Часть IV. АПОКРИФ ОТ ИИСУСА

Часть IV. АПОКРИФ ОТ ИИСУСА

Кто я для вас — наставник, друг, пророк ли?

Открою вам, Мной избранные, тайну —

Я Божий Сын — не больше и не меньше.

Пусть кто-то назовет Меня безумным

И обвинит во лжи и богохульстве.

Отец и Я — одно. Едины Духом.

Во Мне Он — Я в Нем. Мы неразделимы.

Для всех Я плотник. Просто сын Марии.

Что путного-то ждать из Назарета?

Ведь если что-то в мире и родится,

Достойное хоть толики вниманья,

То где-то далеко — никак не рядом.

Давно известно правило такое —

В отечестве своем не быть пророком.

Мне помнится: еще в далеком детстве

Открылась сердцу трепетная тайна,

Что не от мира Я сего рожденный

И Путь Мой на Земле начертан Богом.

С тех пор все дни, отмеренные Свыше,

Я проводил в молитвах и раздумьях,

До времени Себя не открывая.

Мне с детства стало больно очевидным,

Что мир, во зле погрязший и в раздорах,

В неведенье слепом и раболепстве,

Не должен быть таким прискорбно жалким.

Но люди, что вокруг, — в своих заботах,

Понять Меня не только не сумели,

Но объявили даже сумасшедшим.

Прослышав про пророка Иоанна,

Крестившего народ на Иордане,

О Царствии Небесном возвещая

И о приходе нового Мессии,

Я понял разгорающимся сердцем,

Что пробил час великого свершенья —

И суждено теперь родиться в Духе.

Войдя с молитвой в воды Иордана

Принять обряд Иоаннова крещенья,

Я тотчас странной легкостью отметил

Сошествие в Меня Святого Духа.

Незримая доселе Нить Господня

Вдруг засветилась вся и стала явью,

А Иоанн изрек: «Се Сын Господний».

Как только Божий Дух сошел Мне в тело,

Растекшись по нему живой свободой,

Глас Божий повелел идти в пустыню

И там в посте и ревностных молитвах,

Подвергнувшись суровым искушеньям

Не кем-нибудь — самим же сатаною, -

Искать с Отцом прямого единенья.

И первое, что предложил Мне дьявол,

Используя Божественную волю,

Немедля обратить хлеба в каменья,

Насытив человеческое стадо

Заманчивыми благами мирскими.

Но Я ему, не мешкая, ответил —

Жив человек не только плотской пищей.

Однажды, стоя на горе высокой,

Мне дьявол предложил все царства мира,

Чтоб Я один — жестокостию власти

Повелевал народами слепыми,

На что Я искусителю ответил:

— Уйди, Я только Богу поклоняюсь

И лишь Ему во всем служить намерен.

Еще одно слепое искушенье

Я испытал уже в Иерусалиме.

Там на высокой храмовой площадке

Мне: «Бросься вниз!» — воскликнул чей-то голос,

В надежде, что, свидетельствуя чудо,

Толпа Меня, увидев невредимым,

Сочтет тотчас искусным чародеем.

И только после громких искушений,

Сомнений тяжких и нелепых страхов

Во Мне душа Господняя открылась —

То нечто, вечно бывшее со Мною,

Но до поры укутанное чем-то

И больно не дающее покоя

Неполнотой Божественного чувства.

Ничто в нас так настойчиво не просит

Из века в век, из года в год родиться,

Как то, что называется душою.

Не той душою, что понятна многим, -

Слезливою и падкою до чувства,

До мелочных и трепетных желаний,

А истинной душою — что от Бога.

Но голосок Божественной природы

Разгулом мыслей, чувств и бурной страсти

Совсем приглушен, словно похоронен.

А надобно его вовсю услышать —

До боли, до пронзительного нечто,

Которое б всю жизнь перевернуло

И заново заставило б родиться.

То самое пронзительное нечто

Есть Божий Дух, вливающийся в тело,

Сочащийся сквозь мрачные оковы,

Ломая мертвый груз тысячелетий.

А прошлое — невиданным оскалом,

Вгрызаясь в душу прежде, чем исчезнуть,

Рождает непридуманные страхи.

Как псы из бесконечных подворотен,

Они готовы заживо загрызть в вас

Стремление к Божественному Свету.

А вслед за ними полчища соблазнов

Толкают вас в обыденность мирскую,

И главное сомнение приходит —

Сомнение в существованье Бога.

И наконец в невиданном смятенье —

В терзаниях ума, в боязни смерти,

Когда одно лишь хочется — исчезнуть,

Мелькает мысль — отдаться в руки Бога,

И сразу удивительная легкость

Блаженством растекается по телу,

И страхи вмиг куда-то исчезают.

И тут же потрясенное сознанье

Становится немало удивленным,

А первое проснувшееся чувство —

Что Мир един и ты Его частица

Нетленная, согретая Любовью,

Что лишь Любовь, Любовь — всего основа,

И Вечность простирается повсюду.

Внутри — невероятная свобода,

Свобода от условностей и страхов,

От лжи, от лицемерия, от скверны,

От вычурных желаний и сомнений,

От рабских и возвышенных порывов.

И хочется со всеми поделиться,

Что наконец — рожденье состоялось.

Теперь я был, как есть, в руках Господних.

Его тепло и чуткое вниманье

Все существо Мое наполнили Любовью.

Бессмертия нектар, вливаясь в тело,

Ввергал всю плоть Мою в Единство Мира,

И каждое страдание людское,

Рожденное невежеством и страхом,

Во Мне будило море состраданья.

И с той поры, движимый состраданьем

И волей непреклонною Отцовой,

Я ясно осознал Свое служенье

И поприще грядущее земное.

А потому вам, избранные Мною,

Открыл Себя как Сына Человека,

Ведущего вас в Царствие Господне.

Так стали Мне пронзительно понятны

Слова ветхозаветного Исайи

О Мессии грядущем, что в страданьях,

Отверженный за правду и гонимый,

Принявший на Себя грехи людские,

Безмолвно принял смерть, всех вас спасая.

Вот эти откровения Исайи:

Кто поверит слышанному нами?

И кому открылась сила Яхве?

Он перед Ним взошел, как росток,

Как побег из корня в земле сухой.

Не было в Нем ни вида, ни величия,

Что к Нему влекли бы,

Ни благоволения, что пленило бы нас.

Презираем и отвергнут людьми был Он.

Муж скорбей, изведавший мучения.

И как человека отверженного

Мы ни во что ставили Его.

Он же взял на Себя наши немощи

И понес наши болезни.

Думали мы, что Он поражен,

Наказан и унижен Богом,

А Он изранен был за грехи наши

И мучим за беззакония наши.

Он принял на Себя кару для спасения нашего.

И ранами Его мы исцелились.

Все мы блуждали как овцы,

Каждый своею дорогой,

Но Яхве возложил на Него грехи наши.

Истязаемый, был Он покорен

И в муках не отверз уст;

Как агнец, ведомый на заклание,

И как овца перед стригущими ее — безгласна,

Так и Он не отверзал уст Своих.

Вы ждали от Меня благих поступков,

Сухого мессианского величья

И дерзких шумных выпадов ко власти,

А потому законно возмущались,

Когда общался Я совсем на равных

С блудницами и мытарями злыми,

Погрязшими в грехах и сквернословье.

И невдомек вам было, что нуждались

Они в Господнем слове много больше,

Чем те, кто соблюдал себя пристойно,

Но был далек от Господа безмерно.

Ведь нужен врач не тем, кто прозябает

И излучает праздное довольство,

А тем, кто в этот час серьезно болен.

Мне ставится в упрек благоволенье

И к женщинам, особенно к Марии.

Да, женщине значительно труднее

В своей природе тесно слиться с Богом,

Но если это все-таки свершится,

То сила этой связи колоссальна —

Тут просто меркнут карлики-мужчины.

Потом все упоительно пленялись

Моими чудесами исцеленья,

Которые творил Я Божьей волей.

Физические немощи сдавались

У тех лишь, кто, в Мою поверив силу,

Не допускал и толики сомненья

В Божественном ее происхожденье.

Но главное — Я дал вам путь кратчайший

В стучащееся Царствие Господне —

Путь сердца, открываемый молитвой,

Путь абсолютной преданности Богу,

Земной путь покаянного смиренья,

Творимый Божьим Духом неустанно

В нетленном храме вашего же тела.

Готовые пойти за Мною следом

Без колебаний, робости и страха,

К вам обращаюсь: — Будьте совершенны,

Как совершенен ваш Отец Небесный!

И никаких поблажек, послаблений,

Тревожной суеты и компромиссов

На выбранном Пути иметь не должно.

Входите только тесными вратами.

Находят их немногие, но знайте:

Лишь узкий путь и долгое терпенье

Приводят прямо в Царствие Господне.

Широкие ж врата ведут в погибель,

Но многие в них путь свой устремляют

И следуют пространною дорогой.

Широкая дорога — это, впрочем,

Не только путь безбожников отпетых,

А тех, кто фарисейскими речами

И постными кривляниями в храме

Пытаются умилостивить Бога

И в Царствие Господнее проникнуть,

Не поступившись благами мирскими.

Всех вас, кто бдит и чутко внемлет слову,

Я призываю стать к вратам заветным.

И если вы все сказанное Мною

Как откровенье примите Отцово

И будете не головой, а сердцем

Готовы без сомнения исполнить,

Откроется вам узкая дорога.

Во-первых, оставляю вам молитву.

Она и есть — прямое обращенье

К Небесному Отцу без многословья.

Но не молитесь так, как лицемеры,

Что в синагогах и на перекрестках

Прилюдно изливают свои речи.

Молитесь втайне — искренной душою.

Молитесь за закрытыми дверями,

Молитесь тихо и немногословно,

И будете услышаны Всевышним.

Всевидящий Отец прекрасно знает,

В чем каждого нужда, и не замедлит

Воздать ему положенное Свыше

Без вашего на то напоминанья.

Сумейте уловить открытым сердцем

Глубокий смысл предложенной молитвы.

А главное — безропотная сдача

В Отцовы руки, сдача без условий,

И искренняя воля к единенью —

Без этого молитва вмиг мертвеет

И станет бесполезным ритуалом.

Молитесь так:

Отче наш, который на небесах,

Да святится имя Твое,

Да придет Царство Твое,

Да будет и воля Твоя

На Земле, как на небе.

Хлеб наш насущный дай нам сегодня

И прости нам долги наши,

Как и мы прощаем должникам нашим,

И не вводи нас в искушение,

Но избавь нас от лукавого,

Ибо твое есть Царство и сила

И слава вовеки.

Аминь.

С Отцом общайтесь в сердце ежечасно:

— Отец Небесный, я Твой сын заблудший,

Рожденный и воспитанный Тобою,

Но в ревностном неведенье своем

Тебя забывший в праздничных утехах,

В мирских заботах, в суете бездумной,

К Тебе я обращаюсь, Отче Славный,

Как сын, свое сыновство осознавший.

Пусть имя несравненное Твое

Светится и пребудет в нашем сердце

И приобщит нас к тайне Мирозданья,

Которой Ты владеешь безраздельно,

Вернет нас, по неведенью заблудших,

На выстланную Истиной дорогу,

Что в Царствие Твое ведет нас, смертных.

Мы ждем, чтоб Ты навеки воцарился

Во всем Своем раскрывшемся Творенье,

Став нашим долгожданным Господином.

Да будет лишь Твоя Святая Воля

И на Земле, как в Царствии Небесном,

И станем мы послушными рабами

В своей сыновней преданности Богу.

Дай хлеб нам наш насущный на сегодня

И столько, сколько посчитаешь нужным.

День завтрашний в руках Твоих всецело —

О нем заботы вовсе не имеем,

Как птахи малые, щебечущие в небе.

Вся наша жизнь, как зернышко Творенья,

Тебе принадлежит, Отец Небесный.

Прости, Отец, нам, грешным, долг сыновний,

Который мы Тебе нечасто платим.

Но пробил час — прозренье наступает.

Мы должникам своим грехи простили

И осознали грех перед Тобою —

Огромный грех, сравнимый разве с ночью,

В которой свет, того гляди, забрезжит.

О, Отче славный, не вводи нас, грешных,

Подчас во искушение слепое,

Где властвуют гордыня и желанья,

Гнездятся где лукавого проделки,

Звериными гримасами играя.

Избавь нас от лукавого, о, Отче,

Детей своих послушных, но упрямых.

Отец наш милосердный и всесильный,

Тебе принадлежим душой и телом.

Любви Твоей не принявшие сразу,

Теперь храним Ее как драгоценность

И отвечаем искренней любовью,

Зажженною навеки в нашем сердце

Тобой — наш Властелин и Охранитель.

Второе. Надо бодрствовать все время,

Чтоб каждое движение сознанья

Пред вами было каждое мгновенье.

Не допускать, чтоб мысли и желанья

Тревожным пленом вас одолевали,

А коль случится все-таки такое,

Сердечную молитву сотворите.

И в-третьих — все греховные позывы,

Греховные желанья и поступки

Лечите покаянием немедля.

Не допускайте тяжести греховной

Осесть глубоко, замутняя душу,

И каждое мгновение сознаньем

Умейте видеть все, что вы творите.

А ко всему — смирение и ровность.

На гнев любой, на зло и на насилье

Ответ один — смиренная улыбка.

Молитесь за того, кто вас обидел,

Кто ненавидит вас и проклинает,

Тогда смирение, отнюдь — не слабость,

А сила, укрепляющая дух ваш.

Пусть неудачи, радости и скорби,

Удачи, поражения, потери

Не поколеблют ваше равновесье,

Не всколыхнут эмоциями душу,

Заставив петь, негодовать иль плакать —

Так все, в конце концов, в руках Господних

В огромную победу обратится.

Ни ближних не судите, ни далеких —

Сучок в чужом глазу, бесспорно, виден,

Но в собственном бревно едва ль заметишь,

Пока сознаньем внутрь не обратишься

И не увидишь суть своих ошибок.

Не мерьте мир неведения мерой,

Откройте прежде истинную душу.

Не поощряйте грех прелюбодейства

И прочие нечистые соблазны.

И не клянитесь ни Землей, ни Небом,

Ни головою, ни детьми своими,

Поскольку все воистину вершится

В руках Господних, по Господней воле,

А потому — что должно, то и будет.

Кто жизнь свою, как есть, сберечь намерен,

Ее он потеряет непременно.

А тот, кто жизнь ради Меня положит,

Тому Отец жизнь вечную дарует.

Оставьте жизнь суетную немедля,

Берите крест и следуйте за Мною —

И по делам вам Господом воздастся.

Когда нечистый дух из дома изгнан,

Дом выметен и прибранный, но пуст,

То тот же дух с компанией зловещей

Вернется в дом — и горе той душе,

В которую компания вселится.

А потому — очищенную душу

Немедля Божьим Духом наполняйте.

Пока гнездится в вас сама гордыня

И Богом необузданная воля,

Стремящаяся быть, владеть и царствовать,

Вам с Духом Божьим век не породниться.

Лишь «я» в своем неведенье упрямом

Грустить, негодовать и лгать способно,

Собою подменяя волю Божью.

В молитвах чистых и сердечном бденье,

В смирении святом и покаянье

При абсолютной преданности Богу —

Ваш Путь нелегкий, политый терпеньем.

А если вас уныние настигнет

И что-то поколеблет вашу веру,

Глядите — то лукавого проделки.

Я дал вам Путь прямого единенья

С Отцом Небесным. Следуйте немедля!

Оставьте мир покойников смердящих,

Решитесь на духовное рожденье,

Оставьте все мешающее Делу!

Коль близкие мешают — их оставьте!

Ищите братьев родственных по духу.

Не думайте, что Я пришел нарушить

Закон или послания пророков,

Напротив — Я пришел сие исполнить

И вас направить нужною стезею,

Ибо ничто не станет из Закона,

Пока все не исполнится до йоты,

Пока Земля и Небо не сольются.

Я сею Слово Божие меж вами,

А примется Оно или зачахнет,

Зависит целиком от вашей воли.

К одним немедля сатана приходит

И это Слово тотчас похищает.

Другие Слову вроде бы внимают,

Но грязнут все ж в заботах и соблазнах.

А третьи Слово с радостью и рвеньем

Приемлют, и, казалось бы, всем сердцем,

Но, повстречавши трудности и скорби,

В непостоянстве вдруг охладевают.

Лишь движимые Волею Господней

Приносят плод воистину обильный

И сеют Слово Божие повсюду.

Остерегайтесь лживых фарисеев

И книжников сторонитесь лицемерных.

Слова верны их, но поступки — лживы,

А потому все сказанное ими

Как есть мертво и не пробудит душу.

Я дал сему кичащемуся сброду

Размашистую отповедь прилюдно.

О, горе, фарисеи, вам и книжникам,

Пороком лицемерия закрывшим

Путь в Царствие Небесное тем людям,

Которые к тому имеют жажду.

Топчась у вожделенного порога,

Вы так и не открыли Врат Господних,

А всем входящим двери заслонили.

В безумной жажде новообращенья

Вы ищите доверчивую жертву

И в крепкой паутине сладкоречья,

Лишенного Божественного Духа,

Впиваетесь в нее смертельной хваткой,

Из сердца изгоняя Милость Божью,

И делаете вмиг рабом геенны.

О горе вам, «благие» лицемеры,

Платящие исправно дань мирскую,

Но начисто забывшие о долге

Небесному Отцу. О Нем лишь всуе

Упоминаете в своих молитвах

И красочных церковных ритуалах,

Лишенных искры преданности Богу.

Снаружи вы чисты и благоверны,

Но в помыслах своих и начинаньях

Полны невоздержания, и алчность

Гнездится в вашем высушенном сердце,

А посему во всех своих деяньях,

Отцеживая мелкую букашку,

Вы целиком глотаете верблюда.

Вы словно подновленные гробницы —

Красивые снаружи, но по сути —

Полны костей и всяческого хлама.

Обманутые люди почитают

За праведников вас, и невдомек им,

Что черви лицемерия взрастили

Внутри вас беззаконие сплошное.

Хотите вы от Бога откупиться

Обрядами и мертвыми дарами,

А людям, жадно ищущим спасенья,

Внушаете, что ключ от Врат Господних

У вас — (куда надежнее?) — хранится

И только вы владеете секретом,

Как подвизаться в Царствие Господне.

О, горе, фарисеи, вам и книжникам,

Что строите гробницы для пророков

И памятники праведным блюдете,

И лицемерно в голос говорите,

Что не пролили б кровь посланцев Бога.

На деле же — кровь праведников Божьих

Лежит на вас, змеиное отродье!..

Не как судья Я послан был на Землю

Отцом Моим, а послан как Спаситель,

Чтоб верующий всяк обрел спасенье,

Жизнь Вечную, нетленную имея.

До той поры, пока Земля во власти

Страдания и смерти, — горе людям.

Бессмертие — вот истинно лекарство.

А Суд Господний исподволь вершится,

Не судится лишь верующий в Сына

И в Свет, который Он низверг на Землю.

А те, кто тьму всех больше возлюбил

И темные дела свои справляет,

Собой уже наказаны стократно,

А Страшный суд лишь довершит се дело.

Я бросил в мир Божественное Пламя,

Чтоб заразить всех жаждущих Любовью.

Ее всесокрушающая поступь

Дух Истины пробудит в вашем сердце,

И каждый, кто отважится на подвиг, -

До той поры, пока не вспыхнет пламя,

Отцом и Мною будет охраняем.

Вам, избранные Мной, гореть, доколе

Весь мир не вспыхнет Пламенем Господним,

И каждый, кто предстанет перед Богом,

В Огне том иль очистится, иль сгинет.

А всем, кто будет спрашивать о сроках,

Отцовыми словами отвечайте:

— Готовы будьте каждое мгновенье!

Лишь те, кто без сомнения со Мною,

Кто рядом и внимает чутко слову

Мной сказанному — посланному Свыше,

Готовые немедленно собраться

У тесных врат, стремительно ведущих

Путем кратчайшим в Царствие Господне,

Лишь те Огнем Божественным хранимы.

А те, кто у широких врат столпился,

Кто ищет хитроумные лазейки,

Кто неуемен в страсти и в желаньях,

Кто царственно купается в гордыне,

Кто лицемерит пред Отцом и Мною,

Кто слову Моему никак не внемлет,

Тех ждет конец воистину ужасный.

Но самый тяжкий грех во Всей Вселенной

Падет на тех, кто, силясь в тщетной злобе,

На Божий Дух хулою разразится

Иль выскажет сомнение слепое

В фактическом Его существованье.

И горе тем, кто дьяволом подзужен,

Сказать такое все же соблазнится.

О горе вам, погрязшие в разврате,

В братоубийстве, лжи, жестокосердье,

В невежестве и бесконечных склоках, -

И нет тому ни капли оправданья.

О горе вам, кто в праздности животной

Моим словам нисколечко не внемлет

И нас с Отцом хулою одаряет.

И каждому из грешников лукавых

При жизни справедливое воздастся —

Кому-то в неудачах и болезнях,

Кому-то в страхах и душевных муках,

А кто-то вовсе разума лишится.

Всех, не сумевших знак понять Господний,

Ждет впереди ужасное посмертье.

Пришествие Мое на эту землю

Не принесет покоя стадным людям.

Не мир пришел Я бросить в их обитель,

А горечь, разделения и войны.

Не приторная речь — Мое оружье,

А Меч-Огонь, разящий беспощадно

Все лживое и должное исчезнуть.

Я этот Меч вложу в сердца живые

Мной избранных и Господом хранимых.

Они-то, возгораясь Духом Божьим,

И станут, наконец, той грозной силой,

Которая планету взбудоражит —

Народы, страны, равно как и семьи,

Разделит на враждующие станы.

И в этом нескончаемом бедламе

Слова уже не возымеют силу.

На разных языках всяк говорящий,

Лелея только алчущее «эго»,

Не видит дальше собственного носа,

А если и клянется словом честным,

То только чтобы враз его нарушить.

А кто-то в этой кутерьме жестокой

Способен будет и на ликованье —

Безумное и полное разврата.

А кто-то в вечно мрачном опьяненье,

Стараясь окончательно забыться,

Вдруг, проклиная все на белом свете,

Накинет петлю скользкую на шею.

Иные же, в фальшивых поклоненьях

Под страхом смерти к Богу обратятся —

Начнут грехи свои ничтожные замаливать,

Чтоб выторговать у Него спасенье.

Но не дождавшись нужного ответа,

Хулой последней в Небо разразятся,

Тем самым довершив свое паденье.

А избранные Мною, сокрушая

Огнем-мечом пылающего сердца

Все лживое и низкое на свете,

Стоят скалою твердой, неприступной

В бушующем страстями океане

И, сохраняя подлинную ровность,

Свет Истины в немногих зажигают.

Они, в ком Дух Господний возгорится,

В молитве, что из сердца, неустанной,

В смирении и праведности строгой,

Найдут себе надежную защиту

Средь хаоса и сумрака слепого,

И под Господним неусыпным оком,

Все претерпев, в конце концов — спасутся…

А помните, три верные собрата,

Как вы к Великой тайне прикоснулись?

Во время Моего Преображенья

Вам довелось воочию увидеть,

Как бренное страдальческое тело,

Охваченное Пламенем Господним,

Становится божественно нетленным.

Поток невыразимого блаженства,

В котором мелкой дрожью трепетали

Все клеточки проснувшегося тела,

Соединив безмерною Любовью

Меня с Отцом и с Царствием Господним,

Вобрал и вас в неведомое Пламя,

Сменяя страх невиданным восторгом.

И тут во Мне прозрение случилось,

То знак был подан Царствия Господня —

Грядущего пришествия на Землю

Меня во всем могуществе и силе —

Вершить, трубя, суд праведный и скорый —

Людские судьбы в Пламени Господнем.

И отделить все плевелы от зерен.

Вам, избранные Мною, открываю

Грядущего тяжелую картину,

Которая случится непременно

Пред тем, как вновь сойду на эту землю.

Прислушайтесь к словам Моим всем сердцем -

Лишь слух сердечный уловить способен

Всю глубину поведанного Мною.

Во-первых, берегитесь, чтобы кто-то

Под именем Моим в миру ходящий,

Вас не прельстил коварными речами,

Способными разрушить вашу веру

И обратить стремление Господне

В стремление служения маммоне

И прочим сатанинским интересам.

Вам скажут, что любовь дана в награду

От Господа и пользоваться ею

Вам надобно, сливаясь тесно плотью,

Намеренно забыв сказать при этом,

Что плотская любовь для зарожденья

Лишь новой плоти, а не для забавы,

Что разжигает дьявольскую похоть.

Вам скажут также именем Господним,

Что для того, чтоб истинная вера

Торжествовала, надо непременно

Пойти с мечом на братьев и соседей

И, захватив истерзанные земли,

Держать в повиновении и страхе

Детей и жен, оставленных мужьями.

Другие же — от имени Христова

Засыплют чудесами исцеленья,

Знамениями разными одарят,

Чтоб соблазнить легко- и маловерных.

И всякий обольщенный непременно

Становится противником Господним,

От Царствия безмерно удаляясь.

Иные соблазнители найдутся

И призовут вас громкими речами

Под праздничные траурные марши

Без колебаний кесарю отдаться,

Поставив государство выше Бога,

Стать винтиком послушным в механизме,

В котором правят ложь и лицемерье.

Что будет зваться церковью Христовой —

Труп Истины, которая от Бога,

Ее туманный, слабый отголосок.

А правильное внешне духовенство

Погрязнет в лицемерии и букве,

И лишь в душе подвижников немногих,

Мной избранных, дух Истины пребудет.

Весь мир в вертеп торговый обратится —

Единственною мерой станут деньги.

Понятия о совести и чести

В их звоне незаметно растворятся,

А каждый, кто о них когда-то вспомнит,

Отмечен будет жадною толпою

И изгнан из пирующего стада.

Придет пора, и в бесконечных войнах

Погрязнет мир, но вы не ужасайтесь —

Так должно быть, сие неотвратимо

И входит в план Господний изначально.

Сей план не есть Господняя жестокость,

Он мог, в конце концов, не состояться,

Будь человечество не так упорно

В своем невежестве и отрицанье Бога.

Не только войны — голод и болезни

Обрушатся на головы народов.

Устав от бесконечных войн и распрей,

Земля местами сильно содрогнется —

Стряхнуть с себя людские нечистоты,

Тем самым указуя маловерным,

Что мир един и плоть его — от Бога.

Наступит несравненное раздолье

Для магов, колдунов и лжепророков,

А некоторые (шумно или тихо)

Вам именем Христовым назовутся.

Несчастные, прельстившиеся ими,

Поверившие в мед увещеваний,

Обречены на скорую погибель.

Предательство родится повсеместно,

А ненависть своим сильнейшим ядом

Отравит искалеченные души,

И по причине страшных беззаконий

Любовь во многих вовсе охладеет.

Вам, избранные Мною, надо помнить:

Лишь претерпевший до конца — спасется.

И в это ужасающее время,

Всех молвить слово Истины посмевших,

В чьем сердце пребывает Дух Господний,

Животная толпа возненавидит.

А палачей услужливые руки

Подвергнут их мучениям и пыткам

И медленную смерть принять заставят.

И вдруг — среди стенания и скорби

Померкнет солнце, свет луны померкнет,

С небес падут стремительные звезды

И силы поколеблются земные.

О дне и часе грозного свершенья

Никто не знает — лишь Отец Небесный

Сей Тайною Великою владеет.

А потому — в смиренье и молитвах,

В сердечном покаянии и бденье

Готовы будьте каждую минуту

К пришествию поруганного Сына

И ангелов Моих, громоподобных,

Для жатвы человеческого поля

И отделенья семени от плевел.

И в этой жатве истинное семя

Составят только избранные Мною

Да праведники, внемлющие Слову,

Очищенные Пламенем Небесным.

Они — все претерпевшие без стонов,

Без пагубных сомнений в Воле Божьей

Войдут немедля в Царствие Господне.

Другие же — в количестве несметном,

Творящем беззакония, соблазны,

В неверии погрязшем и разврате, -

Составят вместе дьявольское семя,

Которое, как плевелы сухие,

Сгорит бесследно в Пламени Небесном

С стенаньями и скрежетом зубовным.

Все, что Я дал вам, бережно храните

И донесите жаждущим свободы,

Но берегитесь, ибо те же люди

Вас предадут, Мое услышав имя.

И не заботьтесь, что сказать в ответ им.

В судилищах и сборищах позорных

В вас Божий Дух заговорит открыто.

Не бойтесь тех, кто убивает тело,

Души убить они не в состояньи.

Остерегайтесь тех, кто может душу

И трепетную плоть в геенну ввергнуть,

И предоставьте жизнь свою всецело

Отцовой воле, ибо лишь один Он

Все ваши нужды зрит и разумеет.

Всяк, голос Мой до сердца доносящий,

Предстанет пред Отцом Моим Небесным,

А от Меня отрекшийся прилюдно

Мной пред Отцом Моим отвергнут будет.

Кто мать свою или отца возлюбит

Сильнее, чем Меня, — любовью сына,

Тот не достоин Моего вниманья.

Я — жизни Хлеб. Ко Мне всяк приходящий

Не ощутит ни голода, ни жажды.

Я накормлю вас собственною плотью,

Которую отдам, и очень скоро,

За то, чтоб жизнь вовек торжествовала.

Тогда, в момент Моей телесной смерти,

Бессмертья Дух пространственный родится.

Сие услышав, многие их близких

Меня покинут, разочаровавшись

В своих мечтах о Царствии грядущем,

Со Мною во главе — они ж у трона.

И близкие из близких усомнятся

В словах Моих и твердых обещаньях

В Жизнь вечную дорогу указать им.

К вам, до сего момента не понявшим,

Что Я и есть — Путь, Истина и Жизнь,

Слова Мои Я снова обращаю,

Ибо опять сбывается Писанье,

Что мир Творца же своего не принял.

Лишь тем, кто принял — коих очень мало, -

Он дарит власть стать чадами Своими.

Все, что есть Я — слова Мои, поступки

И преданность Отцу без оговорок, -

Путь Истины, в Жизнь вечную ведущий.

И нет других затейливых секретов

И скорых, чудодейственных рецептов

Познать Творенье Божие в Единстве,

Любви и Бесконечности щемящей.

Но даже вы, Мной избранные, в целом,

Уверены, что — полностью со Мною,

Однако пресловутая гордыня,

Питающая алчущее «эго»,

Вас заставляет двигаться с оглядкой,

То погружая в мрачные сомненья,

То в прошлое внезапно возвращая.

Чтоб поразить коварную гордыню,

Заставить «эго», умалясь, исчезнуть,

Проникнитесь единством Мирозданья,

Любите сердцем вашим все живое

Во всей его Божественной природе,

Не унижайте братьев наших меньших

И будьте милосердными друг к другу.

И помните: пока душа закрыта,

Любовь ущербна и коварно лжива.

В ней постоянно ненависть таится

И зреет лицемерия отрава.

Лишь Путь всецельной преданности Богу

Наполнит сердце истинной Любовью.

Рождение души — Любви рожденье.

Чтобы единым стать с Отцом Небесным,

Изгнать честолюбивые страданья,

Наполниться Божественной Любовью

И обладать Божественною Силой,

Должны исчезнуть ваши чувства, мысли —

И лишь тогда нисходит Дух Господний

И тихо в вас вершит Отцову Волю.

Вы стать должны невинны, как младенцы,

Которые не путаются в мыслях,

А пребывают здесь сию минуту,

Доверчиво родителям внимая.

Их существо не ведает страданья

И не несет груз памяти ненужной,

Встречая мир улыбкою открытой.

Ну, а пока Мне жутко одиноко

И больно сознавать, что вы далеко

От пониманья слов Моих всем сердцем,

Всем существом своим, всей сутью.

В конце концов один из вас решится

На низкое предательство, иные ж,

Забыв Меня, на время отрекутся.

А в муках смерть, Мной принятая мирно

Во исполнение Отцовой воли,

В безмерное унынье вас повергнет,

И в страхе затаитесь вы невольно.

Огромное сомненье вас охватит,

Когда услышите в ехидных разговорах:

— Спаситель, а Себя спасти не в силах!

Но волею Отца и силой Духа

Мне надлежит воистину воскреснуть,

Дабы уверовать вам в Мое Сыновство,

В Жизнь вечную и Царствие Господне.

Посеяв в мире семена Бессмертья,

Я вознесусь в Отцовскую Обитель,

Чтобы в урочный час сюда вернуться.

И сбудутся тогда Мои реченья —

Огонь Небесный спустится на Землю,

И огненная жатва состоится.

В Жизнь вечную немногие возьмутся —

Лишь те, кто без сомнения со Мною

В словах, стремленьях, помыслах, поступках,

Кто Господу был предан всей душою.

Другие же — пестующие «эго»,

Лелеющие алчность, гнев и похоть,

Стремящиеся к власти и богатству

И просто прозябающие сонно,

Займутся, в корчах, Пламенем Небесным —

Так Суд Господний вскорости очистит

Больную Землю от смердящей скверны.

И пусть кому-то кажется наивным

Сию минуту это предсказанье.

Разубеждать Я их, увы, не стану —

Все сказано уже неоднократно.

Одно скажу — раскаяться в свершенном,

Себя увидеть в неприглядном свете,

И стать на верный Путь — еще не поздно.

Настанет время, и уже настало,

Когда Отцу вам надо поклоняться

Лишь в Истине и в Духе — остальное ж

Незрелостию вашей объяснимо,

А потому ваш Бог еще не полон —

Ведь Бог есть Дух, и поклоняться в Духе

И в Истине — есть подлинная вера.

Дух Истины сей мир принять не может,

В неведенье и страхе пребывая.

Лишь любящий Меня познать способен

Дух Истины во всем Его величье.

Он от Отца Небесного исходит

И послан будет вам как Утешитель

В момент, когда Я этот мир покину.

С Моим приходом старый мир повержен —

В нем Новый Мир пророс, укоренился,

А проповедь Моя, Мои страданья,

Смерть на кресте и Воскресенье Тела —

И есть закваска обновленья мира.

И в каждом, кто воистину со Мною,

Идет уже преображенье плоти.

Возьмутся в Царство Божие те люди,

Кто неприметным образом взлелеял

Его внутри — в нетленном храме тела.

В час Царствия оно преобразится —

Из смертного и тленного доселе —

Родится осиянное Бессмертьем,

Любовью и Божественною Силой.

Когда Меня охватывает страданье,

Не Я страдаю, а страдает Тело,

Но не Мое, а Тело всей планеты

И каждого из вас — Его частицы.

В страданье этом — все несовершенство

Земли и человеческой природы —

И эта боль поистине огромна.

А потому — грядущее распятье

Есть и конец, и обновленье мира

В последующем Светлом Воскресенье.

Тогда сойдет в измученное Тело

Вобравший Силу — Вечный Дух Бессмертья

И озарит потухшие сознанья

Всех, истинно страдающих и грешных…

Москва — Венев — Лебяжья Поляна

июль — сентябрь 1999 года