Учитель

Учитель

Я никому не рассказывала о своих состояниях и продолжала заниматься. По утрам делала Сурью, обязательно выбирала полчаса каждый день на медитацию. В одном из видений мне было сказано: «Жди и смотри». Я это и делала. Внимательно наблюдала за всем, что происходило со мной и окружающим миром.

Через некоторое время у меня случилось еще одно видение.

Я оказалась рядом с человеком в накидке и свободном простом одеянии. Мне показалось, что его одежда сделана их грубого домотканого материала. Он стоял рядом к большой круглой чашей посреди двора, обнесенного стеной. Рядом с ним сидели два его ученика, они смотрели внимательно на меня и Учителя. Я приблизилась. Учитель окутал меня полой своей накидки, и необычайная благодать заполнила все вокруг.

«Я дома, это конец моего пути», – подумала я.

Затем он дал мне плод с большого круглого блюда, которое стояло около учеников, и произнес мантру. Это был странный плод со сладким вкусом и глубоким, проникающим запахом. Я услышала:

– Это смоковница, запомни. Ты дома, твой конечный путь здесь, но не сейчас. Ты свободна выбирать и совершать любые поступки, но вся ответственность за них на тебе, и наказание будет приходить немедленно. Твое обучение проходит отдельно от других учеников. Это похоже на длинный поводок. Ты можешь далеко уйти по своему усмотрению, но если что-то не так, я могу сильно дернуть за него, призвав тебя. Ты вправе экспериментировать, но за все будешь отвечать сама. Твоя задача – суметь пройти этот путь самостоятельно, я буду наблюдать.

Неожиданно в этот прекрасный мир ворвалась красная машина, она резко развернулась, нарушив этот удивительный покой, и я четко увидела ее номер. Видение резко оборвалось.

Записав все увиденное и номер машины, я обратилась к Ведущему с просьбой объяснить, что это за видение. Он сказал, что теперь у меня есть Учитель и лучше об этом никому не рассказывать.

Довольно скоро я начала принимать информацию о причинах болезни многих людей.

Мне пришло, что некоторые мысли и действия людей создают предпосылки для их заболеваний. Иногда проходит немало времени, прежде чем начинается заболевание. Ничего не зная о людях, я вдруг получала о них много информации, это пугало меня. Я обратилась к Ведущему, и он предложил мне начать вести персональные сеансы. Это испугало меня еще больше; что я могу дать людям, я сама еще ничего не знаю?

Учитель похвалил меня за такое решение и сказал, что каждый должен делать то дело, о котором он будет знать больше того, что нужно отдать. Он показал мне огромную лестницу в небо, – она была прозрачная, но твердая. Я стояла только на первой ступеньке.

– На каждой ступеньке, – сказал он, – ты будешь приобретать разные возможности, которые будут отличать тебя от людей, но если ты начнешь использовать эту возможность во взаимодействии с людьми и покажешь, что ты умеешь, это остановит тебя, и ты не сможешь достичь своей следующей ступеньки.

Различные неординарные способности стали проявляться одна за другой. Мне иногда казалось, что я схожу с ума. В моем окружении о таких вещах не знали, к тому же все не вписывающееся в общепринятые рамки считалось сумасшествием. Как и кому я могу рассказать о том, что иногда вижу людей не такими, как они сейчас есть, а в другом теле и в другой исторической обстановке? Иногда я начинала видеть внутренности человека или слышала его историю.

Помня слова Учителя, я принимала и наблюдала, хотя иногда было жутковато.

Я отвлеклась. Мое видение еще не закончено. В нем появилась женщина, с которой мы занимались Таро, и встала рядом. Мы стали подниматься на следующую ступеньку вместе. Внизу оказалось большое количество людей, которые смотрели на нас. Было жутковато оказаться перед глазами сразу стольких людей, но убежать или спрятаться было некуда. Вторая ступенька была высоко над толпой и вся прозрачная, как стеклянная. Мне пришлось смириться. Учитель парил рядом и улыбался.

На одной из лекций в большом зале Ведущий вызвал меня и Ирену на сцену, оставив нас рядом с собой до конца занятия.

Через некоторое время он стал собираться в дорогу. По профессии режиссер документальных фильмов, он уезжал с киногруппой в Индию снимать что-то, а ведение занятий оставил нам.

– У Вас есть Учитель, вот у него и спрашивайте, что говорить, – сказал он мне. Фактически бросив на нас свои обязанности, он оставил нам два зала. Мы знали один зал, в котором регулярно занимались, в другом месте мы были лишь раз.

Такое развитие событий было неожиданным. Что делать, как вести занятия, о чем рассказывать людям, когда мы сами ничего не знаем, столько вопросов занимало нас тогда. Мы обе решили выйти на сцену и сказать, что Ведущий уехал, а мы не можем за него вести дальнейшие занятия.

На всякий случай моя напарница посмотрела какие-то книги и подготовила маленькую лекцию о Китае. Сначала все шло хорошо. Мы сказали об отъезде Ведущего, что занятия, видимо, прекращаются, и моя напарница немного рассказала о традициях Китая. Я сидела за столиком у края сцены. Вдруг какая-то сила подняла меня с места и вынесла на середину сцены. Что было дальше, трудно рассказать. Слова лились из моего рта рекой. Это были знания о структуре мироздания и о роли человека в нем. Мои губы говорили, а я слушала и удивлялась.

Когда этот поток закончился, из зала стали спрашивать, во сколько будет следующее занятие. Так все и началось. Я была тем, кто говорит, и одновременно тем, кто слушает и удивляется. Огромный неизвестный мир разворачивался перед нами. В этом мире было столько удивительного.

Я приходила в оба зала на занятия, не зная, что будет. Народу стало значительно больше.

Администрация обоих залов со мной заключила контракт на следующий период. Моя напарница, как опора, всегда находилась рядом. Она постоянно на всякий случай готовилась к лекции, но заготовленный материал почти никогда не требовался. Из залов стали присылать записки с вопросами, на которые мы обе отвечали. Были и неприятные на первый взгляд люди, которые подходили к сцене с надоедливыми вопросами.

Приближалось лето. Мне уже исполнилось 33 года. Лето обещало окончание этих странных лекций. Уже несколько раз казалось, что пора объявлять последнюю встречу, но люди приходили и настаивали на следующей.

Моя новая работа оставляла мне много свободного времени. Все необходимое я по привычке делала быстро, чем вызывала раздражение остальных сотрудников. Чтобы не вызывать их гнева, я перестала спрашивать о том, что бы еще сделать. Свободное время я посвятила самообразованию, занявшись перечитыванием своих лекций, хотя их трудно так назвать, и чтением книг.

Из книг мне попался слепой ксерокс книги Карлоса Кастанеды «Гнездо орла» и трактат, тоже ксерокс, по Дао. Этого было явно мало. На прилавках стала появляться эзотерическая литература, но Учитель не давал мне ее купить.

Однажды мои слушатели принесли мне книгу, сказав, что путь, описанный там, очень похож на мой. Я взяла эту книгу и по дороге домой мечтала, как сяду и прочитаю ее. Когда я вышла из метро и вытащила книгу из сумки, мои ноги подкосились. Было ощущение, что все мои косточки раскатились по ночной мостовой, и вся масса тела, как мешок, осела. Голос Учителя спросил:

– Все поняла?

Тело сразу как-то подпрыгнуло и опять собралось вокруг меня. Больше я на эту книгу не смотрела и отдала ее обратно.

Мои постоянные просьбы к Учителю дать мне подтверждение, что я не сумасшедшая и что то, о чем я говорю, кому-то тоже известно, наконец дало свои плоды. Ко мне пришла книга Алисы Бейли. Я жадно прочитала ее, слезы радости лились из моих глаз:

– Я не одна такая!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.