ОХОТНИК НЕ ПОДЧИНЯЕТСЯ НИЧЬИМ ЖЕЛАНИЯМ,

ОХОТНИК НЕ ПОДЧИНЯЕТСЯ НИЧЬИМ ЖЕЛАНИЯМ,

КРОМЕ СВОИХ СОБСТВЕННЫХ, ЕСЛИ ОН ПРЕДПРИНИМАЕТ

КАКИЕ - ЛИБО ДЕЙСТВИЯ, ТО ЛИШЬ ПОТОМУ, ЧТО

ПОЛНОСТЬЮ ОСОЗНАЕТ ВОЗМОЖНЫЙ ИСХОД ЭТИХ ДЕЙСТВИЙ.

ОХОТНИК НИКОГДА НЕ ПОЗВОЛЯЕТ ПРЕВРАТИТЬ

СЕБЯ В ЖЕРТВУ, В СВОИХ ДЕЙСТВИЯХ ОН

ПРИНИМАЕТ В РАСЧЕТ НЕПРЕДВИДЕННОЕ, И

ПОТОМУ ЕГО НИКОГДА НЕЛЬЗЯ ЗАСТАТЬ ВРАСПЛОХ.

ТАКИМ ОБРАЗОМ, ОН ИЗБЕГАЕТ БОЛЬШИНСТВА

ТЕХ СОБЫТИЙ, КОТОРЫЕ ГЛУПЦЫ СЧИТАЮТ

НЕСЧАСТНЫМИ СЛУЧАЯМИ.

Критически оценив свою жизнь, охотник осознает, что, хотя риск и велик, у него по-прежнему не остается иного выбора, кроме сражения, - такова ирония Пути Знания. В своем сражении за освобождение от основ социальной обусловленности мы обнаруживаем, что вместо этого стали рабами силы. Обычный человек считает, что у него есть свобода выбора, но охотник является человеком, который достиг понимания тщетности своей веры. Для него существует только две возможности: либо он сражается за свободу от социальной обусловности, либо отказывается сражаться и возвращается к глупости своих собратьев. Очевидно, вторая возможность не является той, которую может принять охотник; в свою очередь, это означает, что у него вообще нет выбора.

Чтобы полностью осознать это, следует помнить, что охотник становится охотником для того, чтобы избежать оков социальной обусловленности. Он делает это, чтобы обрести личную силу, которая позволит ему выбирать его собственную систему отсчета. Когда охотник заходит настолько далеко, у него уже нет никакой возможности повернуть назад, так как он уже не хочет жить в оставленном позади мире. Поэтому он осознает, что ему нечего терять, кроме своей жизни, - но чего стоит его жизнь, если он проведет ее в оковах, созданных его же собратьями?

Этот момент жизни охотника всегда является наиболее мучительным. Именно на этом перекрестке охотник понимает, что у него нет выбора. Однако путешествие в неизвестность все еще требует от него всей его смелости и даже большего, поскольку ему известно то, что этот путь может стать путешествием без возврата. Такое путешествие требует, чтобы охотник попрощался со всем, что он знал до этого. Следует признать, что мир, который он знал, не является тем миром, в котором он хотел бы остаться - но это был единственный мир, известный охотнику, и, хотя в этом мире много такого, что не нравится охотнику, в нем содержится и огромное число сокровищ духа. В конце концов, именно в этом мире охотник впервые научился мечтать о свободе и силе, и именно в нем он предпринял свои первые пробные шаги в обучении искусству охотника.

Только достигнув этого перекрестка, охотник по-настоящему начинает ощущать влияние сил, которые направляют его в течение всей жизни. Теперь, ретроспективно, он может увидеть предназначение всего, что с ним случилось, и то, как этот опыт привел его к тому положению, в котором он находится сейчас. Хотя его предназначение еще туманно и скрыто в будущем, он уже может постичь достаточно, чтобы осознать, что его ставка на силу и последующая подготовка в качестве охотника предопределены. Именно тогда он понимает без дальнейших сомнений, что его ставка на силу окончательна.

Аналогия может помочь сделать принцип ставки на силу более понятным. Поговорим о ребенке и о том, что очевидным предназначением человека является прямохождение.

Родившись, малыш еще не умеет ходить. В течение долгого времени он совершенно удовлетворен тем, что просто лежит и произвольно двигает своими конечностями. Затем ему хочется сесть, но сначала он может сделать это, только опираясь на подушки. Проходит время, и младенец, набирает достаточно мышечной силы, чтобы начать ползать. Это похоже на подготовку охотника. Добившись этой новой свободы, ребенок начинает исследовать свой мир. Именно благодаря умению ползать ребенок начинает различать определенные аспекты окружающего мира. Путем проб и ошибок он очень быстро учится следить за тем, куда он ползет и к чему прикасается. Затем наступает день, когда ребенок уже достаточно силен - он внезапно встает. Это кажется простым действием, но перемена разительна. Благодаря этому действию ребенок делает свою ставку на ходьбу. Ребенку может все еще не хватать достаточной мышечной координации, у него дрожат колени, он теряет равновесие, но один шаг следует за другим, пока, наконец, он не начинает ходить, а потом бегать. Ставка ребенка на ходьбу необратима, поскольку, если он не родился калекой, его судьба - прямохождение. Никто из нас не может избежать сил, которые направляют нас в течение жизни. Наше предназначение, каким бы оно ни было, должно быть исполнено. Охотник признает это, а затем критически оценивает себя и свою новую жизнь. Подобно ребенку, неуверенно совершающему свои пробные шаги, охотник делает свои первые шаги на Пути Знания.