Глава 11. Где умный человек прячет лист (принцип Честертона)

Глава 11. Где умный человек прячет лист (принцип Честертона)

Снарк — особая дичь; не поймаешь его

Как обычного зверя, друзья.

Сделать всё… всё, что можно…

И больше того —

Мы должны сделать всё, что нельзя!

Л.Кэрролл «Охота на снарка»

…Так это было в действительности или нет, но Е.Парнов в своём «Троне Люцифера» (Москва: Политиздат, 1985) так представляет себе ритуал масонского обряда:

…— Брат, нет ли чего-нибудь между вами и мною?

— Есть, достопочтенный.

— Что же это такое, брат?

— Тайна, достопочтенный.

— Какая это тайна, брат?

— Франкмасонство.

— Почему вы сделались масоном?

— Для тайны и чтобы из мрака тотчас перейти в свет.

— Есть ли у масонов тайны?

— Есть, много и высокой цены…

В этом вопросе сомнений быть просто не может. Действительно, история масонства переплетена тайнами. Самыми разными. Разумеется, среди них немало и просто тайн, и тайн высокой цены. Но что же тогда говорить о Розенкрейцерах? Их тайны, без сомнения, можно условно разделить на «тайны высокой цены» и «тайны высочайшей цены»!..

Если исходить из предложенной тройной модели, то выходит, что Им приходилось Исполнять свою Миссию в течение сотен (или всё же тысяч) лет в сложнейших конспиративных условиях! Понятно, что по изложенным выше причинам, у Них не было особых оснований «раскрываться» на католической исповеди!

У Них не могло быть особенно тёплых чувств и к Ордену Иезуитов.

Что касается сатанинских Лож, то нужны ли здесь какие-то комментарии вообще?

Но самый Серьёзный враг не только для Братьев Розы и Креста, но и для человечества — Умы Внешние. А Католическая Церковь, в лице приходских священников, придерживалась стандартной двойной модели!

Всё растущее число учёных, философов — вот тот контингент, который, пополняя ряды масонов, представлял собой великолепную среду для выявления тех немногих, кто хотел, а главное мог, претендовать на звание Брата! Вот одна из немногих причин того, что в Розенкрейцерской среде удивительных, потрясающих высот достигло искусство Хранить Тайны, а также передавать тайны! И, прежде всего, искусство Розенкрейцерской Тайнописи и Розенкрейцерских Шифров!

…Вообще техника, стремящаяся скрыть само существование секретного сообщения называется стенография. Её разновидности: симпатические чернила, радиотехнические устройства, спрессовывающие длинные сообщения в один короткий сигнал, жаргонные слова, в которых самые невинные словечки обладают тайным смыслом. А также системы записи, при которых лишь определённые буквы или слова сообщения чего-то означают, в то время, как остальные служат только начинкой, превращающей весь текст в безобидную болтовню.

В 1940 году вышла книга писателя Трублаини «Шхуна "Колумб"», которую старшее поколение читателей отлично помнит. Вот там юная героиня, оказавшись в плену на шпионской подводной лодке, получив возможность написать своему отцу письмо, которое шпионы хотят вручить ему лично, прибегает именно к помощи подобного метода. Она строит фразы таким образом, что только каждое последнее слово несёт на себе истинную смысловую нагрузку. Совершенно ясно, что опытный германский шпион замечает это немедленно…

Так вот стенография отличается от криптографии тем, что пытается скрыть существование секретного сообщения. А криптография просто имеет целью сделать сообщение совершенно непонятным для постороннего.

В криптографии исходный текст преобразуется двумя основными способами: или подстановкой, или перестановкой. При подстановке буквы исходного сообщения заменяются другими буквами, числами или произвольными символами. При перестановке — буквы исходного сообщения перемешиваются или меняются местами. Оба эти способа можно применять одновременно, в сочетании друг с другом.

Именно способ самой элементарной подстановки описан в имеющем поистине мировую известность в кругах читателей нескольких поколений рассказе А.Конан-Дойля «Пляшущие человечки». Там знаменитый сыщик очень красочно описывает потрясённому доктору Ватсону, как он путём сложнейших умозаключений смог расшифровать… элементарнейший из шифров. Очевидно, чтобы не доставлять Шерлоку Холмсу слишком уж больших хлопот с дешифровкой, бандиты метили конец каждого слова своих сообщений маленьким флажком, который они «вручали» заканчивающему это слово человечку-букве.

А вот ещё один рассказ на ту же самую тему. Его автор — американский писатель Эдгар По. Рассказ называется «Золотой жук». Но… представим слово герою рассказа Леграну:

«…И всё же, — сказал Легран, — головоломка не столь трудна, как может сперва показаться. Эти знаки, конечно — шифр; иными словами, они скрывают словесную запись. Кидд (известный пират), насколько мы можем о нём судить, не сумел бы составить истинно сложную криптограмму. И я сразу решил, что передо мною примитивный шифр, но притом такой, который для незатейливой фантазии моряка должен был показаться совершенно непостижимым.

— И что же, вы сумели найти решение?

— С лёгкостью! В моей практике встречались шифры в тысячу раз сложнее. Я стал заниматься подобными головоломками благодаря обстоятельствам моей жизни и особым природным склонностям и пришёл к заключению, что едва ли разуму человека дано загадать такую загадку, которую разум другого его собрата, направленный должным образом, не смог бы раскрыть. Прямо скажу, если текст зашифрован без грубых ошибок и документ в приличной сохранности, я больше ни в чём не нуждаюсь; последующие трудности для меня просто не существуют.

…Я уже знал, что документ написан по-английски. Как видите, текст криптограммы идёт в сплошную строку. Задача намного была бы проще, если б отдельные слова были выделены просветами. Я начал тогда бы с анализа и сличения более коротких слов, и как только нашёл бы слово из одной буквы (например, местоимение Я или союз И), я почёл бы задачу решённой. Но просветов в строке не было, и я принялся подсчитывать однотипные знаки, чтобы узнать, какие из них чаще, какие реже встречаются в криптограмме…».

Хорошо известно, что элементарную систему подстановки нетрудно расшифровать, если только сообщение состоит хотя бы из десятка слов. Различные буквы в каждом сообщении, записанном на том или ином языке, встречаются с весьма постоянной частотой.

В любом достаточно большом отрывке английского текста, например, приблизительно одна из восьми букв будет «е», а одна из одиннадцати «t».

В результате шифровальщик может опознать буквы исходного текста по их «заместителям» в том тексте, который предстоит расшифровать!

Феномен постоянной частотности справедлив также для диграфов, или комбинаций двух букв. В английском языке самый частый диграф — «th».

Такова основная идея расшифровки «подстановочной» тайнописи. Этот метод весьма стар и практикуется в Европе вот уже более пятисот лет.

В 1466 году итальянский архитектор Лео Баттиста Альберти опубликовал небольшой трактат с описанием нового криптографического принципа, который и до сего дня лежит в основе очень многих шифров. Он получил наименование — многоалфавитный. В нём для засекречивания одного сообщения применяется несколько шифров-алфавитов. Они получаются посредством последовательных смещений некоторой исходной последовательности букв относительно обычного алфавита.

В образующейся при этой операции таблице содержится столько же алфавитов, сколько и букв! Причём каждый из этих алфавитов имеет свою букву — «ключ». К шифрам Альберти уже неприменим обычный «частотный» метод прочтения одноалфавитных шифров. Поскольку исходные шифровальные эквиваленты для букв непрерывно меняются.

Но предела совершенствования, как известно, нет. В 1553 году некто Джиованни Батиста применил принцип «ключевого слова», легко запоминаемого и без труда заменяемого. Для шифровки своих сообщений он выписывал это слово-ключ, повторяя его всякий раз над всеми буквами исходного текста. Каждая буква ключевого слова указывала затем на соответствующий шифровальный алфавит, который кодировал каждую нижележащую букву исходного текста.

Адресат для расшифровки сообщения просто должен был воспроизвести процесс в обратном порядке. В течение более 300 лет многоалфавитная шифровальная система казалась абсолютно неприступной.

Здесь, уважаемый читатель, можно было бы сделать то, ради чего мы и рассказываем вкратце историю шифровального дела. Поскольку что-то принципиально новое было сделано только в 1863 году немецким майором Фридрихом Касиски. То есть рассказать то немногое, что известно исследователям о Розенкрейцерских шифрах. Показать, насколько глубока разница в подходах!

Но… раз уж мы заговорили о криптографии, то доведём тему обычных шифров до логического завершения! Итак…

Так вот, майор Касиски опубликовал… общий метод прочтения шифтов Альберти с повторяющимися ключевыми буквами и словами. Основная идея немецкого майора была следующей. Когда одна и та же часть ключевого слова, сплошной чередой выписанного над исходным текстом, несколько раз случайно приходится на одинаковые буквосочетания в нём, то в зашифрованном тексте будут встречаться одинаковые кусочки!

Тогда по расстояниям между очередными и другими, причём любыми, двухбуквенными двойными повторами можно определить длину ключа!

Затем рассортировать буквы криптограммы на несколько групп, каждая из которых зашифрована отдельной буквой-ключом. А дальше наступает очередь принципа постоянной частотности. После этого криптографы стали применять неповторяющийся или «текучий» ключ. Наподобие текста какой-либо обычной книги или стихотворения. Подобный метод шифрования описан, например, в шпионском детективе пятидесятых годов "Погоня за «Призраком» Томана.

Однако в 1883 году Август Керкгоф разработал новый общий подход к раскрытию любого многоалфавитного шифра. Вот тогда-то и пришла очередь шифровальных машин, в которых применялся бесструктурный, бесконечный ключ в виде перфорированной телетайпной ленты…

Но, переходя к рассмотрению того, что становится известным в настоящее время относительно эзотерической криптографии, нельзя забывать о том, что ВСЁ наследие в этой области египтян, шумерийцев, индусов и множества других народов тщательнейше изучалось и использовалось Орденами.

Поэтому следует хоть немного коснуться проблематики символики и криптографии Древнего Кеми. Сейчас уже установлено, что к моменту восшествия на престол Первого Фараона (Пер-О) Древнего Царства Джосера, того самого, в период правления которого и была построена самая первая ступенчатая пирамида, символизм и искусство криптографии достигли значительных высот.

Тем более досадно, что большинство египтологов, в том числе и немало ведущих, придерживаются одностороннего подхода. Он выражается в том, что они однозначно требуют только письменных свидетельств.

Отстаивая позицию достоверности, они не хотят принимать во внимание тот важнейший факт, что помимо языка иероглифов, Иерофанты пользовались и иными способами фиксации и хранения информации, которым, кстати, они доверяли больше, чем иероглифам. Такого же мнения придерживается, например, И.Шмелёв, являющийся видным специалистом в области архитектуры.

Вот, что он пишет в своём исследовании «Феномен древнего Египта» (1993 г., Минск): «…Существовали и существуют другие языки, посредством которых также можно успешно фиксировать объективные данные. Например, язык чисел. Или, например, то же самое наблюдается и в музыке. А есть ещё один специфический язык — язык геометрии, существующий наряду с языком чисел, потому что геометрия как язык пространственных форм линейными размерами кодирует (дублирует) язык математики. И хотя геометрическая характеристика объектов не всегда попадает в поле зрения исследователей, тем не менее сказанное сохраняет силу».

И далее: «…не учитывается, что писцов в Древнем Египте хоронили по такому же обряду, как и фараонов. Эта «льгота» обеспечивалась умением писцов фиксировать достоверные факты посредством жезлов, которые… служили инструментами применения знаний. А поскольку жезл есть инструмент, то… его устройство обусловлено конкретными задачами. Наконец, есть ещё немаловажное обстоятельство, которому египтология не придаёт серьёзного значения. В фазы наивысшего расцвета культуры учёные всех стран и цивилизаций наиболее существенные знания сохраняли в строжайшей тайне. Это были эзотерические знания, которые никогда не фиксировались в виде общедоступного текста, а излагались языком мифа, сакральный смысл которого был понятен лишь ограниченному числу лиц, давших обет не распространять их в миру… Именно потому в иероглифической литературе нигде не удалось обнаружить сведений о геометрии и математике, как своде правил, т. е. их системного изложения».

Откуда делается вывод, что если жезлы Иерофантов были инструментами фиксации знания, то не указывает ли их геометрия на шифр, заложенный в самих жезлах? В упомянутой выше работе, Шмелёв и делает, как представляется, весьма удачную попытку вскрыть геометрические соотношения, заключённые в пропорциях так называемого «малого жезла», присутствующего на странных деревянных панелях из захоронения, в свою очередь, таинственной личности из свиты (?) Пер-О Джосера, некоего Хеси-Ра.

По мнению Шмелёва… «жезлы Хеси-Ра наглядно демонстрируют, что полумодуль с нанесённым на него коррелятом… образуют столь ёмкую память, что она сопоставима лишь с памятью современной ЭВМ!» Вот вам и Древнее Царство! Кстати заметим, что на изображениях, исполненных на пяти древнейших деревянных панелях, несколько раз чередуются ипостаси БА и КА. Напомним, что БА — это символ реального физического тела, а КА — эфирный (астральный?) двойник, душа. Но ведь имеется ещё и так называемый «большой жезл», где геометрические соотношения ещё более удивительные!

Представим себе «обмен информации» между носителями двух жезлов, осуществляемый с помощью, скажем, послания на папирусе. Но будем полагать, что послание закодировано определёнными соотношениями и определённым порядком их использования! Интересно, насколько здесь могли бы помочь даже многоалфавитные шифры! И прочие современные методы дешифровки, если отсутствует исходная информация!

Вот она, практически идеальная стенография! А ведь этим жезлам никак не меньше пяти тысяч лет!

И потом, кто сказал, что самые сакральные знания были скрыты именно в большом и малом жезлах? Иерофанты Кеми (иерофант буквально означает — читающий судьбу, или знающий будущее) знали где и как хранить Тайны!

Вышедший в 1996 году в издательстве ВАКЛЕР труд под названием «Тайны Готических Соборов» — это действительно нечто впечатляющее! Автором является ни кто иной, как один из самых легендарных и таинственных людей Земли — Фулканелли. Мы уже упоминали о Нём в первой части повествования. В послесловии А.Морозова читаем: «….В 1926 году в парижском издательстве… под псевдонимом Фулканелли вышла книга, озаглавленная "Тайны Готических Соборов". Спустя два года появилась вторая книга… называющаяся "Философские обители, или Трактат о герметическом символизме"… По мнению знатоков алхимии, они стояли в одном ряду с сочинениями Василия Валентина, Космополита и Филалета. Среди трактатов на данную тему труды Фулканелли выделялись ясностью языка, фундаментальностью и глубиной познаний автора. К тому же, из предисловий Канселье было ясно, что автор смог получить философский камень между 1922 и 1926 годами. Примерно в это же время он, как истинный Адепт, исчез…».

Эта Книга посвящена Тайному Символизму, скрытому в пропорциях и скульптурных изображениях Готики. По мнению самого Фулканелли, эти скульптурные группы иллюстрируют, в частности, весь процесс герметического получения Красного Льва.

Или, например, Фулканелли анализирует символику Нотр-Дам:

«…Рассмотрим последовательный ряд изображений, начиная изнутри и продвигаясь к выходу. На боковых сторонах контрфорсов, ограничивающих главный вход, мы увидим на уровне глаз два маленьких барельефа. Барельеф на левой колонне изображает алхимика, открывающего таинственный источник, который Тревизан описывает в последней «Притче» своей книги "Натурфилософия металлов".

Он шёл долго; он блуждал по ложным путям и сомнительным дорогам; но наконец, он достиг цели! Ручей живой течёт к его ногам. Он бьёт из старого дуплистого дуба…Но, что это за тайный Источник?».

Невозможно пересказать это великое произведение! Оно не просто содержит великолепнейший анализ архитектуры и скульптурных изображений Готических храмов. Этот труд написан на высочайшем уровне с использованием уровней рефлексии явно выше второго! Поэтому правильно будет сказать, что «Тайны Соборов» — это криптографическое произведение!

В нём, в частности, есть интереснейшие намёки на связанные с Тамплиерами призывы, заключённые в особенности архитектуры Собора в Шартре.

А вот что пишет относительно эзотерической криптографии в своём капитальном труде «Энциклопедическое изложение… символической философии» такой виднейший авторитет, как Мэнли П.Холл: «Если бы искусство дешифровки криптограмм сделалось популярным, стало бы ясно, что существует до сих пор неизвестная и неподозреваемая мудрость, которой обладали древние и средневековые философы. Стало бы ясным, что многие кажущиеся многословными и странными отрывки из сочинений многих авторов были на самом деле способом скрыть определённые слова. Шифрованные сообщения скрыты весьма тонким и сложным образом: например, могут использоваться водяные знаки на бумаге, на которой напечатана книга; шифр может быть скрыт в переплёте книги. Может быть использована непоследовательная нумерация. Сообщения могут быть зашифрованы через первые буквы или слова предложений, в математических уравнениях или же в как будто абсурдных и непостижимых выражениях».

Мэнли П.Холл также утверждал, что украшения, например, заставок древних книг — идеальное место для сокрытия шифра, как и само число слов или букв в тексте!

Иерофанты, например, вообще считали святотатством обсуждение священных истин на том же языке, который используется всуе. Имели место так называемые секретные алфавиты. Но… удовлетворить потребности Масонов они уже не могли! И уж никак не годились для нужд Орденов, поскольку само наличие секретного алфавита раскрывало сам факт сокрытия информации!

А именно об этом и не должен был даже догадаться посторонний! Но Посвящённые были очень умными людьми! Потрясающе умными! Практикующими высокие уровни рефлексии! В результате у них… появились системы шифрования текста, в которых скрывалось наличие как текста, так и самого шифра. Именно записанные подобным образом документы содержали глубочайшие секреты эзотерической информации и философии!

Зашифрованные в таких документах сообщения не вызывали подозрений и не привлекали внимания непосвящённых! Именно так средневековые философы распространяли свои сообщения по всей Европе. Вообще литература XV, XVI и XVII веков пронизана шифрами, из которых лишь немногие были раскрыты.

До сих пор, в сущности, непонятным, осталось таинственное произведение, которое известно миру с 1459 года и известно, как «Химическая свадьба» Христиана Розенкрейца. Попытки «заземлить» это произведение и приписать авторство не столь легендарному автору, а именно Валентину Андреа, не выдерживают, никакой критики.

Вот что говорит по этому поводу Мэнли П.Холл: «Интересно отметить, что многие служители церкви также использовали криптограммы, боясь, что их научные поиски принесут им серьёзные неприятности или даже несчастье. Только недавно был раскрыт весьма тонкий шифр Роджера Бэкона, из которого стало ясно, что этот учёный муж уже тогда многое знал о клеточном строении живого».

В криптографии, которую считают принадлежностью Братьев Розы и Креста сравнительно невысокой степени Посвящения, встречается так называемый двухбуквенный шифр. Но он не имеет ничего общего с описанным ранее диграфом. Это абсолютно разные вещи! Двухбуквенный шифр требует использования ДВУХ типов печатания. Один из них, как отмечает П.Холл, — это обычная печать, а другой — шрифт, отлитый специально. Разница между этими шифрами очень мала. Столь мала, что требуется мощное увеличительное стекло, чтобы заметить её. Поначалу шифрованное сообщение скрывалось в выделенных курсивом словах, предложениях или параграфах, потому что курсивные буквы дают больше возможностей для введения малозаметных изменений.

Иногда применялось… варьирование букв по величине или толщине. Двухбуквенный шифр появляется во многих книгах, опубликованных при жизни лорда Бэкона. А также в течение почти ста лет после его смерти. Любопытно, что шифр мог быть использован во всём тексте и даже внесён в него уже при печатании книги, так что сам автор даже не подозревал об этом.

Исследователи, например, используют проверку некоторых фолиантов XV–XVIII столетий на возможность авторства Братьев Розы именно по этому и подобным принципам. Фальшивки, как правило, не содержат в себе вышеупомянутых криптографических тестов «на разумность»! Ну что ж, ведь фальшивка она и есть фальшивка! Итак, первая известная на сегодня разновидность Розенкрейцеровской криптографии, это — буквенный шифр и, в частности — двухбуквенный.

Вторым видом криптограммы считается так называемый картинный шифр. Любая картина, имеющая значение в дополнение к очевидному смыслу, может рассматриваться как картинная криптограмма. Именно об этом мы говорили ранее, когда приводили некоторые отрывки из сочинений Густава Майринка. Абсолютно понятно, что в силу своей колоссальной информационной ёмкости, рисованное изображение допускает редкие возможности для кодирования шифрованных сообщений. Примеры картинного шифра можно обнаружить в произведениях египетского символизма. В частности, великие Арканы Таро — тому отличный пример. Автору этих строк пока ещё не приходилось встречаться с трактовкой Арканов, которая поясняла бы все предметы, изображённые на великих Арканах.

В дополнение к простым картинным шифрам имеется и более сложная форма, в которой слова или буквы выражены с помощью числа камней в стене или взмахов крыльев летящей птицы. Или ещё того пуще — ряби на воде. Или длины штрихованных линий, например!

В этом случае формы и пропорции изображённых зданий, высота замка, число перемычек в окнах, детали одежды, даже позы и пропорции человеческого тела — всё использовалось для сокрытия определённых букв или фигур.

Ну как тут не вспомнить изумительный рассказ К.Честертона «Сломанная сабля». Помните? — Где умный человек прячет лист? — В лесу.

А убитого? — На поле боя.

— А если не было никакой битвы? — Он сделает всё, чтобы она была!

Но продолжим повествование. Случалось и так, что начальные буквы имён были скрыты в архитектурных арках или сводах. Порой картинные криптограммы снабжались ключом, необходимым для дешифровки. Например, на начальную букву шифра указывала рука, шпага, нога или копыто лошади. Некоторые криптограммы намеренно искажались. У фигуры мог быть щит не в той руке и т. д.

Мэнли Холл называет также третий — акроматический шифр.

Имеются в виду шифры и аллегории. Вот, например, отрывок из упоминаемой уже «Химической свадьбы»: «…Он спросил у меня письмо и Приглашение. С какой радостью я представил его! Когда Страж услышал моё имя и узнал, что я Брат Розы и Креста, он удивился и, казалось, очень обрадовался. Он обошёлся со мной с большим уважением и сказал: "Войди, брат мой, желанный гость ты для меня!"».

Приведённый выше отрывок весь, в каждом своём слове содержит целый букет аллегорий!

Особенностью акроматического кода является тот поразительный факт, что документ может быть переведён на другой язык, перепечатан и т. д. Но при этом не произойдёт никакого искажения криптограммы. Акроматическая криптограмма является картиной с шифром в словах. Ветхий и Новый Завет, «Метаморфозы» Апулея, «Басни» Эзопа, «Иоланта» — выдающиеся примеры акроматической криптографии, в которых скрываются глубочайшие и самые возвышенные истины античной мистической философии.

Этот вид шифра — наиболее тонкий из всех шифров, наиболее рефлексивный! Исследователи Библии сталкиваются с этой проблемой уже сотни лет! Это настолько важный момент, что предоставим слово П.Холлу:

«…исследователи Библии часто удовлетворяются моральной интерпретацией Библии (той или иной Притчи) и забывают при этом, что каждая притча и аллегория могут иметь семь интерпретаций, из которых седьмая (наивысшая) является самой полной, другие шесть (меньших) интерпретаций фрагментарны и открывают лишь часть Тайны».

Следующий вид шифра — нумерический. Их прочтение обычно зависит от использования специальных таблиц, в которых приведено соответствие чисел, слов или букв.