«Варварские» слова

«Варварские» слова

Довольно легко найти примеры слов, которые, предположительно, более тесно связаны с исходной реальностью, чем наши повседневные языки. Многие из них – например, абракадабра – стали известны как магические слова, другие просто ставят в затруднительное положение ученых. Некоторые из этих слов являются очевидной транслитерацией[121] ивритских, иногда искаженных вследствие ошибок при переписывании. Но значительная их часть не имеет отношения к ивриту, равно как и к любому другому языку. Например, в одном классическом заклинании маг обращается к магической лампе со словами: иеу, иа, ио, иа, иоу[122]. Хотя иа может быть транслитерацией Иах, еврейского имени Бога, а иоу – транслитерацией Яхве, об этом трудно судить с уверенностью, и подобные выводы остаются лишь предположительными. Вероятнее всего, эти «варварские» слова не имеют значения как такового. Определение варварские в словосочетании варварские слова на самом деле означает «иностранные» с точки зрения носителей латинского и греческого языков. Такие слова считались исполненными силы лишь потому, что происходили из других языков и изначально казались непривычными и странными. Это и делало их заметными и «таинственными». В некоторых заклинаниях маги якобы даже говорят на персидском, хотя в действительности повторяют бессмысленные (с нашей точки зрения) наборы слогов.

Один из самых известных примеров заклинания, содержащего «варварские» слова силы, – это «обращение к богу», более известное как ритуал Нерожденного. Этот ритуал направлен на инвокацию бога «без начала» или «без головы» (акефалос) с целью изгнания из человека некоего духа[123]. Он используется в магии, ориентированной на традицию «Золотой Зари», как инвокация широкого назначения. Однако Кроули модифицировал его в Liber Samekh, чтобы применять для инвокации Святого Ангела-Хранителя. В этой модификации он дает толкование множеству пассажей из «варварских» слов, приписывая им значения, основанные на буквенном и звуковом символизме. Например, он определяет Ар как «О дышащее, струящееся Солнце», поскольку еврейская буква Алеф связана с воздухом, а буква Реш – с солнцем. В других случаях он опирается на прямой перевод: так, греческое слово iskhure, которое означает «могущественный, сильный», Кроули просто заменяет английской фразой: «Слушай меня, Могущественный и Нерожденный!»[124] Нет сомнений, что изначально эти слова не имели такого значения (конечно, за исключением слова iskhure). Ар могло быть именем египетского или персидского божества или какого-то духа, а могло вообще не иметь конкретного значения. Когда Кроули вносил свои изменения, он придавал форму бесформенным словам силы, и зачастую эта форма была непосредственно связана с его собственным направлением в магии. В этом нет ничего плохого, и многие люди считают Liber Samekh полезной книгой. Но с нашей стороны не мешало бы помнить о том, что придание каббалистического значения именам – это не исконная практика, а нововведение.

Среди ученых, изучающих «варварские» слова, распространено мнение, что это просто уловка, призванная приводить в замешательство клиентов мага. Однако есть определенные текстуальные доказательства того, что употребляющие их люди все же приписывают им определенные значения. Часто «варварские» слова называют «истинными именами». Представление о длинных цепочках гласных или бессмысленных наборах слогов как об «истинных именах» указывает на то, что «варварские» слова были не просто «по-иностранному» звучащими фразами, но попытками постигнуть нечто изначальное – первоязык истинных имен.

Термин «варварские», описывающий эти слова, – намек на их изначальное предназначение. Они должны были быть непонятными, загадочными словами силы. Загадочность могла решить две задачи: во-первых, окружить мага аурой таинственности в глазах клиентов; во-вторых – и это наиболее важно, – поразить разум самого мага непонятными для него словами. Если вы когда-нибудь слушали длинный разговор на неизвестном вам языке, то, вероятно, замечали, что пытаетесь сосредоточиться на элементах, которые можете понять: мимике, интонациях и т. п. Точно так же благодаря семантическому сдвигу при использовании «варварских» слов в инвокации мы получаем возможность обратиться к смыслам иного порядка. Слова, со всем своим содержанием, «кричат» громче, чем другие, более тонкие средства передачи смысла. «Бессмысленность» помогает пробиться сквозь «вопли» слов.