ГЛАВА XXIV

ГЛАВА XXIV

(106) Так как и пища, когда ее принимают правильно и разборчиво (kalvz kai tetagmenwz ), весьма содействует тому, чтобы обучение осуществлялось наилучшим образом, рассмотрим некоторые предписания Пифагора и относительно нее. Из видов пищи он полностью отвергал такие, которые производят ветры и беспорядок в желудке, а противоположные им, которые действуют на тело успокаивающе и смиряют его, напротив, рекомендовал и советовал употреблять. Поэтому он считал годным в пищу даже просо. Совсем он отвергал виды пищи, враждебные божественной природе, поскольку они мешают нам сделаться своими для богов (apagonta hmaz thz proz touz qeouz oikeiwsewz). С другой стороны, он призывал усиленно воздерживаться от употребления тех ее видов, которые считаются священными, так как они достойны почитания, а не обыкновенного их поедания людьми. Он также призывал остерегаться той пищи, которая мешает способности предвидеть будущее, или чистоте и непорочности души, или сохранению благоразумия и добродетели. (107) И те виды пищи, которые враждебны непорочному состоянию и замутняют как другие проявления душевной чистоты, так и те, которые имеют место в представлениях, возникающих во время снов192, он отвергал тоже. Эти предписания относительно пищи он установил для всех, отдельным же наиболее преуспевшим в созерцании и потому достигшим высших ступеней знания философам он запретил раз и навсегда ненужные им и неправедные виды пищи, предписав им никогда не есть мяса одушевленных существ, совсем не пить вина, не приносить в жертву богам животных и ни в чем не причинять им вреда, но, напротив, заботливейшим образом соблюдать справедливость и по отношению к ним.193 (108) И сам он жил таким же образом, воздерживаясь от употребления в пищу животных и принося бескровные жертвы, стараясь и чтобы другие не уничтожали родственных нам живых существ, а также делая диких животных более благоразумными и укрощая их словом и делом, а не причиняя вреда битьем194. Даже тем государственным лицам, которые занимались специально законодательством, предписал он воздерживаться от мяса одушевленных существ, ибо те, которые хотят поступать в высшей степени по справедливости, конечно же, не должны причинять вреда родственным нам живым существам, потому что как те смогли бы убедить других совершать справедливые поступки, сами объятые жаждой излишеств? Родственная же близость к нам животных, которая возникает благодаря единству жизни, самих ее частиц и образованных из этих частиц соединений, связывает нас друг с другом как бы братской связью. (109) Однако другим ученикам, тем, чья жизнь не была совершенно чистой и праведной, полной любви к мудрости, он разрешил питаться мясом некоторых животных.195 Но и им назначил определенное время для воздержания. Предписал им не есть ни сердца, ни головного мозга и воздерживаться от их поедания всем пифагорейцам, так как сердце и мозг руководят и как бы организовывают доступ к мышлению и жизни и служат неким их основанием.196 Отвергал же он эти виды пищи из-за природы божественного разума. Так и мальву запретил он есть, потому что она — первый вестник и указатель тяготения небесного к земному,197 и рыбы чернохвостки советовал не есть, так как она посвящена подземным богам, и рыбы краснушки тоже не вкушать — по какой-то другой сходной причине.198 И "не касаться бобов" — по многим божественным, природным и имеющим отношение к душе причинам.199 И другое в этом роде, подобное вышеизложенному, предписал он, начиная вести людей к добродетели через правильное питание.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.