ТОЛЬКО О МУЖЧИНАХ. РЕАЛИСТЫ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ТОЛЬКО О МУЖЧИНАХ. РЕАЛИСТЫ

При всех странностях козьего характера невозможно не признать, что мужчины этого знака чрезвычайно красивы. Не всем эта красота по душе — уж больно она тонкая, нежная, практически женская. Однако факт остается фактом. Наши певцы — Филипп Киркоров, Владимир Кузьмин, Игорь Наджиев. Среди звезд кино — Рудольфо Валентино, Брюс Уиллис. Не меркнет в веках легенда о красоте Сергея Есенина, идеален для знака внешний вид француза Марселя Пруста. Дело, разумеется, не в чертах лица, точнее, не только в них. Красота — это отражение некоего внутреннего равновесия, внутреннего покоя, расслабленности. Именно внутренняя гармония разглаживает черты лица, делает ровной походку, статной фигуру. Вряд ли был красавцем Пушкин, его черты лица не отвечали представлениям об идеале.

И все же он был красив, и даже очень, что, кстати, увидело большинство портретистов.

Красота и гармония неразрывно связаны с главной особенностью творчества тройки реалистов (Кот, Кабан, Коза) — стилистическим совершенством. Все, что выходит из-под пера (кисти, резца) Козы, должно быть красиво, точнее сказать, стильно. Единый стиль, гармоничность и уравновешенность — это чрезвычайно важно. Для нас вершина стилистического совершенства — поэзия и проза Пушкина, для испанцев — «Дон Кихот» Сервантеса, для французов — литературный модерн Пруста или эпопея Бальзака, для англичан — изумительный Джонатан Свифт. В том же ряду безупречная проза Франца Кафки или филигранная проза Саши Соколова. В современной России поднялся талант Владимира Сорокина.

Однако при том, что у Коз стиль превыше всего, стилистические эксперименты никогда не заслоняют главного — психологической достоверности, тщательной прорисовки нюансов человеческой психики. У Пушкина, при всей фантастичности декораций, вы не найдете ни гоголевских типажей, ни монстров Достоевского, все персонажи абсолютно достоверны, реалистичны и даже обыденны. Именно поэтому знак Козы причислен к реалистам. И если у Кафки главный герой рассказа превращается в гигантского жука, то реальность его психологии от этого не убывает, в то время как у других писателей за внешне реальными обстоятельствами прячутся совершеннейшие уроды. Фантастичны персонажи свифтовского «Гулливера», но психология их скорее обыденна и заурядна.

Реализм в своем мужском варианте неизбежно перерождается в так называемое завершительство. Вершинными, или тупиковыми, кому как нравится, стали роман в стихах «Евгений Онегин», бесконечно утонченные «Поиски утраченного времени» Пруста, фантастический «Замок» Франца Кафки, рыцарский роман Сервантеса «Дон Кихот». Реальных последователей у завершителя не бывает. Писать в духе Пушкина или Пруста невозможно, в их стиле нет простора для вариантов, фактически они дают один вариант написания — свой.

Завершительство удивительным образом навсегда оставляет Козу в прошлом. Уходящий XIX век зафиксировал Марсель Пруст. Уходящее рыцарство описал Сервантес, уходящий дворянский мир воспел Пушкин. Снижая планку высших достижений, хотелось бы упомянуть о роли реализма в иных сферах, более узких и конкретных. Скажем, в сфере финансов реалисты замечательны, экономичны, прижимисты, конкретны. Вновь упомяну писателя, правда хорошо понимавшего финансовую сферу, — Теодора Драйзера, автора «Финансиста».

Изумительно себя чувствуют реалисты в сфере сыска.

А вот в военном деле реализм не подмога. Их место кавалерия, тут они бесподобны — Матвей Платов со своими казаками, Семен Буденный со своей конармией. В крайнем случае — партизанская война. В большой войне Коза не тянет, как не потянул тот же Буденный или Семен Тимошенко. Аналогична ситуация с Козой в большой политике. Почти всегда такая политика провальна. Так было с Муссолини или Лавалем, Эбертом или Гинденбургом. Горбачевым и Ельциным.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.