Глава 1. Нас снова обманули!

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 1. Нас снова обманули!

Город, который не ищут

В то утро я встал довольно рано. Вообще говоря, со мной это случается весьма редко, обычно я люблю поваляться в кровати до полудня, а подниматься раньше девяти для меня — невыносимая пытка. И поэтому раннее пробуждение меня насторожило. Дело в том, что со временем я стал замечать — именно в такие дни происходит нечто необычное.

Ожидая чудес и знамений, я развернул утреннюю газету. Ничего интересного там не было. Только на девятой странице, в нижнем углу, моё внимание привлекла фотография. Изображённый на ней жизнерадостный человек был мне неуловимо знаком. Некоторое время я перебирал файлы в своей памяти, а потом догадался просмотреть саму статью (такие приступы тупости у меня порой бывают, ну и что? У некоторых этот приступ один и длится всю жизнь).

Эврика! Как я мог его забыть! Джулио Венчетти, итальянский археолог, которого его коллеги считают слегка тронувшимся умом. Что же, меня многие рассматривают как опасного сумасшедшего, что с того? Я-то знаю, что вполне нормален. С Джулио я встречался всего один раз, у моего друга Саула. Помню, мы сидели за небольшим столиком у окна, наслаждались лучами жаркого средиземноморского солнца и болтали о новых направлениях в археологии. Джулио тогда с жаром отстаивал свою теорию о том, что римские мореплаватели во времена императоров открыли чуть ли не весь земной шар. Аарон слушал эти патриотические речи довольно скептически, но мне многое показалось интересным. И вот теперь фотография Венчетти украшает, пусть не первую, но всё же газетную полосу.

Что же там открыл этот мечтатель? Неужели нашёл следы римских поселений в Австралии? Я пробежал глазами статью. Нет, всё несколько прозаичнее. Он всего лишь отыскал «потерянный город» римлян на западном побережье Африки.

«Мы повторили путь, пройденный экспедицией Рихтера в 1935 году, — рассказывал Венчетти, — это было очень непросто, поскольку территория Западной Сахары, как вы знаете, до сих пор остаётся зоной гражданской войны. Рихтеру тогда удалось найти древний город, который доселе был неизвестен исследователям. Правда, немецкий исследователь приписал постройку города египтянам — уж слишком много сходства было у этого порта с древними Фивами или Мемфисом. Экспедиция была малочисленной, и серьёзных раскопок провести не удалось, а в 1939 году грянула Вторая мировая. Рихтер погиб при бомбёжке Гамбурга, а после войны про его находки забыли, и координаты города оказались потеряны. Недавно я случайным образом нашёл в архивах упоминание о находках Рихтера и решил разыскать потерянное. Конечно, на первый раз мы отправились небольшой группой, чтобы провести разведку. И нам это удалось — город найден. Вне всякого сомнения, он римский, хотя многое напоминает о египтянах. Видимо, колонисты, прибывшие сюда, происходили из Египта. Название города нам пока выяснить не удалось, но мы привезли с собой кое-какие предметы. На следующий год мы организуем крупную экспедицию и проведём настоящие раскопки. Уверен, что они станут сенсацией.»

Всё это было очень интересно, но у меня на тот момент нашлась куча других важных дел. Лишь несколько месяцев спустя, перебирая бумаги, я наткнулся на газету с обведённой красным фломастером статьёй. Махнуть вместе с Венчетти в Африку показалось мне хорошей идеей, и я поручил Софи отыскать мне телефон итальянского археолога.

Странности начались сразу же. В Университете Неаполя, где он работал ещё пару месяцев назад, сообщили, что он уволен. Не уволился, а именно уволен! Притом говорили со мной таким тоном, как будто я просил соединить меня по меньшей мере с известным наркоторговцем, сутенёром и насильником-педофилом.

С трудом отыскав домашний телефон Джулио и позвонив ему, я понял, что почти не ошибся. Венчетти узнал меня почти сразу и очень обрадовался моему звонку, но голос у него был усталый и печальный. Оказывается, он уже несколько месяцев находился под следствием по обвинению в распространении наркотиков. Белый порошок ему просто подбросили, но кто и зачем захотел подставить безобидного чудака — это было неясно. Уже начиная подозревать, что всё это каким-то образом связано с затерянным городом, я попросил его рассказать поподробнее о находках.

— Ну что я тебе могу сказать? — ответил он. — Мы же почти не начинали раскопки, чтобы не привлекать внимания грабителей. Так, поверхностная разведка. Город большой, очень большой, я даже не знаю его настоящих размеров. Странно, что о нём не упоминается ни в одном римском источнике. Строили его действительно египтяне, которые притащили туда кучу своего старья, — несколько извлечённых нами предметов были египетскими, и радиоуглеродный анализ показал, что им не меньше пяти тысяч лет! Особенно много среди них статуэток Амона — имя этого бога вообще встречается постоянно. Ума не приложу, зачем это делалось…

Я пообещал помочь чем смогу. Симптомы были действительно исключительно тревожными. С какой стати прятать безобидного археолога за решётку, если он в своей жизни и мухи не обидел? Почему у Венчетти была репутация не вполне нормального человека? Он производил впечатление здравомыслящего, к тому же настоящего психа вряд ли взяли бы на работу в университет. И самое интересное — почему его открытие, как в своё время находки Рихтера, не вызвали ровно никакого интереса в научном мире?

За всем этим угадывалась когтистая лапа моих давних знакомых…

Древнее Древнего Египта

Первой моей реакцией было самому поехать в Западную Сахару и отыскать потерянный город. Раскопки обещали быть интересными. Но, обратившись в официальные органы, я получил обескураживающую информацию: мне категорически не советовали отправляться в тот район, «поскольку он практически полностью закрыт для граждан Евросоюза». В Западной Сахаре, объяснил мне круглолицый чиновник в очках, новый виток гражданской войны, миротворцы не справляются, и безопасность европейцев никто не сможет гарантировать. Что же до указанного мной района побережья, то миротворческих частей там вообще нет, поскольку защищать им там нечего. Одной французской экспедиции, да ещё и частной, никто не станет давать моторизованный полк вместе с несколькими штурмовыми вертолётами.

Можно было, конечно, нанять много частных охранников. Но агентство «СофиТ» всё-таки не восточный шейх, и сказочных богатств у нас не наблюдается. То есть живём мы небедно, но организовать крупную экспедицию под серьёзной охраной, да ещё и снабжённую современной техникой, — это нечто совсем другое. А без всякого сопровождения отправляться в путь я не рискнул бы. Во-первых, толку от моих раскопок будет не много (для такого крупного города нужна экспедиция в несколько десятков и даже сотен человек, а не горстка энтузиастов), во-вторых, я боялся оттуда не вернуться. Не потому, что опасался нападения повстанцев, — если бы дело было только в этом, я бы рискнул без всякой задней мысли. Просто определённые силы, которым я постоянно наступаю на хвост, могли использовать это для сведения со мною счётов. Действительно, трудно отыскать более благоприятные обстоятельства — отправились маленькой партией в зону гражданской войны без всякой охраны… Кто потом докажет, что мы погибли по чьей-то злой воле? Кто потом вообще станет нас искать?

Ещё больше укрепило меня в моём нежелании совать голову в петлю одно странное письмо, полученное агентством «СофиТ» несколько дней спустя после моего разговора с чиновником. На конверте стоял замысловатый герб и подпись «Европейское общество любителей древностей», окружённая египетским орнаментом.

«Уважаемый господин Кассе!

Своими смелыми расследованиями Вы привлекли внимание всего европейского научного мира. Наше общество не могло остаться в стороне. Ваши блестящие произведения внушили нам надежду на то, что мы сможем работать вместе.

Как стало известно нам из достоверных источников, в настоящее время Вы планируете экспедицию в Западную Сахару для археологических раскопок. Поскольку это целиком совпадает с планами нашего общества, мы предлагаем Вам объединить наши усилия. Финансовые средства позволяют нам целиком взять на себя все расходы на оборудование, вспомогательный персонал и охрану.

Европейское общество любителей древностей — это организация, существующая уже более полувека и объединяющая в своих стенах представителей большого бизнеса, увлекающихся древней историей. Мы не особенно афишируем свою деятельность, однако вы можете найти информацию о нас на нашем сайте в Интернете.

Мы будем рады сотрудничать с Вами.»

Пробормотав: «Бойтесь данайцев, дары приносящих», я залез в Интернет и набрал адрес сайта. С виду страничка выглядела вполне пристойно. Я пощёлкал по разным ссылкам, все они работали, прочёл несколько текстов. И всё-таки что-то в этом сайте меня настораживало.

Поскольку самому мне было недосуг заниматься кропотливой работой, я попросил Софи узнать все подробности о сайте и заодно пробить общество по разным источникам. Результаты, которые она принесла мне четыре часа спустя, были весьма интересными. Надо сказать, я ожидал чего-то подобного — сайт был зарегистрирован и создан всего пять дней назад, а уж об обществе с таким названием вообще никто никогда не слышал.

Стало ясно, что кто-то хочет попросту заманить меня в ловушку, причём ловушку довольно грубую. И это натолкнуло меня на следующую мысль: а вдруг меня специально хотят таким образом отпугнуть от таинственного города? Рассчитывая на то, что я проверю их информацию, обнаружу следы грубой подделки и испугаюсь. Кто знает? Эти ребусы мне уже порядком надоели. Впрочем, решать их всё равно не имело смысла. Потому что я понял одну вещь, до которой бог весть как не додумался раньше.

Венчетти сказал, что возраст найденных им предметов превышает пять тысяч лет. В это время цивилизация в долине Нила делала свои первые шаги. Но ведь археологи, проводя разведку на месте будущих раскопок (а именно этим занимался мой итальянский знакомый), затрагивают только самые верхние слои. Значит, около пяти тысяч лет назад город прекратил своё существование. Когда же он был построен? История умалчивает. Пока.

Итак, что мы имеем на сегодняшний день? Культ Амона, который едва-едва появился в Египте, уже практикуется в городе на западном побережье Африки! Не значит ли это, что он пришёл именно оттуда, да и вся египетская цивилизация тоже?

Предположение показалось немного сумасшедшим мне самому, но жизнь учит, что и от самых безумных и нелепых на первый взгляд предположений отказываться нельзя. Потому что они-то на поверку и оказываются истиной в последней инстанции. Отправив Жерара в Германию на поиски документов экспедиции Рихтера (пусть и без особой надежды), я решил начать с другого конца: узнать всё, что можно, о культе Амона. Может, именно эта ниточка приведёт меня к успеху?

Где родился Амон?

Именно такой вопрос я задал своему старому знакомому, египтологу, имя которого по его собственной просьбе называть не буду. В своё время он помог мне с разгадкой тайны пирамид — той самой, о которой я писал в «Фальсифицированной истории». Тогда мне удалось выяснить, что пирамиды — это никакие не гробницы (удивительно, как люди уже много веков верят в столь нелепую версию!), а тайный храм жрецов Амона, предшественников европейских масонов. Тогда мне посчастливилось собрать довольно много информации, не хватало только одного — сведений о том, когда и как возник культ бога Амона, когда и как зародилось масонство.

Мне с самого начала было понятно, что найденный на побережье Атлантики город — египетский. Венчетти просто зациклился на своей римской теории и не хотел признавать совершенно очевидные вещи. Причём в городе был распространён культ Амона, а значит, масоны были к этому как-то причастны. Может, в моей незавершённой мозаике появится ещё один фрагмент? Именно это я собирался выяснить.

— Опять ты! — встретил меня египтолог. — Проходи, выпей чайку. Что ты хочешь из меня выжать на этот раз?

— Всего лишь пару вопросов! — улыбнувшись, сказал я. Хотя мой приятель откровенно не разделяет моих взглядов (он страшный консерватор по сути своей), но относится ко мне хорошо. Чем я, разумеется, и пользуюсь.

— Отвечать на твои вопросы, Кассе, всё равно что беседовать с гестапо, — ухмыльнулся он. — Никогда не знаешь, как могут быть использованы твои слова. В прошлый раз я тебе дал самую невинную информацию, а ты её вон как раскрутил! Ну, чего молчишь? Спрашивай, раз пришёл!

— Мой вопрос совершенно невинен, как Дева Мария. — Мой собеседник снова хмыкнул, вспомнив, очевидно, «Ключ Соломона». — Когда в Египте появились первые жрецы Амона и при каких обстоятельствах это произошло?

— Ты спрашиваешь о вещах, случившихся пять тысяч лет назад, так, как будто это было вчера и я лично при этом присутствовал! Не знаю. И никто не ответит тебе на этот вопрос. Похоже, Амона египтяне почитали с тех пор, как их цивилизация вообще появилась на свет.

— Тогда расскажи мне об этом боге.

Рассказ получился недолгим, но довольно содержательным. Амон — бог солнца — первоначально почитался только в одном городе Египта. Зато в каком! Речь шла о Фивах, под эгидой которых была объединена вся страна. Соответственно, Амон стал считаться верховным богом всего Египта, отцом-покровителем фараона. Его отождествили с солнечным богом Ра. Ежедневно, гласили египетские мифы, Амон-Ра проплывал по небу в своей солнечной ладье, окружённый свитой, и вершил все земные и небесные дела.

Верховному богу, естественно, положен самый крупный штат жрецов. Но то могущество, которого достигли жрецы Амона, даже сложно себе представить! Им принадлежали огромные дворцы, самые плодородные земли, несметные сокровища. Жрецы Амона были ближайшими советниками фараона, рекомендациями которых нельзя было пренебрегать. Фактически любой правитель Египта пользовался свободой действий только до тех пор, пока это не противоречило интересам жрецов. Если он начинал действовать в невыгодном направлении для представителей культа, его быстро и без особой сентиментальности устраняли. Единственным, кто попытался положить этому предел, был Эхнатон, но после его смерти всё вернулось на круги своя.

На вопрос о том, почему именно Амон стал верховным богом египтян и как его жрецы добились такого высокого положения, ответа не существует. Считается, что так было чуть ли не изначально. Допустим. Но как получилось, что для понимания, откуда взялся Амон, нужно выяснить, откуда взялись сами древние египтяне?

А вот на этот вопрос ответить не менее сложно. Люди жили в долине Нила десятки тысяч лет назад, но та цивилизация, которую мы привыкли называть древнеегипетской, зародилась в IV тысячелетии до нашей эры. Сделали это местные жители или пришельцы, учёные спорят до сих пор.

И тогда мне в голову пришла безумная идея: а если спросить об этом самих древних египтян?

Внимание, говорит папирус

Мифы у древних египтян настолько запутанны, что без бутылки в них не разобраться, впрочем, с бутылкой получается ещё труднее. В отношениях богов и людей царит полный хаос: один и тот же бог может выступать в совершенно разных ипостасях, да ещё и взаимоисключающих: например, приходиться себе своим собственным сыном или врагом. Считается, что это — пережиток тех времён, когда Египет состоял из множества мелких государств — номов, в каждом из которых был собственный пантеон. Однако о происхождении людей все мифы повествуют более или менее одинаково: их сотворили боги и населили ими Та-Кемет — «чёрную землю», так называли свою страну сами египтяне.

Все мифы говорят об этом. Все… кроме предназначенных для «внутреннего пользования». Как ни странно, жрецы внушали людям одно, а для себя писали совершенно другое. Речь идёт о малоизвестном папирусе Аменемфиса — рукописи, составленной каким-то из жрецов Амона на закате II тысячелетия до нашей эры. Это было что-то вроде краткого курса истории для молодых жрецов, только-только вошедших в состав этой могущественной структуры. Рассказанное в папирусе учёные обычно считают выдумкой, тем более что оно никак не подтверждается другими письменными документами. Впрочем, историки склонны объявлять выдумкой всё, что не укладывается в рамки общепризнанных теорий. Я отношусь к папирусу Аменемфиса как к важному источнику, и на это у меня есть свои причины. А теперь давайте откроем его и почитаем, что там написано о происхождении людей.

«Великий Амон, бог солнца и звёзд, явившийся с неба, создал людей. Он создал их такими, каким был сам, и вложил в них бессмертные души. Люди населяли в то время большую землю, находящуюся к западу. Но затем боги разгневались, и земля ушла под воду. Лишь немногие верные Амону вывели своих родных и близких в пустыню и стали двигаться через неё на восток, пока не достигли Великого Нила — места, которое боги предназначали для них. Но чтобы люди не забывали о печальной гибели великой земли, Нил каждый год разливается, даря плодородие нашим посевам.»

Итак, по мнению Аменемфиса, египтяне пришли в долину Нила с запада. Как комментируют это археологи? Они говорят, что такого не может быть. Потому что общеизвестно, что человек впервые появился где-то в Азии или Восточной Африке. Следовательно, в долину Нила он мог прийти с юга или с востока, но никак не с запада. Об этом, казалось бы, говорят и находки — первые признаки цивилизации появляются в долине Нила одновременно с возникновением шумерской культуры в междуречье Тигра и Евфрата. При этом на начальном этапе у двух культур очень много общего: например, в самом начале своего пути древние египтяне использовали цилиндрические печати, такие же, как в Месопотамии, и строили дома из кирпичей, это чисто шумерская традиция, ведь другого строительного материала в Двуречье не было. Через некоторое время эти традиции пресеклись, и по берегам Нила стала развиваться собственная, оригинальная культура.

Значит, люди всё-таки пришли сюда с востока и истоки культа Амона нужно искать на берегах Евфрата? Оговорюсь сразу: пришли не люди, а носители определённой культуры. Данные раскопок показывают: жители долины Нила довольно долго прозябали в совершенно примитивных условиях, как вдруг в IV тысячелетии до нашей эры у них неожиданно появились дворцы, храмы, правители, письменность… Всё — одновременно, всё — как по мановению волшебной палочки.

Во-вторых, сходство раннеегипетской и шумерской цивилизаций говорит о том, что у них был один общий «корень». А расти этот «корень» мог где угодно. Где? Чтобы понять это, нужно было искать черты сходства у разных цивилизаций. Занятие почти безнадёжное, особенно если вспомнить, что в первую очередь приходит нам в голову, когда мы слышим слово «Египет».

Правильно, речь идет о пирамидах.

И вновь мадам Федак

Дело в том, что пирамиды есть, как вы, наверное, знаете, не только у египтян. Храмы древнего Вавилона и Ассирии строились в виде ступенчатых пирамид — так называемых зиккуратов. Подобные строения были и у ацтеков, и у индейцев майя в Южной Америке. В пустынях Внутренней Монголии, в северном Китае стоят хорошо различимые со спутников, но пока недоступные для исследователей гигантские пирамиды, происхождение которых покрыто мраком неизвестности. Словом, однотипные строения использовались у одних и тех же народов для одной и той же цели. Да-да, именно для одной цели — ведь Великие пирамиды в Гизе являются, как мне удалось выяснить в результате долгого расследования, не усыпальницами фараонов, а огромным храмовым комплексом. Истинное назначение их держалось в секрете тогда и до сих пор, поскольку в пирамидах, очевидно, хранится слишком много тайн, которые нельзя ни уничтожить, ни вывезти.

Что же, появление одной и той же формы у разных народов в одно время вполне логично. Во-первых, пирамиду построить гораздо легче, чем, например, высокое здание с тонкими стенами и большим куполом. Ведь не удивляемся же мы тому, что ножи и плуги у всех народов примерно одинаковой, оптимальной формы! Во-вторых, форма пирамиды — это воплощение солнечного луча, а культ солнца возник у разных народов вполне естественно и независимо друг от друга. Казалось бы, нет ничего странного в том, что люди в одну и ту же эпоху для решения одинаковых задач избрали одинаковый путь.

И всё же я решил пойти против течения, потому что я так привык и потому что иначе ни одно моё расследование не увенчалось бы успехом. А если предположить, что между всеми этими пирамидами действительно есть какая-то связь? Других зацепок у меня всё равно пока не было, и я с энтузиазмом взялся за работу.

Впрочем, первым делом я решил проверить, не приходила ли такая идея в голову кому-нибудь до меня. Ведь она буквально лежит на поверхности, а изобретать велосипед мне не хотелось. После недолгих поисков мне удалось найти след человека, который тоже пытался найти нечто общее у пирамид разных народов. Это был известный в научных кругах, но давно покойный египтолог Пьер-Мари Федак.

И снова месье Федак! Тот самый человек, который нашёл скрытые комнаты в пирамиде Хеопса и вскоре скончался от неизвестной болезни! Кажется, покойный археолог с того света всерьёз решил стать моим ангелом-помощником. Хотя мне не удалось обнаружить ни одной его работы по сравнению пирамид, но все коллеги в один голос утверждали, что он занимался этой темой. Значит, после него могли остаться рукописи. И вот я, сидя за рулём своего «мерса», снова направляюсь в небольшой городок в окрестностях Дижона.

Мадам Федак встретила меня приветливо, как старого знакомого.

— Надо сказать, месье Кассе, что вы меняете судьбы людей, — сказало она с улыбкой. — После выхода вашей книги я стала чуть ли не местной достопримечательностью. Правда, пара моих знакомых не хотят со мной разговаривать из-за того, что я помогла «этому писаке», но меня их мнение не волнует. В конечном счёте, когда я пять лет назад переехала в этот дом и так и не справила новоселье, со мной поссорилось куда больше народу. С чем вы пожаловали на этот раз?

— На этот раз я хотел бы узнать, не занимался ли ваш отец изучением каких-то пирамид, кроме египетских?

— Конечно, занимался. Он очень любил Древний Египет и считал, что египтяне прямо или косвенно повлияли на культуру многих народов. Особенно его интересовали ацтеки. Он даже планировал отправиться в Южную Америку. Но, увы, не успел.

— После него остались какие-нибудь материалы?

— Разумеется, он готовил к печати книгу. Она была далека от завершения, но кое-какие черновики остались. Если хотите, то я с удовольствием сделаю для вас копию.

Я, естественно, согласился и минут пятнадцать пил кофе, пока принтер неспешно выдавал одну страницу за другой. Что-то меня настораживало во всей этой ситуации. Наконец я понял что.

— Простите, мадам Федак, а ваш отец набирал свои тексты на компьютере?

— Нет, — она замялась. — Разумеется, нет. У него никогда не было персоналки. Я… уже после его смерти решила набрать все оставшиеся от него черновики. — Мадам Федак сделала паузу, поглядела мне в глаза и, вздохнув, решительно продолжила: — Вообще-то я время от времени сама продолжаю исследовать этот сюжет. Так что кое-что из того, что вы прочтёте, дописывала уже я.

— Мадам Федак, — идея возникла у меня в голове спонтанно, и так же спонтанно я её выдал. — А вы не хотите поработать в нашей команде?

— С удовольствием, — она снова улыбнулась. — А то, знаете, ли, уже надоело сидеть на одном месте и быть достопримечательностью округи.

Так агентство «СофиТ» обрело ещё одного сотрудника, причём сотрудника весьма ценного, как оказалось впоследствии. Пока же меня больше всего интересовали те исследования, которые провёл покойный месье Федак. А там было что почитать…

Таинственное сходство

В самом начале текста шёл подробный рассказ о пирамидах, их строительстве и назначении. Ничего интересного для меня там не было, так что я пробегал страницы глазами, не особенно вдумываясь в смысл. Впрочем, вскоре тренированный глаз журналиста зацепился за строчку, которая заставила меня по-настоящему вздрогнуть. От неожиданности и от осознания собственной тупости. Потому что я должен был уже давным-давно обратить внимание на то, о чём писал Федак!

«Хотя ничего сверхъестественного в конструкции Великих пирамид нет и быть не может — сегодня мы прекрасно понимаем, как и с применением каких технологий их строили, нельзя не поразиться тому удивительному взлёту, который проделала египетская цивилизация. Всего несколько веков назад египтяне не знали письменности — и вот вверх поднимаются рукотворные горы! Не надо думать, что пирамиды — это просто груды камней, наваленных друг на друга. Вспомним, с каким совершенством пригнаны друг к другу огромные каменные блоки, между ними едва пролезет человеческий волос. А система внутренних помещений, которая, как я убеждён, известна нам едва ли на десять процентов! Конечно, и после Великих пирамид египетская архитектура демонстрировала блестящие образцы, но никогда ей не удавалось больше создать ничего столь же величественного и сложного.»

А ещё можно вспомнить, что учёные произвели тщательное измерение геометрических пропорций пирамиды и обнаружили, что они совершенны и содержат с предельной точностью некоторые основные формулы Вселенной. Комплекс пирамид — это целый свод зашифрованной информации о нашем мире, о человеке, о самой Солнечной системе. Так, например, пирамида Хеопса на развёрнутой карте оказывается на той линии, которая делит земную сушу на две равные половины и, таким образом, может служить естественной точкой для определения центрального меридиана всей нашей планеты. Внутренние помещения пирамиды исключительно точно ориентированы по сторонам света. Соотношение масс пирамид воспроизводит соотношение масс Венеры, Марса и Земли, причём с весьма высокой степенью точности. В пропорциях пирамиды Хеопса заложено знаменитое число «пи», которое, как считалось раньше, было открыто греками лишь на рубеже нашей эры. Кроме того, углы наклона граней пирамиды и внутренних помещений весьма точно соответствуют направлениям на ключевые точки небесной сферы. И так далее, этот перечень далеко не полон. О чём он говорит?

В конце IV тысячелетия до нашей эры в Египте существует множество мелких государств, только-только зародилась иероглифическая письменность, ни о каких циклопических постройках не может быть и речи. А примерно пять тысяч лет назад — тогда же, когда угас загадочный порт на побережье Западной Сахары, — происходит неожиданный и стремительный взлёт. Взлёт, высшей точкой которого являются Великие пирамиды — не просто сложнейшее сооружение, но настоящая каменная энциклопедия, напичканная знаниями, по большому счёту недоступными людям тогдашней эпохи. Потом идёт медленный спад, который продолжается вплоть до самого конца империи фараонов. Знаменитый Александрийский маяк, одно из семи чудес света, не более чем детская игрушка по сравнению с пирамидами.

На что это похоже? Вернее, спросим себя так: могло ли это быть итогом естественного развития? Могло ли случиться так, что народ, толком не знавший письменности, через несколько веков приобретает такие познания в математике, физике и астрономии, которые старушка Европа обрела в лучшем случае веку к восемнадцатому, а то и к девятнадцатому? Не забывайте, как медленно двигался тогда научный прогресс: чтобы изобрести колесо и простейший плуг, людям потребовались десятки тысяч лет.

Нет, теория о естественном взлёте однозначно отпадает. Скорее всего, толчок был сделан откуда-то извне, и между Великими пирамидами, затерянным городом и папирусом Аменемфиса существует какая-то связь.

Однако дальше мне оставалось только фантазировать за неимением фактов, и я прервал полёт своей мысли и продолжил чтение рукописи.

«На первый взгляд между египетскими и мексиканскими пирамидами сходство только в названии. Но это далеко не так. Конечно, пирамиды в Мексике ступенчатые, а в Гизе — гладкие, идеальной геометрической формы. Но первые египетские пирамиды были как раз ступенчатыми! Например, пирамида Джосера — древнейшая из известных нам, строителем которой был легендарный Имхотеп, впоследствии обожествлённый. Даже специалист, если ему дать в руки силуэты пирамиды Джосера и, скажем, храма Солнца в Теотихуакане, не сможет сразу отличить их друг от друга. Говорят, что у этих пирамид было разное предназначение — египетские строились в качестве огромных могил, индейские — в качестве храмов. Но известные исследования, проводившиеся в Паленке в начале 50-х годов, показали, что это не так.»

Может, я и полный неуч, как на это иногда намекает Софи, когда вдруг обнаруживается, что я не умею отличать вилочку для рыбы от вилочки для мяса и что мне абсолютно всё равно, из какой посуды хлестать бургундское, но «известные исследования» были мне абсолютно неизвестны. Забегая вперёд, скажу, что нашёл сведения о них в книге польского учёного Зайдлера, цитату из которой здесь и привожу.

«В 1948–1952 годах проводились исследования внутри так называемой «пирамиды с храмом Надписей» в Паленке, в Мексике. Название это связано, как легко понять, с многочисленными надписями, украшающими снаружи и внутри храм на вершине пирамиды. Именно в храме была обнаружена таинственная лестница, ведущая в глубь пирамиды. Она была засыпана обломками, расчистка которых заняла четыре года. Однако труды увенчались сенсационным открытием: лестница вела в помещение, где в большом каменном саркофаге лежали скелеты пяти молодых индейцев. Рядом находилась вторая обширная комната с огромным каменным блоком, который вначале сочли за алтарь, а в действительности он также оказался саркофагом. Здесь были найдены останки какого-то несомненно высокопоставленного лица, вероятно, правителя или жреца. Они были осыпаны драгоценностями из золота и яшмы, которую майя, по-видимому, ценили выше золота. Здесь же была найдена посмертная маска, прекрасно выполненная из кусочков яшмы. Тело и одежда совершенно разложились, сохранились только кости и следы красной краски, которой индейцы покрывали тела умерших.»

Впрочем, далеко не везде тела разлагались. Значительную часть своих покойников индейцы бальзамировали. При этом способ бальзамирования был примерно тот же, что и у египтян!

Вспомним смысл египетских мумий. Согласно верованиям древних обитателей долины Нила, человек после смерти переносится в загробное царство. Душа у него не одна, их несколько, и все они связаны между собой. Одна из душ накрепко связана с бренной плотью, поэтому, чтобы обеспечить себе посмертное существование, нужно сохранить своё тело от тления. Единственный способ сделать это — бальзамирование, искусство, которым владеет особая каста ремесленников, находящаяся под полным контролем жрецов. Секреты своего ремесла они не вправе выдавать никому. Проще говоря, в руках служителей Амона находилась вечная жизнь каждого египтянина, и ссориться с ними было самоубийством в прямом смысле слова. Не правда ли, неплохой инструмент для удержания безраздельной власти?

Так ли это было в Мексике, мы не знаем. О цивилизациях ацтеков и майя нам известно гораздо меньше, чем о египтянах. Мы знаем одно: у них тоже существовала могущественная корпорация жрецов, поклонявшихся солнечному богу. То есть, по сути, тому же Амону.

Сколько ещё аналогий отыщется? Я понял, что дальше медлить нельзя, и два дня спустя отправился в Мексику.

Рассказ Индейца Пабло

Сидя в кресле самолёта, я раскрыл первую из книжек, которые взял с собой. Лететь больше десяти часов — надо же чем-то себя занять! К тому же мне хотелось спуститься на землю в Мехико уже более или менее подготовленным. Поэтому про пирамиды нужно было прочесть заранее.

И здесь меня ждал первый сюрприз. Оказалось, что пирамиды начали строить загадочные народы, населявшие Америку до прихода туда ацтеков и майя, — тольтеки и ольмеки. О них нам известно крайне мало, больше гипотез и версий, чем реальных фактов. Все позднейшие сооружения — плохие копии, не более чем подражания древним образцам. Размеры изначальных пирамид потрясают воображение не меньше, чем их египетские собратья. Одна из них, пирамида Солнца в Теотихуакане, имеет высоту 60 метров при ширине основания 200 метров. В Чолула находятся развалины пирамиды, занимавшей большую площадь, чем пирамида Хеопса.

К сожалению, сохранность этих древних памятников оставляет желать лучшего. Дело в том, что в конце I тысячелетия нашей эры тольтеки и ольмеки были вытеснены победоносными ацтеками и майя. Куда они ушли — неизвестно до сих пор, но перед уходом они постарались спасти свои пирамиды. Делалось это очень просто — гигантские постройки засыпались землёй и камнями, маскировались под естественные холмы. Впрочем, чтобы замаскировать пирамиду, нужно было не меньше усилий, чем для её постройки. В горах, покрытых джунглями, маскировка работала великолепно: считается, что большая часть пирамид пока не обнаружена. Некоторые из них, возможно, даже находятся под современными городами.

С обнаруженными пирамидами время обошлось довольно жёстоко. Многие из них были попросту разобраны испанцами (интересно, что они там находили?). Даже то, что известно и уцелело, исследовано далеко не в полной мере.

Решив в ближайшее время разобраться с тольтеками и ольмеками, я смотрел на расстилавшиеся под крылом самолёта кварталы гигантского Мехико. Возможно, именно здесь я смогу найти ответ на все свои вопросы…

В течение следующей недели я обошёл все местные музеи и исследовательские институты. «Все» — это громко сказано, их здесь не так много. Ничего нового я не узнал, хотя выпил неимоверное количество текилы и попробовал, наверное, все блюда мексиканской кухни. Впереди светила язва желудка, и я понял, что пора закругляться.

Но именно в этот момент судьба преподнесла мне подарок — один из моих собутыльников, профессор местного университета, автор трёх монографий об ацтеках, как бы невзначай бросил:

— Тебе нужно поговорить с Индейцем Пабло.

— Он наследник жрецов майя? — улыбнулся я.

— Ты почти угадал. В его жилах, похоже, действительно течёт кровь ацтеков. Он постоянно лазает по джунглям и ищет остатки их городов. Именно поэтому он нигде не работает.

— Ты считаешь, что он может рассказать мне что-то новое?

— Разумеется! Он — лучший специалист по истории доколумбовой Америки из всех, кого я знаю. Я всегда консультируюсь с ним по особо сложным вопросам.

— С простым индейцем? — мне казалось, что собеседник меня разыгрывает.

— Простым? — рассмеялся профессор. — Пабло Итахос — выпускник Кембриджа, причём один из лучших за всю его историю, автор фундаментальной работы «Ранняя история ацтеков», почётный доктор нашего университета. Если бы захотел — мог бы зарабатывать большие деньги. Но он живёт так, как ему заблагорассудится. Внешность обманчива. Если хочешь, я дам тебе его адрес, насколько я знаю, сейчас он в Мехико.

На следующий день я уже стоял у двери небольшого домика на окраине мексиканской столицы. После первого же звонка хозяин открыл мне дверь. Просто и бедно одетый старый индеец — вот как выглядел Пабло. Понимая, что всё это лишь розыгрыш моего нового знакомого, я лихорадочно соображал, что сказать. Но в эту минуту индеец улыбнулся и на чистейшем французском сказал: «Меня предупредили о вашем визите. Проходите, месье Кассе». Я остолбенел — он говорил, как настоящий парижанин!

Внешность действительно оказалась обманчива. От Пабло я получил столько ценной информации к размышлению, сколько не почерпнул бы из всех книг по данному вопросу, вместе взятых.

Оказывается, первые американские пирамиды появились на свет ещё до начала нашей эры. Это были в чистом виде храмовые постройки. Каждая из них представляла собой нечто вроде чемодана с двойным дном: на самой вершине находилось святилище с алтарём, где приносили жертвы и проводили всевозможные ритуалы, предназначенные, как мы сказали бы сейчас, для широкой общественности. А вот внутрь пирамиды вела сложная система потайных ходов. Здесь хранились жреческие архивы и сокровища. Впрочем, практически все известные древние пирамиды давно разграблены. Тем не менее даже то, что осталось, даёт повод для удивления.

Так, в одной из пирамид Пабло обнаружил две параллельные канавки, которые шли по нескольким коридорам, периодически раздваиваясь. Больше всего это напоминало систему трамвайных путей: очевидно, внутри пирамид передвигались какие-то вагонетки. Далее, в верхней части пирамиды располагалась комната с множеством узких окон. Расположение этих окон таково, что через них можно наблюдать движение планет. Вообще внутренняя планировка сильно смахивала на уже знакомый мне «потаённый храм» масонов — проект, который нашёл своё воплощение, в частности, в пирамидах Гизы.

Так что же — и то и другое строили одни и те же люди? Но первые европейцы добрались до Мексики не раньше VII–VIII веков нашей эры (к таким выводам я пришёл в своё время, изучая загадки, связанные с так называемым открытием Америки Колумбом. Кто хочет знать больше — читайте мою «Фальсифицированную историю»). Первые же пирамиды появились на тысячу лет раньше. Может быть, до этого я ошибался?

Но ведь европейцы, придя в Мексику, покровительствовали ацтекам. Это прекрасно показывает история «белого бога». Бог Кецалькоатль был известен у индейцев Америки с XII века до нашей эры, но тогда его изображали в образе пернатого змея. Знакомую нам ипостась белого человека из-за моря он обрёл только у ацтеков. И только в их мифологии Кецалькоатль — живой правитель, основатель ацтекского государства, который, согласно преданиям, правил индейцами в VIII-Х веках нашей эры. А затем злые боги изгнали Кецалькоатля за море, но он обещал вернуться.

«Он собрал всех ацтеков вместе и построил им большой город. Он подчинил им окрестные племена и научил многим ремёслам. И научил он их возделывать поля, и обрабатывать дерево и камень, и строить здания», — гласит ацтекский эпос.

То есть фактически белый пришелец заложил основы ацтекской цивилизации, дал индейцам знания, которые позволили им построить мощное государство. А затем ушёл, оставив на долю жрецов хранить память о себе в следующих поколениях народа. К слову сказать, Кецалькоатль считался покровителем жрецов.

Задача была очевидна — помочь созданию мощного ацтекского государства, равно как и империй майя и инков. Эти «зёрна», которым дали прорасти и принести богатые плоды, специально готовились для того, чтобы европейцы в XVI веке явились и собрали урожай. Но ведь ацтеки и майя были как раз теми, кто стёр тольтеков и ольмеков — строителей первых пирамид — с лица земли. Если они — первые питомцы европейцев, то что же заставило масонов начать всё с нуля? Эксперимент вышел из-под контроля? Слишком много вопросов, на которые нет ответов.

Прогнав из головы лишние мысли, я продолжил свой разговор с Индейцем Пабло.

Книги из ниток

Об ацтеках и майя мы знаем мало, очень мало. Во многом потому, что их книги практически не уцелели до наших дней. Это и не удивительно — письменность в индейских государствах была своеобразной, не похожей ни на что другое. Их книги представляли собой связки нитей — на одну основную крепились обрывки других, которые связывались определённым образом, так что получались слова и предложения. Когда пришли белые колонизаторы, они первым делом уничтожили практически все книги ацтеков и майя. Это довольно странно — обычно культурные ценности, даже на заре нового времени, вывозились в Европу и изучались. Разумеется, гибель индейских книг списали на плохие условия хранения, на войны и пожары. Уцелело лишь несколько из них, которых явно недостаточно для того, чтобы расшифровать эту удивительную письменность. Кроме того, остался устный эпос индейцев, записанный европейцами. Именно из него мы знаем о белом боге Кецалькоатле и его сподвижниках.

Меня всегда интересовало, почему Кецалькоатль дал своим подопечным столь неудобную и недолговечную письменность? В конце концов, ацтеки вполне могли изготавливать глиняные таблички, как древние вавилоняне, — уж чего-чего, а глины в Центральной Америке хватало. Да и технология изготовления пергамента не столь сложна. Почему же именно нитки? Казалось, я нашёл ответ на этот вопрос: в книгах индейцев наверняка было много информации о «белых богах», пришельцах из Европы, которые достигли Нового Света раньше Колумба. Рано или поздно эти сведения могли бы попасть в руки историков, будь они надёжно зафиксированы. А это было отнюдь не в интересах масонов. Поэтому книги индейцев частично уничтожили, частично вывезли в Ватикан (где их видел доктор Нильзер), а частично они погибли сами по вполне естественным причинам.

Впрочем, уничтожить всё так и не получилось. Индеец Пабло, исследовав несколько малоизвестных пирамид, всё-таки вытащил на свет Божий немалое количество книг. Некоторые из них рассыпались у него в руках, другие ему удалось сохранить благодаря специальному консервирующему раствору, который применяют археологи. Накопив некоторое число книг, Пабло приступил к их расшифровке.

Работа подвигалась не слишком успешно — в бесплодных попытках найти ключ прошло полтора года. В один прекрасный день Пабло, зарисовывавшего очередную книгу в свой альбом, осенило: эти связки нитей что-то ему напоминают. Вскоре стало понятно, что речь идёт о древнеиндийском языке, санскрите. Санскритская письменность, если приглядеться, тоже напоминает идущую сверху нить, с которой свисают затейливые узелки. К этому моменту Пабло был готов к любым, даже самым безумным экспериментам — другого выбора у него всё равно не было.

Неожиданно ключ подошёл. Не во всём, конечно, но через несколько месяцев учёный смог прочесть уже несколько фрагментов индейских книг. Всё это показалось ему более чем любопытным, и он попытался опубликовать итоги своих исследований, но учёный мир отнесся к ним крайне равнодушно. Профессору не хотели верить, не могли принять, что этому странному чудаку, пусть и с докторской степенью, удалось сделать то, чего не смогли они, все вместе взятые, — расшифровать древнюю индейскую письменность. Тем более что и сам Пабло не был до конца уверен в правильности своего решения.

По моей просьбе он рассказал мне некоторые истории, которые ему удалось почерпнуть из индейских книг. В частности, среди них была одна, в которой ацтекские жрецы фиксировали свою раннюю историю. В ней довольно много говорилось о белом боге Кецалькоатле, о том, что он помог ацтекам победить своих врагов и основать империю… впрочем, здесь мне всё было ясно. Гораздо ценнее были для меня скупые сведения о том, кто был теми самыми побеждёнными врагами. Тут-то и выяснилось, что речь идёт, скорее всего, о загадочных тольтеках и ольмеках. Потому что неизвестный мне автор, который в прямом смысле слова плёл эту книгу много веков назад, рассказал:

«Эти народы были могущественные, они строили гигантские храмы, они прокладывали пути и общались с Небом. Предки их пришли с востока, из-за Большой воды, и были людьми со светлой кожей и тёмными волосами. Случилось это в незапамятные времена. Однако потом боги прогневались на них, и они разучились возводить дворцы и общаться с Небом. И тогда Кецалькоатль дал нам победу над ними.»

Итак, основателями некогда могущественной цивилизации были люди с востока, из-за океана! Видимо, речь всё же идёт о Европе. Или я ошибаюсь? Пабло отнёсся к этому выводу с изрядной долей скепсиса: в конце концов, неизвестно, насколько можно верить легендам. Что касается тольтеков, то здесь он тоже ничем не смог мне помочь: центром их древней империи было Перу, там, где впоследствии утвердилось государство инков. Теперь из Мехико мой путь лежал в Лиму. Распрощавшись с Индейцем Пабло, я отправился покупать билет на самолёт.

Мой информатор — банан

Впрочем, сначала я заглянул в гостиницу и проверил электронную почту. Не зря, совсем не зря: в ней оказалось целых три письма. Имеется в виду, естественно, мой настоящий почтовый ящик, адрес которого знают лишь немногие, на адрес агентства «СофиТ» приходит столько всевозможного спама и мусора, что я туда и не суюсь. Этим занимается Софи, которая говорит, что скоро придётся нанимать специального секретаря, потому что ей хочется заняться работой поинтереснее.

Первое письмо было от моего литературного агента. Он сообщал, что моими книгами заинтересовались в Америке и одно американское издательство готово их опубликовать.

Второе письмо было от Жерара. Вот уж не ждал от этого парня такой исполнительности! Ему-таки удалось обнаружить в германских архивах запылившиеся бумаги экспедиции Рихтера. Впрочем, как и Венчетти, немецкий исследователь не сумел накопать особенно много. Итак, привожу это письмо целиком (по крайней мере, содержательную его часть).