III. Божий алтарь

III. Божий алтарь

1. Искупление приемлется внутри тебя только высвобождением внутреннего света. Со времени разделения любая защита использовалась исключительно против Искупления, и так поддерживалось разделение. Обычно это выражалось в необходимости защиты тела. Множество занимающих умы фантазий, связанных с телом, рождаются искаженной верой в то, что тело можно использовать как средство в достижении "искупления". Восприятие тела как храма есть только первый шаг в исправлении этого искажения, ибо такое восприятие исправляет искажение частично. Оно действительно признает, что на физическом уровне Искупление невозможно. Следующим шагом, однако, должно быть осознание того, что упомянутый храм — вовсе не здание. Его истинная святость покоится на внутреннем алтаре, вокруг которого и выстроено здание. Сосредоточение всего внимания на прелестной постройке означает страх перед Искуплением и нежелание добраться до самого алтаря. Подлинная красота храма не доступна физическому глазу. Зрение же духовное, будучи зрением совершенным, вообще не видит здания. Зато алтарь им видится с предельной ясностью.

2. Для большей эффективности Искупление помещено в центр внутреннего алтаря, где оно упраздняет разделение и восстанавливает полноту разума. До разделения разум был неуязвим для страха, поскольку страха не существовало. И разделение, и страх суть лжетворения, которые необходимо отменить, чтобы алтарь открылся и возродился храм для получения Искупления. Это исцеляет разделение, помещая внутри тебя единственную действенную защиту против всех мыслей о разделении, что и делает тебя полностью неуязвимым.

3. Принятие Искупления каждым есть только дело времени. На первый взгляд, это противоречит свободной воле из–за неизбежности окончательного решения, но это совсем не так. Ты можешь оттягивать время и способен на невероятное промедление, но тебе не дано полностью покинуть своего Творца, Который положил предел твоей способности творить неверно. Несвободная воля порождает такую ситуацию, которая в своем пределе оказывается нестерпимой. Терпимость к боли может быть высокой, но не беспредельной. В конце концов, каждый начинает осознавать, пусть очень смутно, что должен быть какой–то иной путь. Как только это признание укоренится, оно становится поворотным пунктом. В конечном счете, оно пробуждает духовное виденье, одновременно уменьшая ставку на зрение физическое. Попеременная заинтересованность в каждом из двух уровней восприятия обычно переживается как конфликт, способный перерасти в довольно острый. Исход, однако, так же верен, как и Сам Бог.

4. Духовному зрению, в буквальном смысле, не видна ошибка и оно просто обращено к Искуплению. Все решения, которых ищет физическое око, рассеиваются. Духовное зрение, обращенное внутрь, мгновенно замечает, что алтарь был осквернен и нуждается в восстановлении и защите. В совершенстве осведомленное о правильной защите, оно пренебрегает всеми остальными ее видами и устремляет взор поверх ошибки к истине, благодаря силе видения, духовное зрение ставит разум себе на службу. Это восстанавливает могущество разума и делает его всё более нетерпимым к промедлению и понимающим, что промедление только добавит ненужную боль. В результате, разум становится заметно чувствительней к тому, что ранее он считал лишь незначительной помехой, неудобством.

5. Чада Божьи имеют право на абсолютное благополучие, которое приходит с абсолютным доверием. Покуда этого нет, они растрачивают себя и свои истинные творческие силы в бесплодных поисках комфорта с неверными средствами. Но истинные средства им уже предоставлены и вовсе не требуют усилий с их стороны. Искупление — единственный дар, достойный быть предложенным на Божьем алтаре, в силу ценности самого алтаря. Он сотворен совершенным и достоин только совершенного. Бог и Его творения целиком зависят друг от друга. Он зависит от них, поскольку Он сотворил их совершенными. Он даровал им Свой покой, дабы их невозможно было поколебать или обмануть. Поддавшись страху, ты обманут, и разум твой не в состоянии служить Святому Духу. А это обрекает тебя на голод, лишая хлеба насущного. Бог одинок без Сыновей Своих, они же — одиноки без Него. Им нужно научиться видеть в мире средство исцеления от разделения. Искупление и есть гарантия их окончательного успеха.