Иллюзия бытия – между майей и пралайей

Иллюзия бытия – между майей и пралайей

Ведическая концепция реальности предполагает, что вообще все нереально, кроме самого Брахмана, а также того Атмана, который реализовал свое тождество Брахману. Все сущее в мире – только иллюзорные покровы, скрывающие подлинную реальность. Эта традиция лучше всего разработала градацию «степеней реальности» (оболочки тонких тел, система миров и пр.), а также способы развития буддхи (разума) как способности различения между реальным и нереальным. При этом предельное заключение тоже разворачивается и гласит, что нереальность мира или обман зрения есть на самом деле проявление самой реальности.

Предельные состояния реальности и нереальности заданы циклом сотворения мира, где нет ничего нереального в состоянии пралайи (сна Брахмы), но зато сам Бог неактуален, а потом по мере развития очередного космоса реальность полностью скрыта нереальным, или покровами майи, но в ней везде и повсюду присутствует реальный Бог. Вот такая взаимообратимость реального и нереального в крайних состояниях майи и пралайи дана в ритуальной практике. Ритуал – это повторный цикл сотворения мира, и без ритуалов Бог ускользнет из мира, а сам мир рассыплется без скрепления его внутренней реальностью.

Самореализация в ведической практике предполагает ускоренное наступление пралайи в личном времени и пространстве. Пока все человечество путается в покрывалах, одна единственная личность может осуществить полное снятие покровов с реальности и погрузиться в чистого Брахму, каков он бывает только сам по себе вне творения. На самом деле, это вопрос понимания и осуществления – поскольку существование Бога вечно, а не временно, нельзя говорить в строгом смысле о некой последовательности циклов. Брахма всегда присутствует как в пралайе, где ничего нет помимо Одного, так и во всякой майе.

Вот почему кульминацией ведической реализации исходно был даршан – видение реальности как она есть, или личная встреча с Богом. Никаких иных достижений не нужно. Как известно, ведический мудрец после обретения окончательного прозрения в медитации мог просто-напросто сложить погребальный костер, взойти на него и поджечь, избавляясь от последней завязки и заякоривания посредством тела в частном аспекте обусловленного существования. Впрочем, многим иным мудрецам видение подлинной реальности скорее помогало продолжать существование, а пелена майи просто просвечивала и не мешала.

В последнем варианте такой мудрец всегда оказывался в амбивалентном положении между реальностью непроявленной и реальностью проявленной. Проще говоря, к нему начинали приходить люди и спрашивать, как жить и что делать. Разумеется, без видения целого человек не в состоянии даже воспринимать наставления, исходящие из подобного видения. Попытки вывести кого-то в реальность приводили к дополнительным налетам путем искажения последователями. Так создавались многие учения, секты и пр. Тогда как самому мудрецу было, по сути, все равно – ведь майя уже совпадает для него с пралайей.

На более меркантильном уровне вставал еще более простой вопрос: накормить голодных путем подаяния – или пусть от голода усиленнее постигают истину реальности? Вопрос тоже непростой, ибо на него всегда давали два противоположных ответа: человека нужно сначала накормить, а потом он сможет думать о главном, – либо если человека накормить, то он снова позабудет о главном. Кормить – или не кормить, спасать – или не спасать… Как бы то ни было, в контексте всеобщности проявленной реальности очевидно, что все одинаково достойны видения реальности, а методы – вопрос скорее технический.

Далее мы конкретизируем «степени реальности» в процессе сотворения мира, а также его воспроизведения в структуре «тонких покровов» человеческого существа.