Откуда взялись курчавые тасманийцы?

Откуда взялись курчавые тасманийцы?

Итак, Дарвин полагал, что на все живые существа, в том числе и на человека, действуют три фактора: изменчивость, наследственность, естественный отбор. Эти три фактора заставляют организмы эволюционировать – изменяться в лучшую сторону, постоянно повышая уровень своей организации.

Однако на примере человеческих рас мы видим нечто иное. Действительно, популяции людей изменяются. Они передают изменения своему потомству. Не исключено, что мы видим у людей и элементы естественного отбора, которые выражаются в конкуренции. Однако не факт, что все это приводит к прогрессивному преображению человечества в целом как биологического вида. В некоторых случаях популяции людей, оказавшись в условиях изоляции, связанной с географическими, культурными или этническими барьерами, показывают нам, что морфотип меняется, но отнюдь не в лучшую сторону. Отдельные популяции попросту деградируют. Возьмем в качестве примера вымерших в XIX веке тасманийцев, живших на о. Тасмания. Известно, что до первых контактов с европейцами аборигены имели самую примитивную культуру на планете. Впрочем, примитивность этой культуры оценивалась двояко. Обитание в травяных шалашиках и хождение голышом традиционно оценивалось историками и этнографами в качестве древнейшей первоначальной культуры. Между тем, своеобразие тасманийской расы свидетельствует об ином. Есть все основания полагать, что тасманийцы, как и другие популяции Юго-Восточной Азии и Австралии – папуасы, меланизийцы, негритосы, отпочковались от протоавстралоидов и приобрели негроидные особенности сравнительно поздно. В самом деле, у тасманцев, выделившихся из среды австралоидов или протоавстралоидов, волосы не волнистые, а курчавые как у негров. При всем при том, своеобразие экваториальной расы у них выражено гораздо более четко. Помимо кучерявых волос, это широкое носовое отверстие черепа, весьма скромная растительность на лице, сильно выраженный челюстной прогнатизм. Однако, наряду с этим, тасманийцы, без всякого сомнения, сохраняли в своем облике протоморфный австралоидный тип. У них мощные челюсти, крупные зубы, развитое надбровье и очень толстые стенки черепа, что не идет ни в какое сравнение с тонкостенными черепами африканских негроидов. В свое время Г. Ф. Дебец отмечал, что у тасманийцев исключительно малые размеры лица и черепной коробки, и это сближает их с другими австралоидами.

По сообщениям авторов XIX века, лично наблюдавших быт тасманийцев, последние были нечувствительны не только к жаре, но и к холоду. Они спали на земле совершенно голые даже в морозные зимние ночи. Эта удивительная способность переносить жару и холод характерна и для австралийцев. Физиологическая способность переносить холод вполне могла со временем привести к появлению весьма обильного третичного покрова, который, по уверению авторов XIX века, можно было наблюдать на теле у тасманийцев.

Отметим здесь, что аналогичные телесные свойства появились и у так называемого снежного человека, которого проф. Б. Поршнев называл «диким». Согласно многочисленным сообщениям очевидцев, тело снежных людей, обитавших на Кавказе, Памире, Иранском нагорье, в Гималаях и других местах планеты еще в XIX и начале XX веков, было покрыто густыми темными волосами без подшерстка длиной 3 см. Подполковник медицинской службы В. С. Карапетян, осматривающий живого снежного человека в декабре 1941 года в северном Дагестане, писал в своей докладной записке, что осматриваемый экземпляр имел густые и пушистые темно-коричневые волосы на теле, однако лицо было практически лишено растительности. Эти признаки сближают «дикого человека» Кавказа с тасманийцами. Однако волосы на голове у снежного человека были жесткие и спутанные, что отличает его от курчавых тасманийцев, но сближает с волнистоволосыми австралийцами, жителями центральной Австралии. Цвет кожи у «дикого» человека был темным. Согласно другим сообщениям, цвет кожи снежных людей имел темно-коричный оттенок, как у современных коренных австралийцев. В. С. Карапетян писал о снежном человеке: «Брови очень густые, под ними находились глубоко впавшие глаза». Это описание также может соответствовать описанию лица типичного австралоида. Таким образом, мы можем предполагать, что знаменитый снежный человек является неким реликтовым, нет, не «гоминоидом», как полагал проф. Б. Поршнев, а австралоидом. Впрочем, волосатое тело могло появиться у снежных людей совершенно независимо от тасманийцев и австралоидов в качестве адаптации к обитанию в высокогорье и длительному хождению без одежды.

Как полагают некоторые антропологи, тасманийцы являются реликтовой формой людей. Их облик имеет сходство с меланезийским антропологическим типом, представленным, например, у папуасов Новой Гвинеи и негритосов. По мнению А. А. Зубова это сходство свидетельствует в пользу гипотезы заселения Тасмании некой древней популяцией, имеющий экваториальные черты: курчавые волосы, темный оттенок кожи, прогнатизм, широкий нос и т. д. На самом деле, точка зрения В. П. Алексеева на этот вопрос выглядит более убедительной. Тасмания, отделившись от австралийского континента около 11 тысяч лет назад в результате резкого поднятия уровня мирового океана – более 100 метров, оказалась островом. После этого предки тасманийцев стали независимо от папуасов и негритосов приобретать негроидные черты. У них заметно усилился прогнатизм, появились курчавые «негроидные» волосы на голове взамен волнистых, рост бороды у мужчин замедлился или вообще прекратился.

Рис. 38. Последняя тасманийка. Из книги Ф. Ратцеля «Народоведение», 1902

Некий промежуточный вариант между типичными бородатыми и волнистоволосыми австралоидами с одной стороны и курчавыми тасманийцами – с другой встречается на острове Новая Каледония, расположенной к Востоку от Австралии. У жителей этого острова в Тихом океане отмечается уникальная смена волос в течении жизни. У детей раннего возраста преобладают волнистые волосы. Однако в пяти-восьмилетнем возрасте волосы заменяются на курчавые. Эту особенность отметил еще немецкий ученый Фриц Саразин в 1912 году. Он предположил, что предки новокаледонцев были волнистоволосыми. Очевидно, нечто похожее произошло и с тасманийцами. Они приобрели курчавые волосы, еще более широкие носы и сильнее выраженный прогнатизм, чем австралийцы в условиях островной изоляции.

Конечно, о соматических признаках тасманийцев можно судить лишь косвенно. Ведь тасманийцы были уничтожены европейской колонизацией еще в XIX веке. Известно, что последняя чистокровная тасманийка, Труганини, умерла в 1876 году. На сегодняшний день в руках антропологов имеются лишь серии черепов вымершей популяции. Согласно краниологическим данным, у тасманийцев было весьма противоречивое сочетание признаков. С одной стороны, у них наблюдается ослабленный черепной рельеф, с другой – максимально широкий нос. Очевидно, своеобразие этого комплекса признаков сложилось как новоприобретение в условиях островной изоляции. Именно поэтому многие антропологи, в т. ч. Алексеев, выделяли тасманийскую локальную расу в составе большой австралоидной расы.