НИЦШЕ И ВЕЧНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ

НИЦШЕ И ВЕЧНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ

Я читал Ницше в юности и думал, что никогда больше не буду возвращаться к его книгам. Однако я знал, что наибольшее влияние на творчество и жизнь Германа Гессе оказал Ницше, у которого он научился несравненному владению немецким языком и стилю жизни.

И вот я сам стою среди вершин и снегов Сильс-Марии перед домом, в котором Ницше жил 80 лет назад.

Герман Гессе писал об этом доме: «И для меня Сильс-Мария связана с особыми переживаниями. Это самое дорогое для меня место. Каждый раз, когда я бываю здесь, моё сердце переполняется чувствами. Я вижу немного мрачноватый дом, зацепившийся за склон горы. Среди шумной толпы туристов и больших современных отелей он возвышается, как прежде гордо и стойко, и смотрит на посетителя немного насмешливо, словно с отвращением; вызывая одновременно почтение и сочувствие, он настойчиво напоминает нам о возвышенном и благородном отшельнике, создателе еретического учения».

У меня перехватило дыхание. Нахлынули вдруг воспоминания моей юности? Нет, это был результат какого-то внешнего воздействия, потому что «благородный отшельник», который когда-то ходил здесь, стал высшим символом для будущих поколений. Его не затмить и не уничтожить.

Перед домом, превращенным в скромный музей, установлена бронзовая скульптура готового взлететь орла, в память об орле Заратустры. Отсюда дорожка ведёт нас к озеру, к тому месту, где Ницше было видение Вечного Возвращения всех вещей. Это бьыа не идея, не теория, рождённая на рациональной основе, а, как говорил сам Ницше, откровение. Эта мысль пришла внезапно, свыше или из глубины, и взорвалась в самой сердцевине его существа. Но Ницше не хотел, чтобы это откровение превратилось в религию, а он сам — в пророка или одержимого. Он хотел изучать высшую математику и физику в Венском университете, чтобы облечь эту идею в привлекательные и понятные формы.

Лу Саломе, эта удивительная, прекрасная женщина, платоническая любовь Ницше и Рильке, сообщает в одном из писем, что «Ницше без конца возвращался к своей ошибочной идее подвести неопровержимую научную базу под свою теорию, для чего он хотел изучать физику и атомистическую теорию в Венском или Парижском университете. Затем, только после нескольких лет полного молчания, он хотел снова явиться среди людей в качестве Доктора Вечного Возвращения…»

Ницше говорит: «Идея Вечного Возвращения, эта высшая формула утверждения, самая высокая, какую только можно постичь, датируется августом 1881 года. Я набросал её на листке бумаги с надписью: «На высоте 6000 футов над человеком и временем. Я гулял в этот день в лесу вдоль озера Сильваплана: около огромной скалы в форме пирамиды, недалеко от Сюрлея, я остановился. Здесь мне пришла в голову эта идея.»

Лу Саломе пишет в начале своего письма: «Они незабываемы для меня, эти часы, когда он впервые доверил мне эту мысль как тайну, проверка и доказательство которой вызывали у него ужас; он говорил вполголоса, со всеми признаками глубокого страха.»

С тех пор, как я впервые прочёл Ницше, концепция Вечного Возвращения произвела на меня наибольшее впечатление, и я пытался её понять, но не в силах был постичь её полностью (а постиг ли её сам Ницше?). Разумеется, я знал, что это учение не имеет ничего общего ни с переселением душ, ни с догмой о воскресении во плоти, хотя его могут ошибочно с ними связывать. Меня преследовало ощущение, что здесь кроется нечто фундаментальное, совершенно новое, что необходимо осовременить, даже рискуя испытать такой же ужас.

Ницше пытался подвести научную базу под своё откровение, изучая атомную физику. Но в конце XIX века наука ещё не проникла в этот фантастический мир физики элементарных частиц и квантовой механики, что позволяет теперь, по нашему мнению, снова вернуться к теории Вечного Возвращения и сделать это срочно, потому что суть откровения Ницше никогда не была раскрыта.

А орёл тем временем продолжал описывать свои круги в вышине.