IX

IX

1. Ну так что же, давай попытаемся возможным для нас образом исправить принимающее многие формы недоразумение, связанное с назначенным каждому демоном и опирающееся на самые разные возражения. Итак, говоря попросту, в то время как в отношении собственного демона существует деятельность двух родов: одна-теургическая, а другая-принадлежащая искусству, и первая призывает его к себе силой высших причин, а вторая-посредством видимых круговращений становления, и первая ни в коей мере не пользуется в дополнение к этому составлением гороскопов, а вторая связана и с подобными методами, и первая всецело превыше природы, а вторая, в частности, прислуживает демону в соответствии с природой,- мне кажется, ты напрасно сводишь совершеннейшее священнодействие к человеческому и выставляешь свои вопросы в связи с последним.

2. Далее, и в этом случае мне представляется, что выделяется некая малая часть связанной с этим демоном деятельности. Ведь, в то время как искусные мастера природных дел обыкновенно призывают его в согласии с деканами, со служебными знаками зодиака и звездами, с Солнцем и Луной, с созвездиями Большой и Малой Медведиц, со всеми стихиями и с космосом, ты совершаешь ошибку, выделив одну мельчайшую частицу, связанную с хозяином дома 154, и проводя исследование только ее. И здесь, в свою очередь, оставив в стороне единственный подлежащий обсуждению вопрос, связанный с разъяснением того, каким образом хозяин дома дарует этого демона и в согласии с каким качественно определенным истечением, жизнью или силой последний нисходит к нам от него, ты рассуждаешь относительно того, подчинено ему составление гороскопов или нет и возможно ли отыскать хозяина дома или невозможно. Так вот, какой это имеет смысл в отношении власти над демоном? Ведь ясно, что применительно к его сущности и причине безразлично наше знание подобных вещей. Ибо, даже когда речь идет о природных явлениях, процессы в мироздании происходят, пусть даже мы о них не знаем; напротив, отдельные вещи обладают собственной устойчивостью своей сущности. Итак, тем самым мы выдвинули общие возражения против высказанного недоумения. Давай же попытаемся, рассмотрев по отдельности твои вопросы, дать тебе на них ответ.

3. Ведь ты говоришь, что, следовательно, был бы счастлив всякий, кто, изучив форму своего становления и познав своего собственного демона, при помощи жертвоприношения освободился бы от назначенного роком. Мне кажется, что это твое рассуждение не слишком согласуется ни само с собой, ни с истиной. Ведь если демон приставлен

к нам формой становления и мы отыскиваем его именно в связи с этим, то каким образом мы могли бы освободиться от назначенного роком при посредстве познания дарованного нам в соответствии с роком демона? Если же на самом деле мы очищаемся при помощи жертвоприношения от необходимости, как ты в действительности говоришь, при посредстве демона, то каким образом, несмотря на это, он дарован нам по жребию в соответствии с роком? Итак, именно в этом ныне сказанное противоречит самому себе. С истиной же оно вступает в разногласие вот в чем: ведь вовсе не от формы собственного становления приходит назначенный каждому демон, но было у него и некое более высокое начало, чем названное, к которому мы перейдем в дальнейшем. Поэтому если демон рассматривался бы как нисходящий только от здешнего, то, следовательно, не был бы счастлив тот, кому удалось бы достичь знания о связанном со становлением демоне. Да и кто взял бы его проводником в жертвенном очищении от назначенного роком, если он дарован при том условии, чтобы свершилось то, что назначено роком?

Далее, мне кажется, что подобное представление является лишь отдельной, причем последней, частью теории демона, а его сущность в целом при таком подходе остается в стороне. Однако эти твои недоумения, пусть даже высказанные неправильно, по крайней мере, не лишены связи с некоей спорностью. Последующие же, относящиеся к исчислению канонов и науке составления гороскопов и утверждающие, что они непознаваемы, не вступают ни в какое противоречие с предпосылкой рассуждений. Ведь, будь эти искусства познаваемыми или непознаваемыми, в любом случае истечение звезд назначает демона, знаем мы о нем или нет. Божественная же мантика в состоянии

дать нам знание о звездах в соответствии с высшей истиной, и мы вовсе не нуждаемся в исчислении канонов или в мантическом искусстве.

4. Если же нужно высказать подобное утверждение, оставив в стороне и эти искусства, то, мне кажется, ты неправильно заключаешь о невозможности познания математической науки на том основании, что в отношении ее существует много разногласий, или потому, что Херемон или кто-нибудь другой возражал против нее. Ведь на таком основании все окажется непознаваемым. Ибо все науки имеют мириады возражений против себя и спорные места в них неисчислимы. Итак, подобно тому, как мы обыкновенно возражаем спорщикам, говоря, что и с истиной противостоящее по природе пребывает в раздоре и что не только ложные суждения вступают в противоречия между собой, и в отношении математики мы выскажем то возражение, что она является истинной, а люди, заблуждающиеся относительно ее, возражают, не обладая никаким истинным знанием. Это случилось не только с ней, но и со всеми знаниями, переданными людям от богов. Ведь всегда, когда проходит время, они соединяются со многими свойственными смертному роду воззрениями и божественный характер их знания ослабевает.

Однако пусть даже это до некоторой малой степени и имеет место, тем не менее все равно возможно сохранить некое очевидное доказательство истины. Ведь на виду находятся совершенно очевидные признаки измеримости божественных круговращений, и всякий раз, когда они заранее предвещают затмение Солнца и Луны и приближение Луны к неподвижным звездам, опыт зрения оказывается согласным с их предзнаменованием. Впрочем, и сохраняемые в течение всех веков описания наблюдений небесных

явлений как у халдеев, так и у нас согласно свидетельствуют в пользу истинности этого знания. Можно было бы предъявить и более понятные доказательства этого, если бы о них в первую очередь шла речь. Однако поскольку они уже чрезмерны и не имеют никакого отношения к познанию демона, то я их, по справедливости, опускаю. А перехожу я к более соответствующим вещам.

5. Ведь ты утверждаешь в строках своего письма, что постижение возникновения хозяина дома, благодаря которому, как говорят эти люди, возможно познание собственного демона, или хозяев домов, если их больше одного, даже у этих самых людей, пожалуй, по общему мнению, является неосуществимым. Каким же образом у них признается недостижимым знание о хозяине дома, когда они преподнесли очевидные методы его отыскания и в спорных случаях учат кто пяти основаниям для их разрешения, кто большему их числу, кто меньшему? Уж не для того ли, чтобы мы настояли, что мы должны в том и в другом случае рассматривать более важный предмет в отношении его? Ведь или можно изыскать происхождение хозяина дома и, конечно, даруемый им демон является известным, или первый непознаваем и в соответствии с этой гипотезой мы не знаем и второго. Так вот, в никак не меньшей степени, чем хозяин дома, существует и даруемый им демон. Значит, разве есть препятствие для того, чтобы с помощью искусства составления гороскопов найти его было затруднительно, а при посредстве священного прорицания или теургии существовала полная возможность его познания? Вообще же демон даруется не только хозяином дома, но имеется много его более общих, чем связанные с хозяином дома, начал. Кроме того, подобный метод вводит некие искусство и человеческую деятельность в отношении собственного

демона. Следовательно, нет ничего справедливого в том, в чем ты сомневаешься.

6. Если же нужно открыть тебе истину относительно назначенного каждому демона, то он предоставлен нам не дурной частью небесных тел и не какой-либо стихией видимых вещей, но нисходит от всего космоса, от всевозможнейшей жизни и от всевозможнейших тел в нем, при посредстве которых душа нисходит в становление, в согласии с особенным попечением отделяется некая частица для нас, особая для каждого нашего органа. Стало быть, этот демон пребывает как образец даже до нисхождения душ в становление. Всякий раз, когда душа выбирает себе демона в качестве вождя, тотчас рядом с ней оказывается этот демон -вершитель жизненных путей души, который связывает ее с телом, когда она нисходит в него, управляет ее жизнью вообще, сам направляет ее особенную жизнь, и, поскольку он предоставляет нам начало, все, что мы обдумываем, мыслим и совершаем,- это то, что он нам вкладывает в мышление. Он управляет людьми до тех пор, пока мы, люди, при посредстве жреческой теургии не назначим заступником и вождем души бога. Ведь тогда этот демон либо уступает лучшему, либо передает ему свое начальствование, либо подчиняется ему так, чтобы уплатить положенную подать, либо каким-то иным образом прислуживает тому как начальствующему.

7. Так вот, на основании этого я легко отвечу тебе и на следующий вопрос. Ведь демон управляет не какой-то нашей частью, а непосредственно всем разом и доходит до самого нашего начала, поскольку уделен нам всем устройством мироздания. Ведь само то доказательство, которое ты считаешь нужным привести в отношении демонов, управляющих частями тела и определяютщих здоровье, внешний

вид и состояние последних, и в отношении единственного руководителя, повелевающего всем вместе,-так вот именно его ты и полагай для себя подтверждающим то, что руководство всеми нашими частями восходит к единому демону. Итак, не разделяй демонов тела, души и ума 155. Ведь неестественно, если живое существо едино, а поставленный управлять им демон множествен,- напротив, повсюду повелевающее проще подчиненного. Еще несообразнее того-это если не соединенными, а разобщенными между собой окажутся властвующие частицы многих демонов. Ты же и среди них вносишь противоположность: одних полагаешь благими, а других -дурными, в то время как дурные демоны не облечены никакой властью и не противостоят благим как имеющая равные возможности сила.

8. Затем, когда ты оставляешь в стороне подобные вопросы, над тобой берет верх философское мнение, и ты тем самым разрушаешь все представление о собственном демоне. Ведь если он является некоей частью души, например разумной, и, стало быть, счастлив всякий, кто имеет острый ум, то уже не будет никакого другого чина, стоящего выше демонического, управляющего человеческой душой в качестве превосходящего ее. Некие части души или, в особенности, ее сила станут более властными, нежели большинство видов жизни в нас, и будут находиться во взаимной связи-но не как по природе обособленные – властвующими над всем нашим устройством.

9. Однако после этого ты вспоминаешь и об ином почитании собственного демона, осуществляющем свое служение ему то как двоим, то как троим 156. Это самое служение является совершенно неправильным. Ведь разделять, а не сводить,к одной поставленные управлять нами причины-значит ошибаться и совершенно не постигать властвующего во всем единения.

И мнение, относящее демона на счет тела и управления им, низводит его власть до некоего самого низкого положения. Таким образом, как следует относиться к опирающимся на подобное мнение священнодействиям при том условии, что сама их изначальная основа ошибочна? Далее, собственный демон-заступник является единственным для каждого из нас, но считать его общим и одним и тем же для всех людей не следует, как и не следует считать его общим, но по-своему вступающим в общение с каждым. Ведь разделение на отдельные виды и различие материи не допускают совместного владения самим по себе бестелесным и тождества. А почему все к нему обращаются с общим заклинанием? Потому, что заклинание демонов производится в согласии с единым повелевающим ими богом, который изначально назначил каждому собственного демона и показывает в священнодействиях по собственному желанию демона, назначенного каждому. Ведь в теургическом действии к низшему всегда обращаются при помощи превосходящего. Значит, и когда речь идет о демонах, единый и общий повелитель космических владык становления посылает каждому назначенного ему демона. Однако всякий раз, лишь после того как рядом с каждым окажется его собственный демон, последний и открывает подходящее ему почитание и собственное имя и обнаруживает подобающий себе способ заклинания.

10. И тем же самым является соответствующий порядок демонов: один свойствен им как призываемым в заклинаниях, другой ниспосылается высшими причинами, а третий созидает общий союз того и другого. Однако не уподобляй божественные заклинания человеческим

и неизреченные-изреченным и не сравнивай те, которые предшествуют всякому определению и всякому неопределенному способу, с теми определенными или неопределенными приказаниями, что встречаются у людей. Ведь наши предметы не имеют ничего общего со всеобщим родом и с теми, кто во всех отношениях превосходит нас и повелевает всей нашей сущностью и природой. Напротив, здесь с людьми чаще всего случаются величайшие ошибки, когда они на основании человеческой слабости делают какие-либо заключения о демонической власти и по незначительному, не стоящему упоминания и обособленному догадываются о великом, достойном и совершенном. Вот какие ответы я даю тебе в отношении собственного демона в добавление к ранее сказанному.