3. «Щиты» внимания

3. «Щиты» внимания

Мы приблизились к исключительно важному моменту в учении дона Хуана. Впрочем, проблема, встающая здесь перед нами, имеет гораздо более широкий характер и непосредственным образом касается природы человеческого существа вообще, его судьбы м роли в космических масштабах, его оригинальной и неповторимой сущности, делающей человека уникальным явлением во вселенной. Мы будем говорить о природе и функции внимания — тончайшего, но основополагающего процесса во всей психической организации личности.

Достаточно сказать, что внимание — это ключ к восприятию Реальности. Для человека оно является сложнейшим продуктом — результирующей функцией всего психологического комплекса индивида. До сих пор мы очень подробно говорили о различных типах отношения к Реальности и способах интерпретации ее, потому что именно здесь, в работе со вниманием, познавательные, эмоционально-оценочные и иные установки могут сыграть решающую роль. Мы даже позволим себе заявить, что все своеобразие, весь ошеломляющий эффект учения дона Хуана, а значит, и исключительное его значение в истории человеческой самореализации, в конце концов, может быть сведен именно к предложенным им познавательным (перцептивным) установкам.

Ибо установка «настраивает» внимание, а внимание есть основной инструмент, при помощи которого воин постигает Реальность и защищается от ее разрушительного воздействия. И тем более удивительно (а впрочем, может быть, как раз неудивительно), что внимание как психический феномен был и остается одним из самых "темных мест" в психологии. Что современная психология может сказать о внимании? "Характеристика психической деятельности, выражающаяся в сосредоточенности и в направленности сознания на определенный объект. Под направленностью сознания понимается избирательный характер психической деятельности, осуществление выбора данного объекта из некоторого поля возможных объектов." А так как нас интересует, безусловно, внимание произвольное, то в круге проблем неминуемо оказывается проблема воли. "Если выбор производится сознательно, преднамеренно, то внимание является произвольным, или активным. Произвольное внимание является актом воли (Курсив мой — А.К.), оно присуще только человеку." (Цит. по: Философский энциклопедический словарь. М., 1983.) Что же касается воли, то здесь дела обстоят еще хуже. "Воля, способность к выбору, цель деятельности и внутренние усилия, необходимые для ее осуществления. Воля — специфический акт, не сводимый к сознанию и деятельности как таковой." (Там же. Курсив мой — А. К.) Час от часу не легче! В простеньких пособиях по основам психологии от определения внимания вообще отмахиваются: "Избирательный, направленный характер психической деятельности называется вниманием." (Основы общей и медицинской психологии. К., 1984.) Иными словами, внимание — это внимание, и точка. Что же касается генезиса произвольного внимания, то мы с признательностью узнаем, что "изучается фило- и онтогенез произвольных (происходящих из воли) действий и высших психических функций (произвольного восприятия, запоминания и т. д.). В процессе развития психики ребенка первоначально непроизвольные процессы восприятия, памяти и т. д. приобретают произвольный характер, становясь саморегулируемыми." (ФЭС, статья Воля.) Вас не взволновали эти сухие академические фразы? А зря. Ведь речь идет о подлинной тайне человеческого рода, обо всем, что именно составляет сущность человека — хотите онтологическую, хотите социальную, хотите — магическую, или экзистенциальную. При изучении поведения внимания выясняюсь немногое, но это немногое для нас имеет исключительную важность. Из отечественных ученых здесь больше всех сделал

Д. Н. Узнадзе, предложив известную ныне "теорию установки". "Предполагается, что в психической структуре готовности к действию (т. е. установки — А. К.) можно выделить иерархическую систему предрасположенностей (диспозиций) на разных уровнях регуляции поведения в виде: неосознаваемых простейших установок относительно простейших ситуаций и объектов; более сложных социальных установок, регулирующих социальные поступки; ценностных ориентаций личности, являющихся продуктом взаимодействия высших социальных потребностей и условий и опосредующих целостные программы социального поведения в различных сферах деятельности." (См.: Узнадзе Д. Н. Психологические исследования. М.,1966.).

Как видите, внимание (определяющее, между прочим, перцептивную картину мира в сознании личности) «работает» (т. е. движется, переключается, концентрируется под давлением огромного механизма тоналя, ибо все описанное выше относится к фундаментальным характеристикам мира тоналя.

Наука практически ничего не знает о том, как это выглядит сэнергетической точки зрения. Правда, давно известно, что при активном вовлечении внимания в процесс мышления (разрешения мыслительной задачи, например) резко возрастает электросопротивление кожного покрова. То есть, процесс энергообмена организма со средой «угасает», существо в большей, чем обычно степени «изолируется» от внешнего, так как, судя по всему, в этот момент особо нуждается в сохранении энергостазиса. Особенно ярко это проявляется в экспериментальных ситуациях, где испытуемые тестируются на адаптивность к измененным условиям "описания мира" — когда вводится некий элемент «странности», «чужеродности» или парадоксальности. Дон Хуан сказал бы, что тональ тратит энергию на создание защитной оболочки, чтобы "описание мира" не рухнуло — ведь позади него устрашающий и гибельный вихрь нагуаля.

Мы еще будем говорить о том, почему дон Хуан так часто называет внимание «щитом» воина. Сейчас же нам важно отметить одну особенность воздействия тоналя на работу внимания — тональное внимание тем эффективнее, чем более узкую площадь перцептивного поля ему предлагают. Вспомните еще раз тот особый способ ходьбы, который дон Хуан предложил Кастанеде для остановки внутреннего диалога. Главный фокус этого приема в том, что внимание получает инструкцию расширить свое поле до границ 180-градусного обзора. Заметьте: это не связано с движением глаз — вам не нужно перебегать с максимальной скоростью от одного объекта к другому при созерцании представленного ландшафта. Кое-кто наивно полагает (и я встречал таких), что речь идет о предельном разведении глазных осей и вообще как-то связано с мышечным аппаратом глазного яблока. Увы, дело обстоит несколько сложнее. Расфокусировка внимания (а не зрения!) — вот предмет дон-хуановских упражнений. Здесь внимание используется воином не как «щит» перед лицом Реальности, а уж, скорее, как «меч», разрубающий оковы тоналя. В специальной статье В. Я. Романова "Перцептивное внимание и иллюзии восприятия" (Сб. "Психическая саморегуляция — 3", М., 1983) автор очень кратко информирует нас о результатах экспериментальных исследований в этой области. В частности, он замечает: "Наконец, стойкий иллюзорный эффект достигается при инструкции настроить внимание на всю площадь объекта." Что же означает в данном случае возникновение перцептивных иллюзий? Энтузиаст уже готов воскликнуть: да что вы, никакие это не иллюзии! Знаки и образы Непостижимого рвутся к нам сквозь пелену повседневности! Экстрасенсорные сигналы с глубоким, но недоступным пока для нас содержанием!.. Боюсь, что это все же иллюзии, обычные искажения восприятия, и конкретика их (даже когда впечатляет) вполне «внутренняя», собственного изготовления. Иными словами, кривое зеркало тоналя передразнивает само себя. Важно совсем другое: тональ — этот великолепный делатель — наконец-то начинает совершать ошибки! Его "описание мира" уже не безупречно, оно колеблется, оно имеет "слабое место", а значит, его можно заставить капитулировать.

Энергетика мозга в этом любопытном состоянии, видимо, представляет собою парадоксальную «кризисную» картину. Общее возбуждение значительного числа нейронов в едином комплексе перцептуального аппарата тут оказывается совершенно бессмысленным, так как не ведет к локализации сигнала, его вычленению, обработке и т. д. Подобное возбуждение естественным образом ведет к такому же бессмысленному торможению — причем, в первую очередь тормозятся как раз те нейронные структуры, что отвечают за «поиск» сигнала. На какое-то время "луч внимания" освобождается от перцептивных стереотипов тоналя, и вот тут — если повезет! — в его сфере может оказаться сенсорный сигнал, тоналю принципиально недоступный. Используя его как «крючок», «зацепку», можно переключить внимание в неизвестный до сих пор режим функционирования — то, что дон Хуан называет вторым вниманием, вниманием нагуаля. В начале это всегда случай, шанс, удача. Одному повезет через неделю, другому — через десять лет. Никто не знает, как это бывает. Внимание и Реальность — две великие тайны — встречаются друг с другом непредсказуемым и неожиданным образом. Нам придется поверить на слово дону Хуану, который описывает процесс человеческого внимания, «увиденный» без докучливых интерпретаций тоналя.

"Как видящие описывают внимание?

— Они говорят, что внимание — это упорядоченное и усиленное процессом жизни осознание, — ответил он. <…> Внимание — величайшее и, по сути, единственное достижение человека. Исходное осознание животного уровня трансформируется до состояния, охватывающего всю гамму человеческих проявлений. А видящие совершенствуют его еще больше — до тех пор, пока оно не охватит объем человеческих возможностей.

<…> Примером человеческого проявления может служить наш выбор, сообразно которому мы считаем человеческое тело материальным объектом, подобным множеству прочих материальных объектов. А пример одной из человеческих возможностей — достижение видящих, благодаря которому они воспринимают человека как яйцеобразное светящееся существо. Тело как материальный объект относится к сфере известного. Воспринимая тело как светящееся яйцо, мы имеем дело со сферой неизвестного. Человеческие возможности, таким образом, поистине неисчерпаемы.

— Видящие считают, что существует три типа внимания, продолжал дон Хуан. — Ты понимаешь, конечно, что речь идет только о человеческих существах, а не о живых существах вообще. Но это не просто типы внимания. Это, скорее, три уровня достижения, три уровня развития. Их называют первым, вторым и третьим вниманием. И каждое из них являет собою совершенно независимую самодостаточную область.

Первое внимание человека — это животное осознание, которое в процессе накопления жизненного опыта развилось в замысловатое, многоплановое и исключительно хрупкое образование, функция которого — иметь дело со всем, что существует в нашем обычном мире повседневной жизни. Иначе говоря, все, о чем можно думать, относится к сфере функционирования первого внимания.

<…>… изучать то, каким видящий видит первое внимание, довольно важно. Это дает первому вниманию ученика уникальную возможность — понять принципы и механизмы своего собственного функционирования.

— Так вот, видящий видит первое внимание как светимость осознания, развитую до состояния сверхинтенсивного излучения, — продолжал дон Хуан. — Но эта часть светимости зафиксирована, тек сказать, на поверхности кокона. Это светимость, покрывающая зону известного.

А теперь поговорим о втором внимании, которое является более сложным и специфическим состоянием светимости осознания. Второе внимание относится к сфере неизвестного. Оно начинает работать, когда задействуются эманации внутри человеческого кокона, которые обычно не используются.

<…>Еще дон Хуан сказал, что второе внимание также называют левосторонним осознанием, и что это — огромнейшая область. Фактически эта область кажется беспредельной, настолько она огромна. " (VII, 317–320)

По сути дела, наше первое внимание есть непосредственная и всеохватывающая проекция человеческой личности, эго, где безраздельно царит разум как веками отшлифованный механизм, готовый интерпретировать и упорядочивать все, поступающее извне. Именно здесь производятся все эти «установки», «сценарии», «целеобразование» и подчиняющие перцепцию мотивы, эмоции, и многообразные продукты мышления. В самом широком понимании разум — это не только аппарат для интеллектуальных операций, умозаключений, постижения закономерностей и т. д.; разум — это опора внимания, фундамент, на котором созидается монументальный комплекс "описания мира". Внимание и разум так долго находились в одной упряжке, что почти слились воедино, и теперь оказались во власти друг друга. Хотя разум безраздельно правит вниманием, любая трансформация внимания неминуемо ведет к изменению (иногда принципиальному) всего аппарата разума. Ла Горда, вспоминая объяснения дона Хуана на этот счет, помогла Кастанеде еще раз понять призрачность словоупотреблений в области магии:

"Он (дон Хуан) говорил, что мой разум является демоном, который держит меня в оковах, и что я должен победить его, если хочу достичь осознания его учения. Проблема, следовательно, заключалась в том, как победить разум. Мне никогда не приходило в голову потребовать от него определения понятия «разум». Я всегда считал, что он подразумевает способность строить умозаключения или мыслить упорядоченным и рациональным образом. Из того, что сказала мне Ла Горда, я понял, что для него «разум» означал "внимание".

Дон Хуан говорил, что ядром нашего существа является акт восприятия, а его тайной — акт осознания. Для него восприятие и осознание было обособленной нерасчленимой функциональной единицей, которая имела две области. Первая — это "внимание тоналя"… Дон Хуан называл еще эту сферу внимания "первым кольцом силы"…

Второй областью было "внимание нагуаля" — способность магов помещать свое осознание в необычный мир. Он называл эту область внимания "вторым кольцом силы" или совершенно необыкновенной способностью, которая есть у всех нас, но которую используют только маги, чтобы придавать порядок восприятию необычного мира." (V, 553–554)

Первое внимание «нормального» человека, с точки зрения дона Хуана, устроено так, чтобы в процессе своей работы поглощать всю психическую энергию личности, предназначенную для восприятия. Оно очень требовательно, по-своему экономно и, подталкиваемое тоналем, пускает в ход все средства ради тотальной вовлеченности индивида в создаваемое "описание мира". Если помните, дон Хуан называл тональ «стражем» или «охранником». Биологической форме инстинкт самосохранения предписывает в первую очередь хранить свой гомеостазис. С одной стороны, надежной гарантией подобного гомеостазиса было вовлечение всего энергетического потенциала существа в поддержание оптимального (с точки зрения выживания) режима восприятия и функционирования. С другой стороны, всякий избыток энергии, если таковой имеется, должен существовать в организме как неприкасаемый запас, доступ к которому возможен лишь в ситуации подлинно критической, угрожающей опять-таки выживанию биологической формы в окружающей среде. Многочисленные барьеры, поставленные природой на пути к "неприкасаемому запасу", делают невозможными «бессмысленные» энергетические всплески и любую биологически нерациональную утилизацию хранимой энергии. А внимание — это в первую очередь энергия.

"Человеческие существа рождены с ограниченным количеством энергии, которая, начиная с момента рождения, непрерывно развертывается таким образом, что может быть использована модальностью времени наиболее выгодным образом.

— Что ты имеешь в виду, говоря о модальности времени? — спросил я.

— Модальность времени — это определенный узел энергетических полей, находящихся в зоне восприятия, — ответил он. — … и овладение модальностью времени — этими несколькими избранными полями — отнимает всю имеющуюся у нас энергию, не оставляя нам возможности использовать какие-нибудь другие энергетические поля.

<…>Именно это я имею в виду, когда говорю, что среднему человеку недостает энергии для занятий магией, — продолжал он. Если он использует лишь имеющуюся у него энергию, он не сможет постичь миры, которые воспринимают маги. Чтобы воспринимать их, магам необходимо использовать обычно не употребляемый пучок энергии. Естественно, что обычный человек для восприятия мира магов и понимания их восприятий должен использовать тот же пучок, которым пользовались они. Однако для него это невозможно, так как вся его энергия уже задействована.

<…>Подумай об этом так: все это время ты учился не магии, но скорее умению сохранять энергию. И эта энергия дает тебе возможность овладеть некоторыми из энергетических полей, недоступных для тебя сейчас. Вот что такое магия: умение использовать энергетические поля, которые не участвуют в восприятии известного нам повседневного мира. Магия — это состояние осознания. Магия — это способность воспринимать нечто, недоступное обычному восприятию." (VIII, 8–9) (Курсив везде мой — А. К.)

Итак, перед нами встает проблема, с первого взгляда кажущаяся неразрешимой и просто нереальной: мы должны отыскать в себе необыкновенно мощный источник энергии, который без вреда для своей жизненной целостности можем отвлечь на такое грандиозное предприятие, что в случае успешного его завершения мы полностью трансформируем собственное существо и переходим на качественно иной уровень бытия. Шри Ауробиндо, глубоко почитавший авторитет ведических писаний, искал разрешение тайны такого преображения ("трансмутации" — он любил употреблять этот алхимический термин) в медитационных упражнениях древних риши — духовных искателей и мудрецов эпохи Вед. Он полагался на Силу, пребывающую вне человека и наделенную сверх-сознанием, — Силу Матери, Силу Супраментального Света. Он хорошо знал отчаяние человеческого существа, не способного преодолеть разорванность Духа (Пуруши) и Материи (Пракрити), несмотря на десятилетия упорной интроспекции и медитативных трансов. Для воцарения «божественной» жизни на Земле ему как воздух был необходим источник удивительной Силы, которая разрешит эту вековечную проблему, разрубит этот Гордиев узел, чтобы родился новый вид Homo Sapiens — гностическое существо, наделенное всеми атрибутами Абсолютного Бытия. Религиозное чувство вынудило философа обратиться к Божеству, иначе тупик казался безнадежным.

Но последователи дона Хуана утверждают, что нашли "благодатный источник" без помощи Космического Сверх-Разума и завоевали свободу собственными силами. В следующей главе мы попробуем разобраться, что это за энергия и каково ее происхождение — и неужели мы действительно всемогущи, как Боги, даже когда не призываем их и не поклоняемся им?

Чем мы на самом деле обладаем, кроме внимания, восприятия и осознания, которых на нынешнем этапе едва хватает, чтобы кое-как протащить неминуемо дряхлеющее тело семь-восемь десятилетий по этой однообразной Земле? Правда, у нас есть «щиты» — наилучшие щиты древних толтеков, но спасут ли они нас?

Помните? Смерть и нагуаль — всегда рядом. Один неверный шаг, и воин обращается в пыль под натиском Непостижимого. И никакие молитвы Будде, Иегове, Аллаху, даже всемогущей Матери Кали не спасут сорвавшегося в пропасть путника, если его внимание не послужит ему "щитом".

"… Ты знаешь, что с тобой случилось в тот день, когда ты видел союзника и мне дважды пришлось тебя купать?

— Нет.

— Ты растерял свои щиты.

— Какие щиты? Ты о чем?

— Я сказал, что воин отбирает то, что составляет его мир, отбирает осознанно, потому что каждая вещь, которую он отбирает, становится его щитом, защищающим от нападения сил, тех сил, которые он старается использовать. Щиты, например, используются воином для защиты от собственного союзника.

Обычный средний человек точно так же, как и воин, живет в окружении тех же самых непостижимых сил. Но он им недоступен, так как защищен особыми щитами другого типа.

<…>Все обычные люди непрерывно чем-то заняты. Они делают то, что они делают. Это — их щиты. Когда маг встречается с какими-то из непостижимых и неумолимых сил, его просвет открывается. [Речь идет о «просвете» в энергетическом коконе человека. Через это отверстие в него могут войти энергии, способные «развалить» кокон вообще. Об этой смертельной опасности нагуаля мы еще скажем в следующем разделе. — А. К.] Маг становится в большей степени подверженным смерти, чем обычно. Я говорил тебе, что смерть входит в нас через этот просвет. Поэтому тот, у кого он открыт, должен быть готов в любой момент заполнить его своей волей. Конечно, если он — воин. Но ты пока что не воин. А если человек не является воином, то ему не остается ничего другого, как использовать житейские проблемы для отвлечения сознания от устрашающих встреч с непостижимыми и неумолимыми силами. Тем самым человек закрывает свой просвет.

… Однако использовать подобного рода "житейские щиты" так же эффективно, как их использует обычный человек, ты уже не способен — слишком много знаешь о силах. Поэтому сейчас ты вплотную приблизился к тому, чтобы чувствовать и действовать, как воин. Твои старые щиты разбиты.

<…>Воин принимает на себя ответственность по защите своей жизни. Поэтому если какая-либо из этих сил стучится к тебе и открывает твой просвет, ты должен намеренно бороться за то, чтобы закрыть его самому. Для этой цели ты должен иметь избранный ряд вещей, которые дают тебе спокойствие и удовольствие. Вещей, которые ты можешь намеренно использовать для того, чтобы убрать свои мысли от испуга, закрыть просвет и сделать себя цельным.

— Что это за вещи?

— Несколько лет назад я говорил тебе, что в своей повседневной жизни воин выбирает путь сердца. Именно это отличает его от обычного человека. Воин знает, что он на пути сердца, когда един с этим путем, когда переживает огромное спокойствие и удовольствие, идя по нему. Вещи, которые выбирает воин, чтобы сделать свои щиты, — это частицы пути сердца." (II, 391–393)

"Частицы пути сердца" — переживания и воспоминания, вызывающие в нас "огромное спокойствие и удовольствие"… И это все? В чем же здесь защита, в чем сила, закрывающая гибельный просвет в энергетическом теле? Дон Хуан говорит об искусстве произвольного манипулирования вниманием. Осознанно целенаправленное внимание — это не только и не столько психический процесс, о котором так неясно толкуют психологи; это определенная энергетическая формация (как и все сущее в Реальности), имеющая свой особенный тип движения и устойчивые связи со всеми потоками энергии, циркулирующими в "светящемся коконе" воина. Так или иначе направляя собственное внимание, мы производим изменения в конфигурации энергетических волокон, составляющих нашу целостность: что-то уходит из области осознанного восприятия, что-то «угасает» в столкновении с ответным потоком, что-то приходит из «затененных» сфер и блокирует нежелательные внешние воздействия. Передвижение внимания — это передвижение энергии внутри нас, вот почему дисциплина воина подразумевает управление различными фиксациями внимания и эмоциональными реакциями на восприятие.

Долгое время для Карлоса лучшим «щитом» (т. е. хорошо отработанным переключением внимания) оставались его записки, которые он вел, беседуя с доном Хуаном и другими магами. И нередко дон Хуан вынуждал Кастанеду использовать этот «щит», когда тональ ученика угрожал «рассыпаться» под давлением нагуаля.

"Что я должен делать? — спросил я.

— Быть самим собой. — сказал он. — Сомневаться во всем. быть подозрительным.

— Но мне не нравится быть таким, дон Хуан.

— Не имеет никакого значения, нравится тебе это или нет. Значение имеет то, что ты можешь использовать как щит. Воин должен использовать все доступные ему средства, чтобы прикрыть свой смертельный просвет, когда тот открывается. Поэтому неважно, что тебе на самом деле не нравится быть подозрительным или задавать вопросы. Сейчас это — твой единственный щит.

— Пиши, пиши. Иначе ты умрешь, — сказал он." (IV, 78)

Особенности внимания могут затруднить достижение нагуаля или облегчить его. Интересно, что некоторые преимущества в этом отношении имеют маги-женщины. Ла Горда, в частности, была куда более способной ученицей, чем сам Кастанеда. Она объясняла это так:

"Мы удерживаем своим вниманием образы мира. Обучать мужчину-мага очень трудно, потому что его внимание всегда закрыто, сфокусировано на чем-нибудь. А вот женщина всегда открыта. Поэтому она большую часть своего времени ни на чем не фокусирует свое внимание, особенно в течение менструального периода. Нагваль рассказал мне, а затем продемонстрировал, что в эти дни я могу полностью отвлечь свое внимание от образов мира. Если я не фиксирую его на мире, то мир рушится." (V, 528–529)

В реальности нагуаля, где все сущее состоит из энергетических потоков, волокон, эманаций, "светящийся кокон" человеческого существа кажется включенным в необозримую сеть вытянутым, яйцевидным «клубком», наполненным специфическими структурами и формациями. Именно там легко заметить резонансную природу восприятия, и внимания в особенности. Сложно представить себе настолько отличающийся от нашего мир, но, подводя итоги наших рассуждений о внимании, нельзя не обратиться еще раз к опыту видящих, и пусть он даст нам пищу для размышлений.

"Затем дон Хуан объяснил, что сфокусировать воспринимаемый нами обычный мир первое внимание может, лишь выделив и усилив определенные эманации, выбранные из узкой полосы эманаций, в которой находится человеческое осознание. Не задействованные при этом эманации никуда не исчезают. Они остаются в пределах нашей досягаемости, но как бы дремлют. Поэтому мы так ничего и не узнаем о них до конца жизни.

Выделенные и усиленные эманации видящие называют правосторонним или нормальным осознанием, тоналем, этим миром, известным, первым вниманием. Обычный человек называет это реальностью, рациональностью, здравым смыслом.

Выделенные эманации составляют значительную часть полосы человеческого осознания, но лишь маленькую толику всего спектра эманаций, присутствующих внутри кокона человека. Незадействованные эманации, относящиеся к человеческой полосе, это что-то вроде преддверия к неизвестному. Собственно же неизвестное составлено множеством эманаций, которые к человеческой полосе не относятся и выделению никогда не подвергаются. Их видящие называют левосторонним осознанием, нагуалем, другим миром, неизвестным, вторым вниманием.»

Данный текст является ознакомительным фрагментом.