Предисловие

Предисловие

«Лишь тот, кто находится в пути, разглядит дорогу домой».

Эта книга написана не для тех, кто хочет преуспеть только в этом мире — мире людей, в котором мы нещадно эксплуатируем себя и своё окружение в погоне за «лучшими» условиями жизни. Литературы, указывающей на то, как заработать деньги и проложить путь к успеху в сообществе людей, выпущено предостаточно. Здесь с позиции толтековских традиций стороны человеческой деятельности будут рассматриваться в другой масштабной сетке, выводящей за пределы обычных представлений.

Чем бы не занимался человек в жизни и как бы не оправдывал свои поступки, он всегда преследовал одну и не всегда осознанную цель — обострение своего восприятия. Каждый из нас постоянно использует индивидуальные способы набора энергии для поддержания остроты своего осознания. И всё это — ради одной цели. Для разрушения оков, преследующей каждое живое существо саморефлексии — рутинного наблюдения собственного образа.

Распространенные приёмы энергетического обновления среди людей не всегда эффективны и целесообразны. Главный же их недостаток в том, что они замкнуты внутри человеческой системы видения мира. Подтверждая своё мироощущение на протяжении тысячелетий сложившейся культурой восприятия, почти все мы всё больше застреваем в своей «земной мудрости» без ориентиров в абстрактном — в духе.

Прагматичные толтеки утверждают, что мы находимся в невыгодном для нас состоянии осознания, которое всё больше «запечатывает» нас в материально-предметном отношении к реальности и, в конце концов, может унизить всех людей как вид, живущий на Земле. Точнее, мы сами унизимся, при выбранном нами саморазрушительном образе жизни.

Улучшая своё благосостояние лишь в одном плане существования, человек никогда не ощутит перспективы бесконечного путешествия личного осознания и трансформации человеческой формы в новые возможности восприятия. При игнорировании тонких энергий абстрактного мы бессознательно пытаемся компенсировать их энергиями грубых планов. Мы просто не в состоянии поступать иначе в атмосфере озабоченности «цивилизованного» существования. Но такое положение дел, по мнению толтеков, приводит нас к внутреннему конфликту и неудовлетворённости при всём внешнем благополучии.

Некоторые высказывания и предположения в этой книге были написаны не с целью декларации открывающихся истин. Эти представления своей неординарностью лишь помогают лучше осознать многообразие жизненного выбора человека, которое в традиционно-догматических установках современного общества сузилось обратно пропорционально раздутой человеческой важности. Поэтому автор заведомо склоняет читателя, относиться к нижеизложенному с лёгкостью, — как к исследовательскому путешествию в гипотетическом пространстве своих нереализованных возможностей.

Читатель, вероятно, может спросить: почему автор принял позицию толтеков, а не говорит от собственного имени? Да потому, что в автономном плавании отчасти «замерил глубины» этого пути и решил поделиться некоторыми соображениями. Автор не настолько «хорош», как может показаться кому-то по ходу чтения книги. Он не фанат системы, и не «потомственный» толтек, — без прямой передачи знаний этого быть не может. Но убеждён в том, что необходима опорная система взглядов на основе которой, можно строить свои заключения. Особенно в тех дебрях непознанного, где «разборы полётов» требуют определённой систематизации. Впрочем, любые исследования уже опираются на предшествующий им опыт. В данной книге не скрывается — на чей.

Свобода, как в толтековском звучании, так и в ином другом представлении, конечно же, условное и преходящее понятие. Она никогда не станет полной или окончательной, как и открывающиеся возможности осознания. Её всегда будет не хватать на любом этапе развития. Но наша жизнь устроена так, что каждому даётся шанс на его жизненной «взлётной полосе» успеть подняться в высоты непостижимости духа, достигнув нового качества восприятия жизни. Об этом говорят все религии и многие жизненные примеры адептов и святых.

Но по некоторым причинам, которые затрагиваются в этой книге, подавляющее большинство из нас предпочитает «зарыться в землю» за сигнальными огнями этой полосы, так и не успев взлететь. В этой связи автор взял на себя смелость полагать, что мы не всегда отдаём себе отчёт в том, к чему нас ведёт та или иная деятельность, утверждённая опытом всей Цивилизации.

Некоторый прагматичный пессимизм этой книги является рабочим моментом среди многочисленных иллюзорно-розовых представлений культивируемых человеком. Толтекский воин жизнерадостен от непосредственного контакта с реальностью и выдержанно мрачен в отношении непродуктивных представлений общества, ограничивающих его свободу. Особенно, в тех случаях, когда в суете жизненных проблем сложившиеся отношения в социуме под разными «благовидными» предлогами «участливо» и незаметно проникают в его жизнь.

Возможное ощущение безысходности, возникающее по ходу чтения книги (тщедушным и слабонервным книга не рекомендуется), автор советует приравнять к оптимистическому чувству освобождения от удобных иллюзий, когда «швартовые отброшены», но не знаешь, что делать со своей вольной волей и куда плыть. Свобода устрашающа и нестабильна лишь для тех, кто своевременно не уравновесил это — новое состояние постижения реальности. Воин же может использовать любую эмоцию или мысль для действия осознания, не отождествляясь с ними.

Многие из тех, кто однажды ощутил дух свободы и отступил по разным причинам, будут неизменно отстаивать свои окопы привычного образа жизни, ставя под сомнение существование магических линий, нагвалей типа Дона Хуана и т. д. Таким образом, каждый встаёт на защиту своего выбора, своей реализации. Это — нормально. Только зачем убеждать других сворачивать с их намеченного пути, который не смог пройти сам, — на что не хватило собственной устремлённости и сил. Может быть, кому-то повезёт больше в этом выборе.

Освободиться окончательно от всего невозможно, — всегда найдутся новые завуалированные отождествления следующего этапа развития. Но позиционировать себя в равновесном состоянии наблюдателя жизни при стремлении к свободе — уже шаг к ней.

В этой книге поставлено больше вопросов, чем найдено ответов, но своей необычностью они, возможно, подтолкнут кого-то соотнести себя и свою жизнь более чем с одной системой отсчёта — грандиозной, но имеющей свои пределы — системой отсчёта человеческих жизней.