Ученик - это зерно

Ученик - это зерно

Наш любимый Учитель,

Однажды последователь даосизма, проходя мимо монастыря Хякудзе, спросил:

- Есть ли в мире что-либо чудеснее сил природы?

Хякудзе ответил:

- Есть.

- И что же это? - спросил его гость. Хякудзе ответил:

- Это способность постигать силы природы.

- Являются ли Дао космические силы жизни? - вновь спросил гость.

Хякудзе ответил:

- Космические силы жизни - это космические силы жизни; Дао - это Дао.

- Следовательно, это должны быть две разные вещи? - спросил гость.

Хякудзе сказал:

- То, что знает, не происходит от двух разных людей.

Последователь даосизма спросил, волнуясь:

- Что есть неверно и что есть верно?

Хякудзе ответил:

- Неверно - это когда ум уделяет внимание внешним вещам; верно - это когда ум держит под контролем внешние вещи.

Маниша, слушая эти диалоги и истории, не следует забывать о более важных вещах. Это - не школа и не университет. Здесь ты ничего не изучаешь. Здесь ты преображаешься, пробуждаешься. Все эти сутры нужны лишь для того, чтобы разбудить тебя, чтобы привлечь твое обычно столь нестойкое, постоянно отвлекающееся внимание. Привести его сюда безраздельно - вот главная задача сутр.

Это возможно лишь при условии, что ты только слушаешь - слушаешь, но не истолковываешь, слушаешь, но не выносишь суждений, слушаешь, но не говоришь: "Да, это верно, нет, это неверно..." Ты ничего не должна говорить. Это не есть цель всего процесса. Цель - это то, что ты можешь оставаться слушателем, не вынося суждений. Это готовит тебя к медитации.

Маниша принесла сюда этот диалог...

Однажды последователь даосизма...

Во-первых, никто не может быть "последователем даосизма". Дао - не религия и не философия. Это - чистое понимание медитации, в которой все исчезает, включая и самого медитирующего. То, что остается, - и есть Дао. Будда назвал это "дхармой", вы можете называть это "сознанием", "истиной", "красотой".

Однако все эти слова лишь указывают на единое океаническое чувство осознания, в котором вы нераздельно сливаетесь с Космосом. Но беда человека в том, что он все пытается превратить в "изм".

И потому после смерти Лао-цзы люди стали превращать его учение в "изм". А он всю свою жизнь учил, что нет никаких "измов", нет никакой философии, нет никакой теории. Следует отбросить всю умственную деятельность. Следует внимать безмолвному и пустому пространству. Это и есть Дао.

Никто не может быть "последователем даосизма", так что изначально Хякудзё знает, что вопрос задан неверно. Но на неверный вопрос можно дать правильный ответ - вот что собирается сделать Хякудзё.

Однажды последователь даосизма, проходя мимо монастыря Хякудзё, спросил:

- Есть ли в мире что-либо чудеснее сил природы? Хякудзё ответил:

- Есть.

Но, будучи последователем определенной догмы, он так же слеп, как любой последователь индуизма, магометанства, христианства. Он не может понять, что в мире есть что-либо чудеснее сил природы. Каждый знающий может сказать, что видящий чудеснее того, что он видит. Знающий более чудесен, чем то, что он знает, так как последнее - лишь объект. Знающему известны различные свойства сознания. Он - жив, и не просто жив, а постоянно жив.

И что же это? - спросил его последователь даосизма.

Хякудзё ответил:

- Это способность постигать силы природы.

То, о чем я говорил как о "видящем", "знающем", "наблюдающем", Хякудзё называет "способностью постигать силы природы". Это - более чудесно. Это - бесконечное блаженство.

- Являются ли Дао космические силы жизни? - вновь спросил гость.

Хякудзё ответил:

- Космические силы жизни - это космические силы жизни; Дао - это Дао.

- Следовательно, это должны быть две разные вещи? - спросил последователь даосизма.

Хякудзё сказал:

- То, что знает, не происходит от двух разных людей.

Последователь даосизма спросил, волнуясь:

- Что есть неверно и что есть верно? Хякудзё ответил:

- Неверно - это когда ум уделяет внимание внешним вещам; верно - это когда ум держит под контролем внешние вещи.

Мы, как современные люди, должны отметить некоторые особенности диалога. Гость Хякудзё мало интересуется ответами на свои вопросы. Он задает их вразброс. Получив ответ на один вопрос, он тут же задает следующий, не имеющий к первому никакого отношения, - так, словно он понял смысл ответа. Однако это не так: если бы гость понимал, о чем говорил Хякудзё, он не задавал бы остальных вопросов.

Одного ответа достаточно для человека, наделенного разумом. И если этот разум медитативен, ему и вопросов задавать не нужно. Ничто не произнесено, но сердце ученика слышит все. Но перед нами не ученик, а гость - просто любопытствующий. Некоторые люди просто собирают сведенья из различных источников, а затем хвастаются, будто им все известно. Это сразу видно - его не интересует суть ответов. Он спрашивает: "Есть ли в мире что-либо чудеснее сил природы?"

Хякудзё дает ему абсолютно точный ответ: "Это наблюдатель, способный постигать силы природы". Наблюдение по своей природе стоит выше, чем наблюдаемое. Если бы гость понял суть, он бы больше ни о чем не спрашивал. Но он продолжает задавать вопросы. "Являются ли Дао космические силы жизни?" - вновь спросил гость.

Вопрос этот никак не связан с предыдущим. Это свидетельствует о том, что он не интересуется ответом, он просто выслушал слова и запомнил их. Теперь он будет повторять эти слова каждому встречному, словно это его мысль. Он спешит задать следующий вопрос, хотя предыдущий еще не закрыт.

На этом пути нет ответов - происходит просто исчезновение вопросов. Слова мастера заставляют вопрос исчезнуть, делают его неуместным, вырванным из контекста, бессмысленным. Мастер очищает пространство так, чтобы вы могли видеть с той же ясностью, что и он. Он хочет поделиться своим ясновидением и просто уничтожает вопросы ответами. Его не интересуют ни вопросы, ни ответы. Он отвечает лишь затем, чтобы вопрос больше не висел над вами. Но если человек, задающий вопросы, не есть человек Пути, ему это безразлично. Как только пространство очищается... он задает иной вопрос... Он не понимает сути.

"Являются ли Дао космические силы жизни?" - вновь спросил гость. Он не понимает ни что такое космические силы жизни, ни что такое Дао. Вот где может заблудиться интеллектуал - в словах. Слова - куда более густой лес, чем принято считать. Казалось бы, такой вопрос совершенно правомочен: "Являются ли космические силы жизни первоисточником жизни? Так же, как и Дао?" Но вопрос этот задается из любопытства, а не из-за желания узнать истину. Будет ли на него дан ответ или не будет, не имеет никакого значения. Когда я говорю о безоглядности, я имею в виду, что для нас важно найти истоки жизни, истоки космических жизненных сил.

Хякудзё ответил:

- Космические силы жизни - это космические силы жизни; Дао - это Дао.

В обычном уме тут же возникнет вопрос: "Это два разных понятия? Путь и цель - две разные вещи?" Путь - всего лишь продолжение цели. Цель - всего лишь конечная точка пути. Хякудзё не говорит, что это две разные вещи, он просто говорит, что путь - это путь, а цель - это цель. Не принимай никаких решений, пока не прошел весь путь. В конце пути ты найдешь цель. И, внезапно, ты поймешь их абсолютное единство.

- Следовательно, это должны быть две разные вещи? - спросил последователь даосизма.

Обычный посредственный ум может сказать так. Но, стоя перед мастером, ты должен дважды подумать, прежде чем что-то спросить.

Хякудзё сказал:

- То, что знает, не происходит от двух разных людей.

Человек может идти лишь одним путем. Может существовать множество путей, ведущих к вершине горы. Можно взбираться на гору по одному склону или по другому. Могут быть тысячи дорог, ведущих к вершине, и все они разнятся между собой. Некоторые пути могут пролегать по пустыне, а другие вести через зеленый лес. Пути могут быть разными, но там, где все они сходятся в высшей точке, происходит взрыв понимания - все ведет к одному.

Одни пути занимают больше времени, другие - меньше. Одни - трудные, другие - легкие и приятные... выбор всегда за вами. Отправляйтесь к своему истоку с той точки, где вы находитесь, и вы достигнете того, чего достиг будда. Этот опыт не может быть ни вашим, ни моим - он может быть лишь единым основным опытом всех сознательных существ, направляющихся к своим внутренним истокам.

Последователь даосизма спросил, волнуясь...

Он волновался, так как не понимал, о чем идет речь. "Что есть неверно и что есть верно?" Он решил, что лучше задать очень простой вопрос и посмотреть, что ответит этот человек: "Что есть неверно и что есть верно?" Казалось бы, что может быть проще? Но, если копнуть поглубже, это окажется одним из самых важных вопросов.

Хякудзё ответил:

- Неверно - это когда ум уделяет внимание внешним вещам...

Ум в подчинении, ум в рабстве у внешних объектов - это неверно. Когда положение дел изменяется и ум больше не находится в подчинении у вещей, а управляет ими, становится хозяином положения - это верно.

Обычно мы думаем, что "верно" и "неверно" - это суждения. "Кто-то поступает верно, а кто-то поступает неверно" - мы оцениваем его поступки. В нашем обыденном понимании "верно" и "неверно" относятся к суждениям, но для людей знания, для тех, кто достиг вершины, слова "верно" и "неверно" имеют совершенно иное значение.

Ум может быть хозяином, ум может быть рабом. Обычно никто не думает, что "верно" и "неверно" может быть применимо здесь, но если ум находится в рабстве у объективного мира - это неверно. Тогда, чтобы вы ни делали, вы делаете неверно. Когда же ум освобождается от рабства, он становится пустым. Пустой ум становится хозяином. Это верно. Тогда, какая бы ситуация ни возникла, какой бы ответ на нее ни был дан, - все будет верным. И потому это не есть суждение, это вопрос о том, где ты находишься и каково твое положение: является ли твое сознание хозяином или оно легко попадает в рабство?

Я вспомнил о суфийском мастере, Джуннаиде...

Сам он был очень простым человеком и никогда бы не прославился на весь мир, если бы не его ученик, Аль-Хилладж Мансур, который был распят. Он говорил, что вопрос о том, что верно и что неверно, относится исключительно к сознанию. Если ты сознателен, то, что бы ты ни делал, будет сделано верно. Если же ты несознателен, то, что бы ты ни делал, будет сделано неверно.

Например, если человек делает пожертвования, занимается благотворительностью, все будут говорить: "Как велик, как благороден, как щедр этот человек". Но если заглянешь в его ум, то увидишь, что все свои благодеяния он делает лишь затем, чтобы пополнить свой счет в банке Бога и, представ перед вратами рая, быть встреченным ангелами, которые обеспечат его на небесах всем самым лучшим. То, что он дает, не идет ни в какое сравнение с тем, что он получает, эксплуатируя других... ну, может быть, один процент, и он становится образцом добродетели.

Если человек не сознателен до конца, он не может поступать верно. Если ты не прав, как могут цветы правоты расцвести в тебе? И потому подлинный мастер изменяет все вокруг. Это не твои поступки, это - твое сознание. Не важно, что делаешь, важно то, откуда исходит поступок. Сознателен он или несознателен - вот решающий фактор.

Дзэн принес с собой совершенно иной подход. Это не мораль. Здесь не делается упор на твои поступки. Здесь делается упор на тебе. Если ты совершаешь правильные поступки по неправильным причинам, они становятся неправильными. Кто-то боится ада и из-за этого страха посещает церковь каждое воскресенье. Это так утомительно: слушать все того же священника, все те же слова Ветхого Завета и все ту же древнюю чушь. Так что большинство посетителей церкви спят крепким сном во время заутрени - это очень набожный сон.

***

Один человек то и дело похрапывал в церкви... Священник всполошился. Он отвел этого человека в сторонку и сказал ему:

- Я ничего не имею против сна. В том, что человек спит, нет ничего антирелигиозного... но храпеть - это, пожалуй, чересчур...

- А разве храп антирелигиозен? - спросил его этот человек.

Священник сказал:

- Нет, я вовсе не хочу сказать, что храп - антирелигиозен. Я просто говорю, что из-за вашего храпа все прихожане не могут выспаться. И это создает массу проблем. У меня только три проповеди, которые я повторяю всю жизнь. Никто их не слушает - что же мне делать? Начать оригинальничать и пытаться найти новый материал... но ведь никто до сих пор не возражал, никто ничего не спрашивал. Это доказывает, что все прихожане крепко спят. Да и эти три проповеди - не мои. Они перешли мне по наследству от моего предшественника. Вручая их мне, старый настоятель сказал: "Этого вполне достаточно. Не ищи себе хлопот. Все прихожане появляются в церкви лишь для того, чтобы хорошенько поспать. Следи только за тем, чтобы никто не храпел". Вот видите, ваш храп убивает меня. Если люди начнут слушать, рано или поздно они все поймут. "Этот парень все время крутит одну и ту же пластинку", - скажут они. Так что прошу, во имя Господа, спите сколько угодно, но только не храпите!

***

Все религии ориентировались на поступки: "Не делай этого, не делай того". Все это заповеди, приказы. Но вопрос стоит не о ваших поступках, а о вашем существе. Находиться в сознательном состоянии и, не задумываясь, делать все, что исходит из твоего существа, - значит поступать верно. Если это не спонтанный сознательный ответ, он не верен, даже если весь мир утверждает противоположное. Исток - вот истинный критерий.

Ум может быть и тем, и другим. Он может быть рабом - как у миллионов людей. Но очень редко, когда ум освобождается от объектов, желаний, злости, он становится пустым пространством - не-умом.

Можно сказать и так: если ты действуешь через ум - ты не прав, если ты действуешь через не-ум - ты прав.

Хайку Басё:

Рождение искусства... песня с рисовых полей, хор из ниоткуда.

Если ты абсолютно безмолвен, тогда все, что происходит в этом безмолвии, приобретает новый цвет. Это становится рождением любого искусства. "Песня с рисовых полей" - в ней не так уж много музыки. Бедные крестьяне... просто, чтобы труд не казался таким монотонным, они поют хором. Но человек безмолвия может придать алмазный блеск любому камню: "песня с рисовых полей, хор из ниоткуда". Сам он хранит полное безмолвие, и потому ему интересно знать, откуда доносится хор голосов. Все бытие внезапно превратилось в хор - в прекрасную симфонию. Наша жизнь может обратиться в музыку, в поэзию, в произведение живописи... в мистику. И это верный способ прожить жизнь. Верный, потому что, живя так, приходишь к своим истокам.

Маниша спрашивает:

Наш любимый Учитель,

Что есть потребность понимать?

Маниша, потребность понимать заложена в самой твоей природе. Тайна бытия хочет, чтобы ты стала ее партнером. Тайна бытия не хочет, чтобы ты оставалась снаружи, она приглашает тебя в свой храм. Снаружи - жара, внутри - прохлада.

Потребность понимать - это неотъемлемая часть твоего разума. Разум желает знать, кто находится там, внутри; откуда приходит любовь, слезы, смех? Никто не хочет пребывать в неведении относительно устройства собственного жилища.

Потребность понимать - единственная надежда человека. Без этой потребности не будет музыки, не будет поэзии, не будет танцев. Останется лишь глубокая грусть - самоубийственная грусть, так как смысл жизни будет утрачен. Но, к счастью, этой потребности нельзя научиться у кого-то другого. Эта потребность находится в тебе. Она всегда была там - возможно, в подавленном состоянии, но в нужный период, в нужное время, в нужный момент при встрече с человеком знания она вновь заявит о себе. Это и есть признак, что ты встретил учителя.

Меня все время спрашивают: "Как определить, встретили ли мы учителя?" Если, встретив человека, ты чувствуешь, что тебе хотелось бы находиться с ним в одном пространстве, в одной радости, в одной песне, значит, в тебе проснулась потребность в понимании. Эта потребность делает тебя учеником, а там, где ученик, там и учитель. Ученик - зерно, учитель - цветок.

А сейчас пришло время Анандо...

Ольга Ковальская беседует за чашечкой кофе со своей подругой, Розой.

- Я тебе скажу, - говорит Ольга, - телевидение - это глупое изобретение.

- Почему это? - спрашивает ее Роза, жуя печенье.

- Да потому, отвечает Ольга, - что там только и видишь: насилие и секс, секс и насилие.

- Ну да, - говорит Роза.

- Меня уже тошнит от всего этого, - продолжает Ольга. - Когда бы я вечером ни включила телевизор, я вижу лишь насилие.

- Тогда зачем включать? - интересуется Роза.

- Да, но если он не включен, - отвечает Ольга, - сексом хочет заниматься Ковальский!

***

Великолепная Глория встречается с Грязным Робином, импресарио шоу-бизнеса, и просит его посмотреть ее номер.

Она кладет на пол большой апельсин и начинает раздеваться, танцуя под звуки чувственной мелодии. Полностью обнажившись, она под самые энергичные аккорды садится на пол в шпагате, а когда поднимается, апельсина на полу уже нет.

- Фантастика! - кричит Грязный Робин. - Сногсшибательно! Я могу договориться о работе в парижском ночном клубе. Прямо с завтрашнего дня!

- Нет, только не Париж! - нервно заявляет Глория, и Робин устраивает ее на работу в Берлине.

Через две недели он звонит Глории по телефону.

- Хорошие новости! - радостно выпаливает он. - Я договорился о твоих гастролях в Гамбурге, Риме, Каире и Париже!

- Нет, нет, только не Париж! - говорит ему Глория.

- Но почему же, черт подери, не Париж? - злится Робин.

- Понимаешь ли, - говорит Глория извиняющимся тоном, - в Париже моя мама дает тот же номер, только вместо апельсина у нее арбуз!

***

Ковальский и Забрицкий идут по нью-йоркской улице, и Забрицкий рассказывает, как он ненавидит итальянцев.

- Грязные макаронники, - ворчит он, - вечно шумят без толку и порют всякую идиотскую .....! Я только о том и мечтаю, чтобы они убрались назад, в Италию!

Тут два поляка сворачивают за угол и наталкиваются на старика Луиджи, играющего на скрипке, рядом с которым пляшет маленькая обезьянка со шляпой в руках.

Луиджи действительно выглядит как иллюстрация к словам Забрицкого - на нем грязная, запятнанная спагетти куртка, сережка в ухе, и он громко поет итальянские песни.

Ковальский поражен, увидев, как его друг кладет в протянутую обезьянкой шляпу долларовую купюру.

- Зачем ты это сделал? - спрашивает Ковальский, как только они отошли от Луиджи на несколько шагов. - Я думал, ты действительно ненавидишь итальянцев.

- Все верно, - отвечает Забрицкий, - но пока они маленькие, они такие хорошенькие!

Анандо...

Ниведано...

Ниведано...

Погрузись в тишину.

Закрой глаза.

Почувствуй, как замерло твое тело.

А теперь собери свое сознание, превратив его в стрелу, обрати свой взгляд внутрь себя.

Погружайся в себя с безоглядностью, насколько можешь.

Глубже и глубже...

Пока не достигнешь самих истоков своего существа.

Уходи внутрь, не зная страха, - это твоя территория.

На конце своей стрелы ты найдешь себя полностью пробужденным, как будда.

Это лишь первый шаг.

Открыв в себе будду, сделай второй шаг - выйди за пределы.

Пускай даже будда исчезнет.

Останется лишь безмолвие и безграничное небо.

Это - твой дом.

Тебя больше нет, но ты нашел дом.

Капля росы исчезла в океане.

Тысячи цветов расцвели.

Внезапно, из ниоткуда, донеслась музыка.

Ты видишь, что все вокруг пульсирует энергией жизни, все превратилось в танец, и ты тоже стал частью этого танца.

Собери же цветы и их аромат - как можно больше.

Собери же все осознание, открывшееся в тебе.

Тебе предстоит жить с ним каждую секунду твоей жизни, бодрствуешь ли ты или спишь.

Это единственная известная мне трансформация, превращающая каплю росы в океан, - и наоборот - при которой океан исчезает в капле росы.

Чтобы было понятнее,

Ниведано...

расслабься.

Наблюдай. Ты - не твой ум. Ты - не твое тело.

Ты просто наблюдатель. Наблюдение - это ты.

Без суждений, без оценок, просто безмолвное наблюдение, как отражение в зеркале.

Это - твое просветление.

Нет большей радости во Вселенной, чем быть буддой.

Нет большей прелести, нет большей красоты, большего благословения, чем быть буддой.

Жизнь предстает перед тобой во всех цветах - словно радуга.

Этот вечер великолепен, и твое безмолвие сделало его еще более великолепным, еще более прекрасным, твое наблюдение прибавило ему невероятной красоты.

Оно сделало его магическим.

Вскоре Ниведано призовет тебя назад.

Захвати с собой все, что открылось тебе здесь, ничего не оставляй за собой.

Ниведано...

Возвращайся, но возвращайся как будда, не знающий сомнения, без колебаний.

Это единственное доверие, которому я тебя учу. Ты - будда.

Посиди несколько мгновений, чтобы вспомнить свои переживания.

Я употребил слова "как" лишь для того, чтобы ты не пугался...

Во всем остальном ты - будда.

Хорошо, Маниша?

Да, любимый Учитель.

Можем ли мы отпраздновать праздник десяти тысяч будд?

Да, любимый Учитель.