Советские лётчики и космонавты рассказывают об НЛО

Советские лётчики и космонавты рассказывают об НЛО

За более чем четыре с половиной десятилетия пилотируемой космонавтики (с момента первого полёта Юрия Гагарина) в космосе побывали сотни человек. В их числе — советские и российские космонавты, астронавты США и представители других стран. Самый продолжительный космический полёт XX века совершил россиянин Валерий Поляков — он отработал на орбите 437 суток, а в следующем полёте прибавил к ним ещё 240! Трудно представить, какую громаду информации добыли эти герои в околоземном космическом пространстве! Многие тысячи страниц их записей и устных свидетельств ещё ждут своего изучения и анализа.

Но в последнее время благодаря долгожданному воцарению гласности в поле зрения любознательных людей стали попадать оговорки некоторых «небожителей» о пережитых ими в полёте крайне странных впечатлениях и ощущениях. Поскольку объяснения этому учёные не нашли и пока не находят, сильные мира сего сочли за благо «посоветовать» космонавтам помалкивать об этих своих переживаниях. Говорят даже, что и Юрий Гагарин однажды проговорился на этот счёт, мол, если бы ему разрешили, он мог бы порассказать «много интересного о своём полёте». И всё же кое-что из «запретного» попало на страницы газет и журналов.

Владимир Ковалёнок: «золотые шары»

Лётчик-космонавт, Владимир Васильевич Ковалёнок, генерал-полковник авиации, дважды Герой Советского Союза. Летал на космических кораблях «Союз-25» (октябрь 1977 года), «Союз-29, -30, -31» и орбитальной станции «Салют-6» (июнь-ноябрь 1978 года), «Союз Т-4» и орбитальной станции «Салют-6» (март-май 1981 года).

Случай, о котором Владимир Ковалёнок решил рассказать после многолетнего молчания, произошёл 5 мая 1981 года около 18.00. В это время космическая станция «Салют-6» пролетала над Южной Африкой в сторону Индийского океана. Закончив выполнять предписанные регламентом гимнастические упражнения, Ковалёнок взглянул в иллюминатор и увидел поблизости от станции непонятный объект.

В космосе почти невозможно определить размеры и расстояния на глаз. Наблюдателю может показаться, что он видит совсем рядом небольшой предмет, а на самом деле это будет нечто громадное, но находящееся на большом удалении, — и наоборот. Но как бы там ни было, в обозримом пространстве появилось нечто необычное. Диковинный объект имел эллиптическую форму, летел на одной высоте со станцией, тем же курсом, не приближаясь и не удаляясь. При этом он, похоже, вращался в направлении движения, будто катился вперёд по проложенной в космосе невидимой дорожке.

И вдруг космонавта ослепила яркая жёлтая вспышка, похожая на беззвучный взрыв. Объект превратился в сверкающий золотистый шар. Зрелище было очень красивым. Но оказалось, что это только начало. Спустя одну-две секунды где-то вне поля видимости произошёл, наверное, ещё один подобный взрыв, потому что космонавт увидел второй, точно такой же ярко-золотистый шар. А затем в небе появилось облачко дыма, которое вскоре также приобрело сферическую форму.

Станция летела на восток и вскоре приблизилась к терминатору — зоне сумерек, отделяющей «день» от «ночи». Когда она вошла в тень от Земли, наступила ночь, и все три шара пропали из виду. Никто из других членов экипажа их больше не видел.

Сохранилась запись в бортжурнале Александра Иванченкова, совершившего полёт вместе с Владимиром Ковалёнком в период с 15 июня по 2 ноября 1978 года: «На ночном горизонте планеты бушевало багровое пламя. Огромные столбы сияния рвались в поднебесье и таяли в нём, переливаясь всеми цветами радуги. Один из мощных “столбов” серебристо-жёлтого цвета прошёл, по ощущению, в нескольких метрах от станции “Салют- 6” и ушёл как бы в бесконечность».

Ковалёнок и Иванченков впервые видели сияние… малинового цвета! «Как зарево полыхало», — говорил в сеансе связи Иванченков. С Земли отвечали: «У нас на магнитных лентах такая же “цветомузыка” от этого сияния!» Не мог скрыть своего восхищения увиденным и космонавт Георгий Михайлович Гречко: «Словно лучи тысяч прожекторов били вверх. Цвет “прожекторов” у Земли был зелёным, а к нам доходят струи красного цвета. И мы пересекали их минут десять…»

Муса Манаров: загадочное «нечто»

Космонавт Муса Хираманович Манаров, Герой Советского Союза. Летал на космических кораблях «Союз ТМ-4, -6, -11» и орбитальном комплексе «Мир» (декабрь 1987 — декабрь 1988 года, декабрь 1990 — май 1991 года).

В начале 1991 года на орбитальном комплексе «Мир» в очередной раз принимали космический корабль, прибывший с Земли. Манаров сидел у большого иллюминатора и внимательно следил, как корабль медленно сближается со станцией. Когда он подошёл достаточно близко, космонавт стал снимать процесс причаливания на видеокамеру. И вдруг он заметил под кораблём какой-то предмет, который вначале принял за его антенну, потом, приглядевшись, понял, что это вовсе не так. «Значит, какая-то другая деталь конструкции», — подумал Манаров. Но в следующий момент эта «деталь» начала перемещаться относительно корабля, удаляясь от него. Муса схватил микрофон речевой связи с кораблём и крикнул: «Эй, ребята, вы что-то потеряли!». Там конечно же переполошились.

Однако достаточно солидная практика стыковок кораблей в космосе показывает, что во время той стадии причаливания, которая происходила в данный момент, «отламываться» от корабля было просто нечему. Если какая-либо деталь от него отсоединяется, то это бывает во время старта, при маневрировании, разворотах, то есть в тех случаях, когда на корабль воздействуют значительные перегрузки. А сейчас оба космических аппарата медленно и плавно сближались друг с другом.

В следующий момент загадочное «нечто» стало как бы проваливаться под корабль, падать вниз. Когда корабль перестал его заслонять, экипаж станции сосредоточил на странном объекте всё своё внимание. Космонавтам показалось, что он вращается. Определить его размеры и удаление от станции было трудно. Наблюдатели лишь предполагали, что объект находится достаточно далеко от станции, поэтому для его съёмки настроили объектив видеокамеры на бесконечность.

Если бы этим объектом был какой-нибудь оказавшийся поблизости мелкий предмет — болт или что-то в этом роде, то при съёмке он оказался бы не в фокусе. Впоследствии предположение подтвердилось: по-видимому, в момент съёмки до объекта было не меньше ста метров. Именно такое расстояние отделяло тогда «Мир» от корабля, а объект, похоже, находился позади него.

Что это было на самом деле, сказать с уверенностью нельзя. Можно лишь утверждать, что объект не был ни элементом «космического мусора», ни частью какой-нибудь ракеты или спутника, потому что в этом случае о его существовании было бы заранее известно. Специальные службы наблюдения как в России, так и в США, ведут учёт и отслеживают местонахождение всех достаточно крупных объектов в космосе. В любой момент времени экипажи космических кораблей и орбитальных станций знают, где находятся и в каком направлении перемещаются такие объекты. И если бы один из них приближался к «Миру», космонавтов заранее предупредили бы об этом. Более того, им сообщили, что в это время в районе станции ничего подобного не было.

ЭФФЕКТ УВЕЛИЧЕНИЯ НАЗЕМНЫХ ОБЪЕКТОВ

Первым его отметил американский астронавт Гордон Купер, рассказавший, что, пролетая над Тибетом, он невооружённым глазом видел дома и другие постройки, хотя, казалось бы, с расстояния 300 километров такие объекты совершенно неразличимы! Но вот и свидетельство лётчика-космонавта Виталия Ивановича Севастьянова: «Наконец я сегодня увидел Сочи. Видел отчётливо порт и наш маленький двухэтажный домик, в котором я вырос». Этот эффект подтвердил и Юрий Глазков: «Летим над Бразилией, вдруг вижу узенькую ленточку шоссе! И по нему мчится автобус, вроде даже голубого цвета!»

Георгий Михайлович Гречко увидел и сфотографировал над облаками… «льдину», плывущую в воздухе! «Иногда взгляд из космоса обнаруживает удивительное, — рассказывает Георгий Михайлович. — К примеру, летим над Монголией и вдруг видим изображение человека! Размер его — сто или даже двести метров! Отчётливо просматриваются голова, шинель, ноги. Мы с Юрием Романенко, с которым тогда летали, назвали его “снежным человеком”, поскольку именно снег создал этого гиганта!»

ЧУДЕСА В ОКЕАНЕ

Шумную сенсацию в прессе вызвали сообщения о наблюдениях американским экипажем космической станции «Скайлэб» пониженного уровня моря в районе знаменитого Бермудского треугольника. Этот факт подтверждает запись в бортжурнале Владимира Ковалёнка: «Нет и не может быть сомнения в разных уровнях воды в океане. Явление редкое, но явное». Космонавту удалось увидеть «купола» — кольцевые поднятия воды диаметром 200–300 километров, а также высокий водяной вал у Австралии протяжённостью до ста километров! Аналогичную картину описал космонавт Валерий Рюмин: «В Индийском океане мы с Владимиром Ляховым (они совершали полёт на орбитальной станции «Салют-6») видели вспучивание воды — будто два огромных вала сошлись в борьбе!» Более того, космонавты разглядели внизу… участок подводного горного хребта! В этом районе действительно простиралась горная цепь, но на глубине сотен метров!

Подводные хребты видели также (вопреки законам оптики) космонавты П.Климук и В.Севастьянов — в Атлантике и В.Ковалёнок и А.Иванченков — в Тихом океане.

ЗАГАДОЧНЫЕ ГОЛОСА И ЗВУКИ

Очень поэтично об этих явлениях рассказал космонавт Вячеслав Николаевич Волков (погиб при возвращении с орбиты 30 июня 1971 года вместе с космонавтами Г.Добровольским и В.Пацаевым): «Внизу летела земная ночь. И вдруг из этой ночи донёсся… лай собаки! Мне почудилось, что это голос нашей Лайки (погибшей на орбите). А потом стал отчётливо слышен плач ребёнка! И какие-то голоса. Объяснить всё это невозможно. Почувствовать — да!»

По воспоминаниям руководителя ансамбля электромузыкальных инструментов Вячеслава Мещерина, Юрий Гагарин, прослушав концерт ансамбля, сказал, что когда находился на орбите, то у него в ушах звучала очень похожая музыка… Позже это впечатление подтвердил и лётчик-космонавт Алексей Леонов.

Испытания кандидатов в космонавты в звукоизолированной камере (сурдокамере) многие требуют прекратить. Один из испытуемых после 30 часов изоляции «увидел» плавающий в воздухе телевизор, а среди приборов пульта управления — какие-то лица. Другому показалось, что приборная доска стала «таять и капать на пол». Картины не для слабонервных.

Профилактикой подобных ощущений может служить звучание музыки…

СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ

Трудно определить другими словами посещающие космонавтов видения и ощущения, совершенно отличающиеся от упомянутых выше. Они характерны стопроцентным «переключением» сознания космонавта. Объяснить эти явления галлюцинациями, возникающими вследствие дефицита внешних раздражителей (как в сурдокамере), уже не представляется возможным. По этой причине и замалчивались многие годы странные свидетельства «небожителей».

Впервые об этом феномене сообщил в Международном институте космической антропоэкологии в 1995 году космонавт-испытатель Сергей Кричевский. Оказывается, уже не один космонавт испытывал в полёте весьма удивительные ощущения: неожиданно выходил из своего привычного человеческого образа и превращался, в буквальном смысле, в какое-то животное! Более того, он «подключался» к некоему информационному источнику и получал от него предупреждения о грозящих аварийных ситуациях! Потом космонавт продолжал ощущать себя в преобразованном виде или перевоплощался в более ужасное существо. Например, один коллега поведал Кричевскому о «пребывании» в образе… динозавра! Причём он чувствовал, как шагал по какой-то планете, преодолевая овраги и пропасти. Космонавт описывал «свои» лапы, чешую, перепонки между пальцами, огромные когти… Кожей спины он чувствовал, как поднимаются роговые пластины на хребте. О пронзительном крике, вырвавшемся из пасти, мог сказать: «Это был мой крик…» Бывало, что человек превращался в другую личность, а мог оказаться и инопланетянином.

Журналист Виталий Правдивцев, рассказавший обо всём этом в ежемесячнике «Совершенно секретно», утверждает, что по сей день «проблема космических видений упорно скрывается от научного сообщества». Один из космонавтов вёл личные дневниковые записи в полёте, в том числе и относящиеся к загадочным видениям. Уникальный документ! Но публиковать их он категорически отказался, опасаясь повредить своей карьере.

Между тем необходимость тщательного исследования «фантастических сновидений-состояний», как предлагает называть эти тонкие явления космонавт-испытатель Сергей Кричевский, более чем очевидна. Результаты таких исследований не только помогут безопасности космических полётов, особенно длительных, но и, возможно, приоткроют завесу над самыми сокровенными тайнами природы.

Геннадий Стрекалов: загадочная сфера

Дважды Герой Советского Союза. Летал на космических кораблях «Союз Т-3» и орбитальной станции «Салют-6» (ноябрь — декабрь 1980 года), «Союз Т-8» (апрель 1983 года), «Союз Т-10, -11» и орбитальной станции «Салют-7» (апрель 1984 года), «Союз ТМ-10» и орбитальном комплексе «Мир» (август — декабрь 1990 года).

Однажды в 1990 году, находясь на станции «Мир», Геннадий Стрекалов стал свидетелем весьма красивого и загадочного зрелища. Атмосфера была совершенно чистой, под «Миром» в это время проплывал отчётливо видимый Ньюфаундленд. Внезапно в поле зрения космонавта возникло нечто, похожее на сферу. По блеску и яркости она напоминала ёлочную игрушку — нарядный цветовой шарик из стекла. Стрекалов подозвал к иллюминатору командира экипажа Геннадия Манакова. К сожалению, «шарик» не удалось снять на плёнку, потому что, как всегда бывает в таких случаях, камера оказалась не готовой к работе. Они любовались красочным зрелищем около десяти секунд.

Исчезла сфера столь же внезапно, как и появилась. Чем она была, какие имела размеры — сказать невозможно. Вокруг не оказалось ничего, с чем можно было бы сравнить её величину. Стрекалов сообщил об увиденном в Центр управления полётами, но при этом охарактеризовал объект как некое необычное явление, не употребляя термин НЛО. По его словам, он намеренно описал только то, что видел, стараясь при этом тщательно подбирать выражения и избегать необоснованных определений. Он не хотел, чтобы кто-нибудь процитировал их неточно или намеренно исказил содержание сообщения в своих целях.

Павел Попович: «парус» в космосе

Лётчик-космонавт Павел Романович Попович, генерал-майор авиации, кандидат технических наук, дважды Герой Советского Союза. Летал на космических кораблях «Восток-4» (август 1962 года), «Союз-14» и орбитальной станции «Салют-3» (июль 1974 года).

«В моей жизни был лишь один случай, — рассказывает П.Попович, — когда я встретился с чем-то неведомым, с явлением, которого ни я, ни кто-либо другой не мог объяснить. Это произошло в 1978 году, во время нашего полёта из Вашингтона в Москву. Мы летели на высоте около 10 000 метров. Я находился в пилотской кабине и через переднее окно вдруг увидел, что примерно в 1500 метрах над нами параллельным курсом летит сверкающий белый объект в форме равностороннего треугольника, напоминающий по внешнему виду парус».

Самолёт, в котором находился космонавт, летел со скоростью 900 км/час, но объект легко его обогнал. По оценке Поповича, скорость «паруса» была раза в полтора больше, чем у воздушного лайнера.

Космонавт сразу же сообщил о странном объекте членам экипажа и пассажирам. Они все вместе пытались определить, что бы это могло быть, но никто не смог отождествить загадочный треугольник с чем-либо ему известным. Он не был похож на самолёт, поскольку имел идеально треугольную форму, а в то время треугольных самолётов не существовало.

КОСМОНАВТОВ СПАС НЛО?

Недавно стало известно, что во время одного из неудачных полётов российских космонавтов возникла нештатная ситуация, благополучному исходу которой, возможно, способствовало вмешательство неких «потусторонних» сил.

Утром 5 апреля 1975 года на космодроме Байконур шли последние приготовления к старту космического корабля «Союз-18». Стояла ясная, безветренная погода, подготовка проходила без отклонений от нормы, двое членов экипажа были в полном порядке. Экипаж составляли полковник Герой Советского Союза Василий Григорьевич Лазарев и инженер из конструкторского бюро ОКБ-1 имени С.П.Королёва, кандидат технических наук, Герой Советского Союза Олег Григорьевич Макаров; оба уже летали в сентябре 1973 года на «Союзе-12». Целью их первого совместного полёта, продолжавшегося двое суток, была проверка усовершенствованной системы жизнеобеспечения в космическом пространстве, в том числе — скафандров новой конструкции. На этот раз уже сработавшиеся коллеги отправлялись на «Салют-4», где им предстояло сменить предыдущий экипаж — Губарева и Гречко — и проработать на станции не один десяток дней.

Ровно в 10.30 утра командир и бортинженер заняли свои места в кабине корабля, и в Центре управления полётами начался предстартовый отсчёт времени. Старт прошёл нормально, космонавты слышали по радио сообщения, передаваемые хорошо знакомым им голосом Петра Климука, выполнявшего на этот раз функции оператора связи: «Сто секунд полёта… Крен и отклонение от направления полёта в норме», «Сто сорок секунд. Давление в камерах сгорания стабильно».

Приборы на табло в кабине «Союза» показывали, что вторая ступень ракеты-носителя уже отработала. Аэродинамический обтекатель сброшен, корабль вышел из плотных слоёв земной атмосферы.

«Двести шестьдесят секунд. Всё в по…»

В этот момент сообщение прервалось, на мгновение возникли шумовые помехи, затем снова послышался голос Климука, но какой-то слабый, и на него накладывались странные звуки, как будто кто-то (или что-то) безуспешно старался сымитировать человеческую речь. Космонавтам показалось, что такие звуки мог бы издавать компьютер, пытающийся передать какую-то информацию посредством голосовой связи. Однако понять содержание этой передачи, длившейся всего 5–7 секунд, космонавты не сумели.

Прошло ещё несколько секунд, и вдруг в кабине раздался вой сирены аварийной сигнализации, и одновременно вспыхнула и замигала контрольная красная лампочка с надписью: «Авария ракеты-носителя». К этому времени бортовой секундомер отсчитал 270 секунд полёта. По расчётам до выхода на орбиту оставалось ещё ровно столько же времени. Однако авария ракёты-носителя означала, что корабль не сможет достичь расчётной орбиты, поэтому должна сработать автоматическая система аварийного спасения; тогда спускаемый аппарат корабля с кабиной отделится от ракеты и устремится к земле.

И в этот момент на фоне сообщений из Центра управления полётами, которые то звучали нормально, то совсем затихали, космонавты опять услышали те самые странные звуки, похожие на неумелое подражание человеческому голосу. Понять их смысл, как и в прошлый раз, им не удалось, при этом они недоумевали, как к каналу радиосвязи, предназначенному исключительно для общения экипажа корабля с Центром управления, мог подключиться кто-либо посторонний…

Когда на высоте 192 километра спускаемый аппарат с экипажем отбросило от ракеты-носителя, Лазарев и Макаров испытали огромные перегрузки, во много раз превышающие нормальную «земную» силу тяжести. Они возникли не только из-за резкого толчка при отстреле аппарата от терпящей бедствия ракеты, но и вследствие его беспорядочного «кувыркания» в первые секунды после отстрела. Но вскоре под действием автоматической системы стабилизации аппарат перестал кувыркаться и начал плавно падать на землю. Перегрузки сменились состоянием невесомости. Однако вскоре ситуация опять изменилась: кабина начала вибрировать, интенсивность вибрации стремительно росла, а в иллюминаторах заплясали языки пламени — спускаемый аппарат вошёл в плотные слои атмосферы.

К этому моменту на Байконуре уже знали, что с ракетой- носителем произошла авария. Теперь всех тревожила одна мысль: отреагировала ли должным образом на эту критическую ситуацию система жизнеобеспечения космического корабля? Но вот из динамиков послышался голос Лазарева, и в зале раздались радостные возгласы: «Значит, космонавты живы, и связь с ними работает!».

Почти сразу же удалось определить положение спускаемого аппарата: он находился над Алтайскими горами, недалеко от границы с Китаем и примерно в двух тысячах километров от Байконура.

«Внимание, вы над Юго-Западным Алтаем! — передали космонавтам из Центра управления. — Опускаетесь в горы, будьте внимательны и осторожны! Поисково-спасательная группа уже вылетает. Держитесь, вас скоро найдут!»

Лазарев и Макаров прекрасно понимали, что предостережение Центра — не пустые слова. Под ними были труднодоступные заснеженные горные пики высотой до 3000 метров, обрывистые скалы, крутые откосы, пропасти…

Но вот космонавты ощутили мощный толчок, и спуск кабины прекратился. Они наконец оказались на твёрдой земле. Теперь согласно регламенту, кто-то из членов экипажа должен был нажать кнопку устройства, отстреливающего парашют от спускаемого аппарата, чтобы гигантский купол, наполнившись воздухом под воздействием порыва ветра, не потащил кабину по земле, что при данном рельефе местности было бы чревато большой опасностью. Но оба космонавта настолько обессилили, что в тот момент просто не могли пошевельнуться. Между тем кабина по-прежнему оставалась неподвижной и находилась почти в вертикальном положении. Через некоторое время и Лазарев, и Макаров почувствовали, что уже в состоянии двигаться, но какой-то внутренний голос настойчиво советовал им не трогать кнопку отстрела парашюта. Они открыли люк и выбрались наружу.

От того, что космонавты увидели, им стало не по себе. Какая-то чудесная сила забросила купол парашюта за выступ скалы, поросший густым кустарником, и только благодаря тому, что купол надёжно зацепился за него, натянувшиеся стропы удерживали спускаемый аппарат на крутом горном склоне, а несколькими метрами ниже открывалась глубокая пропасть.

Когда наступила ночь, космонавты разожгли костёр. Скоро на небе над ними появились самолёты, они просигнализировали, что обнаружили место приземления, и улетели. Ветер разогнал облака, покрывавшие небо с вечера, и стих.

И вдруг космонавты услышали в воздухе нарастающий свист и одновременно увидели на небе среди звёзд какой-то светящийся объект, зависший прямо над ними. Определить его форму, а также высоту над землёй космонавты не смогли. Они видели лишь яркое пятно, сверкавшее фиолетовым светом. Объект находился над ними с полминуты, а затем, словно убедившись, что всё в порядке, исчез так же внезапно, как и появился.

— Я до сих пор не только не сомневаюсь в том, что тогда мы собственными глазами увидели НЛО, но и совершенно уверен, что этот объект пытался установить с нами контакт, используя наш канал радиосвязи, — сказал Василий Лазарев в беседе с западногерманскими журналистами во время своего пребывания в Лондоне с частным визитом. И добавил: — Думаю, что только благодаря его вмешательству мы приземлились тогда целыми и невредимыми на Алтае, в горной местности, рельеф которой больше напоминал лунный, чем земной.

Когда журналисты спросили Лазарева, почему ни он, ни Макаров после возвращения на Байконур ничего не сказали об НЛО, он ответил, что в те времена, если лётчики или космонавты докладывали, что видели в небе неизвестные объекты или какие-либо сверхъестественные явления, их отстраняли от дальнейших полётов. Ещё Лазарев сообщил, что плёнку, на которой были записаны все их переговоры с Центром управления и на которой отчётливо прослушивались те самые загадочные звуки, впоследствии тщательно исследовали. О результатах исследований ему ничего не известно, зато он знает, что потом эта плёнка пропала при невыясненных обстоятельствах.

Геннадий Решетников: «сигары» над Норильском

Генерал-полковник, начальник Академии высшего командного состава ПВО имени маршала Жукова в городе Твери.

Геннадий Решетников отметил, что в его лётной практике случались таинственные происшествия. Иногда вдруг появлялись цели, на перехват которых поднимались в воздух истребители или за которыми начинали следить радиолокационные станции в подразделениях зенитных ракет. Но определить, что это были за цели, не удавалось. Бывало, что такая цель на контрольный запрос посылала условный сигнал «я свой», но чаще всего не отвечала вовсе.

Более того, случалось, что посланные на перехват самолёты после ввода в действие своих боковых прицелов обнаруживали цель. Но как только перехватчик приближался к ней на расстояние, при котором должна была бы сработать автоматическая система пуска ракет «воздух-воздух», эта система выходила из строя. А цель в тот же самый момент внезапно исчезала и так же внезапно появлялась в другом месте, при этом работоспособность системы пуска сразу же восстанавливалась сама по себе. Самолёт снова сближался с ней, делал заход для новой атаки, и всё опять повторялось.

Когда Решетников попал в Военный институт повышения квалификации, то узнал, что там ведутся уфологические исследования по нескольким направлениям, в том числе изучаются и подобные случаи. Однако в дальнейшем было признано, что эти исследования не имеют практического применения в военном деле. Поэтому, по мнению генерала, теми проблемами, которые сейчас интересуют уфологов, военные больше не занимаются, да, пожалуй, и прежде не занимались.

В армии ко всем этим делам подходят сугубо практически. Если в небе появляется неопознанная цель, то её засекают радары. Нередко такие цели можно наблюдать и визуально. Иногда о них сообщают очевидцы из местных жителей. Происходят подобные сообщения и с пограничных застав, если это видимый объект, а также из других источников. В подразделениях ПВО ни одно из таких сообщений не остаётся без внимания, все они тщательно проверяются.

Однако нельзя сказать, что в этой рутинной деятельности присутствует научный подход. Скорее она проводится в рамках чисто практического отношения к проблеме. И, наверное, так обстоят дела во всех родах войск Российских Вооружённых сил. Правда, в воинских частях стараются, по возможности, учитывать существование проблемы НЛО, к настоящему времени там скопился большой объём интересных данных об этом феномене, которые необходимо изучать. И совершенно ясно, что решать этот вопрос следует на государственном уровне.

Сегодня всё больше людей начинает верить в существование НЛО. Но что (или кто) стоит за этими объектами? Первое, что приходит на ум, — пришельцы-инопланетяне.

Далее генерал рассказал, что в конце 1970-х годов он сам летал в Заполярье в районе города Норильска, где, по сообщениям очевидцев, появлялись какие-то сигарообразные летательные аппараты с иллюминаторами. Так, во всяком случае, писала местная пресса.

Такой объект, или объекты, появлялись там несколько раз. Были якобы обнаружены следы их посадки, но никаких мало-мальски серьёзных исследований не проводилось. Узнав подробности, Решетников вылетел к предполагаемому месту посадки на вертолёте. Затем вместе с группой офицеров он побывал там вторично, но ничего особенного, по его словам, обнаружить не удалось.

Что касается вылета истребителей на перехват, то пока существовал Советский Союз, все воинские обязанности выполнялись чётко: при появлении неопознанных целей самолёты немедленно бросались на их перехват, и пилотам разрешалось действовать без всяких ограничений. В наши дни в подобных случаях командование по экономическим соображениям поднимает самолёты в воздух неохотно. Однако, как утверждает генерал, несмотря на эти трудности, он сам неоднократно посылал перехватчики «разобраться» с появившейся в воздухе неизвестной целью. И в ряде случаев эти цели действительно оказывались таинственными и загадочными НЛО, на которые тем не менее реагировали наземные, морские или воздушные системы обнаружения. В отдельных случаях против НЛО применялось оружие.

Василий Алексеев: «НЛО — феномен, ещё не разгаданный человечеством»

Генерал-майор Алексеев, руководитель Центра космической связи ВВС.

В 1980-х годах он проходил службу в Генеральном штабе. Его работа была связана с постоянными поездками в различные воинские части, расквартированные по всему Советскому Союзу. И на местах ему нередко приходилось слышать рассказы о наблюдениях самых разных необъяснимых явлений.

«Следует иметь в виду, — говорит генерал Алексеев, — что тогда многое попросту отрицалось. И вся эта тема была закрытой. Но когда подобные явления происходили на земле или на небольшой высоте, очевидцы, наблюдавшие их, хотели знать, что это такое, и при этом отделить правду от вымысла. В те годы нередко происходящее вокруг преподносилось таким образом, что у людей полностью пропадала охота чему-либо верить. И соответственно, у многих выработалось не только недоверие к каким бы то ни было объяснениям необычных явлений, но и неверие в сам факт существования таких явлений».

Тем не менее по словам генерала, информация, поступающая из различных воинских частей, вызывала несомненный интерес, хотя бы потому, что это были всё-таки не просто разговоры и слухи: имелись конкретные свидетели каждого события, оно было зафиксировано в специальных документах, о нём говорилось в официальных рапортах и докладах. Иногда подобная информация имела столь убедительный и захватывающий характер, что от неё невозможно было просто отмахнуться. Обычно такие случаи тщательно проверялись, причём не только силами и средствами Министерства обороны, но и других правительственных структур.

Некоторые военные эксперты проявляли к расследованиям на местах исключительный интерес, особенно если находились там, где НЛО появлялись особенно часто. Как правило, такими местами оказывались военные базы стратегического назначения: расположения ракетных комплексов, научно-исследовательские испытательные полигоны, то есть такие места, где были сосредоточены изделия, изготовленные по последнему слову науки и техники. Но эти же места являлись одновременно и зонами повышенной опасности.

«Очевидно, — продолжает Алексеев, — что каждая новая система вооружения, будь то ядерная ракета или самолёт с невидимыми прежде характеристиками, представляет собой воплощение передовых научно-технических достижений и, по существу, служит одним из важнейших показателей прогресса человечества. И как раз там, где базируются такие системы, НЛО появляются чаще всего. Примечательно, что офицеры из командного состава в местах сосредоточения новейшей военной техники, не имея никаких официальных инструкций, нередко по своей инициативе изучают это явление, фиксируют имеющимися у них средствами все доступные данные о каждом случае появления НЛО в пределах подведомственной им зоны».

Генерал утверждает, что в отдельных случаях таким командирам даже удавалось искусственно создавать ситуации, способствующие «визитам» НЛО. Было замечено, что особенно часто эти загадочные гости появляются над военными объектами в то время, когда там повышается деловая активность: проводится внутренняя передислокация или идёт транспортировка «специальных» грузов. Вскоре выяснилось, что достаточно создать видимость такой активности или даже просто включить подобные мероприятия в график работ, и «любознательные посетители» оказываются тут как тут. Получается, что они каким-то образом могут заранее узнавать о таких событиях.

Более того, есть сведения, что на некоторых полигонах, где испытывается новейшая военная техника, научились устанавливать своего рода контакты с НЛО. Происходит это следующим образом. Сначала над полигоном появляется НЛО и зависает неподвижно. Чаще всего он имеет форму шара, хотя бывают и другие конфигурации. Если теперь «контактёр», держа в руках, например, винтовку, начинает поочерёдно направлять её, словно указку, в разные стороны, то НЛО, реагируя на эти жесты, меняет форму, «сплющиваясь» в соответствующем направлении. Если человек трижды поднимает винтовку вверх, то НЛО в ответ три раза вытянется вдоль вертикальной оси.

В начале 1980-х годов по указанию советского руководства были начаты исследования НЛО с применением технических средств — теодолитов, радиолокационных станций и других. При этом во многих случаях присутствие НЛО было чётко зафиксировано в виде данных, полученных с помощью приборов и различной аппаратуры.

«На мой взгляд, — говорит Алексеев, — приказ о проведении таких исследований появился прежде всего потому, что со всех сторон поступало большое количество самой разнообразной информации об НЛО. Был, например, такой случай. Сотрудники одной из подмосковных научно- исследовательских организаций летали в Новосибирск для участия в расследовании авиационной катастрофы. Вернувшись, они представили начальству необычный отчёт. В нём содержалась информация об НЛО, который сопровождал их самолёт. При этом, будучи людьми науки и профессиональными исследователями, они организовали наблюдение за ним весьма грамотно: одни следили за полётом «сопровождающего» и рассказывали обо всём, что замечали; другие записывали этот рассказ; третьи делали зарисовки “с натуры”; четвёртые вели хронометраж событий. Благодаря такому подходу им удалось подготовить документ, представляющий собой немалую научную и практическую ценность. По сути, это было научное описание эксперимента, проведенного в реальных условиях».

Правда, напрашивается вопрос: кто над кем в этом случае проводил эксперимент?

По словам генерала Василия Алексеева в 1980-е годы сообщения о наблюдениях НЛО поступали постоянно, и не только от простых граждан, но и от учёных и профессионалов, в том числе военных. А они, как правило, не склонны к фантазированию и обычно сообщают только о том, что видели своими глазами, о том, что действительно произошло. Это те люди, которым можно и нужно верить. Вероятно, такая информация накапливалась (и накапливается) в высших кругах Министерства обороны и Академии наук.

Не следует забывать и о том, что гонка вооружений продолжается и в наши дни, идёт соперничество за превосходство в военной сфере и в других областях. Новые открытия в науке и достижения в технике осуществляются непрерывно. НЛО — это новый и пока что не разгаданный человечеством феномен. Но ещё 20–25 лет тому назад высказывалось предположение (не потерявшее смысла и сейчас), что НЛО — это некие средства для мониторинга и, возможно, — для сбора разведывательной информации.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.