11. Основатель пути дзен

11. Основатель пути дзен

Если ты совершаешь добродетельные дела, желая получить награду, т. е. совершаешь его с корыстной целью, то какие такие «заслуги»? А если ты совершаешь их бескорыстно, без желания получить награду, то о каких таких заслугах ты ведешь речь?

Афоризмы и тайные речения Бодхидхармы

Им является легендарный буддийский монах Бодхидхарма, который в 475 году н. э. прибыл в Китай, чтобы проповедовать свое учение.

Из исторических хроник известно, что он родился приблизительно в 440 году н. э., являлся брамином по происхождению и третьим сыном короля Коши из южноиндийской династии Паллавов. Согласно некоторым преданиям первоначальное его имя было Бодхитара, но после того, как он встретился с ученым мудрецом Праджнятарой и прошел курс наставлений от учителя, усвоив всю глубинную суть буддизма, он получил просветление. Праджнатяра тогда сказал ему: «Ты уже многое постиг в дхарме, которая есть абсолютное знание. А поэтому отныне твое имя должно быть связано с дхармой. Так пусть же тебя зовут Бодхидхармой».

Напомним, что дхармой в традиционной индийской философии называется совокупность норм и правил, необходимых для поддержания космического порядка, некий универсальный закон и неделимая основа сознания и бытия…

Известно, что именно Праджнятара, как учитель, рекомендовал Бодхидхарме отправиться в Китай. Но поскольку короткая сухопутная дорога туда была перекрыта воинственными племенами гуннов, Бодхидхарма отправился длинным морским путем, занявшим в совокупности около трех лет. Таким образом, Бодхидхарма проделал нелегкий путь, как и Будда, отказавшись от богатства, светских утех и наследуемого трона.

Для достоверности добавим, что Бодхидхарма отнюдь не являлся первым миссионером в Поднебесной. Самыми первыми распространителями буддизма в Китае были купцы, а также монахи, явившиеся сюда из Индии и Центральной Азии еще за семь веков до него. Таким образом, к моменту прибытия Бодхидхармы в Китае существовало около сотни буддийских монастырей и несколько тысяч монахов…

Но какие реальные причины побудили Бодхидхарму эмигрировать в Китай? Дело в том, что буддизм к этому времени насчитывал уже тысячелетнюю историю существования, однако, в самой Индии он начал приобретать черты упадка и вырождения, заключающиеся в превращении его в нечто неотличимое от других местных религий.

Как пишет известный философ и политический деятель Республики Индии С. Радхакришнан: «Древний буддизм, отрицавший само существование бога, не дававший надежды на человеческое бессмертие и рассматривавший всю жизнь как страдание, любовь к жизни как величайшее зло и цель человека как прекращение всех желаний, – этот буддизм утратил свою силу, – а вместо нищенствующих монахов, посвятивших себя чистой духовной жизни, стали появляться богатые монастыри с толстыми жрецами; вместо простых и бесхитростных бесед с верующими – изощренные словоблудия». Однако, как считает этот ученый, буддизм в Индии умер естественной смертью – никто его силой не вытеснял. Основной принцип буддизма – отсутствие нетерпимости к другим религиям – сыграл здесь роковую роль: буддизм не мог противостоять множеству других конфессий, которые этого принципа не придерживались. Все это хорошо знал и чувствовал Бодхидхарма и в особенности его учитель Праджнатяра, который обратил свой взор на Китай, где буддизм, напротив, набирал силу и влияние…

Существует легенда, когда Бодхидхарма достиг берегов Китая, то ему навстречу вышел сам китайский император У-ди, который являлся убежденным буддистом и распространял эту религию по стране. Все монахи, до Бодхидхармы приезжающие в Китай, в обязательном порядке получали аудиенцию у властителя Поднебесной и льстиво заявляли ему, что он делает благое дело. А поэтому первый вопрос императора был именно об этом: «Что мне будет наградой за то, что я построил множество монастырей, открыл буддийский университет и потратил на дело Будды все свои сокровища?..»

Нимало не смущаясь появлением перед ним столь важной персоны, Бодхидхарма ответил: «Никакой награды не будет. Наоборот, готовься к тому, что можешь попасть в ад»…

Император очень удивился и попытался возразить: «Но я же не сделал ничего неположенного, почему ад? Я выполнял все, что мне говорили буддийские монахи».

Тогда Бодхидхарма сказал: «До тех пор, пока ты не станешь слышать свой внутренний голос, никто не сможет тебе помочь, ни буддисты, ни небуддисты. А ты все еще не слышишь его. Если бы ты его слышал, то не задавал бы таких глупых вопросов».

Он также добавил, что на пути Будды не существует наград, поскольку желание награды исходит из жадности. Суть же учения Будды заключается в освобождении от желаний… «Но если ты будешь все поступки делать бескорыстно, великодушно разделяя радость со всей империей, – продолжал Бодхидхарма, – то сами эти поступки и будут твоей наградой»… Он пояснил императору, что так понимаемые добрые дела способствуют нравственному очищению и являются предварительным условием просветления, где исчезает представление «Я» и «не-Я», и где конечная реальность пуста и спокойна. На этом высочайшем уровне нет различия между богохульством и святостью, грязью и чистотой, познаваемым и познающим, т. е. здесь царит пустота…

После этого, как говорится в летописях, Бодхидхарма отправился на север. А когда он подошел к широким водам Янцзы, то использовал вместо плота проплывающий мимо тростник, и, применив свои сверхъестественные способности, на нем переплыл реку. Выражение «переплыть реку на соломинке», означающее возможность добиться чего-либо значительного ничтожными средствами, и сегодня очень популярно в Китае…

После долгих странствий Бодхихарма, наконец-то, добрался до монастыря Шаолинь, незадолго до этого открытого по распоряжению императора. Как свидетельствуют сохранившиеся документы, буддийские монахи Шаолиня, как и монахи всего Китая, с утра до ночи изнуряли себя чтением молитв, механически повторяя текст и, тем самым, уходя все дальше от истинного просветления. Бодхидхарма попытался объяснить им, что одних только чтений священных текстов и поклонений Будде недостаточно – надо самому «стать Буддой», т. е. ощутить в себе пустоту. Однако монахи не поняли его наставлений, в результате чего Бодхидхарма замкнулся в себе, а потом и вовсе удалился в пещеру, расположенную неподалеку от монастыря, где, обратившись лицом к стене, провел в сидячей медитации несколько лет…

Уже вскоре про странного отшельника стало известно всем шаолиньским монахам. Они неоднократно приходили к нему в пещеру, чтобы узреть этого человека, даже внешне так сильно отличающегося от коренных китайцев – Бодхитдхарма был высокого роста, физически необычайно развит, а густая черная борода и свирепый взгляд его круглых глаз поначалу даже пугали посетителей. Стараясь не поворачиваться к гостям, Бодхидхарма отвечал, что такая медитация помогает ему избавиться от посторонних мыслей, чтобы ощутить пустоту сознания. Кроме того, он назвал еще одну причину, объявив, что до тех пор, пока к нему не явится тот, кто достоин стать его учеником, он не будет смотреть ни на что другое.

Он сказал, что смотрит на стену еще и потому, что никто из монахов не понимает его советов, а смотреть на невежественных людей очень тяжело. Он объяснил, что отвернется от стены, когда кто-нибудь своим поступком подтвердит, что готов стать его учеником…

И вот однажды к нему в пещеру явился молодой монах по имени Ху Ко, который отрубил мечом свою руку, положил ее перед Бодхидхармой и сказал: «Это только начало. Если ты не повернешься, то перед тобой упадет и моя голова». Тогда Бодхидхарма немедленно повернулся к юноше и сказал: «Ты, действительно, меня достоин. Не нужно отрубать голову, она тебе еще приходится». Ху Ко стал его первым учеником.

Было или нет это в действительности теперь никто не скажет. Но так гласит старая легенда…

Другая легенда говорит, что после многих лет сидения в медитации Бодхидхарма не смог самостоятельно подняться из-за того, что ему отказали ноги. Но патриарх использовал особый комплекс упражнений, чем очень скоро восстановил подвижность своих суставов и силу мышц. Эта методика медитации в сочетании с физическими и дыхательными упражнениями вскоре стала использоваться и остальными монахами Шаолиня. Считается, что Бодхидхарма был самым первым мастером изобретенного им кунг-фу или ушу.

В отличие от бытующих представлений, что в духовной практике самым главным является молитва и не надо заботиться о теле, Бодхидхарма утверждал, что для духовного прогресса важным является как физическое, так и психическое здоровье. Кроме того, есть и другие причины. Дело в том, что в те годы на дорогах Китая хозяйничали грабители, для которых тихий и беззлобный буддийский монах был легкой и желанной добычей. Однако со времени появления в монастыре Шаолинь Бодхидхармы положение резко изменилось. Сейчас разбойники с большой дороги были готовы, скорее, схватиться с отрядом солдат, чем встретиться хотя бы с одним таким монахом, владеющим ушу. С этих пор история Шаолиньского монастыря стала связываться с появлением здесь нового, обновленного буддизма или дзен-буддизма…

Дзен-буддизм или, по-китайски, – чань-буддизм (от санскритского – дхьяна, т. е. созерцание) постепенно стал основной религией не только Китая, но и всей Юго-Восточной Азии.

Само определение практики дзен в переводе на европейские языки с их стремлением к абсолютной точности передаваемого и наведении словесных границ не является корректным. Так, например, считается, что основной задачей дзен является проникновение «в истинную природу ума». Но вот, что такое «истинный ум», сказать затруднительно, т. к. согласно самим практикующим эту методику, им является, как завещал великий Лао-Цзы, «невыразимое» или «пустота». Можно, конечно, сказать, будто бы дзен утверждает, что не существует ни сам человек, ни объекты из его окружения, т. е. все это является иллюзией. Однако дзен не сосредоточивается на этом отрицании или на утверждении пустоты, находясь как бы за пределами обычной логики. Считается, что этого состояния можно достигнуть посредством правильной медитации и всего образа жизни, что является задачей любого дзенствующего монаха. В то же время поведение практикующих дзен сводится и к вполне общечеловеческим принципам: делать добро, избегать двуличности, зла и очищать свое сердце от эгоистических желаний.

В отличие от классического буддизма, проповедующего достижение самадхи и нирваны посредством постепенного изживания негативной кармы в течение многих перевоплощений, китайский чань-буддизм многое заимствовал от конфуцианства и, в частности, возможность просветления уже в этой физической жизни. В терминологии дзен это звучит, как «стать Буддой в нынешнем теле». Сюда же ведут и все разновидности восточных боевых искусств, использующих в качестве своей основы дзен-медитацию.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.