Введение

Введение

Неподалеку от Вашингтона, в местечке Александрия (штат Виргиния) на холме Шутерс высится стометровое здание, которое венчает ступенчатая пирамида с прямоугольной аркой. Как объясняют гиды, прообразом строения явился маяк, возведенный древними в другой, египетской, Александрии и считавшийся одним из семи чудес света. Здесь расположен Масонский Национальный Мемориал Джорджа Вашингтона.

Вход в Мемориал открывает шестиколонный портал в греческом стиле. Мраморный холл украшен бронзовой статуей первого американского президента, весящей восемь тонн. Джордж Вашингтон изображен в фартуке, с молотком в руке, при регалиях, обозначающих принадлежность к обществу франкмасонов («вольных каменщиков»).

Происхождение названия общества трактуется по-разному. Одни полагают, что так называли строителей средневековых соборов, которым за умение возводить храмовые постройки было даровано право беспрепятственно переезжать из города в город (в отличие от обычных каменщиков, гильдии которых выполняли лишь местные подряды). Другие, как, например, Джон Хэмилл, Главный библиотекарь исследовательской ложи «Четверо коронованных» Объединенной Великой ложи Англии и автор ряда исследований по масонству, считают, что название зависело от специализации каменщика. Так называли в цехе каменщиков тех, кто работал по известняку, то есть по мягкому, «вольному» (в английском названии) камню, который было легко украшать декоративным узором.

Престиж «вольных каменщиков» подкреплялся их мифологическим багажом. Свою родословную они вели от строителей египетских чудес света и храма царя Соломона в Иерусалиме. Архитектурным познаниям (возведение арки и др.) и инструментам своей профессии (циркуль, мастерок, наугольник и др.) они придавали философско-мистическое толкование. А для сохранения тайн ремесла от дилетантов ввели секретные ритуалы, пароли, особые знаки опознания, по которым удостоверялась принадлежность к их цеху (ложе) и той или иной ступени профессии (ученик, подмастерье, мастер).

В цех «вольных каменщиков» вводились и те, кого привлекал «свет» знаний строителей, их «тайны», сплоченность, гимны, веселые застолья. Позже среди масонов стали появляться помимо профессиональных условные, «философские», или «спекулятивные»; каменщики, главным образом лица свободных профессий: военные, земельные собственники, торговцы, представители аристократии. Они и составили ряды тех, кто способствовал появлению ордена франкмасонов в его современном виде. Более подробно мы остановимся на этом процессе далее. А пока отметим, что, будучи майором британской колониальной армии, Джордж Вашингтон вступил в число американских «каменщиков» 4 ноября 1752 года. Это произошло в местечке Фредериксбург. Позже в Александрии он стал «первым досточтимым мастером», руководителем местной ложи № 22. Заседания этой ложи проходили под его председательством и в тот период, когда он возглавил борьбу за независимость Соединенных Штатов от Великобритании. В то время в ложи входили революционно настроенные сторонники освобождения страны от британского господства.

Вашингтон неоднократно заявлял о приверженности принципам масонства. Одна из надписей на стенах Мемориала гласит: «Будучи убежденным в том, что справедливое воплощение принципов, на коих основано масонское братство, должно способствовать личным достоинствам и общественному процветанию, я всегда буду счастлив выступать за интересы общества и считаться достойным братом. Джордж Вашингтон».

В знак признания заслуг Вашингтона перед Америкой в 1910 году 18 Великих лож США решили воздвигнуть этот монумент. Были собраны деньги, подвезен материал. И в 1923 году президент США Кулидж вместе с Верховным судьей Тафтом (оба «каменщики») окропили цементом первый камень. А еще через девять лет, в 1932 году, президент США Гувер торжественно открыл сооружение. И наконец, в 1950 году «Самый Досточтимый Брат», верховный руководитель американского масонства президент США Гарри Трумэн представил публике статую Вашингтона. Традиция пребывания масонов на президентских креслах США редко прерывалась. После Вашингтона были Джефферсон, Гардинг, Кулидж, Монро, Джексон, Пок, Бьюкенен, Линкольн, Андерсон, Гарфилд, Мак-Кинли, Тафт, Теодор и Франклин Рузвельты, а после Трумэна — Форд, Джонсон, Рейган, Буш, Клинтон… Масонство в США приобрело оригинальную «арабскую» окраску. Один из залов Мемориала посвящен «старинному арабскому ордену Шрайнеров». Он был придуман в 1872 году завсегдатаями клуба богачей «Никкербоккеров» в Нью-Йорке. «Шрайнеров» в США более миллиона. Позаимствовав египетскую и иную «восточную» символику, лидеры этого общества украшают себя фесками с надписями «Осман», «Карем», «Ислам», «Каир» и т. д. Кто же скрывается за этими названиями? Вот «Саладин», он же президент Форд, «Арарат», он же Трумэн, «Тунис», он же канадский премьер-министр Дифенбейкер. Далее четыре президента Мексики и гавайский король Калакуа. За этой несколько аляповатой экзотикой — парад знатности, тщеславия и влияния. Все это отразилось в оформлении монумента — музея, посвященного масонству США, страны, где это движение достигло наибольшей степени могущества. К этому можно добавить всю финансовую и банковскую верхушку США, руководителей транснациональных компаний, чтобы получить панораму значения масонства в этой супердержаве.

Конечно, для того чтобы составить впечатление о масштабах масонского движения, уловить его особенности, важно было своими глазами видеть Масонский Национальный Мемориал. Такая возможность представилась осенью 1988 года, когда мне пришлось освещать ход борьбы за президентский пост в США, завершившийся победой Джорджа Буша-старшего. (В масоны он был, кстати, «крещен» еще студентом в ложе «Череп и кости» престижного Йельского университета.)

Знакомясь с экспозициями Мемориала Джорджа Вашингтона, приобретая в Вашингтоне и Нью-Йорке литературу, издаваемую орденом, я вместе с тем искал дополнительный материал, отвечающий на вопросы, которые вызывает масонская тема. Сколько возникало споров, какие гипотезы строились вокруг роли и назначения этого укрытого тайнами общества, сохранившегося до наших дней! Неизведанность его доктрин, многозначность ритуалов, символика масонов — все это создавало вокруг «братства» атмосферу загадки, порождало любопытство, не остывающее и поныне. Вместе с тем это любопытство да и серьезный интерес, который вызывает к себе исторический путь масонства, вряд ли в полной мере удовлетворяли появлявшиеся время от времени статьи, обзоры, редкие научные труды либо легковесные памфлеты. Во многом наше представление о деятельности масонов в основном было почерпнуто из романа «Война и мир» Л. Толстого, описаний «масонского» пути Пьера Безухова.

Почему работ по масонству в нашей стране в то время почти не было? Некоторые исследователи, например М. Ф. Зубков, писали о «политическом «табу» 1920—1930-х годов, соблюдавшемся некоторыми советскими научными деятелями и в последующие десятилетия.[1] С этим мнением можно согласиться. Академик И. Минц, влиявший на тематику исторических разработок, до самого преклонного возраста немедленно (и отрицательно) реагировал, когда кто-нибудь публиковал труды на масонскую тему, обвиняя авторов в «извращении стратегического лозунга» борьбы с империализмом.

Неудивительно, что когда после длительного замалчивания наконец приоткрылись потоки информации о масонстве, картина сложилась далеко не полная, ее интерпретация — весьма противоречива.

Между тем, ряд важных вопросов нуждался в ясных ответах.

Какова степень влияния масонов в мире? В чем оно, это влияние, выражается? В каких областях? На что вообще направлены конечные цели их деятельности? Если, как говорят сами масоны, на благо человечества, какая надобность окружать ее завесой секретности?

Польский историк Людвик Хасс, автор трехтомной монографии «Масонство в Средневосточной Европе XVIII и XIX веков» (Hass L. Wolnomularstwo w Europie Srodkowo-Wschodniej w XVIII i XIX wieku. Wroclaw, 1982; Ambicje, rachuby, rzeczywistosc. Wolnomularstwo w Europie Srodkowo-Wschodniej. 1905–1928. Warszawa, 1984; Zasady w godzinie proby. Wolnomularstwo w Europie Srodkowo-Wschodniej. 1929–1941. Warszawa, 1987), охватывающей период от начала XVIII века до Второй мировой войны, например, отмечал резкую поляризацию взглядов на движение «вольных каменщиков», в результате которой общественности навязывают ложные стереотипы толкования масонского движения. Одни рассматривают его как всеобъемлющий заговор «против Бога и морали», против народов и устоев власти, подпольное революционное «братство», тут поусердствовали как католическая публицистика, так и фашистская пропаганда. Другие — апологетические — вызваны легендами, которые распространяют о себе сами масоны, их идеологи. Легенды и антилегенды мешают уяснить себе и без того сложную суть явления.

Сами масоны скупы на разъяснения. Во всяком случае, они не спешат ликвидировать «белое пятно», создавшееся в общественном мнении в отношении ряда аспектов их движения.

Послушаем, что они говорят сами о себе. Вот отрывок из брошюры «Франкмасонство. Что это такое», которую мне вручили при посещении Масонского Мемориала Вашингтона: «Франкмасонство является старейшим и самым широким братским орденом в мире. Его ложи опоясывают всю землю. Это общество друзей и братьев. Это не общество, где ищут выгоду. Это также не благотворительное общество, распределяющее милостыню.

Это не секретное общество, поскольку его храмы известны, а некоторые даже публикуют имена своих членов. Но в строгом значении слова, это общество с секретами. Они касаются обязательств его членов, способов, с помощью которых они распознают друг друга (пароли, рукопожатия и др.) и некоторых частей их ритуала.

Оно носит религиозный характер, но это не религия. Оно основано на главном принципе Братства человека под отеческой опекой Бога, и каждый, кто приходит в ложу, должен верить в Бога. Ни от кого не требуют объяснить, каким образом выглядит его вера в Бога.

Одной из целей масонства является совершенствование людей. Его учение включает братство, мораль, справедливость, терпимость, гражданственность, воспитание и свободу идей, религиозного выбора и выражения мнений».

Собственно, эти разъяснения мало чем отличаются от энциклопедических статей, вроде весьма подробной из словаря Брокгауза и Ефрона (1902 г.) — «Масонство задается целью нравственно облагораживать людей и объединять их в началах братской любви, равенства, взаимопомощи и верности» (Г. Лучинский) или из Большой Советской Энциклопедии, в которой отмечалось, что масонство — «это религиозно-этическое движение, возникшее в начале XVIII века в Англии и распространившееся затем во Франции, Германии, Испании, России, Дании, Швеции, Индии, США и др». Цель его — «объединение людей на началах братства, любви, равенства и взаимопонимания» (Ю. Лотман). Указывается, что первое известное объединение — «Великая ложа» была создана в Лондоне в 1717 году, что масоны чтут Бога как «великого Архитектора Вселенной», что первоначально их ложи состояли всего из «братьев» трех степеней — ученики, подмастерья и мастера, взяв за образец категории средневековых строителей. Такое масонство называлось «голубым», или «Ложа ремесла». Позднее были созданы более высокие надстройки, достигшие в «классическом» так называемом «шотландском» его направлении тридцати трех степеней. И хотя в первых документах масонства, так называемой «конституции Андерсена» (1723) отмечалось, что на заседаниях лож «нельзя говорить о политике и спорить по религиозным вопросам», цели и формы масонства оставались для широкой публики неясными. Масонство, ссылаясь сперва на традиции «каменщиков», а затем древних рыцарей, множило свою иерархию, создавало все большее число направлений, отличавшихся своими ритуалами и правилами (всего более 250 направлений). Но для чего оно множило ряды, охватывало «всю землю», являлось ли своего рода партией либо оставалось «движением», а главное, какие доктрины изучало и разрабатывало на заседаниях лож и более высоких этажей — капитулов и ареопагов, верховных советов, какая координация имелась между его звеньями, — все это оставалось неизвестным. Поиски высших истин? Но каких? Поклонение Великому Архитектору? Но кто он, и в чем заключается служение ему? В брошюрах больше говорилось о том, чем не является масонство. (оно не секретное, не благотворительное общество, не религия, а нечто религиозное). Такие ответы скорее порождали новые вопросы.

«Человек с улицы», как оправдывались идеологи этого движения, не дорос до понимания основных масонских доктрин, к «истине» могут приблизиться лишь «посвященные», избранные. Но и им она открывается не сразу, а по мере возвышения по ступеням иерархии, установленной внутри тайного общества. Основная масса «каменщиков» так и остается до конца своих дней в «начальной» школе масонства, на ее «голубом» этаже, вмещающем «учеников», «подмастерьев» и «мастеров». Эти три начальные ступени и составляют Великие ложи отдельных стран. А выше — в специализированные «капитулы», руководящие движением, проходят немногие, отсеиваясь по мере следования к высшей для основного, так называемого «шотландского», направления масонства 33-й степени. (Их может быть в ряде других направлений и больше — до 99.)

Любознательным масонам внушают, что высшие познания возможны лишь через «откровения», эзотерическим путем, их нужно познать скорее сердцем, чем умом.

«Но это, — замечают масоны, — не значит, что мы скрываем от вас нечто плохое. Мы добиваемся добра и справедливости. Разве не наш лозунг «свобода, равенство, братство» начертала на своих знаменах Великая французская революция? Разве не говорят о достоинствах «братства» имена входивших в его ряды Вольтера и Дидро, Байрона и Гёте, Моцарта и Гайдна, Гарибальди и Мадзини?»

«Постойте, — горячатся оппоненты, — все было бы просто, если бы в масонстве находились одни Пушкины и Карамзины, Робеспьеры и Мараты. Но отчего рядом с этими именами в списках лож можно найти палачей той же французской революции, монархистов, банкиров, фашистов вроде Личо Джелли, руководителя масонской ложи «П-2»? А Пиночет, латиноамериканские диктаторы? В каком отношении они находятся к идеалам свободы, равенства и братства?»

Мнения о масонстве, таким образом, резко разделяются. Одни видят в деятельности общества главным образом воплощение недобрых, подспудных заговорщических сил, повсеместно стремящихся к господству, власти, влиянию. «Да нет же! — восклицают сторонники масонства. — Масоны в самом деле действуют, презрев границы, но лишь с единственной целью — способствовать взаимопониманию народов, терпимости взглядов, совершенствованию личности, распространению гуманных взглядов». — «Душители эти ваши масоны!» — «Нет, они освободители».

Начавшись в веках, этот спор не угасает. А если говорить о современности, то разговор о масонстве изобилует эмоциями в ущерб фактам. Порой он сводится к прямым спекуляциям. В зависимости от того, к какому лагерю принадлежат оппоненты, в ход идут одни и те же наборы обвинений или апологий. Верх берет желание поскорее уязвить соперника, приклеить ему ярлык, нежели разобраться, что к чему. В результате получается не обмен мнениями, а перепалка типа: «Все вы масоны!» — «А вы черносотенцы».

К сожалению, этого не избежали и последние публикации. Автор в целом небезынтересной книги «Масонство в мировой политике XX века» О. Ф. Соловьев позволил себе уничижительные выпады против моей книги, обозвав ее автора «доморощенным публицистом», «рекомендующим себя журналистом-международником», «ныне подвизающимся в роли редактора официального издания Службы внешней разведки, что красноречиво говорит само за себя». Видимо, по его мнению, это криминал. А далее следует основная мысль: «Его работы далеки от подлинно научных изысканий и анализа, поскольку сводятся к набору цитат из современной антимасонской литературы с аранжировкой их в духе разоблачений ордена». Главная претензия состоит, однако, в том, что автор якобы «черпает вдохновение» в работе «сербского автора З. Ненезича «Масоны в Югославии», особенно говоря о связи фашистов и Гитлера на их ранней стадии с масонством. Связь такая существовала. Историк А. Кузьмин как раз отмечал важность обнаружения подобных нитей. Основывался я при этом, на многих источниках, включая немецкие. Читатели это смогут уяснить сами, прочитав соответствующий раздел данной книги. Непонятен гнев О. Ф. Соловьева против «сербского автора», который написал интересное исследование. Может быть, О. Ф. Соловьев принял З. Ненезича за несправедливого обидчика масонов? Сам-то он, видимо, не прочитал книги Ненезича, а также не знает что Зоран Ненезич после ее опубликования избран Великим мастером югославского масонства.

Нет, бросаться ярлыками — последнее дело для исследователя. Тут уж не до реального, объективного подхода, которого, безусловно, заслуживает масонское движение в силу своего долголетия, размаха, наличия в нем крупных фигур из мира науки, искусства и, конечно, политики.

Другое дело, есть ли для этого достоверные данные? Допускают ли это принципы масонства, в котором большая часть «братства» остается в неведении «высших истин», если работа лож, конференций масонства по большей части не фиксируется на бумаге? Не отсюда ли большое число в историческом плане всяческих, в том числе порой весьма диких, вымыслов и фальшивок, изобретенных противниками масонства, особенно из числа конкурирующих с ними иезуитов, а порой и самих масонов, чтобы «подставить» своих противников и высмеять их, когда они поверят в выдумки и воспроизведут их.

То же, что печатают о себе официально масонские организации, та информация, которую они выдают для внешнего мира, для «профанов» (от греч. «про фане» — стоящие вне храма, посторонние, невежды), не дает полного представления об их деятельности. Тем не менее нельзя пренебрегать этим источником. Там есть свои историки и справочные материалы — так называемые масонские «календари», с персоналиями известных членов «братства». В этом смысле, наиболее полным является дважды изданный в Германии «Международный лексикон вольных каменщиков.[2]

Тот, кто решается на свой страх и риск исследовать сокровенные тайны ордена, при первых попытках общаться с его членами наталкивается на стену недоверия и подозрительности. Одним из тех, кто попытался преодолеть стены «храма», — был английский журналист Стивен Найт, исследование которого «Братство. Секретный мир франкмасонов»[3] появилось на свет в 1983 году в стране, считающейся колыбелью масонского движения — Великобритании. «Прежде всего, — отметил в предисловии Найт, — исследователь сталкивается с проблемой организованной секретности». Он привел текст закрытого коммюнике, выпущенного 10 июня 1981 года графом Кадоганом, руководителем Бюро общих целей масонской организации. Членам братства предлагалось «вежливо отказываться комментировать», если к ним «обратится какой-либо репортер». (Речь шла о самом Найте, который в то время разослал свою анкету ряду видных масонов страны.) «Нам нечего скрывать и, конечно, нечего стыдиться, — писал второй по значению руководитель английского масонства (номинально его возглавляет один из членов королевской семьи), — но мы возражаем против того, чтобы наши дела изучались посторонними… Мы пришли к выводу, что молчание является лучшей практикой». Далее приводилась ссылка на старинные масонские правила — «Поведение в присутствии посторонних, немасонов»:

«Вы должны быть осторожны в поведении и словах, чтобы даже самый проницательный посторонний не смог открыть или узнать то, чего ему не полагается знать. Иногда вам придется менять тему разговора и осторожно уводить его в сторону, в интересах чести достопочтенного братства.[4]

Другой собеседник Найта сформулировал древнее правило менее дипломатично: «не метать бисер перед свиньями». А чтобы увести посторонних «в сторону», если от них нельзя отвязаться, допустима и дезинформация. Некоторые собеседники, отмечал Найт, согласившись побеседовать, стремились подсунуть извращенную информацию. Расчет делался на то, что автор клюнет на приманку, опубликует явную чушь. Это скомпрометирует его самого и всю работу по сбору сведений о масонах.

Найту угрожали, старались подкупить, лишь бы он не публиковал свою книгу. Издательство расторгло с ним договор. Когда его труд вышел в другом издательстве, «братство» пыталось помешать его распространению. Найт не был исключением. «Интересно видеть, — замечал он, — как много работ, написанных о «братстве» немасонами, быстро исчезли из печати, несмотря на большой читательский спрос».[5]

В то же время брошюры, статьи, книги, рисующие масонство в идеальном свете и принадлежащие самим членам ордена, составляют большинство публикаций. В целом их немало. Найт подсчитал, что к 1950 году число книг и статей на эту тему приблизилось к 50 тысячам. Но их недостаток — неполнота сведений, как мы уже сказали, — очевиден.

Вот почему, работая ряд лет над этой темой, чтобы не впадать в крайности, я стремился, прежде всего, к тому, чтобы придерживаться проверенных и достоверных фактов. Важно, видимо, руководствоваться принципами историзма, исходя из понимания, что движение, именуемое масонским, несмотря на черты секретности, рождалось и действовало в конкретной обстановке, было связано с определенными группами и прослойками общества, основными потоками общественной и политической жизни эпохи. Иначе трудно объяснить его долговечность, умение преодолевать спады и препятствия, накапливать силы и разрешать внутренние противоречия.

Хотелось бы высказать некоторые общие соображения, которые сформировались в ходе изучения материалов по масонству, а также непосредственных наблюдений в период работы журналистом за рубежом и отдельных бесед с представителями масонства.

1. Генезис. Масонское движение, предположительно, еще до своего оформления, зародилось на рубеже XVI–XVII веков в недрах умирающего, но еще сильного феодализма. (Масонский историк Хэмилл оспаривает утверждения, что движение появилось в глубокой древности, в эпоху крестовых походов, у тамплиеров, считая это мифом, который придуман для большей «солидности». Сюда же он относит и версию, что после разгрома «тамплиеров» во Франции отдельные их представители укрылись в Шотландии, где и родились предтечи масонства. Отсюда название «шотландского» направления.) Основной питательной средой движения были нарождавшаяся буржуазия, лица «свободных профессий», представители ремесленных цехов. Стремясь утвердиться, поднимающийся класс сочетал борьбу за слом феодальных перегородок с попытками привлечь на свою сторону часть аристократии, монархии, просвещенные слои общества.

Полумистические формы движения масонов, укрывшихся в одежды средневекового цеха «вольных каменщиков», строителей храмов и монастырей либо древних рыцарей, во многом обусловливались эпохой. Это был период великого накопления сил, которым было суждено взорвать старый строй и бесповоротно изменить его. Но на первых порах разум, противостоявший догмам церкви, поиски философских истин, стремление познать мир, чтобы преобразовать его, упирались в мощные преграды. Ищущая мысль уходила в подземелья тайных братств и там готовила свои скрижали. Путь ее не был прямым. Она причудливо шествовала по катакомбам, соседствуя с мистикой, алхимией, поисками эликсира вечной жизни, средств внезапного обогащения — философского камня. Взывала к духам, подобно доктору Фаусту. А временами находила на дне своих колб порох, фарфор, действительные средства излечения. От алхимии к химии, от суеверий к науке, от гадания на кофейной гуще к идеям просветительства — таков был путь сотен подобных подпольных лабораторий.

Буржуазия в то же время искала такую систему взглядов, которая освящала бы предпринимательство, считала бы «людей дела» солью земли, руководящей силой. Ей нужен был простор для преобразования мира в интересах нового динамичного класса, завоевания колоний, присвоения их богатств. Масонские ложи, как мы увидим далее, привлекали ее как системой взглядов, так и конспиративным типом организации.

2. Противоречия. Нередко ставит в тупик сочетание внутри масонства радикальных, демократических, освободительных тенденций с консервативными, крайне авторитарными, но это сложилось исторически. Когда речь шла о сломе феодального государства, изменении его надстроек, на первый план выходило первое направление. Так было в период Великой французской революции, Рисорджименто в Италии, борьбы Соединенных Штатов и других стран Америки против колониальной зависимости. На смену Робеспьеру, Марату, Боливару, Мадзини, Гарибальди пришли Бонапарты и Тьеры, банкиры и латифундисты. Позже мы находим среди представителей масонского ордена и фашистов, и диктаторов Латинской Америки. Будучи в основе буржуазным, масонство правело вместе с буржуазией.

На поверхности эти противоречия выливались в борьбу и даже расколы между отдельными направлениями масонства, его «обрядами». В настоящее время в мировом масонстве доминирует англосаксонское консервативное направление, «шотландский обряд». Но свои позиции сохраняет и «отлученный», то есть лишенный официального признания Лондона, либеральный французский «Великий Восток». Впрочем, окончательного разрыва между ними нет и мы это позже покажем на примере нашей страны в постгорбачевский период, когда масонство пришло в Москву на волне «Великого Востока», но быстро трансформировалось в «шотландское», подконтрольное англосаксонскому руководству. Консерваторам важно сохранять позиции и на левом фланге мировой политики, напоминать о своем «освободительном» прошлом. Что же касается ритуальных различий внутри масонства, то они укладываются в формулу «единство в многообразии». Такого рода плюрализм позволяет масонству привлекать сторонников, политически отстоящих друг от друга весьма далеко, а затем канализировать их движение так, чтобы разные колонны маршировали параллельно, в одном, по сути дела, направлении.

3. Масонство и масоны. Вряд ли можно ставить знак равенства между руководящей группой масонства и теми, кто вступает в его ряды, не ведая об истинных целях движения. В ряды «каменщиков» входило немало людей, искренне верящих в лозунги свободы, равенства и братства, принципы, под которыми могли бы подписаться многие их тех, кто стремится к справедливости и благу человечества. Именно эти декларированные цели и привлекали в ряды масонства ярких и одаренных мыслителей прошлого, гениев искусства и науки, Пушкина и декабристов в России и многих, кто видел смысл жизни в борьбе за освобождение народов от угнетения, тирании вековых предрассудков.

Двойственность установок основного ядра масонства, на наш взгляд, было бы неверно переносить на тех, кто, вступая в ряды движения, искренен в своих идеалах и убежден, что эти идеалы и являются главным в масонстве. В период Второй мировой войны, например, немало представителей масонства из среды ученых, левой интеллигенции симпатизировало Советскому Союзу и его народу, боровшемуся с фашизмом, не подозревая о связях автомобильного магната Форда и других богатых масонов США с фашистской верхушкой. Равно как левонастроенные масоны, такие как покойный президент Чили Альенде, никогда не согласились бы с тем, что связанный с высшим масонством США Пиночет выражает их идеалы. У себя на родине мы нередко видели, что провозглашаемые публично лозунги никак не вяжутся с практическими действиями. А многие из тех, кто слепо следовал за этими установками, ныне находятся в растерянности, не зная, каким далее молиться богам.

4. Монархическое масонство. Европейские монархии, как правило, патронируют масонство своих стран. Общим патроном всемирного масонства (признанного или регулярного, «старинного и принятого») является английская монархия, подобно тому как Великая ложа Англии является «материнской» для Великих лож остальных стран. Легенды утверждают, что еще Яков I, король Шотландии, а затем Англии, был посвящен в масоны в 1601 году и стал Великим мастером. К разряду Великих мастеров относят также Якова II, в 1688 году вынужденного отправиться в изгнание во Францию под покровительство Людовика XIV и Вильгельма III Оранского.

По другим, более проверенным данным, (исследование Джона Хэмилла), первым Великим Королевским мастером стал в 1782 году младший внук короля Георга II Генри Фредерик, герцог Кумберлендский. Согласно историографии исследовательской ложи англичан «Четверо коронованных», масонами среди английских монархов являлись короли Георг IV, Вильгельм IV, Эдуард VII, Эдуард VIII, Георг VI, королева Виктория. Английская королева Елизавета и поныне остается патронессой английского масонства. А Великим мастером Великой ложи Англии с 1967 года является член королевской семьи Эдуард, герцог Кентский.

Во Франции в «братстве» состояли многие Бурбоны — Людовики XV, XVI, XVIII, Карл X, почти все Бонапарты.

Масонами были «римско-германский» император Франц I, король Пруссии Фридрих II, он же гроссмейстер берлинской ложи «К трем глобусам», Фридрих Вильгельм, Фридрих III, кайзеры Вильгельм I и Вильгельм II. Вильгельм I, будучи принятым в масонство в 1840 году, объявил себя покровителем наиболее престижных в Германии старопрусских лож.

В Италии масонами являлись почти все представители Савойской династии со времен, когда они еще правили Пьемонтом и Сардинией, а потом и всей Италией: Виктор-Амедей III, Виктор-Эммануил I и II, Умберто I, Виктор-Эммануил III.

«Братьями» были шведские короли (некоторые первоначально правили и Норвегией) — Оскар I и II, Карл XIV и XV, Густав III, Густав IV Адольф, Густав V, Адольф, Густав VI Адольф, датские короли Фридрих V, VI, VII и VIII, Христиан VIII, IX и X. Христиан X был Великим мастером Великой кожи Дании. Масонами были нидерландские монархи Вильгельм II и Вильгельм III, бельгийский король Леопольд I.

К «братству» принадлежали греческие короли Константин I, Георг I и II, ряд польских королей, в частности, Станислав I и Станислав II Август.

5. Численность «братства». Данные эти расходятся. Если взять за основу официальное издание — «Масоник уорлд гайд» Кента V, Гендерсона (Лондон, 1984), то в нем приведены цифры по 62 странам, где имеются признанные Лондоном масонские ложи. Отсутствует, например, статистика по таким странам, как Япония, Испания. В ряде случаев цифры явно занижены. Так, по ФРГ дается численность в 21 тысячу. (Перед Второй мировой войной там было около 100 тысяч масонов, а сейчас, по некоторым данным, — до 80 тысяч.) Урезаны данные по Португалии, Италии, Франции, Индии, Мексике. Полностью исключены сведения о «нерегулярных» масонах. Речь идет о весьма внушительном отряде «Великого Востока Франции» — его филиалах в романоязычных странах. Игнорируются и многочисленные отряды «братьев» в США, Англии и т. д. Достаточно сказать, что нет статистики по негритянскому масонству, названному по имени его основателя «Принс Холл», за которым пошли сотни тысяч последователей. Игнорируются массовые студенческие организации, одним из руководителей которых являлся Билл Клинтон, а также «приготовительные» группы бойскаутов (пионеров), являющихся важным резервом организации.

Но и в этом случае данные справочника Гендерсона внушительны. Общая численность названных им масонских лож приближается к 34 тысячам. А учтенных масонов «шотландского обряда» — около 5 миллионов. Центральное их ядро сосредоточено в США и Англии (по справочнику Гендерсона, более 4 миллионов). Связанные с ними ложи охватывают помимо Европы и Америки также Африку, Азию и Австралию.

Французская «Монд» отводит англосаксонскому масонству более 6 миллионов адептов, а поклонникам Великого Востока — до 300 тысяч. Другие источники дают на 60-е годы XX века уже 8 миллионов.

Подобный разнобой, многочисленные «белые пятна» позволяют предполагать, что реальная численность «каменщиков» значительно выше. Ряд исследователей определяет общее число масонов в 30 миллионов. Другие считают ближе к истине ориентировочную цифру в 10–12 миллионов человек.

6. Степени. Первые три (голубые) — Ученик, Подмастерье, Мастер, 4 — Секретный мастер, 5 — Совершенный мастер, 6 — Сокровенный секретарь, 7 — Жандарм и судья, 8 — Интендант здания, 9 — Избранный из девяти, 10 —Избранный из пятнадцати, 11 — Великий избранный, 12 — Великий мастер архитектор, 13 — Королевской Арки (или Эноха). 14 — Шотландский рыцарь совершенства, 15 — Рыцарь меча или Востока, 16 — Принц Иерусалима, 17 — Рыцарь Востока и Запада, 18 — Рыцарь Пеликана и Орла и Суверенный Принц Розового Креста Эредома (розенкрейцер), 19 — Великий Папа, 20 — Досточтимый великий мастер, 21 — Патриарх Ной, 22 — Принц Ливана, 23 — Хозяин дарохранительницы, 24 — Принц дарохранительницы, 25 — Рыцарь медного змея, 26 — Принц милосердия, 27 — Командир храма, 28 — Рыцарь солнца, 29 — Рыцарь Св. Андрея, 30 — Великий избранный Рыцарь Кадош, Рыцарь Черного и Белого орла. Высшие степени — 31 — Великий инспектор, Командующий инквизитор, 32 — Возвышенный Принц королевского секрета, 33 — Великий Генеральный Инспектор.

Начиная с 4-й степени, масоны находятся под контролем Высшего (Верховного) Совета масонства. В Лондоне его адрес: ул. Дьюк, 10. Здание построено в 1910 году.

7. Влияние. Дело не только и не столько в численности, сколько в характере организации, ее реальном влиянии. Масонство обладает многослойной и гибкой структурой. В основании расположена наиболее многочисленная, но наименее «породистая» армия лож, членам которых открыты лишь три первые ступени посвящения. Сюда, как правило, входят средние собственники, коммерсанты, чиновничество, лица «свободных профессий» — адвокаты, врачи, кроме того, офицерство, полицейские и т. д. Они порой даже не осведомлены, что есть более высокие степени посвящения и руководство их действиями осуществляется именно с верхних этажей.

Лишь на первый взгляд «братство» выглядит полиморфно, воспринимается как нечто расплывчатое. По мере того как знакомишься глубже с его структурой, методами отбора и воспитания последователей, убеждаешься, что общество «вольных каменщиков» выработало эффективные методы, позволяющие продвигать на высшие ступени масонской «пирамиды» «избранных среди избранных». А те, опираясь на позиции в финансах, экономике, политике, в свою очередь, занимают ведущие посты в руководстве ряда стран Запада (Англии, Франции, ФРГ и др.), США.

Встает вопрос о степени влияния масонства на мировые события, ход истории. Часть ученых, в том числе и у нас, не признавала за масонством сколько-нибудь существенной роли, уверяла, что заниматься этой проблемой значило отвлекаться от классового подхода, «марксистско-ленинского анализа». Как будто такой анализ нельзя применить к самому масонству!

В этой книге содержится попытка осмысления пути и сущности масонства, его тенденций. Абсолютизировать его власть и влияние, исходить из неизменности его установок в веках вряд ли разумно. Масонство — исторически обусловленное явление. В какие-то периоды оно играло большую, в какие-то — меньшую роль. Какую конкретно? Уяснить себе его истинную роль можно только на основе анализа конкретных фактов, их сопоставления.

Что же касается советов вообще не изучать данную тему, не «отвлекаться» на нее, то хотелось бы заметить, что об излишке усердия историков и публицистов в этой области говорить не приходилось. Именно отсутствие настоящих исследований и приводило к тому, что высказывались крайние, необдуманные утверждения там, где должны были бы сказать слово специалисты.

Капитальный труд о масонах — «Масонство в его прошлом и настоящем» с участием Е. Тарле и других видных исследователей появился в России в предреволюционный период. В советское время публиковались отдельные, порой интересные, глубокие работы, но, как правило, по узким аспектам темы (как, например, в статьях о декабристах или в монографии Т. Алексеевой о В. Л. Боровиковском).

Лишь в конце 70 — начале 80-х годов в данной области работа оживилась. Был издан сборник «За кулисами видимой власти», работа Н. Яковлева «1 августа 1914 года», книга В. Бегуна «Рассказы о «детях вдовы». В конце 1987 года появилась книга Е. Черняка «Невидимые империи» (издательство «Мысль»), где был дан обширный материал по истории масонства, его течениям, сопровождавшим его деятельность поклепам и скандалам, в том числе и современным. Автор отмечал, что некоторые международные клубы капиталистов и политиков носят масонский характер. Вышла книга Б. Печникова «Рыцари церкви» с главой «Масоны: центр незримой власти», труд Е. Парнова «Трон Люцифера», (о ряде сторон оккультизма), «Масоны и революции» И. Авреха.

Надо отметить, что в это время продолжали выходить на Западе как новые, временами весьма объемные материалы по франкмасонству, подготовленные исследователями, связанными с «братством», так и «контрисследования». Мы упоминали фундаментальный труд Ленхоффа и Познера «Международный лексикон вольных каменщиков», в котором приводились персоналии основных деятелей масонского движения, был дан словарь терминологии масонов. Осенью 1987 года в Париже издан исторический словарь франкмасонов, ценный тем, что в нем содержался материал и о большом числе современных политических деятелей Франции, включая членов правящих кабинетов, депутатов, одновременно выполняющих руководящие функции во французском и международном масонстве. В Англии в 1986 году вышла книга «Ремесло. История английского франкмасонства» Джона Хэмилла, Главного библиотекаря исследовательской ложи «Четверо коронованных» Объединенной Великой ложи Англии. Она написана в духе полемики с работой Найта, о котором мы упоминали. Также в ответ на разоблачения Найта появилась книга «Молчаливое братство» Юргена Холторфа в ФРГ (1984). В 1994 году Джон Хэмилл опубликовал еще одну свою книгу — «История английского франкмасонства».

Эти публикации, несмотря на апологетические цели, расширяли представление о масштабах масонского движения, обогащали знание его истории, высвечивали роль ряда государственных деятелей Запада — масонов.

Периодически те или иные данные по масонам появлялись в западной прессе. Некоторые из них были весьма скупы, как, например, сообщение «Монд» о всемирном слете масонов в Париже в мае 1987 года, на котором обсуждалась тема «Место франкмасонства в современном мире» (результаты дискуссии так и не были обнародованы), или же отчеты о заседаниях Бильдербергского клуба и Трехсторонней комиссии, связанных с международным масонством. (В заключительной части книги мы остановимся на этих моментах, которые регулярно появляются в средствах массовой информации.)

Порой, однако, они носят и не менее сенсационный характер, чем сведения о раскрытии в Италии подрывной деятельности ложи «П-2». Так, в октябре 1988 года в Париже было объявлено о мемуарах Жана-Эмиля Вие, бывшего директора французской разведки. Оказывается, Великий магистр одного из ведущих направлений масонских лож — Великий Восток Франции Мишель Баруэн являлся полицейским, бывшим контрразведчиком, внедренным в масонство. Свои осведомительские функции он успешно сочетал с бизнесом, став генеральным директором крупной компании. 5 февраля 1987 года М. Баруэн погиб во время авиакатастрофы в Камеруне. Выдвигались предположения, что смерть его была связана с какими-то обстоятельствами его миссии в данной стране.

Осенью 1988 года в Афинах вышла книга К. Царухаса «Масонство в Греции». Автор указывал на тесную связь греческих масонских лож с ЦРУ и итальянской масонской ложей «П-2».

Эти примеры показывают, что, хотя знакомство с внутренним миром «каменщиков» является трудоемким процессом, оно вполне возможно, как возможно и сопоставление фактов, их анализ, объективное исследование.

Надо сказать, что весьма энергично занялись исследованиями в данной области ученые ряда стран Восточной Европы.

В Польше в 1982–1987 годах появились три тома монографии Людвика Хасса «Масонство в Средневосточной Европе XVIII и XIX веков», в 1984 году там же опубликована книга Леона Хайна «Польское масонство, 1920–1938». В Венгрии вопросам масонства были посвящены исследования Жужи Л. Надь. Последняя книга вышла в 1988 году. В 1986 году издана книга Величко Георгиева «Масонство в Болгарии».

Должен подчеркнуть, что наряду со специальными историческими исследованиями для понимания ряда сторон масонства оказался интересным анализ художественных произведений писателей и поэтов (Гёте, Байрон, наши Н. Гумилев, М. Волошин и др.), в которых отражены некоторые идеи масонства, а также чтение художественных произведений, затрагивающих масонскую тематику (Л. Толстой, Ф. Достоевский, А. Виноградов, О. Форш, Э. Скобелев).

Если этого было достаточно для того, чтобы определить общий взгляд на исторический аспект движения, этапы его развития, то значительно сложнее было понять, куда идет масонство в наши дни, чего от него можно ожидать, каковы его дальние цели. Упоминавшееся сообщение в «Монд» продемонстрировало типичные рамки самоцензуры масонства. И вряд ли удалось бы основательно заглянуть за фасад масонского храма, если бы не разоблачение в Италии заговора масонской ложи «Пропаганда-2», возглавляемой Личо Джелли. Оно вызвало первое в истории масонства парламентское расследование его концепций, методов, действий. Что особенно важно — расследование раскрыло контуры масонских международных связей, взаимоотношения его национальных «пирамид», мировую иерархию.

Конечно, многое остается в тени. На помощь Личо Джелли были мобилизованы немалые силы в верхушке ряда политических партий, банковских кругов, армии, в судебном аппарате, прокуратуре. Но и того, что удалось установить, хватает, чтобы от гипотез перейти к констатации фактов. А это важно. Повествованию о знаменитой ложе помогло автору то, что он ряд лет, освещая события в Италии, сперва как корреспонденту «Известий» в Риме, затем как корреспонденту «Литературной газеты» во Франции и по совместительству в Италии.

Итак, события в Италии — окно в тайники современного масонского мира. Заглянем туда.