НЛО И ЗЛЫЕ ПРИШЕЛЬЦЫ

НЛО И ЗЛЫЕ ПРИШЕЛЬЦЫ

Лицо Вилли выдолблено ветрами за сорок лет работы на животноводческой ферме. Глубокие морщины, прорезавшие брови, говорят нам о холодных ночах в северной канадской провинции Альберта, где температура до минус тридцати — вполне обычное явление. Я встретился с ним более десяти лет назад в Ред-Дире, маленьком городке, каких немало в штатах Америки или провинциях Канады, но являющемся самым крупным в сравнительно малонаселенной Альберте.

Вилли подошел ко мне после одного из моих публичных выступлений. Он был одет, как ковбой: огромная овальная серебряная пряжка на ремне джинсов, ковбойская рубашка, поношенные сапоги и слегка помятая соломенная шляпа.

— Меня зовут Вильям, но вы можете звать меня Вилли, как это делает большинство местных жителей, — сказал он и кивком головы предложил мне отойти подальше от толпы. Там он прошептал: — Я не хочу, чтобы кто-нибудь услышал то, что я вам скажу. И так уже множество людей считает, что я сбрендил.

Сначала Вилли весьма осторожно поведал о том, что кто-то или что-то покалечило его стадо. Я начал было сомневаться в его способности здраво рассуждать, но, дослушав его историю до конца, перестал сомневаться в его искренности.

— Первым покалеченным осенью прошлого года оказался призовой бык-производитель. Мы звали его Старым Ганнибалом, — говорил Вилли. — Он стоил в то время около трех тысяч долларов, и кто-то или что-то убило его. Его глаза, уши и язык исчезли, будучи очень чисто вырезаны. Но, больше всего меня потрясло, что вся его кровь была высосана. Хотя, надо заметить, вокруг туши не было ни пятнышка крови, когда я нашел его. — Вилли выжидающе смотрел на меня, ожидая реакции.

Стараясь не демонстрировать свою заинтересованность, я извинился перед стоявшими поблизости людьми, которые пришли, чтобы поговорить со мной, — не хотелось прерывать этого человека.

— Я слышал, что вы много чего знаете обо всех этих оккультных штучках, вот и решил поговорить о том, что случилось со мной. У вас есть какие-нибудь соображения о том, кто это сделал? — спросил Вилли.

— А в этих краях не водятся горные львы?

— Ни единого, ответил Вилли. — Оттуда, где, я живу, добрых две сотни миль до Джаспера, и никто не видел в здешних краях ягуаров вот уже лет тридцать.

— А как насчет стаи койотов?

— Их здесь полно вокруг, но если бы вы видели, в каком состоянии был Ганнибал, то не говорили бы о койотах. Даже офицер из Канадской Королевской конной полиции, прибывший для расследования этого случая, сказал, что раны на его теле были слишком аккуратными, потому не похоже, будто на быка напал какой-нибудь хищник. Кроме того, земля в это время года довольно мягкая, а отпечатков следов койотов нигде поблизости не было. И еще, я нашел Ганнибала на вершине горного хребта, а никаких следов его копыт рядом не оказалось. Понятия не имею, как его туда занесло. — Вилли понизил голос и почти прошептал: — Больше всего меня напугала телка, которую я нашел через месяц после того, как погиб Ганнибал. Она весила около пятисот фунтов и обещала стать одной из лучших коров. Ее половые органы оказались вырезанными, исчезла и прямая кишка. Кто бы это ни сотворил, ему пришлось бы делать для этого круговые надрезы. Мистер Ларсон, уверяю, ни одно животное не способно на такое! Они просто рвут мясо на куски. Кроме того, ни койот, ни другие хищники не стали бы отделять одни части тела, оставив все остальное в неприкосновенности. Такого просто не бывает!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.