Какие волосы и носы нынче в моде

Какие волосы и носы нынче в моде

Новая Гвинея отделилась от протоконтинента Сахула еще позже, чем Тасмания. Произошло это около 8 тысяч лет назад. Именно в это время образовался Торресов пролив, отделивший Меланезию от Австралии. Меланезия – группа островов, расположенных в Тихом океане на весьма обширной территории к северо-западу от Австралии. В Меланезию входит огромный остров Папуа-Новая Гвинея, Соломоновы острова, архипелаг Новые Гебриды, острова Фиджи, Новая Каледония и другие. Несмотря на некоторые локальные антропологические отличия население Меланезии в целом имеет характерный признак – курчавые волосы. Это сближает их с неграми Африки. Именно это обстоятельство позволило некоторым исследователям в XIX веке выдвинуть предположение, что коренное население Меланезии родственно каким-то образом африканским негроидам. Однако это предположение о родстве африканских и австралийских «негроидов» вскоре было опровергнуто. Немецкий исследователь Фриц Саразин в 1912 году сделал интересное наблюдение: у маленьких детей в Новой Каледонии волнистые волосы, которые в возрасте 5–8 лет неожиданно превращаются в курчавые. Таким образом, было показано, что австралийские «негры» не родственники африканским. Очевидно, маленькие дети меланезийцев еще сохранили тот тип волос, который был присущ их предкам – австралоидам.

Что касается коренных жителей Новой Гвинеи, они также отличаются от коренных австралийцев наличием курчавых волос. Сам термин «папуас» возник благодаря португальскому мореплавателю XVI века Антониу д’Абреу, который назвал островитян папуасами, что по-малайски означает «курчавый». Другой путешественник – испанец Иньиго Ортис де Ретес – также разглядел сходство меланезийцев и африканских негров. Именно поэтому он назвал остров Новой Гвинеей. Кроме всего прочего, у папуасов, как и прочих меланезийцев, отмечено ослабление волосяного покрова на теле. И это также сближает островитян с африканскими жителями. Однако у меланезийцев крупные и массивные черепа с толстыми стенками, как и у коренных австралийцев. И этот более весомый антропологический признак указывает на родство меланезийцев именно с австралийцами, а не с негроидами Африки.

Рис. 44. Современный папуас с о-ва Новая Гвинея

Рис. 45. Современный абориген Австралии

В свое время путешественник Н. Н. Миклухо-Маклай писал в своих записках, что у папуасов, как и у новокаледонцев, волосы у детей сначала волнистые, а затем начинаю курчавиться. Это является дополнительным основанием для того, чтобы сделать вывод: папуасы, как и прочие меланезийцы, происходят от австралоидов или протоавстралоидов, но никак не от негров.

На острове Новая Гвинея встречаются разные локальные типы австралоидов. Так, папуасы имеют сравнительно высокий рост и выступающий вперед крупный нос с выпуклой спинкой и опущенным кончиком. По этому признаку они сближаются с переднеазиатскими европеоидами. Антрополог В. П. Алексеев не видел оснований выделять папуасов в отдельную расовую группу, даже несмотря на их выдающийся нос. Он рассматривал их как составную часть меланезийской расы, которая в свое время появилась на островах Меланезии вследствие изолированного проживания. Меланезийцы, по мнению Алексеева, происходят от проавстралоидов. По всей видимости, поднятие уровня Мирового океана в начале голоцена разделило некогда единую популяцию австралоидов и способствовало формированию своеобразного меланезийского типа. И у жителей Новой Гвинеи, и у жителей Тасмании совершенно независимо друг от друга стали формироваться негроидные признаки, а именно – курчавые волосы. Происхождение папуасских носов требует особых исследований. Сходство их с носами переднеазиатских европеоидов и «орлиными» носами индейцев Америки мнимое. Выпуклая спинка носа формируется у папуасов в хрящевой части, а не в костной, как у европеоидов и индейцев. Прочие антропологические признаки, напротив, указывают на родство папуасов с австралоидами. Это и темные оттенки кожи, и широкий нос, и прогнатизм, и довольно мощные надбровные дуги, и прочие признаки.

Рядом с папуасами в западной части острова в горах живут племена тапиро, имеющие небольшой рост. Эти пигмеи Новой Гвинеи, вероятно, появились в результате довольно длительной изоляции в горных лесных районах острова. Рост тапиро уменьшился вследствие нехватки питательных веществ.

Рис. 46. Девушка из низкорослого курчавоволосового негроподобного племени, проживающего в горах Новой Гвинеи. Из книги Ф. Ратцеля «Народоведение», 1902

Что касается новокаледонцев – жителей острова Новая Каледония и близлежащих островов, у них еще более отчетливо проступают австралоидные черты – мощно развитые надбровные дуги и сильный рост бороды у мужчин. Именно поэтому антропологи сближают новокаледонцев с коренными австралийцами, вполне обосновано считая их потомками протоавстралоидной популяции, заселявшей в свое время и Австралию и острова Меланезии. Многие из этих островов тогда входили в единый суперматерик Сахул. Таким образом, локальные расовые варианты возникли на территории бывшего суперматерика уже в послеледниковое время.

В составе океанических австралоидов антропологи традиционно выделяют веддоидную малую расу. Представители этого антропологического типа распространены на островах Индонезии, Шри-Ланке и в Южной Индии, а также в Аравии. Считается, что ведды являются грацильным (уменьшенным) вариантом австралоидов. И в самом деле, ведды отличаются от австралоидов сравнительно небольшим ростом. В отличие от вымерших тасманийцев и ныне здравствующих папуасов и иных меланезийцев, имеющих курчавые волосы, у веддов волосы волнистые. Цвет кожи у них не такой темный, как у коренных австралийцев, и светлее, чем у африканских негров. Тем не менее, в Южной Индии имеются и курчавые популяции веддоидов. В целом, у веддоидов умеренно темная кожа, широкий нос, умеренно толстые губы, запавшее переносье и прогнатизм. Однако волосяной покров на теле и на лице довольно слабый, что сближает веддоидов с африканскими негроидами. У австралоидов, напротив, волосяной покров весьма сильно развит. Таким образом, у веддов наблюдается мозаика признаков. По ряду признаков они сближаются с австралоидами, а по другим признакам – с негроидами.

Антропологи также пытались разрешить загадку происхождения веддоидов по-разному. Некоторые ученые считали, что в формировании веддоидного морфотипа принимали участие африканские негроиды, каким-то образом в древности двигавшиеся из Африки в Азию и далее в Австралию. В пользу такой версии вроде бы говорят данные из Аравии. Американский антрополог Карлтон С. Кун в своей монументальной работе «Расы Европы» описал веддоидный тип, встречающийся ныне в южной Аравии к югу от пустыни Руба-эль-Хали. Эти люди имеют завитые (курчавые) волосы, огромное углубление в области переносья, выраженный прогнатизм челюстей. Однако кожа аравийских веддоидов имеет довольно светлые оттенки, что отличает ее от кожи ведоидов Шри-Ланки и Южной Индии.

Рис. 47. Веддоид из Южной Аравии. Из книги С. Куна «Расы Европы»

Отечественный антрополог В. П. Алексеев полагал, что движения негроидов из Африки не было. Негроидные черты совершенно независимо от африканских жителей приобрели австралоиды, проживавшие в Передней и Южной Азии. При этом Алексеев в своей книге «География человеческих рас» предлагает иной сценарий. Он считает, что азиатские австралоиды уменьшились в размерах, а кое-кто из них приобрел еще и курчавые волосы… Ученый считает, что наличие волос на теле у коренных австралийцев – новоприобретение, возникшее под влиянием довольно сурового климата. Иными словами, австралоиды покрылись волосами сравнительно недавно, а предки их, проотоавстралоиды, не имели такого интенсивного волосяного покрова на теле и лице. В этом смысле веддоиды, по мысли Алексеева, представляют из себя уменьшенный вариант австралоидов, которые сохранили изначальную «безволосость», но приобрели негроидные черты: прогнатизм, темную кожу, а иные и курчавые волосы.

Рис. 48. Современный дравид из Южной Индии

Кроме всего прочего, Алексеев указывает на условность границы между южноиндийскими веддоидами и дравидами. Две эти расовые группы плавно переходят одна в другую. У дравидоидов в большей степени выражен европейский компонент, у веддоидов – австралоидный. Чем дальше на юг Индии, тем больше увеличивается австралоидно-веддоидный компонент и уменьшается европеоидный. Это отражает историческое движение европейцев – индоариев в середине 2 тысячелетия до н. э. Однако, как свидетельствуют историки, веддоиды в последние века до н. э. были представлены значительно шире в Южной Азии. Под давлением дравидоидных сингалов и тамилов они мигрировали в зоны, менее пригодные для проживания. В свою очередь, тамилы и сингалы были побуждаемы к миграции на юг племенами индоариев-колонистов, имевших европеоидных облик.

Однако в современной антропологии дравидов относят к переходной расе, образовавшейся в зоне контакта автохтонного населения Индии с европейцами. У них коричневатая кожа, глаза и волосы темные, прямые и волнистые. Что касается веддоидов, у них выделяют грацильный морфотип австралоидов. И в самом деле, отсутствие резкого перехода между двумя расовыми группами (веддоидами и дравидами) еще не говорит о том, что эти две группы имеют единое происхождение.

Очевидно, возникновение морфотипа веддов обусловлено по большей части климатическими факторами, а возникновение морфотипа дравидов произошло в основном в результате смешения морфотипа европеоидов и веддоидов. Кроме всего прочего, дравидоиды отмечены не только в Индии, но и на юге Ирана. Их происхождение вполне понятно. Передняя Азия издавна становилась ареной столкновения европеоидов, двигающихся с севера и австралоидов, являющихся автохтонным населением.