повторять ее. Никто не говорил мне этого делать, но мне было так хорошо от нее, что вскоре я повторял ее почти постоянно. Видите, как действует Природа?

Когда я учился на первом курсе колледжа, мы с сокурсниками отправились в Бенарес. Там я познакомился с двумя святыми. Одним из них был Бхаскарананда Сарасвати, садху, который предсказал Леди Виллингдон, что она станет супругой вице-короля Индии. Когда это действительно случилось, он был удостоен торжественного приема, который благодарная дама устроила в его честь. Вы только представьте - нагой аскет шествует перед строем почетного караула, обнажившего сабли!

Другого святого, с которым я познакомился, звали Теланг Свами. [1]

Сейчас он уже оставил свое тело, в котором прожил более 370 лет. Весил он около 150 килограммов, у него были короткие белые волосы и короткая борода; с одеждой он никогда не имел никаких дел и носил лишь четки из 1008 бусинок. Это единственный человек в истории Бенареса, который когда-либо совершал ритуальное омовение в честь Каши Вишвешвары - главного божества Бенареса - с использованием собственных фекалий и мочи. Когда он сделал это, один из храмовых служителей был так возмущен, что подскочил и ударил Теланга Свами по лицу. Садху это ничуть не задело, и он просто ушел. В эту же ночь царю Бенареса приснился Каши Вишвешвар, который сказал: «Теланг Свами представляет собой саму мою сущность, как кто-то смеет оскорблять его?» На следующий день царь пытался выяснить, кто из священнослужителей сделал это, чтобы покарать его, но оказалось, что виновный внезапно умер той же ночью. Теланг Свами был выдающимся агхори.

Когда мы впервые встретились, он знаком велел мне подойти к нему и сесть рядом - он не говорил в течение почти ста лет, - после чего начал играть моими волосами и поглаживать мой затылок. Потом я ушел, и я не знаю, что он делал тогда со мной, но когда я вернулся в Бомбей, со мной стали происходить необычные вещи. Однажды ночью ко мне во сне явился Теланг Свами и попросил меня вернуться в Бенарес, чтобы еще раз встретиться с ним, что я и сделал. В то время я не имел ни малейшего представления о природе наших с ним отношений; позже, когда я познакомился со своим Младшим Гуру Махараджей, я узнал, что Теланг Свами был его учеником. Таким образом, мы были с ним духовными братьями, и он со свойственным ему великодушием помогал мне подготовиться к тому, что меня ожидало в дальнейшем.

Через некоторое время мои сокурсники познакомили меня с аскетом-джайном по имени Джина Чандра Сури. Старик пристально посмотрел на меня и после внимательного изучения попросил принести ему на следующий день мой гороскоп. Я принес, и после тщательного ознакомления с ним он поинтересовался, не желаю ли я заняться у него изучением астрологии, хиромантии и физиогномики. Не знаю почему, но я согласился и учился у него в течение трех лет. Он учил меня строить янтры и выполнять ритуалы, и мне это очень нравилось.

Однажды мой учитель как бы между прочим попросил меня сопровождать его в путешествии за пределы Бомбея. Он привез меня в Джанакпур, расположенный в бывшем штате Дарбанга, который сейчас является частью Бихара. Я думал, у нас просто были каникулы, и в течение двух-трех дней хорошо проводил время. Жители деревни были очень гостеприимны, и я наслаждался приятным отдыхом.

Однако в ночь новолуния для меня все изменилось. Джина Чандра Сури пришел ко мне и начал очень ласково со мной разговаривать. Я удивился - что это с ним случилось? Ему не было необходимости вести себя так подобострастно. Теперь я знаю, что он просто, образно говоря, откармливал меня на убой, поскольку после предварительного вступления он сказал: «А сейчас ты будешь выполнять шава садхану».

Я не понимал о чем он говорит. Когда я задал ему этот вопрос, он объяснил, что я должен буду совершить ритуал, сидя верхом на трупе (шаве). Наверное, в моем гороскопе он увидел, что я должен достичь успеха в этом виде садханы. Должно быть, всю эту драму он спланировал за последние три года.

В общем, я сказал ему, что не собираюсь сидеть на трупе и выполнять эту садхану. Раньше я уже занимался немного йогой, но наша семья поклоняется Кришне, и для нас немыслимо иметь дело с мертвецами, духами или с чем-то еще в этом роде.

Кроме того, с детства я не мог видеть труп без содрогания и без того, чтобы упасть в обморок, - и все из-за того, что я так сильно отождествлялся с покойником. Раз или два, когда я был за рулем машины, мне по дороге встречалась похоронная процессия, и я терял управление автомобилем и выезжал на тротуар, создавая опасную ситуацию. Так что я даже не мог представить, что со мной случится, если я буду сидеть верхом на трупе.

Джина Чандра Сури пытался уговорить меня, но я был непоколебим. В конце концов у него лопнуло терпение, и я впервые увидел старика в гневе. Он сказал мне: «Если ты отказываешься сделать это, то я сам проведу ритуал, но на твоем трупе!»

Я подумал, что он просто хочет взять меня на испуг, и закричал: «Кого вы хотите напугать?» Чтобы показать, что он ничуть не шутит, старик сделал знак рукой группе местных жителей, которые стояли неподалеку, держа в руках ножи, дубинки и другое оружие. Все они были пьяны. По его сигналу они подошли ближе и окружили меня.

Я действительно оказался в трудном положении. Я подумал, что если я начну выполнять садхану, то скорее всего умру от страха или от того, что какой-то дух овладеет мной или, может быть, само божество решит принять меня в качестве жертвоприношения. Но если я не стану делать этого, было очевидно, что я умру наверняка. Я решил, что если мне в любом случае предстоит умереть, то мне стоит хотя бы попробовать выполнить ритуал, поскольку в этом случае есть хоть какой-то шанс остаться в живых.

Когда я сообщил старику, что я согласен выполнять ритуал, он очень обрадовался и опять повеселел. Он начал объяснять мне детали ритуала: как правильно расположить труп, как сидеть на нем, как связать безжизненные пальцы. Затем он заставил меня выпить целую бутылку деревенского самогона. Будучи сыном индусского купца, вплоть до самого этого момента я никогда раньше не прикасался даже к яйцу, не говоря уже о мясе или алкоголе. Но выбора у меня не было, и я сделал большой глоток из бутылки. О Боже! Мне показалось, что мое горло воспламенилось. На глазах у меня выступили слезы, ведь я впервые пил алкоголь. Джина Чандра Сури был настолько переполнен радостью по поводу моего согласия выполнять садхану, что стал проявлять по отношению ко мне особую заботу. Увидев, какое действие оказал на меня самогон, он в растроганных чувствах буквально выхватил бутылку и начал маленькими дозами собственноручно поить меня.

Когда я выпил бутылку до дна, моего страха как не бывало. Это был первый раз в жизни, когда я испугался по-настоящему, и скажу вам - я действительно был в ужасе. Я был в таком отчаянии, что мне оставалось одно - наложить в штаны. Я весь вспотел, руки мои дрожали, я был объят страхом. Однако, допив эту бутылку, я потерял даже намек на него. Я решил, что либо добьюсь успеха в этой садхане, либо умру, пытаясь его достичь: другого выхода не было. Вызов и ответ, это закон джунглей. И я был готов ко всему.

Прекрасное действие алкоголя состоит в том, что как только примешь его, тебя покидают страхи и колебания. Несомненно, у него есть и ряд побочных эффектов, и очень немногие люди используют его правильно. Но для определенных практик он необходим. То, что я выпил тот самогон, было действительно здорово, он мне очень помог.

Затем меня отвели к трупу. Это было тело очень красивой молодой девушки лет пятнадцати. Она была из племени, члены которого зарабатывали на жизнь тем, что выжимали масло из семян. Девушка умерла всего несколько часов назад, и она была так хороша собой, что я забыл о ритуале, об опасности, о своем страхе и вообще обо всем на свете и начал думать о ней. Она была наделена красотой, какой обладают только люди, ведущие первобытный образ жизни. Ни унции лишнего жира, ни морщинки на коже. Стройные и крепкие, как деревья, бедра и упругие груди. Мне захотелось, чтобы она была живой и я мог отправиться с ней в укромное место, где мы прекрасно провели бы время. Я был даже готов жениться на ней, она выглядела такой одинокой. И это не было проявлением некрофилии или какого-то другого извращения; просто я был очень пьян и мне было жаль, что она мертва и не может поиграть со мной. Я говорю вам чистую правду обо всем этом, чтобы вы имели какое-то представление о том, что происходило.

Пока я пил, ее отнесли в подходящее место и положили головой в нужном направлении. Джина Чандра Сури, выглядевший очень довольным собой, вручил мне какой-то предмет и объяснил: «Я даю тебе свою янтру, которой я поклонялся в течение сорока лет в Ассаме. Она будет охранять тебя. Ни о чем не беспокойся. Я буду сидеть вон там, - он показал на место примерно в ста ярдах от меня, - и буду повторять мантры для твоей защиты».

Затем он взял черную нить и сделал вокруг меня большой круг - килану. «Кила» означает гвоздь, «килана» - ограждать гвоздями какое-то место для того, чтобы доставляющий беспокойство дух не мог нарушить вашу концентрацию. Пока вы остаетесь внутри круга, вы в безопасности, но как только вы ступили за его пределы, вы попались: вы сами становитесь духом, если только рядом нет какой-нибудь эфирной сущности, которая могла бы прийти вам на помощь, что очень маловероятно.

После того, как старик сделал килану, он сказал мне, какую мантру мне следует повторять, и дал мне джапамалу (четки), чтобы считать количество повторений. Затем он поставил передо мной миску с сырым мясом и чашу с вином: когда появится Богиня - в виде какого-нибудь животного - я должен буду предложить Ей эту пищу и питье, чтобы ублажить Ее. Удовлетворенная моим выражением поклонения, Она велит мне попросить Ее о награде, и я должен буду ответить: «Сделай все, что скажет мой гуру», - имея в виду Джина Чандра Сури. Конечно, это все была идея старика, и у меня самого не было никакого намерения говорить что-либо в этом роде. В первую очередь я хотел убедиться, действительно ли работает данная садхана, а затем, если это так, я бы уже подумал о чем попросить Ее.

Джина Чандра Сури отошел в сторону, сел на землю и принялся за выполнение джапы, предназначенной для моей защиты; я же занял на трупе позу на коленях, как мне было показано. Рот мертвой девушки был открыт и заполнен маслом. Старик показал мне, как изготовить фитиль из хлопка, и я зажег его от факелов, которые держали сопровождавшие старика люди. Это была ночь новолуния, поэтому я находился в кромешной тьме и не мог видеть ничего, кроме лица бедной девушки, которое выглядело жутко и гротескно в мерцающем свете пламени. Все мое желание насладиться ею испарилось, я лишь с ужасом вглядывался в ее открытые, остекленевшие, ничего не видящие глаза. Мы оба были полностью обнажены, и от ее холодной плоти я ощущал дрожь не только в теле, но и в уме.

И опять же алкоголь спас меня - находясь под его действием, я смог стряхнуть с себя весь ужас и начать свою джапу, направив взгляд прямо на лицо девушки и сконцентрировав на нем свой ум. Старик предупредил меня, что если она попытается подняться, я должен буду ударом уложить ее обратно и изо всех сил удерживать ее в этом положении, поэтому я был начеку и был готов отреагировать на малейшее движение ее тела. Мне кажется, это - самая жуткая часть шава садханы, поскольку если труп внезапно поднимается и начинает рычать или издавать пронзительный крик, можно представить, какое воздействие на нервы это оказывает. Многие умерли от страха именно на этой стадии практики. Один старик умер прямо на моих глазах. Он хотел покрасоваться и предложил мне состязание. Мы достали два трупа и решили посмотреть, кто из нас сможет быстрее оживить свой и дольше удерживать его без движения. Я предупредил его, что он слишком стар для таких фокусов, но он не хотел и слушать. Как только его труп начал вставать, старик попытался удержать его, но дух, пребывавший в трупе, набросился на него. Нервы старика не выдержали, сердце - тоже, и он умер.

Но в ту первую ночь у меня не было этой проблемы, что очень хорошо, иначе я, наверное, не сидел бы здесь и не рассказывал вам эту историю. В общем, я сидел на трупе и выполнял свою джапу. Не знаю, сколько повторений мне удалось сделать - наверное, не очень много, - как внезапно меня охватило очень странное, жуткое чувство, и я увидел, что за мной из темноты наблюдает пара глаз.

Оскалив зубы и издавая рычание, ко мне приближался шакал. Я не знаю, что на меня нашло - должно быть, это было все то же Действие алкоголя, ибо я был так пьян, что мне было наплевать как на людей, так и на животных, - но я пришел в неистовство. Я забыл обо всем, что мне было приказано делать, забыл о вине и мясе, которые я должен был предложить в качестве подношения. Выскочив из начерченного на земле круга, который должен был охранять Меня, я схватил шакала. Я был в страшной ярости и закричал ему:

«Значит, ты хочешь крови? На!» - и всунул свою руку ему в пасть. Алкоголь действительно сослужил мне хорошую службу, не знаю, что бы я без него делал.

Богиню, которая приняла форму шакала, интересовала только кровь. Один из зубов шакала прокусил мне руку между большим и указательным пальцами, и он тут же слизал выступившую каплю крови, - и внезапно передо мной предстала сама Смашан Тара. Она улыбнулась и спросила, что бы я хотел от Нее.

Каждый раз, когда я вспоминаю эту сцену, у меня на глазах выступают слезы. В течение многих лет шрам на руке напоминал мне о ночи, проведенной на кладбище, когда я сидел на том трупе и впервые увидел Смашан Тару. Я не знаю, что было бы с вами, если бы вы взглянули на Нее, вы могли бы умереть от этого зрелища. Она очень высокая, Ее кожа имеет темно-синий оттенок, глаза очень красивые - только так я могу описать Ее. Изо рта у Нее свешивается длинный красный язык, с него медленно, по каплям сочится кровь, которую она постоянно пьет. Ее груди имеют форму горшка (гхатастани), живот полный (ламбодари). Ее шею обвивает гирлянда из свежеотсеченных человеческих голов, истекающих кровью. Ее руки украшены браслетами из костей, ноги - браслетами из змей. В четырех своих руках Она держит ножницы, меч, аркан и череп. Ее одеяние - юбка из человеческих рук. Для меня Она является одним из самых прекрасных существ во всей Вселенной, ибо она моя Мать.