Идеальный мир

Расскажу, в общем, что меня терзает в моей работе, и что мне не дает покоя все эти долгие годы.

Я же работаю консультантом, психотерапевтом, психологом, решаю проблемы. Вижу, как пытаются жить люди, как они пытаются адаптироваться к этому миру. К примеру, вот такая проблема, каждый раз, когда говоришь, пытаешься сказать, возникает комок в горле, который пытается защитить от стрессов, если ты что-то скажешь, люди начнут тебя критиковать, ты себя плохо почувствуешь, как-то им не ответишь, затушуешься, может быть, не то скажешь.

И здесь возникает желание дать какую-то технику, чтобы снять эту проблему, симптом, поработать вот с этой ситуацией, с конфликтной, когда пытаешься отстоять какое-то свое Я. Но а, по сути, откуда это все идет? Оттого, что люди, не слушают свое сердце, собственную душу. Поясню — для них мнение окружающих, какого-то левого товарища, вообще постороннего человека, для их Я, для психики, для какой-то части бессознательного, воспринимается более важным, нежели собственное мнение.

И каждый раз, после того, как заканчивается мой рабочий психотерапевтический день, я ложусь спать, и мне уже многие годы одна и та же картина является — люди, которые ходят, не горбясь, такие гордые за себя, за свою жизнь, за деятельность, которой они занимаются, которые живут по душе и по совести. И им не нужна никакая терапия, им не нужно адаптироваться к этому миру, потому что все эти вот проблемы — это деформации в процессе адаптации, по сути. Мир какой-то вот неправильный, кривой, какой-то такой вот и ты пытаешься под него подстроиться. Как в том известном анекдоте: и рыбки съесть, и не присесть при этом, или наоборот, присесть, у кого какие цели и потребности.

И, с одной стороны, соблюсти свое внутреннее Я какое-то, защитить свои границы, отстоять какие-то свои мысли, свои идеи. Не просто так, этот же комок в горле возникает, он возникает тогда, когда пытаешься сказать что-то, что считаешь правильным, что считаешь нужным, что считаешь необходимым в данном случае сказать. Но сразу возникает эта вот иллюзия, эти вот мысли, что если я скажу, это, может быть, окажется неправильно, может быть, на самом деле все по-другому. И сразу встают фигуры этих внешних авторитетов, которые могут пожурить, могут там как-то раскритиковать тебя, хочется же сохранить с ними добрые отношения, если это друзья, родственники, даже просто знакомые. Хочется с ними сохранить, понимаешь, добрые и дружественные отношения, вообще, просто отношения сохранить, но в то же время хочется свое личное отстоять.

И это навязчивое видение, которое не покидает меня, оно постоянно там. Я засыпаю, а оно возникает. Как мне представляется современный человек? Он протискивается между здоровыми такими металлическими контейнерами, ящиками. Он в каком-то помещении, пространстве, и я смотрю, как мои клиенты, они пытаются как-то между ними бочком-бочком как-то протиснуться. Вначале ногу засунуть, потом все остальное тело, другие пытаются вначале голову, чтобы посмотреть пролезает или не пролезает, а потом, раз, и случается какая-то дрожь земли, эти ящики приходят в движение, а люди между ними ползут-ползут, а ящики-то огромные, многотонные, и кого-то начинает сдавливать. И прямо мясо такое между этим ящиками вылезает.

Мясо вылезает, какое-то время оно там лежит в виде кровавого фарша на полу, потом это фарш начинает шевелиться, потом собирается какое-то чудо после этого, на человека это уже мало похоже, это уже что-то такое полиморфное. И вот, оно снова начинает пытаться жить, потому что искра жизнелюбия не погасла, и вот оно вновь уже начинает под ящиками, по ящикам, кто-то пытается залезть на самый-самый верхний ящик и оттуда закидывать всех остальных какими-то своими вещами, диктовать свою волю.

Вот так представляется мне жизнь современного человека. И, да, действительно, жизнь в этом случае полна проблем. Она действительно полна проблем, потому что хочется, но не получается просто сделать вдох и сказать — да, гори оно все конем. Какие-то там друзья левые, которые на самом деле вовсе не друзья, если позволяют себе критиковать, причем критика такая обесценивающая, не конструктивная, родственники, которые тоже пытаются подгадить. Вот, только что от меня ушел клиент, ему его собственная мать, и его отцу тоже, жизнь поломала, и двум его братьям тоже, и он только сейчас, в 26 лет, понял, насколько было деструктивное влияние. Хотя, казалось, что проще: ты видишь, что человек тебя травмирует, ты это уже понимаешь в возрасте 15–16 лет, так начинай уже строить свою жизнь таким образом, чтобы при первой возможности снять с себя это травмирующее напряжение, выйти из этой комнаты, где вот эти вот контейнеры огромные многотонные. Не заходить в нее, понимаешь, просто. Идти там, где нет этих контейнеров, просто свободно жить и дышать полной грудью, и думать, что хочется думать, и делать то, что делается, то, что хочется делать, а реакция окружающих, да и хрен бы с ней. Внутренняя же совесть, внутренняя мораль, внутренняя нравственность, она же есть, понимаешь. По крайней мере, вот у тех людей, которые в числе моих клиентов.

Я же вижу это, что не будет человек совершать какие-то противоправные действия, не говоря уже про что-то серьезное. Более того, не будет даже совершать аморальных действий. Но потребность лавирования, протискивания между контейнерами, она как раз таки и деформирует психику, потому что, я говорю, обстоятельства в жизни, они как эти многотонные контейнеры, а человек пытается, я не понимаю, ради чего, втиснуться между этим контейнерами. Естественно, психике это совершенно не нравится, и естественно, возникают такие защитные реакции, как, например, сдавливание где-то. Хочется что-то сказать, а тело уже говорит: «Да, не стоит этого говорить вообще, лучше промолчи». И человек, действительно — да, лучше промолчать, и он сглатывает то, что хотел сказать. Он сглатывает обиды, он сглатывает слезы, он все сглатывает, понимаешь?

Но это все в теле запоминается, возникает память тела. Хотя, я говорю, если изменить принципы жизни просто, ведь это просто, на самом деле, жить счастливо. Это действительно просто. Не переживать по поводу этого всего. Просто не парится, просто делать то, что хочется делать и все. А другие люди, они будут тебя, конечно, пытаться, там, сбить с пути, они будут тебе что-то говорить, что ты неправильно живешь, из своих каких-то меркантильных побуждений. Кто-то из-за заблуждений, кто-то благими намерениями тебе дорогу в ад мостит. Все они будут пытаться это делать, но ты просто идешь, говоришь то, что думаешь, делаешь то, что считаешь нужным, и все.

И все эти вот проблемы, они сразу снимаются. Потому что не нужно адаптироваться. Твое тело не тратит ресурсы, оно не запоминает и не продолжает запоминать вот эти вот паттерны эмоционального реагирования. И возникает естественность. Тебе не понравился человек, ты сказал, что он не нравится тебе, потому что он делает что-то не так, что ты считаешь. И все. И не общаешься с этим человеком. И никакая терапия, получается, в этом случае не нужна. Потому что ты просто ему вежливо, культурно объяснил. Ты не стал его фрустрировать, чтобы ему уже в свою очередь потребовался психотерапевт, чтобы снимать эти фрустрации, а просто сказал, что, вот, дескать, то, что ты делаешь, мне не нравится по таким-то и таким-то параметрам.

Или ты считаешь нужным проявить свою волю, сказать что-то, как ты считаешь нужным, чтобы люди делали. Просто сказал. Другое дело, если люди не прислушиваются, продолжают как-то так по-своему делать, но здесь уже твоя воля включается. Ты либо строишь свою какую-то систему, либо, если не больно-то и нужно, не больно-то и хотелось, соответственно, не занимаешься этим.

И тогда, действительно, получается другой мир, который постоянно приходит мне, в моем воображении. Некий такой эталон. Сообщество людей, где никто никого не парит, не заморачивает какими-то этими проблемами, не грузит. Где все просто, четко и ясно, где нет этих интриг, которые людям необходимо делать для того, чтобы как-то адаптироваться, еще и, в процессе адаптации, послаще кусочек себе отщепить.