Святой Макарий Унженский и Желтоводский Икона XVII в.

Святой Макарий Унженский и Желтоводский

Икона XVII в.

Святой Макарий, основатель трех монастырей, в агиографической литературе более известен под именем Желтоводский[228] как игумен второго по счету основанного им монастыря во имя Святой Живоначальной Троицы на озере Желтые Воды. В 1432 г. этот монастырь был полностью уничтожен татарами. Пеподобный Макарий поселился на реке Унже, притоке Волги, где основал третий монастырь. Умер он в 1444 г. Как при жизни, так и после смерти прп. Макарий пользовался необычайной популярностью и почитанием. Иконы его существовали задолго до официального прославления святого, начавшегося с 1619 г., когда ему была установлена память 25 июля. Отличительная черта святого, всю жизнь искавшего уединения, – это принятый им на себя подвиг заботы о людях, собиравшихся вокруг него и искавших его покровительства. Обычно по подлиннику он изображается держащим в руке развернутый свиток с молитвой ко Христу о даровании людям хлеба насущного, духовного и телесного. Молитву святого, отеческое попечение игумена о своих чадах и изображает наша икона. В правом верхнем углу иконы, в ответ на молитву, – Спаситель, благословляющий и святого, и монастырь. На переднем плане омывающая монастырь река. Она, как суетный мир, окружает это благословенное место осуществления любви по образу Святой Троицы, здоровый островок в больном мире, каковым является монастырь в православном сознании. Миниатюрные по отношению к фигуре святого строения монастыря могут показаться западному человеку наивностью. Однако они вполне соответствуют смыслу иконы и точно так же были бы изображены и современным иконописцем. Смысл этот заключается в том, что центр тяжести полагается здесь не на результате земной деятельности святого, не на основанном им монастыре, а на увенчании всего его жизненного пути, на его святости. Икона явно противополагает строительство внешнее более важному строительству духовному. Прославленный даром чудотворений, нерукотворный, одушевленный храм, святой в своем значении как бы противополагается здесь монастырю с его рукотворным, неодушевленным храмом, которые являются лишь путем к той цели, которой преподобный достиг своим подвигом в их стенах. Святой Макарий в монашеской одежде стоит вне стен основанного им монастыря, уже не как его обитатель и руководитель, а как молитвенник за него, его небесный покровитель. Его попечительство и забота не прекращаются с его смертью; они лишь переходят в другой план.

Если мы сравним эту икону с более ранними, то увидим, что при всей верности иконописному канону, при несомненно большой духовности и теплоте в ней сильно чувствуется, особенно в фигурах Спасителя и святого, характерная для многих икон этой эпохи какая-то духовная слабость, некоторая вялость в форме и в разделке. При всем этом икона мастерски скомпонована. Изображенный в облаках благословляющий Спаситель прекрасно уравновешивает фигуру преподобного.

Архитектура изображенного монастыря взята, по-видимому, с натуры, причем современна она не святому, а иконописцу. Весьма возможно, что здесь изображен монастырь, вновь отстроенный в XVII в. на Желтых Водах на месте древнего монастыря, уничтоженного татарами.