Глава 5. Деятельность сестер Фокс

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 5. Деятельность сестер Фокс

ля сохранения хронологической последовательности событий в продолжение Гайдсвильской истории мы расскажем вам о сестрах Фокс. Это замечательная, а для истории спиритизма — печальная история. В ней содержится урок, который следует добросовестно усвоить. Когда люди искренно и с открытым сердцем стремятся к правде, то появление нового учения не может оставить их равнодушными: они обязательно примут участие в исследованиях.

В течение нескольких лет две младшие сестры Фокс — Кейт и Маргарет успешно проводили сеансы в Нью-Йорке и других городах. Гораций Грили — будущий кандидат в президенты страны, как уже говорилось ранее, проявлял к ним глубокий интерес и был полностью уверен в их честности.

Публичные демонстрации их медиумических способностей приводили в ярость тех, кто не имел собственного мнения о религиозном значении нового откровения и жил, заботясь только о мирском благополучии. Все это время сестры истощали свои силы беспорядочными сеансами, что не могло быть одобрено серьезными спиритами. Опасность подобной практики не понимали и раньше. Встающие перед людьми житейские проблемы столь многообразны, что вряд ли высшие духи станут спускаться на землю, чтобы дать добрый совет, как лучше расположить железнодорожные склады или решить любовные проблемы. Невежество было всеобщим, не хватало мудрого советчика, который мог бы подставить плечо отважным зачинателям движения и указать им истинный и безопасный путь. Хуже всего, что свою истощенную энергию сестры порой восстанавливали… стаканом вина, а ведь одна из них была почти ребенком. Говорят, что существует наследственная предрасположенность к алкоголю, но даже исключив такую возможность, нужно признать, что алкоголь не мог благотворно влиять на результаты сеансов и образ жизни сестер. Хотя в остальном их моральный облик не вызывал никаких нареканий, дорога, которую они выбрали, вела к оскудению разума и силы воли.

Вверху слева направо: КЕЙТ ФОКС ДЖЕНКИН, ЛЕА АНДЕРХИЛЛ, МАРГАРЕТ ФОКС КЕЙН.

Внизу — сестры ФОКС и их родители.

ГАЙДСВИЛЬ, ШТАТ НЬЮ-ЙОРК.

Безусловно, сестры Фокс испытывали определенное давление. Впервые эту идею высказала миссис Хардиндж Бриттен, которая писала:

«Я задержалась на первом этаже, услышав голос бедняжки Кейт Фокс среди гула недовольно ворчащей толпы исследователей. Она часами произносила слова по буквам алфавита. Не менее несчастный дух часами выстукивал имена, возраст и даты к удовольствию присутствующих»[49].

Представьте себе усталых молодых девушек, лишенных материнской заботы, измотанных нападками врагов, не способных сопротивляться все возрастающему искушению обратиться лишний раз к спиртному.

Жизнь Маргарет в тот период детально освещает любопытная брошюра под названием «Любовные письма доктора Элиши Кейна»[50]. В 1852 году доктор Кейн — впоследствии известный исследователь Арктики, встретился с Маргарет Фокс — тогда привлекательной молодой девушкой. Кейн написал ей несколько любовных писем, которые стали литературным памятником его влюбленности. Элиша Кейн был пуританином, о чем свидетельствует его имя, фанатично верующим в то, что Библия представляет абсолютное и окончательное слово Господне. Его понимание Библии полностью противоречило новому учению, исповедующему иные ее толкования.

Кейн был доктором медицины, представителем благородной профессии, которая во все времена вызывала недоверие окружающих, считающих врачей крайне циничными. С самого начала Кейн не сомневался в том, что девушки являлись жертвами обмана. Он считал, что старшая сестра Леа использовала Маргарет в корыстных целях. Вскоре Леа вышла замуж за мистера Андерхилла — страхового магната с Уолл-стрит, но даже этот факт не изменил мнения Кейна. Доктор искренне подружился с Маргарет, познакомил ее со своим дядюшкой, который занимался вопросами образования девушки во время путешествия Кейна в Арктику. В конце концов Кейн сочетался браком с Маргарет в местечке Гретна Грин[51], очень модном в то время. Вскоре после этого он скончался (в 1857 году), и вдова, взявшая фамилию Фокс Кейн, прекратила на время сеансы и вернулась в лоно Римской католической церкви.

В своих письмах к Маргарет Кейн постоянно обвинял ее в двуличии и лжи. К сожалению, сохранилось всего лишь несколько ее писем, из которых трудно установить, каким образом она защищалась от его обвинений:

«Бедное дитя! С ее простодушием, чистосердечием и робостью, она совершенно не могла притворяться или обманывать кого-либо, даже если и имела бы к этому склонность». Автор этого утверждения был, очевидно, близко знаком со всеми действующими лицами истории, хотя он и не являлся спиритом, поэтому его мнение имеет для нас неоспоримую ценность. В письме к младшей сестре Маргарет — Кейт Кейн пишет: «Послушай моего доброго совета, никогда не общайся с духами, будь они бывшие твои друзья или случайные люди. Ты знаешь, что при всем моем трепетном отношении к Мэгги я целый месяц пытался и не смог ничего понять: все ее сообщения с миром духов так и остались для меня загадкой».

Принимая во внимание их близкие отношения и то, что жена проводила опыты с проявлением психической силы в его присутствии, можно только удивляться, что медик-профессионал после (целого месяца попыток разобраться в сути этого явления отступился. Это было настоящее поражение. Никто так и не смог найти доказательств мошенничества в письмах, но в них содержится достаточно подтверждений тому, что ни Кейн, ни обе молодые девушки не имели никакого представления о религиозном значении этих сил. Девушки не понимали всей ответственности медиумической деятельности и явно злоупотребляли своим даром, раздавая мирские советы, принимая случайных посетителей, отвечая на их глупые, а порой и фривольные вопросы. Подобные обстоятельства ослабляли их силы и плохо влияли на развитие их личностей. Они заслуживали большего, и их ошибки — следствие молодости и неопытности.

Для того чтобы окончательно понять мотивы такого поведения, нужно вспомнить о том, что сестры только что вышли из детского возраста, были плохо образованы и достаточно невежественны в вопросах философии. Все упреки Кейна в адрес Маргарет лишь повторяют то, что она вынуждена была выслушивать каждые четверть часа от большинства окружающих, включая и добрую половину всех проповедников Нью-Йорка. Возможно, в глубине души она и чувствовала свою неправоту, тем самым вызывая недоверие Кейна. В сущности Кейн был прав: некоторые поступки сестер трудно оправдать. Но в то же время они, подобно Д. Д. Хоуму, совершенно искренно использовали свой дар для доказательства существования бессмертия душ и утешения страждущих. Эти цели ставили сестер выше всякой критики. Кейн, конечно, преувеличивал «значение» их талантов, но совершенно справедливо осуждал некоторые способы применения девушками своего дара.

Однако в некоторых вопросах Кейн проявлял очевидную непоследовательность. С одной стороны, он сохранял самые нежные отношения с матерью и сестрами Фокс, но в то же время продолжал думать, что они спекулируют на доверии окружающих, обманывая их. «Поцелуй за меня Кейт», — писал он жене, постоянно передавая слова любви и признательности их матери.

В таком молодом возрасте девушки пристрастились к алкоголю, проводя большую часть своего времени в компании случайных знакомых. «Скажи Кейт, чтобы она не пила много шампанского, и сама не делай этого», — наставлял Кейн Маргарет. Хорошо, если бы обе они следовали его советам, но не надо забывать о постоянных искушениях и их окружении.

Кейн представлял собой любопытную «смесь» героя и педанта. Признаки духовных проявлений считались вульгарным предрассудком, свойственным необразованной части общества. Как же он — такой благородный и образованный джентльмен мог жениться на обладательнице подобных вульгарных предрассудков? Если у него и имелись какие-либо сомнения на этот счет, то выражал он их весьма своеобразным способом, начиная свое письмо к ней с предложения стать ей братом и заканчивая напоминанием о своих горячих поцелуях: «Сейчас, когда ты отдала мне свое сердце, я стану тебе братом», — писал он. Однако Кейн проявлял явную склонность к суевериям, о чем свидетельствует часто упоминаемый им факт: его правая рука приподнималась сама собой, Кейн чувствовал прилив сил и способность к предсказаниям. Он уверял, что «его научил этому фокусу индийский факир». Впрочем, Кейн был не только педантом, но и снобом: «Во время обеда у президента я часто вспоминал о тебе», и еще: «Ты никогда не сможешь постичь моих мыслей и чаяний. Я же никогда не принесу себя в жертву твоим». Хорошим примером может служить несколько отрывков из писем Маргарет, которые свидетельствуют о ее смышлености и легком характере. Тем не менее она ни разу не пошла на поводу у Кейна и не отреклась от своей правды, невзирая ни на какие его уговоры.

Прочитав эти письма, мы обратили внимание на некоторые основные идеи, выраженные в них:

1. Кейна постоянно преследовала мысль о том, что сестры пытаются ввести общество в заблуждение.

2. За все годы их близких отношений Маргарет ни разу не согласилась с обвинениями Кейна.

3. Он не мог даже предположить природы «обмана» и «мошенничества» сестер.

4. Маргарет зачастую использовала свои силы в таких ситуациях, которые вызывали неодобрение серьезных спиритов.

Она действительно не знала истинной природы обретенных ею сил. Один из журналистов того времени писал:

«Она все время утверждала, что никогда не была окончательно уверена в том, что стук возникал в результате спиритической силы, но полагала, что в этом принимают участие сверхъестественные силы природы».

Таковой оставалась ее позиция, и на своей визитной карточке она напечатала, что люди должны сами судить о природе ее психических сил.

Естественно, что те, кто заявлял об опасности медиумизма — особенно, физического — приводили в пример сестер Фокс. Но не следует злоупотреблять подобным примером. И в 1871 году, после двадцати лет неустанной работы они тем не менее вдохновляли многих ведущих исследователей. В течение сорока лет общественность проявляла к сестрам Фокс постоянный интерес, направленный, в основном, на создание невыносимых условий для их жизни и деятельности. Не преуменьшая разрушающего воздействия общества, мы солидарны с мнением тех, кто считает профессию медиума опасной для человеческой души.

В том же 1871 году Кейт Фокс посетила Англию. Мистер Чарльз Ф. Ливермор — банкир из Нью-Йорка — в благодарность за утешение, полученное от воздействия ее чудодейственных сил, и во благо дальнейшего прогресса спиритизма решил субсидировать это путешествие. Он обеспечил Кейт всем необходимым, дал ей возможность проводить сеансы, предоставил надежную компаньонку.

В письме к мистеру Бенджамину Колмэну, известному представителю спиритического движения, мистер Ливермор пишет:

«Мисс Фокс, без всякого сомнения, самый замечательный медиум среди всех встреченных мною ранее. Она чиста и невинна. Медиумические силы мисс Фокс дают утешение, они познавательны и настолько поразительны, что я чувствую себя в неоплатном долгу перед ней и хочу обеспечить ей комфортное путешествие вдали от родного дома и друзей».

Заметки Ливермора важны для описания дальнейших печальных событий в ее жизни:

«Чтобы вам стали более понятны особенности ее характера, позвольте мне рассказать об ее особой чувствительности. Она до крайности простодушна, живо чувствует настроение окружающих. Время от времени она становится нервозной и даже капризной. Я посоветовал ей не засиживаться на сеансах долгое время, не обращать внимания на скептиков, избегать явных „торговцев сенсациями“ и любителей чудес, вызывающих излишнее раздражение. Успех демонстраций зависит от состава публики. Если ей удается войти с присутствующими в тесный контакт, то ее психическая сила находит полное выражение. Сообщения, полученные через нее, поистине замечательны. Я сам часто получал через нее сообщения от моей жены Эстеллы на прекрасном французском, иногда на испанском или итальянском языках. Сама мисс Фокс не владела этими языками. Я думаю, что вы вскоре сами все поймете. Как я уже говорил, она не собирается проводить профессиональных сеансов, но надеюсь, что сделает все возможное для распространения великого учения в Англии».

Мистер Колмэн, который посещал ее сеансы в Нью-Йорке, оказался свидетелем поразительных проявлений духовных сил, что случилось с ним впервые за всю его семнадцатилетнюю практику. Мистер Кромвель Ф. Варли — специалист в области электричества, принимавший участие в прокладывании телеграфного кабеля через Атлантический океан, в своем докладе на собрании Лондонского диалектического общества[52] в 1869 году рассказал об интересных опытах с применением электричества, которые он проводил с мисс Фокс.

Визит Кейт в Англию носил характер своеобразной миссии. Мистер Колмэн советовал ей подбирать участников сеансов среди тех людей, которых не смогло бы напугать опубликование их свидетельств и имен. Идея была одобрена, поскольку она позволяла собрать ряд объективных доказательств ее уникальных способностей. Среди приглашенных были: профессор Уильям Крукс, мистер С. К. Холл, мистер У. Х. Харрисон, редактор журнала «Спиричуалист» («The Spiritualist»), мисс Розамунда Дейл Оуэн (ставшая впоследствии женой Лоуренса Олифанта) и преподобный Джон Пэйдж Хоппс.

На сеансах появлялись и новые посетители. 24 ноября 1871 на одном из них, проходившем при участии друга Кейт Д. Д. Хоума, присутствовал представитель «Таймс» («The Times»), опубликовавший подробный отчет о сеансе. Он появился в виде статьи, занимавшей три с половиной колонки на первых страницах газеты. Статья называлась «Спиритизм и наука». Представитель газеты рассказывал, как мисс Фокс предложила ему встать рядом с ней и держать ее за руки: «Громкие, тяжелые удары доносились от стен. Они напоминали удары кулаком и повторялись каждый раз по нашей просьбе». С позволения мисс Фокс и мистера Хоума представитель газеты принял участие почти во всех опытах: ему было позволено произвести проверку их достоверности.

Статья в «Таймс» начиналась следующими словами:

«Многие внимательные и постоянные читатели нашей газеты, возможно, ожидают извинений за то, что мы открываем сегодняшний номер полемикой на такую спорную тему, как спиритизм, и рассуждаем о вопросах, которые могут быть отнесены к разряду человеческих заблуждений и даже мошенничества, требующего разоблачения. Но даже самые знаменитые примеры мошенничества и самые абсурдные заблуждения бывают настолько важны, что разумной части человечества не следует пренебрегать ими… „Подсудное ли это дело?“ — спросил бы любой адвокат. Несомненно одно: мы имеем дело с фактами, которые трудно назвать уликами с юридической точки зрения, и с некоторыми показаниями примечательного характера. С другой стороны, не следует пренебрегать информацией о случаях подлинного мошенничества и сообщениями, разрушающими надежды многих исследователей».

14 декабря 1872 года мисс Кейт Фокс вышла замуж за мистера Х. Д. Дженкина, адвоката, автора книги «Краткий обзор современного Римского права», почетного генерального секретаря Ассоциации реформ и кодификации свода национальных законов, ставшего одним из пионеров спиритического движения в Англии.

Журнал «Спиричуалист» опубликовал подробный отчет о свадебной церемонии, на которую были приглашены известные спириты. Во время свадебного обеда по всей комнате разнесся громкий стук и большой стол, на котором стоял свадебный торт, стал приподниматься над полом. Современные исследователи считают, что миссис Кейт Фокс Дженкин и ее мужу следовало бы встретиться в общественных кругах Лондона в начале 70-х годов. Тогда бы ее силы получили более основательное развитие.

Джон Пэйдж Хоппс дал ей следующую характеристику:

«Маленькая, хрупкая, очень умная, скромного вида женщина с приятными мягкими манерами, целиком погруженная в свои опыты. В ней не было ни малейшего намека на зазнайство, ее деятельность была лишена налета таинственности».

Ее медиумические способности включали в себя не только способность вызывать стук (зачастую большой силы), но и спиритическое излучение, получать письменные сообщения, материализацию рук. Полная материализация духа, которую она продемонстрировала на американских заседаниях, редко происходила на ее сеансах в Лондоне. В нескольких случаях объекты, находившиеся в комнате во время опытов, передвигались посредством психических сил, а иногда перемещались из соседних помещений.

Профессор Уильям Крукс решил принять участие в выяснении природы сил медиума и опубликовал свой отчет. Тщательное исследование показало, что стук — это лишь малая часть выражения психических сил Кейт Фокс, не поддающихся объяснению с точки зрения привычной логики. Крукс рассказывал о сеансах, на которых он присутствовал со своей женой и ее родственницей:

«Я держал обе руки медиума в своей руке, ее ступни покоились на моих ступнях. Передо мной на столе лежал лист бумаги, в моей свободной руке был зажат карандаш. „Светящаяся рука“ опустилась с потолка и на несколько секунд повисла рядом со мной, взяла карандаш из моей руки и быстро начала писать что-то на бумаге. Затем она взметнулась над нашими головами и постепенно растаяла в темноте».

Подобное не раз случалось на сеансах, что подтверждают свидетельства очевидцев.

Появление светящейся субстанции было самой яркой страницей медиумической практики миссис Фокс Дженкин. В присутствии миссис Мак-Дугал Грегори, мистера У. Х. Харрисона — редактора журнала «Спиричуалист» и других свидетелей также произошла материализация светящейся руки[53]. Исходящее от нее фосфоресцирующее свечение площадью в четыре дюйма[54] озарило пол и лица присутствующих, овеяв их прохладой. Мисс Розамунда Дейл Оуэн, сообщая об этом явлении[55], говорит о «светящихся кристаллах» и о таком реалистичном видении, которого она никогда прежде не встречала. Она подтвердила тот факт, что свечение было подобно струе холодного воздуха, так как имела возможность убедиться в этом лично на сеансе другого медиума, когда свечение происходило вблизи от ее лица. Мисс Оуэн рассказывала о книгах и изящных орнаментах, перемещавшихся вокруг нее, а также о тяжелой музыкальной машине весом в 25 фунтов, которую силы перенесли из другой комнаты. Любопытно, что машиной никто не пользовался в течение многих месяцев, пока невидимые силы не только перенесли ее в другое помещение, но починили и завели ее.

Медиумический дар миссис Дженкин отражался и на течении ее повседневной жизни. Профессор А. Бутлеров[56] вспоминал, как однажды он собрался нанести утренний визит вежливости ей и ее мужу вместе с А. Аксаковым[57]. Бутлеров явственно слышал стук, доносившийся из-под пола. Проведя с семьей Дженкин вечер, он впоследствии рассказывал о том, что во время чаепития стук повторился снова. Мисс Розамунда Дейл Оуэн также ссылалась на похожий случай[58]: медиум в компании нескольких леди стояла на тротуаре перед витриной магазина, как вдруг их беседа была прервана стуком, и тротуар под их ногами задрожал. Стук был достаточно громким, чтобы привлечь внимание прохожих. Мистер Дженкин также упоминал целый ряд подобных случаев, которые имели место в их повседневной жизни.

Наш рассказ можно было бы дополнить подробностями сеансов, но мы решили ограничиться цитатой из отчета профессора А. Бутлерова, который исследовал психические силы миссис Дженкин будучи в Лондоне (опубликован в журнале «Спиричуалист» от 4 февраля 1876 года):

«Мне представилась счастливая возможность присутствовать на сеансах миссис Дженкин. Я пришел к заключению, что явления, вызываемые медиумом, имеют объективную и убедительную природу. Я полагаю, что любой вдумчивый и порядочный скептик примет во внимание мое утверждение, отрицающее чревовещание, двигательные эффекты анатомического характера и другие факторы искусственного происхождения этих явлений».

Мистер Х. Д. Дженкин умер в 1881 году, оставив вдову с двумя сыновьями. Его дети с раннего возраста начали проявлять яркие медиумические способности. Более подробно об этом можно прочитать в современных источниках[59]. Мистер С. К. Холл — человек, известный в литературных кругах, а также выдающийся спирит, так описывал заседание, проходившее в его доме в Кенсингтоне 9 мая 1882 года, в день его рождения, на котором присутствовала также и его больная жена:

«Я получил через миссис Дженкин несколько любопытных и трогательных письменных сообщений. Мы решили вынести из комнаты свет. Затем началась серия манифестаций, подобных которым я никогда не встречал… Я взял со стола маленький колокольчик и зажал его в руке. Вдруг я почувствовал, как чья-то рука потянула колокольчик из моей руки, при этом звон раздавался по всей комнате в течение пяти минут. Затем я поставил под стол аккордеон, он переместился из-под стола не расстояние в три-четыре фута и заиграл. Звучала мелодия аккордеона, звенел колокольчик, на столе горели две свечи. На протяжении всего сеанса мистер Стэк держал миссис Дженкин за одну руку, а я держал в своей руке ее Вторую руку. Мы оба часто повторяли: „Держу руку миссис Дженкин в своей руке“.

Передо мной на столе лежал большой букет из анютиных глазок, под ним находился лист бумаги. Накануне утром мне прислал эти цветы один мой приятель, но в гостиной не было вазы. Я послал за ней — она стояла на прежнем месте. Мы занялись тем, что называют получение „письменного сообщения“. Вдруг я заметил записку, написанную карандашом на листе бумаги, лежащим передо мной. Я разобрал следующие слова: „Предназначается тебе в знак моей любви“. На предыдущем заседании (тоже с миссис Дженкин) я получил послание следующего содержания: „В день твоего рождения я пошлю тебе знак своей любви“»[60].

Дополним рассказ одной деталью: мистер Холл не только помечал листы бумаги своими инициалами, но и загибал их уголки, чтобы убедиться в том, что их не подменили. Результат поразил мистера Холла, он писал:

«Я был свидетелем многих замечательных манифестаций, но сомневаюсь, что увижу когда-нибудь более убедительное зрелище, подтверждающее факт общения с чистыми, добрыми, святыми духами».

Он согласился стать «банкиром» миссис Дженкин, чтобы следить за денежным фондом, предназначенным для образования ее детей. В заключение мы приведем еще одну выдержку из его воспоминаний, которые помогут нем в дальнейшем повествовании о жизни одаренного медиума:

«Я испытываю твердое убеждение в том, что она и дальше будет использовать свои медиумические силы для служения обществу, сохраняя дружбу и доверие тех, кто не может не испытывать к ней уважение такого же свойства, которое испытывала Новая церковь к Эммануэлю Сведенборгу или методисты к Джону Уэсли[61]. Убежденные спириты в неоплатном долгу перед этой леди — добрым вестником, выбранным Провидением для контактов с людьми…».

Мы привели эти подробные описания сеансов для освещения способностей медиума, которые в то время достигали полного расцвета. Несколькими годами позже, на сеансе, проходившем в ее доме 14 декабря 1873 года по случаю празднования годовщины свадьбы, дух «простучал» следующее: «Когда тучи сгустятся над тобой, думай о светлом». Это предсказание оказалось правдивым, так как конец ее жизни был омрачен серьезными неприятностями.

Маргарет (миссис Фокс Кейн) приехала к своей сестре в Англию в 1876 году и прожила с ней вместе несколько лет, пока не произошел один тягостный случай. Казалось, что черная кошка пробежала между старшей сестрой Леа (миссис Андерхилл) и двумя ее младшими сестрами. Возможно, причиной того, что старшая сестра не смогла справиться со своими эмоциями, послужило их пристрастие к алкоголю. По этой же причине некоторые спириты энергично вмешались в жизнь Кейт, вызвав бурю негодования у обеих сестер своим требованием отделить детей Кейт от матери.

В поисках оружия, которое они могли бы использовать против своих обидчиков, сестры решили не останавливаться ни перед чем. Польстившись на обещанное денежное вознаграждение, они решили «наказать» новое учение, совершив обман, который ударит Леа и ее союзников в самое чувствительное место. Воспользовавшись этим порывом ненависти, подогретой алкоголем и религиозным фанатизмом, ведущие духовные наставники католической церкви внушили Маргарет, как некогда Хоуму, что ее способности есть силы зла. Она упоминает кардинала Менинга, оказавшего влияние на ее поведение, но это сообщение не было воспринято достаточно серьезно. Перечисленные обстоятельства толкнули Маргарет на рискованную, даже безумную затею. Перед отъездом из Лондона она передала в «Нью-Йорк гералд» («New York Herald») статью, обличающую спиритическое учение, утверждая, что «стук — это лишь малая часть больших событий, достойных более пристального внимания». По приезде в Нью-Йорк, она призналась, что получила за эту сенсационную публикацию соответствующую сумму. Между ней и старшей сестрой разверзлась пропасть.

На взгляд стороннего наблюдателя, вся эта история могла повергнуть в недоумение целое поколение критиков. С точки зрения психологии трудно представить, что все последующие действия этой неуравновешенной женщины были вызваны не только приступом ярости, но и обещанным ей денежным вознаграждением.

Так или иначе, она призналась в том, что сама производила стук и подтверждала возможность фальсификации. Вскоре последовало ее выступление в Мюзик-холле нью-йоркской Музыкальной академии. Прежде всего, следует особо отметить тот факт, что в таком просторном зале любые заранее подготовленные звуковые эффекты можно было бы приписать действию медиума. Более важным является свидетельство репортера «Нью-Йорк гералд» о прошедшем ранее закрытом собрании, на котором он присутствовал:

«Я услышал первую серию ударов, раздававшихся прямо из-под моих ног и ножек кресла, в котором я сидел. Стук повторился вновь уже из-под стола, на который я опирался. Она проводила меня к двери, и я услышал стук с внешней стороны двери. Затем она села на вертящийся стул перед фортепьяно: инструмент задрожал, сильно резонируя глухой стук».

Его репортаж подтверждает то, что стук контролировался ею, но репортер был неопытен в этих вопросах, как, впрочем, и любой представитель прессы, в чем автор не раз имел возможность убедиться. Только по неопытности можно было поверить в то, что звуки, такие разные по качеству и направлению, могли производиться самим медиумом или его башмаками. На самом деле он совершенно не представлял себе природы стука. Автор убежден и в том, что сама Маргарет также не имела четкого представления о том, откуда возникает стук. То, что ей было что продемонстрировать, доказано не только репортером, но и мистером Веджвудом — лондонским спиритом, который присутствовал на ее сеансах в Лондоне. Не будем утверждать, что для разоблачений Маргарет не имелось никаких оснований. Попытаемся определить, каковы эти основания.

Главные события, послужившие прекрасной добычей для предприимчивой прессы, разыгрались в августе-сентябре 1888 года. В октябре Кейт решила объединить силы с Маргарет. Напомним, что на самом деле ссора произошла между Кейт и Леа, так как именно она решила отобрать детей у Кейт, мотивируя свое решение плохим влиянием матери на сыновей. Хотя Кейт сама по себе вовсе не жаждала мести и даже решила прекратить свои как публичные, так и закрытые выступления, но она была союзником Маргарет, в ее интригах, направленных против Леа.

«Она была одной из тех, кто требовал моего ареста прошлой весной, выдвигая нелепые обвинения в моей жестокости по отношению к собственным детям. Не знаю почему, но она всегда ревновала меня к Мэгги. Думаю, что истинная причина крылась в том, что она не обладала таким даром, как мы обе».

21 октября Леа присутствовала в Мюзик-холле при отречении Маргарет и ее публичных разоблачениях. В течение всего ее выступления она не проронила ни слова, что могло быть расценено как молчаливое согласие с выводами сестры.

Даже если это было и так, то раскаяние наступило очень скоро. Прошло меньше месяца, и 17 ноября она пишет письмо из Нью-Йорка в Лондон, миссис Коттел, хозяйке старого дома Карлейля. Вот это замечательное письмо:

«Я должна была бы написать вам раньше, но мое потрясение после посещения выступления Мэгги с ее разоблачениями спиритизма было настолько велико, что я долго не могла никому поведать об этом.

Устроитель этого мероприятия снял зал в Музыкальной академии — самое просторное помещение в Нью-Йорке; зал был переполнен. Они заработали 1500 долларов чистыми. Как бы я желала остаться с вами! Если бы средства позволили, то я немедленно вернулась бы и забыла бы обо всем.

Сейчас я думаю, что могла бы сделать деньги на доказательстве того, что стук никогда не был ни выдумкой, ни фальсификацией. Ведь многие приходят ко мне с расспросами о выступлениях Мэгги, но я никого не принимаю.

Им будет тяжело доказать свою правоту, это не удастся сделать.

Мэгги выступает с публичными разоблачениями по всей Америке, но за все это время я видела ее один раз»[62].

Письмо указывает на материальную заинтересованность Маргарет в этом деле. Мэгги, однако, очень скоро поняла, что разоблачения не принесут большой прибыли и нет большого смысла лгать, когда тебе за это плохо платят или не платят вовсе. Кроме того, ее затея могла лишний раз продемонстрировать, насколько прочны позиции спиритизма. Ее вероломство не смогло поколебать сторонников движения. По этим или по другим причинам, а может быть из-за угрызений совести, она признала, что обманула общественность, преследуя корыстные цели. Через год после сенсации она дала интервью в «Нью-Йорк пресс» («New York Press») от 20 ноября 1889 года:

«По воле Господа, — сказала она дрожащим от волнения голосом, — я должна признать, что несправедливо обвиняла спиритическое движение, находясь под сильным влиянием кругов, враждебно настроенных против него. Я неверно истолковывала основы движения, все разоблачения произошли не по моей доброй воле. Невидимые силы духа двигали мной, используя меня для выражения мнения темной толпы, обещавшей благополучие и счастье взамен нападок на спиритизм. Их уверения были столь обманчивы…

…Задолго до того, как я заговорила об этом, я постоянно находилась под контролем духовных сил. Наконец, я пришла к заключению, что для меня будет полезнее нарушить их планы.

Движет ли вами в этом вопросе материальная заинтересованность?

Ни в малейшей степени.

Значит ли это, что финансовое вознаграждение не является конечной целью ваших высказываний?

В какой-то мере. Ведь даже смертоносный инструмент в руках духа должен иметь средства к существованию. Я хочу обсудить данный вопрос в моих лекциях. Мне никто не заплатил ни одного цента за выбор собственного пути.

Какая причина заставила вас выступить с разоблачением духовной природы стука?

В то время я испытывала большую нужду в деньгах, и некоторые люди, имен которых я предпочту не называть, воспользовались моими затруднениями. Они принесли мне много неприятностей. Эти переживания лишили меня равновесия.

С какой целью те люди пытались добиться от вас и других медиумов подтверждения того, что вы спекулируете на доверии людей?

Они преследовали несколько целей. Первая и основная — разгром спиритизма. Они хотели вызвать смятение в рядах последователей движения, а также заработать на этом деньги.

Были ли справедливыми ваши обвинения против спиритизма?

Нет. Ни единого слова правды. И я не боюсь в этом признаться. Моя вера в спиритизм не пошатнулась. Когда я выступала с разоблачениями, я не отвечала за свои слова. Их неискренность — неопровержимый факт. Далеко не все фокусники могли бы повторить те чудеса, на которые способны некоторые из медиумов. Используя ловкость рук и хитрость, они могли подделать сообщения на бумаге или грифельной доске, но даже это можно было раскрыть после тщательной проверки. Им не хватило бы всех их умственных способностей, чтобы произвести материализацию. Мне хотелось бы увидеть кого-либо, способного вызвать стук в таких же условиях, при которых это делаю я. На земле еще не родился человек, способный вызвать те же явления.

Собираетесь ли вы прекратить сеансы?

Нет, я буду и дальше продолжать свою деятельность. Только таким образом я смогу опровергнуть клевету, которую я сама же возводила на спиритическое учение.

Что говорит ваша сестра Кейт о выбранном вами пути?

Она поддерживает меня. Она не одобряла мою прежнюю позицию…

Будет ли менеджер у вашего будущего лекционного турне?

Нет, сэр. Я боюсь их. Они всегда вели себя со мной возмутительно. Фрэнк Стечен, к примеру, поступил со мною самым постыдным образом. Он заработал значительную сумму денег занимаясь устройством моих сеансов, затем бросил меня в Бостоне без единого цента. Я получила от него только 550 долларов, которые он выдал мне сразу после подписания контракта».

Чтобы придать большую достоверность ее интервью, приведем открытое письмо, подписанное ее именем:

«Нью-Йорк 16 ноября 1889 года.

Открытое письмо к читателям.

Прочитав опубликованное выше интервью, я заявляю, что все написанное в нем правда: оно воспроизводит мои подлинные слова и чувства. Я не буду подробно останавливаться на оценке той деятельности, которая привела меня на ложный путь и заставила утверждать, что спиритические явления, вызываемые психическими силами моего организма, были мошенничеством. Но я буду испытывать чувство неудовлетворенности до тех пор, пока не утвержусь на прежних позициях».

Точность этого интервью подтверждали свидетели, среди которых упоминалось имя Дж. Л. О’Салливана, который был послом Соединенных Штатов в Португалии в течение двадцати пяти лет. Он говорил: «Когда я слушал эту женщину, я как никогда был уверен, что ее устами говорила сама правда».

Что ж, вполне возможно. Но финалом всей этой истории стало ее моральное банкротство.

Возникает вопрос, можем ли мы принять ее заявление на веру? К сожалению, автор склонен согласиться с мнением мистера Исаака Фанка — неутомимого и беспристрастного исследователя, который утверждал, что словам и поступкам Маргарет в тот период ее жизни верить трудно.

Его вывод базировался также на случае, который произошел во время одного из ее сеансов. Мистер Фанк сидел с Маргарет в комнате и вдруг услышал стук, раздававшийся по всему помещению. Дух простучал имя и адрес того, кого не знал медиум. Полученная информация не совпадала с именем и адресом мистера Фанка, но сверхъестественные силы «прочитали» содержание письма, которое лежало в кармане мистера Фанка. Результат сеанса напоминает головоломку, как, впрочем, и все дальнейшее содержание главы.

В нашем исследовании мы до сих пор лишь слегка коснулись характера и биографии миссис Фиш, ставшей впоследствии миссис Андерхилл, — самой старшей из сестер Фокс. Той самой Леа, сыгравшей примечательную роль во всей истории. Мы знаем о ней благодаря книге[63], написанной ее другом, хотя факты и документы для нее предоставила сама миссис Андерхилл; она же и отредактировала рукопись.

Все свидетельствовало о том (и спириты пришли к такому же выводу), что духи, окружавшие семейство Фокс в первые годы, не всегда относились к высшим существам. Возможно, это были плебеи или другие неразвитые духи, которые провели первичную работу. Они, действуя, может быть, грубо и неумело, проложили путь для более высокоразвитых интеллигенций. С точки зрения критика, книга производит хорошее впечатление своей искренностью. Один из критиков, по-настоящему озабоченный происходившими событиями, сказал, что книга предназначена для многих поколений читателей и будет восприниматься ими с интересом и трепетом. Простые люди внимательно следили за развитием нового учения, среди них: Кэпрон из Оберна — первый, кто рассказал о нем людям; Джервис, благородный священник Методистской церкви, который воскликнул: «Я знаю, что это правда, и нам еще предстоит столкнуться с трудностями, доказывая это!»; Джордж Уиллетс, квакер, устроивший первый спиритический сеанс; группа благородных последователей учения, возникшего на основе рочестерских событий, — их имена увековечены в истории. Что касается Леа, то она оказалась единственной среди сестер, которая смогла понять религиозное значение спиритизма. Она отказалась от использования учения в чисто житейских целях, которые умаляли его божественную сущность. Следующий отрывок интересен тем, что показывает первое впечатление, полученное семьей Фокс от «незваных гостей». Он написан очень искренне и должен вызвать интерес у читателей:

«Общее чувство, охватившее всю нашу семью… было сильным и скорее негативным по отношению к происходящим необъяснимым явлениям. Мы расценивали их как великое несчастье, свалившееся на нас неизвестным образом и непонятно откуда… Мы боролись с ними, противостояли им как могли и неистово молились об избавлении от этого несчастья даже тогда, когда эти таинственные манифестации стали сопровождаться против нашей воли странными и поразительными видениями, управляемые какими-то невидимыми посланниками, которым мы не могли противостоять, которых мы не могли ни понять, ни подчинить своему контролю. Если бы наша воля и молитвы возымели какое-то действие, то все давно бы уже закончилось и мир никогда бы ничего не узнал о стуке в Рочестере и несчастной семье Фокс».

Эти искренние слова и многие показания свидетелей Леа поместила в своей книге, сыгравшей значительную роль в движении спиритизма.

Кейт Фокс Дженкин и Маргарет Фокс Кейн скончались в начале девятисотых годов, и конец их жизни был печален. Они оставили потомкам непростую задачу, восстановить истину; дать правильную оценку крайним высказываниям чрезмерно чувствительных спиритов, которые даже не являлись свидетелями деятельности сестер; разобраться с критическими выступлениями свидетелей, преследовавших свои цели и преуменьшавших значение этой семьи. Прервем же наше повествование и попробуем коротко охарактеризовать деятельность сестер. Если все, что они делали, считать откровенной патологией, то до какой степени они могли контролировать себя? Ответ на этот непростой вопрос требовал глубокого и длительного психологического анализа, который в то время трудно было осуществить.

Самые простые объяснения пытались дать некоторые спириты. Их мнением не стоит пренебрегать, хотя это были именно те медиумы, которые эксплуатировали талант сестер и создавали почву для их морального падения, для появления у них пагубных пристрастий. Это дурное влияние и заставило их выступать против истинного значения нового учения. Может быть, сказанного достаточно для определения causa causans (причины причин. — Ред.), но мы должны подробно разобраться в том, каким образом и по какой причине это происходило.

По мнению автора, правильное объяснение можно получить, обратившись к последним исследованиям доктора Кроуфорда, посвященным имевшим место реальным физическим явлениям. Он ясно показал (подробности его исследований можно найти в следующей главе), что стук вызван силой, исходящей из тела медиума в виде «длинного столба», состоящего из вещества, специфические характеристики которого отличают его от других форм материи. Это вещество подробно изучил великий французский физиолог доктор Шарль Рише[64], назвавший его «эктоплазма». Эти «столбы» (или стержни) незаметны для человеческого глаза, но частично проявляются на светочувствительных пластинах и способны проводить энергию в виде звука или направленного потока воздуха.

Если Маргарет производила стук так же, как это делал медиум Кроуфорда, нам остается предположить, что причиной его являются сами медиумы. Это предстоит доказать науке будущего. Одна из гипотез состоит в том, что центр психической силы образовывается в какой-то части тела, откуда и выходит столб эктоплазмы. Предположим, что такой центр находился в ногах Маргарет, тогда становятся понятными рассказы Зейберта[65]. При проверке Маргарет как источника стука один из членов комиссии, с разрешения медиума, положил свою руку на ее ногу. Стук продолжался. Участник эксперимента воскликнул: «Это поразительно, миссис Кейн! Я определенно чувствую, как ваши ноги не то, чтобы двигаются, они „пульсируют“ самым необычным образом».

Этот эксперимент, без всякого сомнения, опроверг идею том, что медиум производил стук каблуками своей обуви. Однако, как мы уже сказали, ноги — лишь один из предполагаемых центров концентрации психической энергии медиума. Эта энергия имеет материальную форму и исходит из тела медиума. Доктора из Буффало наблюдали едва уловимое движение тела медиума во время стука, но сделали неправильные выводы. Автор тоже видел, как неопытный медиум слегка дрожал всем телом во время стука, высвобождая энергию. Это явление напоминает отдачу ружья при выстреле.

Убедившись в том, что аналогичный механизм выделения энергии действовал и у Маргарет, попробуем выяснить, могла ли эктоплазма выделяться по воле самого медиума и, если могла, то при каких условиях. Автор не встречал работ, посвященных непосредственному изучению этих вопросов. Медиумы Кроуфорда[66] при манифестациях всегда находились в состоянии транса. Можно предположить, что в других физических проявлениях связь между эктоплазмой и медиумом осуществлялась в самой простой форме, однако, усложняясь, она выходила из-под контроля медиума и управлялась внешними силами. Так, фотоснимки эктоплазмы, сделанные мадам Биссон[67] и доктором Шренком Нотцингом[68], в нормальном состоянии можно приписать мыслям и памяти медиума, принявшим видимую форму эктоплазмы, но после того, как медиум погружался в транс, изображения принимали форму фигур, которые в конце концов начинали «действовать» независимо от медиума. Если проводить аналогию между двумя классами явлений, вполне возможно, что Маргарет могла контролировать выделения эктоплазмы, которые вызывали стук, но когда дух посылал сообщения посредством стука, это лежало за гранью ее сил, как в случае с Фанком: тогда не она управляла духом, а он управлял ею.

Самыми невежественными в вопросах происхождения упомянутых эффектов были, как это ни странно, сами медиумы. Один из выдающихся медиумов мира однажды рассказывал автору, что он никогда не был свидетелем физических явлений, так как во время манифестаций находился в трансе. Поэтому мнение любого присутствующего на сеансе гораздо более ценно, чем мнение медиума. Так и сестры Фокс, которые столкнулись с психологическими силами в детском возрасте, абсолютно ничего не понимали в философии предмета. Маргарет часто повторяла, что она не понимает природы собственных сил. Когда она выяснила, что сама является источником стука, не понимая, как это происходит, она не смогла выработать своего четкого мнения и переубедить доктора Кейна, который постоянно обвинял ее в мошенничестве. Не исповедь, как и исповедь сестры, правдива, но обе они не могли дать никакого объяснения явлениям, которые происходили с ними по высшей воле.

Это остается одной из важнейших проблем, требующих обсуждения и, прежде всего, с точки зрения религиозного значения нового движения. Люди несведущие скорее всего спросят: «Разве философия или религия могут заметно повлиять на основы учения или, тем более, изменить его?» Этот вопрос требует ясного ответа.

Установлено, что между физическим медиумизмом и моралью существует не больше связи, чем между последней и утонченным музыкальным слухом. Оба эти явления относятся к разряду физического дара. Музыкант в состоянии внушить самые приятные мысли и пробудить самые высокие эмоции у слушателей, влияя на их настроение, хотя сам он может быть наркоманом, алкоголиком или извращенцем. С другой стороны, он может сочетать музыкальный дар с ангельским характером. Просто между этими двумя качествами нет никакой связи, хотя оба они сконцентрированы в одном и том же теле.

Это же относится и к физическому медиумизму. Все мы, или почти все, выделяем определенные вещества из своего тела, причем эти вещества имеют особые свойства. У большинства из нас, как доказал Кроуфорд, содержание эктоплазмы незначительно и только у одного из ста тысяч оно достаточно велико. Именно этот человек и становится медиумом. Он или она являются тем «сырьем», которое используют невидимые внешние силы. Характер самого медиума при этом не имеет значения и, более того, ни на что не влияет. Таков результат наблюдений двух поколений исследователей.