Оздоровление как мнимое бессмертие

Оздоровление как мнимое бессмертие

Поскольку даосизм в его подлинной форме ныне скорее нереален, чем реален, имеет смысл сосредоточиться на его порождениях, имеющих дело преимущественно с нереальностью, а не с реальностью. Впрочем, в них тоже сохранено главное: стремление сбалансировать все сферы (сознание – энергия – материя) и примирить противоположности (инь и ян) прямо в их динамическом взаимодействии. Оздоровление базируется на идее омоложения, которая, в свою очередь, опирается на стремление к физическому бессмертию. Это действительно часть даосского пути самореализации, а не домыслы больных людей, ищущих лекарства.

Болезнь вообще очень интересная составляющая самореализации, и хотя ранее мы на этом пока не заостряли внимание, в ведической традиции болезнь понималась как тапас (самообуздание), то есть часть духовной практики, а многие жития святых изобилуют описаниями «спасительных болезней», который наставили их на путь истинный. Но вот даосам болеть не слишком нравилось именно в силу их установки на нерушимость тела. Китайская медицина во многом опирается на знания о строении энергоструктуры тонкого тела, развитые в процессе поисков эликсира бессмертия и экспериментов по омоложению.

Болезнь в плане развития может действовать как разрушительно, так и созидательно. Даосы предпочитали использовать ее во втором качестве. Для обыкновенного человека болезнь просто мешает жить в соответствии со своими ограниченными представлениями о реальности, а именно эта ограниченность и выступает корнем всех паталогий души и тела. Стремление выздороветь у такого человека означает только желание вернуться к прежним иллюзиям. Неуемный гуманизм взял этот факт на вооружение и создал целую индустрию помощи страждущим, ибо человек гораздо счастливее в заблуждении, чем при прозрении.

Даос в принципе признавал, что тело непрерывно болеет от рождения до смерти. Болезнь – это способ существования невечного тела, когда оно постепенно изнашивается. Здоровый человек – это бессмертный! То есть даос лечился радикально, а не между делом. Такой подход сохраняется и в современных оздоровительных системах, вроде цигуна, где профилактика доминирует. Человек регулярно делает оздоровительные упражнения на балансировку вовсе не потому, что он себя плохо чувствует. Разумеется, начинающий будет избавляться от запущенных болезней в их медицинском смысле – и возможно долго.

Специфика даосского подхода к оздоровлению состоит в том, что прорабатывается все сразу. Нет такого выраженного деления на подготовку тела, энергии и мышления, как в индийских традициях. Одно из характерных изобретений – динамические медитации, где физическое движение делается не ради него самого, а для упорядочивания энергии, причем этот процесс сознательно понимается как ментальная концентрация. Создание сложных и длинных форм замысловатых движений отражало всю изощренную тонкость подходов практикующего даоса к своей реальности. Ныне этим славится в основном система тайцзы.

Конечно, здоровый человек вовсе не обязательно должен заболеть, чтобы понять всю тщетность своего бытия. Он может просто поумнеть, уразумев тлетворность данного ему тела. Точно так же не обязательно идти по пути вслед за бессмертным даосом, решая проблему, что делать с таким телом. Буддийские и ведические стоики умирали от рака, не предпринимая никаких специальных действий для выздоровления. Впрочем, на поверку они понимали это разложение тела на составляющие примерно в том же ракурсе, в каком испарялся с земного горизонта бессмертный даос – погружение нереального в реальное.

При всей увлеченности оздоровлением нужно понимать, что духовная практика не предназначена для ведения «здорового образа жизни» в смысле продления нереальности.