6. Телесная работа

6. Телесная работа

После перерыва на обед семинар возобновляет свою работу. Арни оглашает тему занятий на вторую половину дня: работа с телом.

Арни: Я хочу поговорить о таком виде процессуальной работы, который основывается на проприоцепции. Обычно ее называют телесной работой. Я вижу отличие телесной работы в рамках процессуального подхода от большинства других известных видов телесной работы в том, что последние сосредоточены на одном-единственном канале. Наша работа тоже может начаться там, но дальше она обычно выходит за привычные границы “тела” и подключает другие каналы.

Существует много форм телесной работы и много способов присоединиться к телесному процессу. Я думаю, будет интересно начать с рук, потому что этот способ близок к медитации и ведет к непредсказуемым событиям.

Пример: Давление в грудной клетке

Чем говорить об этом, с моей точки зрения, будет полезней показать на ком-нибудь. Хочет ли кто-нибудь поработать со мной пару минут?

Вызывается Рон. Рон и Арни поднимаются и проходят в центр круга. Они усаживаются лицом друг к другу. Арни разговаривает с Роном, одновременно делая пояснения для группы.

Начать можно как угодно. Мы могли бы для начала заговорить, прикоснуться друг к другу, покачаться, подрожать, обратиться к чувствам, не связанным с прикосновением. Подходит любой канал, который устраивает терапевта и клиента. Вместо того чтобы сказать “привет”, я могу положить на вас руку и посмотреть на вашу реакцию. Вы тоже можете дать телесный ответ.

Я задам вам неопределенный вопрос, на который может быть какой угодно ответ. Представьте, что я кладу, с вашего позволения, свою руку на какой-нибудь участок вашего тела. Где вы сейчас ощущаете процесс сильнее всего?

Рон некоторое время прислушивается к своему телу, затем указывает на грудь.

Арни: Хорошо. Что мне надо сделать руками в этом месте? Вам лучше будет сидеть, как сидите, или лучше лечь?

Рон отвечает, что хотел бы лечь.

Арни [кивает]: Отлично. Ложитесь. Ваше тело будет направлять ход событий.

Рон ложится, а Арни усаживается возле него. Начиная работу с Роном, Арни обращается к группе.

Я начинаю с того, что кладу руки на грудь Рону, а вас прошу следить, когда происходит переключение каналов. Я некоторое время поработаю, а после мы это обсудим. [Рону. ] Я буду различными способами прикладывать свои руки к вашей груди, а вы мне подскажите, какой из них вам кажется наиболее подходящим. Хорошо?

Рон кивает.

Нас будут вести ваши телесные ощущения.

Арни кладет руки на грудь Рону и экспериментирует, используя свои пальцы и ладони. Он по-разному двигает руками. Вначале это выглядит так, словно он делает Рону массаж груди, затем он добавляет давление, нажимая большими пальцами на определенные точки. Иногда кажется, что его руки едва касаюся грудной клетки Рона. Попробовав разные способы в течение нескольких минут, Арни начинает прощупывать зоны грудной клетки Рона.

Теперь я надавлю резче в этом месте. А вы давайте мне знать, какого рода давление и какие чувства вам кажутся нужными сейчас.

Рон бормочет что-то и вздыхает. Он просит Арни усилить давление на верхнюю часть груди. Арни изменяет характер своих действий.

Хорошо. Мне приятно, что вы помогаете. Так правильно? Да?

Рон продолжает направлять Арни, просит давить еще сильнее и направлять давление вертикально вниз. Ладони Арни лежат на левой стороне груди Рона. Он медленно перемещает их к центру. Рон делает глубокий вдох. Арни обращает внимание на этот глубокий вдох, думая, что Рон вошел в проприоцептивный процесс и вдох является положительной обратной связью. Делая вдох, Рон оказывет давление на руки Арни, что свидетельствует о его стремлении получить более сильные ощущения и является положительной обратной связью. Негативной обратной связью по отношению к давлению было бы отсутствие реакции или движение, соответствующее уходу от давления.

Рон: Ммм… Пожалуйста, передвиньте правую руку немного ближе к горлу. Левой давите сильнее.

Арни сдвигает свою правую руку в сторону горла и добавляет давление левой на верхнюю часть груди Рона. Рон вздыхает опять, еще глубже.

Арни: Правая достаточно сильно давит? Убрать? Добавить?

Рон закрывает глаза и сообщает Арни, что он чувствует себя более расслабленным. Арни согласно хмыкает. Рон снова глубоко вздыхает.

Арни: Вот это вздох!

Рон: Такое впечатление, что ваше давление нейтрализует какую-то мою внутреннюю боль.

Арни: Так. Я что-то здесь нейтрализую. Дайте мне почувствовать это изнутри. Встречное движение.

Рон упирается грудью в руки Арни. Открыв рот и закрыв глаза, он несколько раз подряд старается выпятить грудь навстречу давлению Арни. Он делает глубокий вдох и с шумом выдыхает воздух.

Вот это на самом деле глубокий вдох. Давайте дальше.

Рон вздыхает, и его руки сползают с живота на пол. Он глубоко вдыхает и выдыхает воздух. Продолжая работать с Роном, Арни поворачивается к группе и тихо говорит ей:

Итак, я уравновешиваю нечто, ощущаемое внутри, — движение, противоположное моему, и это само по себе является началом, а может быть, и концом работы. Теперь осталось развернуть процесс противодействия. Возможно, кто-то из вас может предположить, о чем говорит встречное давление в грудной клетке, особенно если вам приходилось обращать внимание на свое дыхание.

[Рону. ] Я сейчас на минуту сниму руки. Посмотрите, испытываете ли вы по-прежнему ощущение противоборства. [Арни очень медленно убирает руки.]

Рон: Я ощущаю давление в груди и комок в горле. И слегка тошнит…

Арни возобновляет давление, восстанавливая противоборство. Одну руку он кладет на грудную клетку, другую — около горла.

Рон: Да, может быть, даже чуточку посильнее.

Арни удивлен тем, как сильно Рон просит давить. Он налегает на Рона почти всем своим весом, а Рон требует давить еще сильнее.

Рон: Когда вы давите, я чувствую расслабление и раскрываюсь. [Он делает глубокий выдох.]

Арни [Рону, лежащему с закрытыми глазами]: Значит, я овладеваю чем-то, что происходит у вас в груди. [Арни пробует переключить каналы. ] Я попытаюсь сделать это еще в большей степени. Я подключу мои голосовые связки и буду производить звуки, которые сопутствуют этому давлению.

Арни начинает хрипеть, выть, рычать — производить массу разнообразных звуков. Рон почти немедленно отвечает на это стонами: “Аааах… аххх…”

Арни смотрит на Рона сверху, его руки по-прежнему находятся на середине груди Рона, одна поверх другой. Рон начинает кашлять. Арни полагает, что кашель может быть негативной реакцией на давление. Арни говорит провокационно: “Что, хочется покашлять? Так?”

Рон широко открывает рот и рычит на Арни.

Арни: Мы не договаривались, что вы будете шуметь. [Он переходит к своей нормальной идентичности и шепчет Рону. ] Давай дальше!

Рон: Вы говорите можно или нельзя?

Арни очевидно, что Рон не понял, что предыдущее заявление было задумано как провокация. Его неопределенность подтолкнула Рона к заключению, что Арни дал ему некоторые указания.

Арни: Правильно то, что вы услышали. Что вы слышали?

Рон: Что мне следует шуметь.

Арни оставляет прежнее намерение действовать, он решает следовать за Роном.

Арни: Вы правы. Я ждал, что вы будете шуметь.

Рон делает глубокий выдох и начинает издавать звуки. Затем он умолкает и жалуется, что его что-то сдерживает и он не может продолжать.

Рон: По-моему, мне совершенно не хочется разбираться с этими звуками. Я в замешательстве. Стоит мне соприкоснуться с чем-то, и оно — фьють! — и исчезло.

Арни делает вывод, что Рон находится на краю, и принимает решение не настаивать, чтобы Рон двигался дальше в том же направлении, следуя его сопротивлению.

Арни: Ну хорошо, оставим это.

Рон: У меня кружится голова.

Арни решает, что путаница, противоречивые ответы сигнализируют о наличии края, который препятствует дальнейшему исследованию.

Арни [шутливым тоном]: Я сейчас разок слегка нажму сверху, и мы можем говорить о погоде. Хорошая погодка сегодня!

Рон [смеется]: Отличная. Солнечный день. Замечательный.

Арни [убирает руки с Рона, садится на место]: Много солнца. Прекрасный денек для процессуальной работы.

Рона, видимо, оставило напряжение, и он сказал, что чувствует себя значительно лучше. Помолчав, он обращается к Арни.

Рон: Я боюсь, что вы опять займетесь моей грудью.

Арни [игнорирует это замечание]: Погода неплохая. Она стала прохладней, слава Богу, и туман спускается ниже к берегу. Знаете, когда я был здесь в прошлый раз, солнца не было.

Рон [с подозрением]: Я не верю вашим рассуждениям о погоде.

Арни [озорно глядит на него и поддразнивает]: Вы не верите моим рассуждениям о погоде?

Все рассмеялись.

Арни: Я думаю, что вы очень проницательны.

Рон: Я думаю, я уже был в этой точке. Не с вами, а с другими терапевтами. Внутри меня творится много чего.

Арни [продолжает быть легкомысленным]: Не обращайте внимания.

Группа смеется.

Арни: Да. Шутим. Но давайте вернемся к погоде на побережье.

Рон [судя по виду, начинает слегка нервничать]: Не понимаю, почему я начинаю все больше и больше беспокоиться. У меня какое-то смутное подозрение. [Он делает глубокий вдох.]

Арни: У вас есть какая-то догадка? Как глубоко вы вздыхаете! Как необходим нам бывает край! [Арни наклоняется и снова кладет руки Рону на грудь. ] Что, вернемся назад?

Рон согласно кивает головой.

Арни: Скажите, когда будете готовы.

Арни надеется “нащупать” кратчайший путь ко вторичному процессу. Он видит, что первичный процесс или привычное переживание Рона — быть жертвой давления на грудь. Арни полагает, что в данный момент ему следует поменяться ролями с Роном, чтобы тот смог вступить в непосредственный контакт со своим вторичным процессом, который и оказывает давление на грудь. Он хочет узнать, какая информация или состояние кроются в “угнетателе”.

Арни: Может быть, будет проще, если вы на мне покажете, как у вас давит грудь? Попробуете? Я лягу, а вы покажете мне, что там происходит у вас.

Рон немедленно вскакивает с места. Скорость, с которой он принял предложение Арни, была положительной обратной связью. Теперь Арни почувствовал, что он сделал верный ход и он на верном пути. Арни лег. Рон склоняется над ним и кладет правую руку на верхнюю часть грудной клетки Арни, а левую руку — чуть ниже и начинает оказывать давление.

Арни [подбадривает Рона]: Да, так. Хорошо. Подержите так минутку. Я слегка посопротивляюсь. Вы продолжайте делать то же, что вы делаете, а я буду делать свое. Ладно? [Рон кивает. Арни сопротивляется давлению и одновременно разговаривает с Роном, который налегает сверху на его грудь. ] А теперь условимся, что мое имя Рон, а вы можете быть кем хотите.

[Изображает Рона] Что ты имеешь против меня? Ты мешаешь мне встать.

Арни использует метод двойного осознания. Он одновременно играет две роли: сопротивление (обычная, первичная идентичность Рона) и терапевта, который помогает Рону идентифицироваться с “угнетателем”. Важно обратить внимание на то, как он говорит с Роном. Чтобы представить сопротивление, он говорит одним тоном, чтобы помочь Рону быть угнетателем — другим. Он меняет тон голоса, не только играя роль, но и ни на секунду не выпуская Рона из фокуса своего внимания, следя за обратной связью, помогая ему войти в роль “угнетателя”.

Арни [громко шепчет Рону]: Давай, делай свое дело, сколько сможешь. [Арни переключается на сопротивление. ] Я не плохой, почему ты постоянно подавляешь меня? [Арни сопротивляется Рону, чтобы дать ему почувствовать, с какой силой он давит. Арни извивается под Роном, стараясь вырваться. Потом заговаривает с Роном — с “угнетателем”, интуитивно воссоздавая прошлое Рона.]

Проклятый угнетатель! Я уже сто раз пытался столкнуть тебя. Но ты все еще здесь, проклятый! Ух! Скажите, ну что делать человеку, которому на грудь навалилась такая тяжесть?

Теперь Рон вкладывает в действие всю силу, при этом делает решительное лицо. Арни замечает это и, чтобы Рон глубже вошел в роль угнетателя, комментирует:

Я в восторге от вашего лица!

Рон [взволнованно]: Этот, который давит сверху, ничего, интересный!

Арни [в роли сопротивления]: Я избавлюсь от тебя раз и навсегда. Раз, два, три — и… [он толкает руки Рона] черт тебя подери! Ты слишком долго меня связывал. Я собираюсь тебя с себя сбросить. Я пытался столкнуть тебя, но не получилось.

Арни отталкивает Рона все сильнее, в то же время настаивая, чтобы он поддерживал давление. Разыгрывается настоящая борьба. В ходе физической схватки Арни видит, что он помог проявиться сильной стороне Рона и хочет удержать ее как можно дольше, чтобы понять, зачем она здесь. Он выбирает метод переключения каналов, чтобы переложить опыт, выраженный в форме чувств и движения в форму вербальную.

Арни: Хорошо. Я позволю тебе делать твое дело, но слушай, демон, теперь я хочу, чтобы ты знал, зачем ты это делаешь.

Рон [снова начиная борьбу, кричит]: Я ни за что не отпущу тебя!

Арни старается подняться, но Рон стремится удержать его внизу, наваливаясь на грудь.

Рон: Лежать! Никогда не смей вставать! Я управляю тобой. У тебя нет никакого права вставать. Власть принадлежит мне.

Арни [становится на колени]: Прости. Иногда я думаю по-своему. Ты забрал себе всю силу. Скажи мне, кто ты.

Рон: Я крепко держу тебя изнутри: Я сковал твою грудь. Я тебя уложил и не хочу говорить, кто я.

Внезапно Арни перестает представлять противоположную роль и пытается соединить новое поведение Рона с его самоидентичностью.

Арни: Это та ваша часть, с которой я хочу познакомиться [он крепко хватает Рона за руку]. Это сила, которую я надеялся извлечь на свет.

Рон [после некоторого раздумья]: У меня созрело решение.

Арни: И что же вы решили делать?

Рон [с вызовом смотрит на Арни]: Прежде всего не выпускать тебя из-под контроля. Это моя забота. Тебя нельзя распускать. Тебе не должна нравиться твоя внешность, твой рост. Ты слабый и старый. Ты бессильный, болезненный, хилый, маленький. Ты скоро станешь больным.

Арни: Да? А ты довольно противный! Ты — самый вредный тип, которого я когда-либо встречал. Это мне нравится. Стань еще вреднее, я прошу тебя!

Рон поднимается на ноги и смотрит на Арни сверху вниз. Он примерно на фут выше Арни. Они крепко вцепились руками друг в друга и опять начинают бороться.

Арни: Давай, стань по-настоящему крутым! Потребуй от меня еще чего-нибудь!

Рон: Мне трудно с тобой, ты не поддаешься контролю. Я совершенно выдохся.

Арни: Ты действительно выдохся? Тогда сейчас самый подходящий момент, чтобы поменяться ролями.

Теперь Арни играет роль “крутого”, используя информацию, почерпнутую из предшествующего процесса.

Арни [громко]: Я желаю, чтобы ты мне подчинялся. Ты должен делать все, что я тебе скажу. А ну-ка, вниз!

Рон опускается на колени.

Арни: Презирай себя! Ты никуда не годный хлипкий сукин сын. На будущее, если я приказываю тебе что-нибудь, я хочу, чтобы ты это выполнял. Парадом здесь командую я.

Рон [поколебавшись встает]: Интересно. Моя первая инстинктивная реакция — послушно сделать, что мне говорят.

Арни продолжает играть свою роль.

Арни: Так выполняй же! Почему ты встал? За кого ты здесь себя принимаешь? На колени! Ты должен стать на колени. Черт побери, ты нарушаешь святые правила своего поведения!

Рон начал трясти руками, словно хотел пригрозить Арни, затем остановился. Очевидно, он оказался на краю. Ему надо помочь выйти из тупика, и Арни еще больше его раззадоривает.

Не тряси своими руками. Ложись на пол и подчиняйся, когда я говорю, что тебе делать. Ты — жалкий слабак!

Рон [приближается к Арни, с угрозой хватает его за руки и выкрикивает]: Нет!

Арни [эмоционально]: Да! Если я нажимаю на твою грудь — должен наступить упадок сил. Ты не можешь выступать против меня! Это неправильно. Сейчас же выполняй мои приказы! Лечь!

[Арни кладет руки Рону на плечи, и между ними вновь завязывается борьба. Арни продолжает провоцировать Рона. ] Я сказал тебе лечь, ты слышал? Проклятье! Вниз, черт возьми! Лечь! Я говорю, лечь! С каких пор ты меня не слушаешься? Ты должен быть ничем!

Рон смотрит на него в упор и начинает сильно и угрожающе толкать его. Он метнулся Арни за спину, поднял его и вынес за пределы круга. Оказавшись в воздухе, Арни исступленно кричит: “Вот это здорово!”

Рон: Я просто должен был поднять тебя. Уму непостижимо, как долго я тебя слушал!

Все смеются. Один из участников кричит, что Рон должен слушаться Арни. Рон отвечает тем, что приближается к Арни, снова поднимает его на руки и сбрасывает с рук на этого участника.

Рон: Ага! Я понял. Это та же энергия зла, которая была у того угнетателя, только с другим применением. Если бы я был достаточно силен, я бы просто выставил тебя за дверь.

Арни уже стоит на ногах. Все в комнате ощущают волну расслабления.

Арни: Да, ты скинул его со своей груди, используя его же силу.

Рон [в озарении]: Точно! Когда я работал с другими, мы пытались устранить напряжение и таким образом, я думаю, неумышленно провоцировали давление, усиливали, распаляли его.

Арни: Вместо того чтобы использовать.

Рон: Да. Угу. Именно здесь-то и была зарыта собака. Вы совершенно правы.

Арни издает рычание и копирует сильного Рона, чтобы показать ему его мощь, а Рон рычит в ответ. Арни направляется к Рону и обнимает его. Рон благодарит Арни, и оба садятся. Арни оглядывается вокруг и начинает разговор с группой.

Арни: Что вы наблюдали? Рон и раньше работал над тем, чтобы снять напряжение. Почему Рону было трудно войти в соприкосновение с его внутренней энергией?

Эрик: Это был его край.

Арни: Да. Он хотел избавиться от нее, а не использовать. Существование “угнетателя” внутри Рона — кризис его идентичности. Чтобы войти в контакт с энергией критика, ему необходимо столкнуться вот с этим [он сжимает кулак], что и было вначале. Он должен быть способен подойти к кому-то и заявить [указывая пальцем на пол]: “Когда я что-нибудь говорю, я требую, чтобы ты это сделал”.

Почему, вы думаете, он сделал глубокий вдох, когда я положил ладонь ему на грудь? Он расслабился! Удивительно, да? Положим, у вас давление или головная боль, кто-то надавливает еще больше, и боль уходит! То же самое и в вашем теле. Создайте произвольно давление, подобное тому, которое как бы само по себе, непроизвольно возникает у вас — и оно исчезнет. Вы чувствуете освобождение от глубинного внутреннего зажима, поскольку зажим ослабляется, когда ему противостоит сходная энергия. Зажим ослабевает, если вы тоже становитесь сильными и восстаете против него. Глубокий вдох Рона — это реакция противодействия. Его глубокий вдох — начало борьбы с давлением критика.

Против процесса

В каждом вдохе есть сторона первичная — стремление расшириться — и вторичная — в которой присутствует сила сжатия. Когда вы дышите, вы противодействуете чему-то; вы расширяете объем легких потому, что есть другое чувство — нехватка объема. Потому первичное — то, что вы делаете, то есть дыхание, расширение легких. А вторичное — то, что делается с вами, уменьшение объема, сжатие.

Как всегда, этот проклятый вторичный опыт требует, чтобы восприняли его энергию и физически интегрировали. За зажимом, скрываясь от осознания, находится фигура критика. Просто выбросить критика, или зажим, или злую силу мы не можем. Нам необходимо использовать его мощную энергию. То, в чем мы видим врага, почти всегда наш лучший союзник! Неважно, что он думает, что он хочет сказать, нам нужна его сила.

Во всяком телесном ощущении присутствуют, как минимум, две части. Даже в чесотке есть тот, кто чешется, и тот, кто раздражает первого. Одна часть ближе к нашей идентификации, другая — дальше от нее. Даже если клиент считает одну часть хорошей, а другую плохой, нам следует помнить, что мы должны встать на сторону их единства, а не какой-то одной части.

Многие из вас столкнутся с искушением принять точку зрения клиента и примкнуть к первичному процессу. Тем не менее отстоять целостность клиента, его индивидуацию означает ориентироваться на весь процесс, а не на его части. Задача терапевта — дать возможность всему процессу, обеим его частям, выразить себя.

Когда вы начинаете работать с частями, обмениваясь информацией, они становятся более восприимчивыми. Исчезает то, что вы знали раньше, плохое и хорошее, сильное и слабое, старое и молодое. Больше нет Инь и Ян, существует только Дао, процесс сам по себе, поток энергии, на котором мы сосредоточиваем свое внимание.

Что же произошло с Роном? Вначале был зажим. Потом появились две части: критик и его жертва. В конце обе части перемешались. Он преодолел давителя, приняв его энергию. Делая это, он был похож на давителя, обе части слились воедино. Части уже не были ни плохими, ни хорошими. В конце концов мы остались с мощной, чистой энергией, которая и составляет теперь процесс Рона.

Наставления по работе

Работая друг с другом, помните — положив на другого руку и освободив его от давления, вы поддерживаете вторичный процесс. Надо ждать, пока клиент будет в состоянии воспринять то, что вы делаете. Нельзя просто велеть поменяться ролями.

В работе будьте осторожны. Избегайте интерпретировать сигналы клиента, создайте пространство, в котором сигнал раскроет себя. К примеру, вы можете подумать, что выражение лица похоже на гнев или удивление, но вам необходимо взойти к чувственным истокам информации. Вглядитесь в лицо. Опишите глаза, скулы, рот. Задавайте вопросы, трогайте, высказывайте предположения, но не интерпретируйте, не ведите себя так, будто вы уже знаете.

Вы можете получать удовольствие, но ваши глаза должны быть открыты, так же, как и уши. Отслеживайте свои и чужие движения. Следуйте за процессом. Отмечайте, когда роли полностью отыграны. Только когда человек исчерпал свою роль, наступает органичный момент оставить ее и переключиться на другую. Когда вы не в состоянии продолжать играть роль, значит, человек, с которым вы работаете, разрушил фигуру роли, интегрировал ее или стал ею.

Мне бы хотелось, чтобы начинали вы с неопределенного вопроса [он поворачивается к сидящей рядом женщине]. К примеру, мы с вами работаем в паре. Можете ли вы сказать, в какой части вашего тела процесс ощущается сильней всего?

Женщина сразу же показала на ноги и поверхность пяток.

Арни [к группе]: Каждый знает, где локализован их процесс. Вам скажут или сообщат телом, как нужно работать. Тело всегда определяет для работы нужное место. Просто удивительно.

Далее кладете руку, куда указывает клиент. Выполняете инструкции о силе давления. Затем следуете за переключениями каналов. Помните у Рона? Сначала у него было проприоцептивное ощущение в груди. Затем он почувствовал в груди движение, впервые — во время дыхания. Мы проследили это движение, и оно перешло в руки. Затем пришли звуки, аудиосигналы. Потом был диалог, движение, а уже в конце у него появилось видение того, как он забрасывает меня на полку. Следите за тем, как меняются каналы и роли, дайте процессу развернуться. Не думайте, что надо обязательно достигнуть целостности. Это всего лишь тренировочное упражнение для развития умения понимать людей и идти вместе с ними по полю их сновидений.

В определенный момент ваш клиент войдет во вторичный процесс, который его мучает. На свет выйдут темные, мистические стороны его личности. В эту минуту он будет на пороге переживания целостности. Такой опыт есть самая большая цель. Ни одна, ни другая часть не даст ответа. Взаимодействие, осознание и переживание обеих частей — вот наша цель.

Не добивайтесь релаксации или другого физического состояния, потому что релаксация тела возможна, лишь когда его переживания и сообщения принимаются. Расслабление может быть даже опасным, потому что, если вы расслабите тело, информация может перекочевать в менее податливую зону, до которой будет труднее добраться.

Эми: Я только хотела напомнить, каким образом вы с Роном сидели. Вы напоминали рычаг и, таким образом, во время работы не истощались. Мне кажется, что это важно.

Арни: Точно. Работайте, как лучше для вас, механически и физически, неважно, что вы делаете: читаете, пишете или боретесь. Я бы хотел, чтобы вы думали о вашем теле все время, особенно когда вы терапевт.

Генри: Представим, что вы работаете с кем-то, кто не психолог и не имеет понятия о процессе. Какие слова можно сказать вместо “Где у вас в теле процесс?”.

Арни: Хороший вопрос. Я нахожусь не в психологии, а в жизни. И я должен признать, что я сам, собственно, не знаю, что значит “процесс”. Именно потому это лучшее обозначение. Вы можете сказать что-нибудь неопределенное, к примеру, “Скажи-ка, где это в твоем теле, я дотронусь рукой” или “Где, по твоим ощущениям, в твоем теле что-то происходит?”. Будьте честны. Если люди спросят: “А что вы имеете в виду”, вам надо ответить: “Я не знаю”.

Понимаете, главное — неопределенность. Незаполненность (пустота) — это пространство, а потому она помогает вторичному материалу. Она побуждает людей творить и проецироваться на то, что вы говорите. Идея неопределенности сродни идее теста Роршаха, который позволяет вам увидеть ваши сны. Вскармливайте вашу неопределенность и оберегайте непостижимость. Они наши самые мощные инструменты. Чем более вы неопределенны, тем более творческими и свободными чувствуют себя другие. Начните с вопроса: “Где в вашем теле вы сейчас ощущаете процесс?”

Данный текст является ознакомительным фрагментом.