ВООБРАЖЕНИЕ VERSUS ФАНТАЗИЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ВООБРАЖЕНИЕ VERSUS ФАНТАЗИЯ

С точки зрения истинного Посвященного, наиболее достойный сожаления предмет, самая печальная пародия на человека есть человек без Бога. Под словом «Бог» Я подразумеваю высший идеал Бога, какой только возможно вообразить и запечатлеть в человеческом уме. Идеал, представляемый в общих чертах человеком в один период его жизни, может весьма отличаться от более позднего идеала. Однако каким бы ни был ничтожным его первый идеал в сравнении с последующим, он фактически является одним из аспектов Бога и поэтому такой же истинный Бог, как и идеал, созданный позднее. Разница между ними заключается лишь в большей мудрости, а также характере воображаемых атрибутов позднего идеала, что делает его более великим и всевмещающим.

Никакими словами не описать печальных последствий, проистекающих от неправильного употребления и ложного толкования слова «воображение» и соответственно неверного понимания природы и цели того атрибута, в отношении которого это слово применяется. Понятия воображения и фантазии, как правило, настолько безнадежно смешаны в сознании обычного человека, что редко кто берет на себя труд выделить то качество или атрибут, в отношении которого это слово применялось. Так же редко кто-либо стремится узнать, какой именно смысл имел в виду произносящий или пишущий это слово. А между тем различие между этими словами огромно, ибо воображение есть атрибут Божественной Души, тогда как фантазия является качеством низшего мышления. Вообразить какой-либо предмет или атрибут – это значит создать его форму на внутреннем плане, чтобы в надлежащее время он стал такой же реальностью для человеческих чувств, как и наступление дня вслед за ночью. Обращаясь к толкованию слова «вера», данному Апостолом Павлом, мы можем сказать, что воображение есть субстанция вещей ожидаемых и желанных. Воображение настолько молниеносно в своем действии, что кажется, будто не прошло и мгновения, как успели прорисоваться все детали завершенной формы в момент той вспышки, во время которой в уме фиксируется отражение воображаемого предмета. Такие же феномены производит солнечный свет в процессе фотографирования.

Лишь Бог может создать образ Божий; только Бог может видеть Бога; сила же человека создавать образы ограничена, и он не может создать воображаемую форму Бога, если только Сам Бог не проявит в этом участия. Лишь в том случае, когда определенный центр экрана умственной сферы человека развит до такой степени, что может принимать и фиксировать образ Бога, лишь тогда истинный образ или истинный идеал Бога запечатлевается в нем. И какова же должна быть профанация, если человек постоянно применяет термин «воображение» к неустойчивым, ничтожным колебаниям низшего ума; и какое разочарование ожидает того, кого учили, что все его воображаемые богоподобные качества и формы, передающие его идеалы сверхчеловеческого величия, являются лишь фантазиями, не имеющими какой-либо истинной ценности! А так как у него не было иных путей для создания идеала Бога, кроме воображения, то такой человек остается без Бога. Так единственный центр души, посредством которого человек может познать Бога, обрекается на атрофию или настолько повреждается, что не может более отвечать божественному импульсу, который в ранние годы жизни подчинялся его воле. Убийство воображения в ребенке насмешками или наказанием является преступлением против природы. Вы можете спросить: но как же представить Абсолют, не имеющий формы, если Я не принимаю какой-либо меньшей идеи о Боге? В ответ Я скажу, что, рассматривая слово «Бог», Я не имею в виду Абсолют. Чтобы избежать всех излишних дифференциации субстанции и формы, попытайтесь осознать, что с первым отражением, или манифестацией Абсолюта как принципов Атма-Буддхи-Манаса, началось творение при помощи Крийяшакти, или Божественной Воли. Попросту говоря, Абсолют сотворил или отразил образ Бога – синтез вышеупомянутых принципов, – и все творения, последовавшие за ним по мере того, как приходили и уходили века, были лишь дифференциациями и комбинациями этих первых трех принципов. Принцип формы, называемый обычно геометрией, был одной из этих дифференциации. Но форма относительна, следовательно, Божество не ограничено какой-нибудь одной формой, но находится во всех формах. В стремлении вообразить это Божественное Естество обычно на ум приходит всевмещающая форма сферы. Воображение едва ли может ошибиться и сбиться с пути, рисуя какой-либо высший идеал, ибо, как было сказано ранее, характер этого идеала зависит от развития того центра в человеческом мозге, через который преимущественно действует способность создавать образ.

В изображении Бога в человеческой форме нет ничего неуважительного или свидетельствующего о недостатке духовного распознавания, ибо совершенная человеческая форма и является самой высокой идеальной формой. Одно из возражений, высказанных многими мыслителями относительно ограничения и умаления Абсолюта идеей Бога в форме, вытекает из убеждения, что, исходя из обязательного проявления пар противоположностей в любой форме, совершенный Бог добра не может существовать в форме, так как в этом случае зло должно сосуществовать с добром, но, на Мой взгляд, это возражение несущественно, ибо даже хороший человек обладает способностью совершить зло, если он того пожелает. В действительности именно возможность выбора делает его либо хорошим, либо плохим в зависимости от его воли.

Не хотелось бы, чтобы вы думали, будто Я настаиваю на какой-то форме в виде образца, чтобы создать по ней воображаемого Бога. Я настаиваю лишь на необходимости сохранять активность того центра мозга, через который действует воображение; и вы не сможете этого сделать, если откажетесь или не посчитаете нужным вообразить при этом некий идеал Божества, как не смогли бы сформировать какой-либо образ из глины без самой глины, ибо атрибут воображения есть чистейший атрибут Божества, без которого никакая форма не может быть проявлена в материи.

Глубокая правда была бессознательно выражена одним материалистом, когда он с иронией предоставил человеку привилегию создавать своего собственного Бога. Если у вас есть какой-то высокий идеал, который вы отождествляете с Богом, то фактически вы уже создали при помощи воображения форму, которая является вашим Богом в той мере, в какой вы любите и почитаете те атрибуты, которыми ее наделили. Именно характер и природа этих атрибутов вызвали вашу любовь и преданность, а эти атрибуты принадлежат Божеству.