I. Дома в Боге

I. Дома в Боге

1. Своих творений ты не знаешь просто потому, что против них направлены твои решения, покамест расщеплен твой разум; однако нападение на сотворенное тобой самим немыслимо. Помни, что в равной мере оно немыслимо для Бога. Закон творения выражается в том, что ты любишь свои творения, как самого себя, поскольку они — часть тебя. Стало быть, всё сотворенное — в совершенной безопасности, оберегаемое Любовью Божьих законов. Любая часть твоего разума, не знающая этого, изгнала себя из знания, не удовлетворив его условиям. Кто, как не ты, на это был способен? Признайся в этом с радостью, ибо подобное признание есть понимание, что твое изгнание — вовсе не от Бога, а следовательно ты не в изгнании.

2. Ты дома — в Боге, видишь сон изгнания, но в силах пробудиться от него к реальности. Тебе ли принадлежит подобное решение? По собственному опыту ты знаешь, что всё во сне воспринимается реальным, пока ты спишь. Но с пробуждением приходит осознание: того, что виделось таким реальным, не было вовсе. Это тебя не удивляет, хотя во сне и нарушались законы, действующие наяву. Разве не мог ты просто перейти из одного сна — в другой, так и не пробудившись к реальности?

3. Станешь ли ты тратить усилия в попытке примирить происходящее в конфликтных снах или откажешься от одного и от другого сна, поняв, что реальность не согласуется ни с тем и ни с другим? Ты не помнишь себя наяву. Услышав Святого Духа, ты, вероятно, почувствуешь себя лучше, ибо любить покажется тебе возможно, но ты еще не помнишь, что когда–то оно так и было. А вспомнив, ты поймешь, что так оно может быть вновь, возможное еще не достигнуто. Что было, есть и сейчас, если оно вечно. И вспоминая, ты узнаешь: то, что ты помнишь — вечно, поэтому оно — сейчас.

4. Ты вспомнишь всё, как только пожелаешь того всецело, ведь если желать всецело и есть творить, то ты покончишь с разделением, и возвратишь свой разум одновременно своим творениям и своему Творцу. А их узнав, ты более не станешь помышлять о сне, желая только пробуждения и радости. И сны уже немыслимы, ибо твоим единственным желанием станет истина, и став наконец твоею волей, она — твоя.