БОГИ РАЗДВИГАЮТ НЕБЕСА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

БОГИ РАЗДВИГАЮТ НЕБЕСА

На бытовом уровне космические объекты и явления получают различные — подчас самые невероятные — объяснения и наименования. В разных областях России одни и те же созвездия и светила именовались людьми по-разному. Так, этнографам и лингвистам за последние два века (в основном в дореволюционное время) удалось зафиксировать не менее 20 названий для Млечного Пути (Гусиная Дорога, Птичий Путь, Дорожные Звезды, Мышиные Тропки, Пояс, Коромысла, Становище и др.); 52 — для Большой Медведицы (Арба, Воз, Волосыня, Волчья Звезда, Горбатый Мерин, Кичиги, Ковш, Кола, Колесница, Лось, Ось, Мосеев Палец, Семерка, Телега, Ярмо и др.); 37 — для Плеяд (Бабы, Гнездо, Ключи Петровы, Кочка, Курица с цыплятами, Лапоть, Осье Гнездо, Решето, Сито, Стожары, Улей, Утиное гнездо, Уточка и др.); 21 — для Ориона (Аршинчик, Грабли, Девичьи Зори, Коряга, Петров Крест, Старикова Тросточка, Три Царя и др.); 18 — для Венеры (Блинница, Вечерица, Вечерняя Звезда, Зарянка, Утреница, Утренняя Звезда, Чигирь-Звезда и др.); 9 — для Полярной звезды (Кол-Звезда, Небесный Кол, Полночная Звезда, Полярка, Прикол-Звезда, Северная Звезда и др.).[3]

Такой же разнобой у других народов. Причем иногда доходит до курьезов. Практически у всех народов Земли Полярная звезда ассоциируется с Севером. И лишь у одного народа — чеченцев — она именуется Южной. Объяснение этому очень простое: если повернуться к Полярной звезде спиной, она показывает дорогу на Юг. Единообразие в астронимах наступает лишь с утверждением господства какой-либо религиозной или научной картины мира. Русские ученые книжники до ХVIII века отдавали преимущественно византийской традиции, где планеты назывались по именам древнегреческих Богов: Крон (Сатурн), Зевес (Юпитер), Аррис (Марс), Афродита (Венера), Ермис (Меркурий) (рис. 4). После Петровских реформ в России возобладала европейская научная традиция: названия планет, звезд и других космических объектов стали такими, как и сегодня (впрочем, современные астронимы также имеют в основном греко-римское происхождение) (рис. 5).

В древности главным регулятором и унификатором космических вопросов была религия. Жрецы и священнослужители долгое время оставались безраздельными монополистами и в отправлении культа, и в вынесении вердиктов по части «небесных дел». Они были хранителями тайных для непосвященных астрономических знаний, занимались предсказанием и толкованием небесных явлений. Именно такой путь прошли многие «звездные цивилизации» — шумерская, египетская, вавилонская, китайская, индийская, ацтекская, майя, доинкская, инкская и др.

Много было несхожего в космических идеях Древности. Но много было и общего. Казалось бы, что может дальше отстоять друг от друга по времени и менталитету, чем русское и древнеегипетское мировоззрения. Но нет! И между ними протянуты невидимые связующие нити. Общее обнаруживается и в имени одного из языческих Солнцебогов: у русских это — Хорс, у египтян — Хор (Гор); и в звездах на куполах храмов: только у египтян они размещались на внутренних сводах, а у русских — на внешней стороне. При созерцании рукотворных звезд верующими биение их сердец накладывалось на ритм Вселенной.

Наиболее же показательным проявлением общих черт в различных направлениях и временных срезах космического мировоззрения являются представления о Земле и Небе. Небо на протяжении многих веков и тысячелетий вообще выступало синонимом Космоса — и в бытовом, и в философском и в научном плане. Античные и средневековые космологические трактаты долгое время традиционно именовались «О небе» — по образцу главного труда Аристотеля, посвященного астрономии.

Но сначала скажем, что мы называем небом и в скольких значениях употребляем [это слово], дабы предмет нашего исследования стал для нас яснее. В одном смысле мы называем небом субстанцию крайней сферы Вселенной или естественное тело, находящееся в крайней сфере Вселенной, ибо мы имеем обыкновение называть небом прежде всего крайний предел и верх [Вселенной], где, как мы полагаем, помещаются все божественные существа. В другом смысле — тело, которое непосредственно примыкает к крайней сфере Вселенной и в котором помещаются Луна, Солнце и некоторые из звезд, ибо о них мы также говорим, что они «на небе». А еще в одном смысле мы называем Небом [все] тело, объемлемое крайней сферой, ибо мы имеем обыкновение называть Небом [мировое] Целое и Вселенную.<…> Одновременно ясно, что вне Неба равным образом нет ни места, ни пустоты, ни времени…

Аристотель. О Небе.

Традиция сохранялась на протяжении всей истории развития науки. Классический трактат Иммануила Канта, который увидел свет в 1755 году и дал толчок космогоническим исследованиям на собственно научном уровне, именовался «Всеобщая естественная история и теория неба». А в прошлом веке крупнейший французский ученый и популяризатор науки Камиль Фламмарион (1842–1925) озаглавил один из наиболее известных своих астрономических трудов «История неба».

Земля также всегда считалась важнейшим и равноправным партнером Неба. Их брачный союз, собственно, и порождает Космос во всем его богатстве и разнообразии. У шумерийцев даже существовало неразрывное понятие ан-ки — Небо-Земля. С момента священного брака Земли и Неба космическая эволюция приобретает упорядоченную направленность, порождая наряду с неисчерпаемым многообразием Вселенной и поколения различных Богов. Последние обычно тотчас же вступают в непримиримую и изнурительную борьбу за власть над миром. Для современного читателя данная коллизия особенно хорошо знакома по греческой мифологии. Здесь тоже Земля и Небо первоначально выступают как единое целое. Земля-Гея (рис. 6) из себя самой рождает Небо-Уран и немедленно вступает с ним в космический брак. Результат космической любви не замедливает сказаться: на свет появляется поколение Первобогов-титанов. Их предводитель Крон оскопляет отца Урана и сам становится властелином мира. Но ненадолго — дети Крона во главе с Зевсом устраивают очередной «дворцовый переворот», захватывают Олимп, а папашу вместе со всей родней низвергают в преисподнюю.

Не во всех мифологиях Земля женского рода. По представлениям древних египтян, Земля-Геб — мужчина, а Небо-Нут — женщина. Первоначально они, как и соответствующие Боги в других культурах, составляли единое целое. От их соития, согласно гелиопольской версии, родилось Солнце-Ра, бессчетные звезды и главные Боги египетского пантеона — Осирис, Исида, Нефтида, Сет. Один из эпитетов Нут — «огромная масса звезд»:

Ночью плывут они (звезды) по ней (Нут) до края неба. Они поднимаются, и их видят. Днем они плывут внутри нее. Они не поднимаются, и их не видят. Они входят за этим Богом (Ра) и выходят за ним. И тогда они плывут за ним по небу и успокаиваются в селениях после того, как успокоится его величество (Ра) в западном горизонте. Они входят в ее рот на месте ее головы на западе, и тогда она поедает их.

Из текста на потолке погребальной камеры фараона Сети.

По хорошо известной теогонической схеме небесно-звездная Богиня принялась было пожирать своих космических детей, что вполне соответствовало житейским наблюдениям: небо как бы проглатывает по вечерам — заходящее Солнце, а по утрам — мириады звезд. Отец Геб воспротивился каннибальским аппетитам пожирательницы небесных светил. Чтобы не допустить взаимоуничтожения, Свет-Шу разъединил супругов. Небо-Нут поднялось наверх и распростерлось над Землей-Гебом.

Космология Древнего Египта была чрезвычайно развитой и своеобразной. Наблюдения и знания строителей нильских пирамид распространялись на все видимые объекты Вселенной (рис. 7). Естественно, что планеты, звезды и созвездия в Стране Большого Хапи ассоциировались как с привычными (рис. 8), так и с непривычными (рис. 9) для других культур образами. Зато астрономические знания подкреплялись скрупулезными и точными математическими расчетами (рис. 10).

Истоки представлений о мироустройстве в других древних культурах в главных своих чертах по большей части сходны. Так, теогонические и космогонические китайские мифы схематически воспроизводят уже знакомую нам модель оформления Космоса в упорядоченное целое. Хотя первоисточники китайской мифологии представляют собой набор фрагментарных и нередко противоречащих друг другу отрывков, по ним все же можно восстановить начальную картину мироздания. По представлениям древних китайцев, Небо и Земля некогда были слиты воедино (как и у шумеров, для обозначения этого неразрывного понятия существовало единое слово хунь-дунь) и похожи на куриное яйцо. Внутри находился зародыш будущего великого Божества Пань-гу. Родившийся из Космического яйца, он как раз и считается творцом Неба и Земли. Культ неба в последующей религиозной и государственной идеологии Китая общеизвестен. Здесь оно почиталось, быть может, как ни у какой другой великой цивилизации. Даже наиболее употребительный синоним страны — Поднебесная.

Нельзя представить китайскую космологию и без двух вселенских первоначал — инь (женское, отрицательное, темное, северное) и ян (мужское, положительное, светлое, южное). Инь и ян находятся в беспрестанном борении, обеспечивая существование, движение и развитие всех сфер объективного мира — космической, природной, животной, человеческой и т. п. Сам необъятный мир состоит из сочетания пяти первоэлементов (вода, огонь, металл, дерево, земля), связанных с пятью планетами и странами света. Меркурий обозначал воду и север, Марс — огонь и юг, Венера — металл и запад, Юпитер — дерево и восток, Сатурн — землю и центр.

В древнеиндийской космологии вновь обнаруживается знакомая схема мироустройства, наполненная, однако, глубоким философским содержанием. В гимнах Ригведы, других священных книгах космическое Небо олицетворяло женское Божество — Адити. Ее имя дословно означает «бесконечность», символизируя одновременно и бесконечное пространство, и неисчерпаемые потенции дневного света. Мать-Адити и находится в эпицентре ведийской космогонии:

В первом веке Богов

Сущее возникло из не-сущего,

Затем возникли стороны света,

И все это — от воздевшей ноги кверху.

От воздевшей ноги кверху Земля родилась,

От Земли родились стороны света.

От Адити родилась Дакша,

От Дакши — Адити <…>

Когда вы, Боги, там, в воде,

Стояли, крепко держась друг за друга,

От вас тогда, от плясунов словно,

Густая пыль воздымалась.

Когда вы, Боги, словно волхвы,

Напоили все миры,

Тогда достали вы Солнце,

Спрятанное в море.

Ригведа. Х. 72. 3–7

Адити — мать множества Богов, чье собирательное имя — адитьи. Среди них Индра — верховное Божество индоевропейцев, повелитель Вселенной, владыка молнии и грома (рис. 11). Именно с его деяниями связано отделение Земли от Неба. Выпив священного напитка сомы, он вырос до гигантских и настолько устрашающих размеров, что Небо и Земля, охваченные ужасом, разлетелись в противоположные стороны, разлучившись тем самым навеки, а Индра заполнил собой все пространство между ними:

По ту сторону (видимого) пространства, неба

Ты, о сильный по своей природе, (приходящий) на помощь, о дерзкий мыслью,

Сделал землю противовесом (своей) силы,

Охватывая воды, солнце, ты идешь на небо.

Ты стал противовесом земли,

Ты стал господином высокого (неба) с великими героями.

Все воздушное пространство ты заполнил (своим) величием.

Ведь поистине никто не равен тебе.

Ригведа. 1. 52. 12–13

Воплощением космической энергии, наполняющей и пронизывающей Вселенную, выступает другое главное Божество индийского пантеона — Шива. Космологические представления народов, населявших Индостан, развивались в русле сосуществования традиционных религий. Наиболее распространёнными среди них стали индуизм, буддизм, а после возникновения государства Великих Моголов — ислам. В это время много было заимствовано из достижений мусульманских ученых-астрономов. Однако и последние немало почерпнули у своих индийских собратьев. Так, четыре из пяти самобытных индийских трактатов, объединенных в свод под названием «Сиддхант», сохранились до наших дней только благодаря переводу их на арабский язык великим ученым-мыслителем Средней Азии Абу Рейханом Бируни (973–1048/50). Он же обстоятельно и более чем подробно обрисовал астрономические идеи индийских ученых в своем капитальном труде «Индия». Известны и другие сочинения индийских астрономов и космологов. Наиболее популярное из них — «Солнечная доктрина» («Сурья-сиддханта») — тесно примыкает к мифологической традиции и ведется от имени Солнцебога Сурьи.

Он в стихотворной форме повествует о своем собственном движении по небосклону, а также о движении других светил. В этом же трактате излагается ведийская космогония и известное по многим другим источникам учение о времени — четырех югах, каждая из которых длится 1 миллион 80 тысяч лет, а все вместе они составляют великий период бытия — махаюгу — с общим количеством 4 миллиона 320 тысяч лет (или 12 тысяч божественных лет).

Индуизм в наибольшей степени связан с древнейшими арийскими и ведийскими корнями, он воспринял и пантеон древнейших Богов, и традиционные представления о мироустройстве (рис. 12). Мировой Змей Шеша, представления о котором уходят в доиндоевропейскую древность, объемлет собою весь мир. Он бесконечен и потому имеет эпитет Ананта (Бесконечный). Вселенная, которую венчает Мировая Гора, покоится на Черепахе — одном из воплощений Вишну — еще одного важнейшего Бога индуистского пантеона. Модель эта отнюдь не статична. Космос под воздействием Мирового Змея периодически умирает для того, чтобы тотчас же народиться и расцвесть вновь. Такая же «пульсирующая» и еще более детализированная модель разработана в буддийской космологии (рис. 13). Она включает три мира — видимый, невидимый и чувствующий (точнее — желающий). Эту космическую иерархию олицетворяют знаменитые буддийские ступы.

Их символика такова: пирамида земного мира переходит в перевернутую небесную, вся она бесконечно расширяется и одновременно сходится в Неописуемой точке.

Согласно индоевропейским преданиям, арии — прапредки всех современных индоевропейских народов — мигрировали с Севера после смертоносного климатического катаклизма и неожиданного похолодания. Символом Полярной Отчизны, по древнеарийским и доарийским представлениям, являлась золотая гора Меру. Она возвышалась на Северном полюсе, с подножием из семи небес, где пребывали Небожители и царил «золотой век» (отсюда, кстати, русская поговорка: «На седьмом небе» — синоним высшего блаженства). Гора Меру считалась центральной точкой бесконечного Космоса, вокруг нее как мировой оси вращались созвездие Медведицы, Солнце, Луна, планеты и сонмы звезд. В древнерусских апокрифических текстах вселенская гора прозывалась «столпом в Окияне до небес». Апокриф ХIV века «О всей твари» так и гласит:

«В Окияне стоит столп, зовется адамантин. Ему же глава до небеси».[4]

В полном соответствии с общемировой традицией вселенская гора здесь поименована алмазной (адамант — алмаз, в конечном счете это — коррелят льда: фольклорная стеклянная, хрустальная или алмазная гора означает гору изо льда или покрытую льдом).

От доиндоевропейского названия вселенской горы Меру произошло русское слово и понятие «мир» в его главном и первоначальном смысле «Вселенная» (понятие «Космос» греческого происхождения и в русский обиход вошло сравнительно недавно). Священная гора — обитель всех верховных Богов индоевропейцев (рис. 14). Среди них был Митра, один из Солнцебогов, чье имя также произошло от названия горы Меру. Из верований древних ариев культ Митры переместился в религию Ирана, а оттуда был заимствован эллинистической и римской культурой. Миротворческая роль Митры заключалась в утверждении согласия между вечно враждующими людьми. Данный смысл впитало и имя Солнцебога, оно так и переводится с авестийского языка — «договор», «согласие». И именно в этом смысле слово «мир», несущее к тому же божественный отпечаток (мир — дар Бога), вторично попало в русский язык в качестве наследства былой нерасчлененной этнической, лингвистической и культурной общности Пранарода.[5]

Но и это еще не все. Космизм священной полярной горы распространялся и на род людской: считалось, например, что позвоночный столб играет в организме человека ту же роль центральной оси, что и гора Меру во Вселенной, воспроизводя на микрокосмическом уровне все ее функции и закономерности. Отсюда в русском мировоззрении закрепилось еще одно значение понятия «мир» — «народ» («всем миром», «на миру и смерть красна», — говорят и поныне). Следующий смысл из общеарийского наследства — слово «мера», означающее «справедливость» и «измерение» (как процесс, результат и единицу), непосредственно калькирующее название горы Меру.

Древнерусское космическое мировоззрение уходит своими корнями в древнеарийские культурные традиции, общие для многих современных евразийских народов. Для русского человека Небо и Земля парные — хотя и антиномичные — категории. В великорусских заклинаниях — самом глубинном пласте народной идеологии — встречаются прямые обращения к древним верховным Божествам — вершителям мира и судеб людей: «Небо Отец! Мать Земля!». Каких-либо систематизированных сводов архаичной славяно-русской мифологии (за исключением сильно христианизированной Голубиной книги) до наших дней не сохранилось. Однако, согласно изысканиям и выводам русской мифологической школы, по народным представлениям, Небо-супруг изливал мужское семя в виде дождя на Землю-супругу, оплодотворяя своей космической потенцией все сущее и обеспечивая плодоношение растений, животных, людей.[6] Подобные представления бытовали и у других индоевропейских народов, так как происходили из общего мифологического источника. По Плутарху, у эллинов Уран-Небо мужского рода именно по той причине, что его семя изливается дождем и оплодотворяет Гею-Землю. (В поэтической форме этот космический апофеоз восславил Вергилий в «Георгиках».) В стародавние времена ту же цель преследовал и магический весенний обряд — оплодотворения жены на вспаханном поле: он имитировал космическое соитие Земли и Неба.

Русское народное мировоззрение насквозь космично. Это прекрасно понимал и замечательно сформулировал Сергей Есенин в программном эссе «Ключи Марии»:

«Изба простолюдина — это символ понятий и отношений к миру, выработанных еще до него его отцами и предками, которые неосязаемый и далекий мир подчинили себе уподоблениями вещам их кротких очагов. Вот потому-то в наших песнях и сказках мир слова так похож на какой-то вечно светящийся Фавор, где всякое движение живет, преображаясь.

Красный угол, например, в избе есть уподобление заре, потолок — небесному своду, а матица — Млечному Пути. Философический план помогает нам через такой порядок разобрать машину речи почти до мельчайших винтиков».[7]

Сохранилось и легендарное имя первого астронома на территории России. По представлениям русских ученых книжников, зафиксированным в популярном апокрифе, кратко именуемом «Откровение Мефодия Патарского», первым звездочтецом и носителем «острономейной мудрости» был Мунт, четвертый сын Ноя (Библия такого не знает), который после потопа поселился в северных полуночных странах, на территории нынешней России:

«Мунт живяше на полуношной стране, и прият дар много и милость от Бога и мудрость острономейную обретете».[8]

Составил же «сию книгу острономию» Мунт вопреки предостережениям Архангела Михаила, бросив вызов божьему посланцу и самим небесам (точно так же, как когда-то поступил Прометей), уравняв тем самым силу человеческого разума с неизведанными силами Вселенной.

Причина практически полного исчезновения данных о космическом миропредставлении языческой эпохи — безжалостное истребление служителями новой религией любых материальных и письменных памятников прежних верований. Лишь жалкие осколки некогда пышного и цветущего языческого мировоззрения уцелели в языке, фольклоре, обрядах, обычаях, художественных навыках и т. п. В беспощадной борьбе с язычеством деревянные идолы сжигались, а каменные дробились на мелкие куски. Однако новая религия была вынуждена не только искоренять старую, но и приспосабливаться к ней. Так пережили тысячелетия многие архаичные праздники: Коляда, Святки, Масленица, Ярило, Купало, Семик и др., уходящие своими корнями в древнейшие пласты общеславянских и общеиндоевропейских ритуалов.

Космологические воззрения древних иранцев получили закрепление в священной книге зороастризма Авесте и религиозно-теологической системе, создание которой приписывается легендарному пророку Зороастру (Заратустре). И сама религия, и ее священное писание были почти полностью уничтожены исламом. Сохранились лишь отдельные книги самой Авесты, позднейшие изложения зороастрийских идей да немногочисленные секты огнепоклонников. По уцелевшим фрагментам и сведениям нетрудно установить, что авестийская космология была близка ведийскиму взгляду на мир, что само по себе вполне естественно, так как и индийцы, и иранцы, и их мифология произошли из одного общего арийского этнолингвистического и социокультурного источника. Впрочем, авестийская идеология дуалистична: в ней ярко выражены два первоначала — светлое и темное, верховный Бог Ахура-Мазда и владыка сил мрака Ангро-Майнью. Между ними происходит непрерывная война, которая реализуется в космизированном противоборстве Добра и Зла.

В более позднем средневековом первоисточнике «Бундахишна» воспроизводятся подробности авестийского миропонимания:

Ормазд [позднейшая форма имени Ахура-Мазда], обладающий знанием и добродетелью, пребывает наверху<…> Ахриман [Ангро-Манью], объятый страстью к разрушению, был глубоко внизу во тьме<…> Дух Разрушения <…>не был осведомлен о существовании Ормазда. Потом он поднялся из глубин тьмы и направился к пределу, откуда был виден свет. Когда он увидел непостижимый свет Ормазда, он бросился вперед, стремясь уничтожить его. Увидев же мощь и превосходство, превышающие его собственные, он убежал обратно во тьму и сотворил много демонов<…> Тогда Ормазд <…> предложил мир Духу Разрушения.

Далее описывается процесс сотворения мира.

Сперва Ормазд создал небо, светлое и ясное, с далеко простирающимися концами, в форме яйца из сверкающего металла <…> Вершиной оно достигало до Бесконечного Света, а все творение было создано внутри неба<…> Вторым после субстанции неба он создал воду<…> Третьим после воды он создал землю круглую, <> висящую в середине неба<…> Четвертым он создал растения<…> Пятым он создал Быка<…> Шестым он создал Гайамарта [Первочеловека]<..> А из света и влаги неба он сотворил семя людей и быков, <…> и он вложил (его) в тело Гайамарта и Быка для того, чтобы от них могло пойти обильное потомство людей и скота.

Даже беглый и поверхностный обзор космологических воззрений разных народов Земли дает чрезвычайно пеструю и зачаровывающую картину мироустройства. Если представить, что каждый народ соткал свой ковер представлений о Вселенной, собрать однажды все эти ковры вместе и бросить их на траву, то откроется удивительная вещь: сколько народов — столько

Вселенных! Северные и южные, западные и восточные картины Мироздания поражают своей уникальностью, самобытностью и многоцветностью.

Так, космолого-мифологические представления коренного населения Новой Зеландии — маори — поразительно совпадают со взглядами древних египтян: у полинезийцев исходной парой космогонического процесса также выступают Небо-Ранги и Земля-Папа. Им предшествуют Ночь-По и Свет-Ао, а также Пустота-Коре, Звук-Че, Развитие-Коне и другие Божества, входящие в структуру Вселенной. Космическую предначертанность видели в себе и кочевники гунны, наводившие ужас на Европу раннего Средневековья. По свидетельству китайских хронистов, гуннские правители, когда их орды еще не отправились в свой смертоносный поход от Великой китайской стены к европейским рубежам, именовали себя «порожденными Небом и Землею, поставленными Солнцем и Луною».

А теперь для сравнения обратимся к российским эвенкам. Воссозданная усилиями многих поколений космическая панорама жизни этого малочисленного коренного народа Русского Севера приводит к поразительному открытию: эвенки считают себя полноценными детьми Звездного неба, Луны и Солнца — космических родителей всего живого и неживого на земле. Верхний мир (по существу — Космос) имеет многоярусную структуру: там есть свой бескрайний океан, своя земля, своя тайга, своя тундра. Ведет туда своя небесная дорога: через Небесную дыру — Буга Санарин — по-нашему, это — Полярная звезда, главный ориентир всех охотников, оленеводов, путешественников и мореплавателей. Верхний космический мир — царство Отца-Солнца Дылачанкура, хозяина света и тепла. Его жена — Луна Бега, их дети — солнечные лучи; они-то и светят людям сквозь Небесную дыру берестяными факелами. По-иному приходит на землю тепло.

Всю долгую зиму в своем космическом чуме топит печку Отец-Солнце и собирает тепло в кожаный мешок для того, чтобы с приходом весны и лета выпустить его на землю через все то же космическое отверстие в небе.

По представлениям другой северной евразийской народности — ненцев — Вселенная, которую сотворила космическая птица Гагара, состоит из нескольких миров, расположенных по вертикали — один над другим. Всего над Землей — 7 небес. К ним прикреплены Солнце, Луна и звезды. Вся эта хитроумная небесная модель медленно вращается над плоской Землей. Высоко в космических сферах живут небесные люди, похожие на земных антиподов — с оленеводческими и охотничьими пристрастиями.

Звезды — озера верхнего мира. Когда там тает снег, он падает на землю в виде дождя.

Картина мироустройства не только излагалась и запоминалась устно, передаваясь от старших к младшим, от поколения к поколению, но и изображалась в виде символических рисунков. Их создателями и хранителями, как правило, выступали шаманы. Считалось, что во время своих камланий и в состоянии экстаза они посещают различные миры и участки Вселенной. Наглядное представление о такой картине мироздания дает рисунок, изображенный на бубне енисейского шамана (рис. 15). Здесь представлена модель Вселенной — какой она рисовалась в воображении малочисленного таежного народа кетов, говорящего на особом языке, не входящем ни в какие другие языковые семьи. В центре бубна красной охрой изображена фигура человека. От его головы отходят пять лучей с птицами на концах — так символически обозначены мысли шамана. Вокруг «главного героя» располагаются Солнце, Луна (Месяц) и созвездие Большой Медведицы в виде лося («Лось» — название для звездного «ковша» у многих северных народов). Внутренний круг — граница мира. В самом его низу — «дыра земли» — вход в преисподнюю. Выпуклости по краям внутреннего круга — семь мировых морей, которые, согласно кетской космологии, охватывают мироздание. В шести из них — «живая» вода, в седьмом — «мертвая».

До недавнего времени сравнительно мало было известно о космологических достижениях высокоразвитых индейских культур. После открытия Америки испанские конкистадоры буквально за несколько десятилетий огнем и мечом дотла истребили высокоразвитые цивилизации ацтеков, майя, инков и других индейских народов. Да так, что только с прошлого века их храмы, пирамиды-обсерватории и другие великолепные сооружения стали открывать заново (словно другую планету) в джунглях и высоко в горах.

Исследованные в основном в недавнее время комплексы многочисленных пирамид, другие культовые постройки подтвердили астрономическое предназначение многих из них (рис. 16). Пирамиды Луны и Солнца в древнемексиканском Теотиукане, аналогичные сооружения на территории исчезнувшей империи майя (рис. 17), знаменитые доинкские Ворота Солнца в боливийских Андах (рис. 18) — немые свидетели научных и технических достижений первопоселенцев Американского континента и их космических предпочтений.

Астрономические познания, к примеру, древних майя поражают воображение. Они владели знаниями, к которым современная наука приблизилась сравнительно недавно. Лунный месяц высчитан жрецами-астрономами мертвого города Паленке (что зафиксировано в иероглифических таблицах, вырезанных из камня) с точностью до пятого знака после запятой, равен 29,53086 дня и лишь на 0,00027 дня расходится с величиной, полученной с помощью компьютеров и точнейших астрономических приборов. Благодаря своим фантастическим астрономическим познаниям (ныне, к сожалению, утраченным) жрецы майя сумели высчитать продолжительность солнечного года точнее — на 0,0001 дня, — чем современные метрологи по григорианскому календарю. Кроме того, они вели точнейшие календарные записи синодических периодов (то есть видимого расположения небесных тел относительно Солнца) и периодов синхронизации планет — Меркурия, Венеры, Марса, Юпитера, Сатурна (рис. 19).

Индейским астрономам были хорошо известны все видимые невооруженным глазом светила (рис. 20). Разрабатывали они и модель целостной Вселенной (рис. 21). Вселенная — йок каб (буквально: «над землей)» рисовалась древним майя в виде слоистой иерархии миров: над землей находилось тринадцать небес, а под землей — девять этажей преисподней. По углам квадратной Земли возвышались четыре мировых древа; на Севере — белое: в память о древней Полярной прародине. Между прочим, начальной точкой отсчета мировой истории майя считали 5 041 738 год до новой эры — дата, которую сегодня еще не способна осмыслить наука.

По-иному рисовали себе мироздание древние мексиканцы. Земля виделась им большим колесом, окруженным водой. Сама же Вселенная представлялась вертикальным миром с 13 небесами кверху и 9 преисподними книзу. По мировоззрению народов нагуа (сюда входят разные племена, наиболее известным из которых являются ацтеки — последние властители территорий современной Мексики перед испанским завоеванием), 13 небес — космические области, расположенные одна над другой и разделенные перекладинами (рис. 22): они-то и являлись своеобразными «подмостками», по которым передвигались небесные светила, разыгрывая воистину космическую драму. По «действующим лицам» небеса-сцены распределены так: 1-е — для Луны, 2-е — для звезд, 3-е — для Солнца, 4-е — для Венеры, 5-е — для комет, 6-е и 7-е — для ночи и дня, 8-е — для бурь, 9-е, 10-е и 11-е различались по цветам (белому, желтому и красному) и предназначались для жизни Богов разных рангов, 12-е и 13-е небеса считались соответственно источниками созидания и жизни.

Индейцам принадлежит и одно из самых трогательных представлений о звездах: по народным поверьям — это огоньки сигар, которые курят их умершие предки, переселившиеся на небо.

Однако сверхкультом обеих Америк в древности было Солнце. Считается, что на знаменитом ацтекском календарном Камне Солнца (рис. 23) изображено четыре дневных светила, что соответствует четырем различным историческим эпохам. Археологи утверждают: солнечный храм в Теотиукане ориентирован на эпоху пяти солнц. Множественность солнц — одна из характерных черт древнего космического мировоззрения. Один из наиболее популярных китайских мифов гласит: первоначально над землей сияло 10 солнц; 9 солнц поразил из лука великий стрелок И, избавив человечество от смертельного жара. Возможно, данное предание повествует о какой-то давно позабытой уникальной космической ситуации. Но разгадку, скорее, следует искать в ином объяснении.

Дело в том, что в старину из-за неразвитости науки Солнце не всегда принималось за одно-единственное светило. Считалось, что по утрам каждый раз нарождается новое Солнце, а ночью под землей живет ночное Солнце. В разные времена года тоже светят разные солнца. Вот почему в языческую пору на Руси поклонялись зимнему Солнцу — Коло (Коляде), весеннему — Яриле, летнему — Купале. Были еще Хорс и Дажьбог, да и Бог Светлого Неба Сварог выполнял определенные солнечные функции — и каждый занимал свое законное место в небесной иерархии. Точно так же и египтяне поклонялись нескольким Солнцам: Атуму — первородному Солнцу, Атону — Солнечному Диску, Ра (рис. 24) — сыну Неба — Нут, Хору — его «племяннику».

Наконец, еще один континент — другой мир, другой народ. Загадочное африканское племя догонов, живущее на границе современных государств Мали и Буркина-Фасо. Много лет, начиная еще со времен колониального господства, племя догонов углубленно изучали французские этнографы и сделали удивительное открытие, связанное с космологическими познаниями этого таинственного и немногочисленного (немного больше 300 тысяч) народа. Согласно мифологии догонов, уже населенная людьми Земля в далеком прошлом находилась совершенно в другой области Вселенной — близ звезды Сириуса. Угроза космической катастрофы вынудила верховное Божество Амму переместить Землю к другой звезде — Солнцу, где она теперь и находится. У догонов нет никаких астрономических инструментов, зато они владеют уникальными астрономическими познаниями и, в частности, о Сириусе, его местоположении во Вселенной, движении среди других звезд и даже о наличии у него спутников (к такому выводу современная наука пришла недавно и косвенным путем, так как оптическими средствами спутники, точнее планеты Сириуса, не фиксируются). Вселенная первоначально представляла собой яйцо (здесь космологические представления догонов совпадают со взглядами других народов); из него вышли все первоэлементы, космические миры, существа и стихии. Внутренняя основа вещества, жизни, человека Космоса — спираль. Все структурировано по спирали, движется и развивается по спирали.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.