1 августа 1956 г.

1 августа 1956 г.

Милая Мать, обладает ли почитание богини Дурги и Кали каким-либо духовным значением?

Это зависит от того, кто исповедует поклонение.

В духовном отношении конкретный объект поклонения не имеет столь уж большого значения. Для полноты и полной истинности йоги важно не ограничиваться в своих устремлениях той или иной формой. Но с духовной точки зрения, каким бы ни был объект поклонения, если оно является совершенно искренним, если самоотдача ему интегральна и абсолютна, духовный результат будет одним и тем же, ибо, какой бы объект вы ни избрали, через него (а порою вопреки ему) вы всегда можете достичь верховной Реальности соразмерно и пропорционально искренности вашей преданности избранному Божеству.

Потому-то всегда говорится, что вне зависимости от того, какому аспекту Божественного вы поклоняетесь или даже кого вы избираете наставником, если вы совершенны в своей самоотдаче и абсолютно искренни, вы наверное достигнете духовной цели.

Однако результат уже не будет тем же в том случае, если вы хотите осуществить цели интегральной йоги. В этом случае вы не должны ограничивать себя ни в чем, даже на пути преданности… Так что путь интегральной йоги и любой другой традиционный путь – это совсем разные вещи.

Духовная реализация – как она понималась прежде и как она понимается обычно и сейчас – это тот или иной союз с Всевышним, внутри вас или же посредством той или иной формы; это слияние вашего существа с Всевышним, с Абсолютом, почти полное исчезновение вашей индивидуальности в этом слиянии[28]. А это абсолютно зависит от искренности и интегральности вашей самоотдачи, а не от того, чему вы решили отдать себя. Ибо… сама искренность вашего устремления заставит вас преодолеть все ограничения и найти Всевышнего, ибо вы содержите Его в себе.

Где бы вы ни искали Его – снаружи или внутри, в форме или вне формы, – если ваше устремление является достаточно искренним и ваша решимость также является достаточно искренней, вы наверняка достигнете цели.

Если же вы хотите совершить это во всей полноте, то необходимо выполнить вторую часть работы, о которой говорит Шри Ауробиндо, или, иными словами, после реализации в себе этого союза вернуться к внешнему сознанию и миру и трансформировать это внешнее сознание и мир, но тогда вы не можете ограничивать себя никак, ибо в противном случае вы не сможете завершить свою работу.

В сущности, вам необходимо обрести это единство с Божественным во всех формах, всех аспектах, на каждом пути, который использовался для достижения Его. А далее вам нужно будет превзойти всё это и изыскать новый путь.

Итак, первым делом вам следует ясно осознать (это имеет фундаментальное значение), что вы не должны смешивать интегральную йогу с другими духовными реализациями, пусть и очень высокими, но ограниченными по охвату бытия, поскольку они совершаются исключительно продвижением в глубины своего существа.

Понятно, что своим устремлением вы можете пройти сквозь стену препятствий и осуществить это погружение вглубь своего существа с помощью любых средств. Успех зависит от интенсивности и искренности вашего устремления – от искренности или, иначе, от того, до какой степени ваша самоотдача является полной, интегральной и абсолютной. Но это не зависит от избранной вами формы: с необходимостью, вам придется преодолеть ее, чтобы обрести то, что находится за ней.

Если же вы хотите трансформировать свою природу и свое существо, если вы хотите принять участие в созидании нового мира, тогда этого устремления, этого острого, но одномерного острия будет уже недостаточно. Необходимо охватить своим сознанием и удерживать в нём всё и вся.

Естественно, это намного труднее.

Мать, что это за «божественный элемент в человеческой природе», который всегда требует символов для полноты своего духовного удовлетворения?

Что?

Элемент, который требует формы, выражения в форме.

О! это ты о том, что я вам сегодня читала?[29]

Это именно та часть существа, которая не удовлетворяется абстракциями, бегством от жизни, уклонением от нее и оставляя её такой, какова она есть. Это та часть существа, в которой есть потребность в интегральности, которая стремится к интегральной трансформации или, во всяком случае, к всеохватывающему участию во внутреннем поклонении Божественному.

Любому нормальному существу свойственна потребность – абсолютная потребность – в воплощении в физическую форму того, что оно чувствует и к чему внутренне стремится. Я считаю людей, желающих устраниться от жизни, с тем чтобы достичь самореализации, ненормальными и неполноценными. И на деле, обычно это слабые натуры. Обладающие же силой, энергией и здоровой внутренней уравновешенностью испытывают абсолютную потребность в материальном воплощении своей духовной реализации; они не удовлетворяются уходом в облака или в миры, где формы уже не существуют. Они испытывают потребность в том, чтобы их физическое сознание и даже их тело участвовало в их внутреннем опыте.

Далее, следует сказать, что потребность людей принять какую-либо устоявшуюся религию, исповедовать её, участвовать в её деятельности возникает больше из их «стадного инстинкта». В действительности, правильным было бы, если бы каждый нашёл ту форму религии или культа, которая была бы ему близка и естественным образом на индивидуальном уровне выражала бы собственно его отношение к Божественному; такое положение вещей было бы идеальным.

Принять религию по причине того, что человек по рождению принадлежит ей, или потому, что люди, которых он любит и уважает, исповедуют её, или потому, что присутствие в обществе молящихся и поклоняющихся богу помогает ему почувствовать поддержку в его собственной молитве и богопочитании, – все это не является свидетельством очень сильной натуры, я сказала бы, что это говорит скорее о слабости или, во всяком случае, об отсутствии оригинальности.

Но намерение выразить в формах физической жизни свою внутреннюю устремленность и поклонение Высшему – вполне оправдано, оно намного искреннее того, что делает человек, допускающий раздвоение личности, ведя, с одной стороны, чисто механический, вполне заурядный образ жизни на материальном уровне, а с другой, при возможности, когда у него есть на то время или когда это ему удобно, уходя в себя, спасаясь бегством от физической жизни и физического сознания и отправляясь к отдаленным высям, чтобы там обрести свои духовные радости.

Тот, кто пытается сделать свою материальную жизнь воплощением своего самого высокого устремления, конечно же, благороднее, честнее и искреннее по характеру, чем человек, который утверждает в себе раздвоение, оправдывая его тем, что внешняя жизнь не представляет никакого значения, что она никогда не изменится и должна приниматься такой, какая есть, и что главное, в сущности, – это внутреннее состояние.

(Пауза)

Папка с вопросами становится всё толще! Должна сказать, не все они одинаково интересны; тем не менее, я могу извлечь один-другой из них, чтобы ответить тем, кто их задал.

Но сначала замечу, что некоторые из вас усвоили привычку посылать мне вопросы без подписи, боясь, что я могу открыть имя того, кто задал тот или иной вопрос! Можете не сомневаться в том, что имен я называть не стану; если я даже сделаю неприятное замечание, никто не узнает, кому оно адресовано! (Смех)

И еще одно замечание. Некоторые из вас не затрудняют себя формулировкой вопросов на французском языке. Поскольку я не предупреждала во всеуслышание о том, что буду отвечать только на вопросы, заданные по-французски, в настоящее время я перевожу их; однако в будущем, если вы захотите задать мне вопрос, вам необходимо сделать это именно по-французски. Не важно, сколько там будет ошибок – я их исправлю!

Вот один из вопросов, заданных по-английски, ответ на него будет очень кратким. Меня спрашивают:

«Какое основное качество нужно развивать в себе при подготовке к духовной жизни?»

Я говорила об этом много раз, но воспользуюсь и данной возможностью, чтобы повторить: это – искренность.

Вы должны достичь абсолютной и полной искренности во всём, ибо только искренность является вашей защитой на духовном пути. Если вы неискренни, уже при следующем же шаге вы обязательно споткнётесь и при падении больно ушибётесь. Всевозможные носители сил, обладающие разнообразными намерениями и способами воздействия, многочисленные сущности внимательно следят за тем, не появится ли в вашей искренности малейшей трещинки, в которую они немедленно устремятся, чтобы повергнуть вас в смятение и хаос.

Поэтому перед тем, как что-либо сделать, предпринять или попробовать, прежде всего уверьтесь в том, что вы не просто искренни, но стремитесь к еще большей искренности.

Ибо это – ваша единственная защита.

Может ли стремление и усилие, направленные на развитие этого исходного качества, быть коллективным?

Разумеется, может. Именно для этого создавались давным-давно школы инициации. Даже теперь в достаточно закрытых обществах или в очень маленьких группах существует стремление к тому, чтобы коллектив был достаточно сплоченным, а коллективная работа достаточно полноценной для того, чтобы осуществлять общие, а не индивидуальные цели.

Но, естественно, это невероятно усложняет проблему… На каждом собрании таких тайных сообществ предпринимают работу по созданию цельного коллективного организма; однако для коллективной реализации определённого качества необходимо чрезвычайное усилие. Тем не менее, это возможно.

(Пауза)

Мне был задан еще один вопрос более тонкого порядка, однако, как мне кажется, он представляет особый интерес… Меня спрашивают, какой должна быть подлинная напряжённость стремления к Божественному, подкрепленная волей, направленной к соединению с Божественным. Задавший вопрос отмечает, что обнаружил в себе два различных вида стремления, особенно это касается именно напряжённости стремления к Божественному: одному из этих внутренних движений присуще своего рода страдание, подобное острой боли, другому – волнение, но, вместе с тем, и великая радость.

Наблюдение совершенно верное.

Вопрос же звучит так:

«Когда мы чувствуем, что эта напряжённость смешана со страданием, и когда она несёт в себе радость?»

Не знаю, сколь многие из вас испытали подобное переживание, однако оно, это переживание, очень реально, очень естественно. И ответ крайне прост.

Как только присутствие психического сознания соединяется с устремлением, напряжённость последнего приобретает совершенно иной характер, словно она наполняется невыразимой радостью, самой квинтэссенцией этой радости. Эта радость такова, что представляется основным содержимым всего и вся. Какою бы ни была внешняя форма вашего стремления, с какими бы трудностями и препятствиями оно ни сталкивалось, эта радость, кажется, наполняет собою всё вокруг и поддерживает вас, несмотря ни на что.

Это верный признак психического присутствия. Иными словами, вы установили связь с вашим психическим сознанием, связь более или менее полноценную, более или менее постоянную, и, начиная с этого мгновения, именно психическое существо, психическое сознание, которым исполнено ваше устремление, является его подлинным содержимым. Это обстоятельство и есть причина вашей радости.

Когда же этой поддержки нет, устремление может исходить из других частей существа; оно может исходить главным образом из ментального, или из витального, или из физического плана, или из всех трех планов разом – оно может исходить и из любого рода их сочетаний. Однако, в общем и целом, для подлинной напряжённости в вашем стремлении необходимо присутствие витального. Энергию вашим внутренним движениям сообщает витальное, а поскольку витальное является вместе с тем средоточием большинства трудностей, препятствий, противоречий, возникает конфликт между напряжённостью стремления и напряжённостью, порождаемой затруднением, которое и вызывает боль, о которой говорится в вопросе.

Но это отнюдь не причина оставлять стремление.

Вы должны знать, должны осознавать причину этого страдания. И тогда, если вы сможете ввести еще всего лишь один элемент в своё стремление, а именно вашу веру в божественную Милость, веру в божественный Отклик, он уравновесит все возможные страдания и вы можете сохранять своё стремление, которое теперь будет свободно от любого рода беспокойств и страха.

Это приводит нас к тому, что относится собственно не к самому вопросу, но требует пояснения, комментария или развития этого вопроса. Речь идет о Милости.

Я уже говорила, а может быть, писала, что, вне зависимости от того, сколь велика ваша вера и доверие божественной Милости, сколь велика ваша способность видеть ее действие во всех обстоятельствах, в каждый момент, в любой миг жизни, вы никогда не придёте к пониманию чудесной безмерности Её Деятельности и точности, аккуратности, с которой эта Деятельность совершается; вы никогда не сможете уловить, до какой степени Милость творит всё, поддерживает, организует всё, управляет всем, так чтобы движение вперед к божественной реализации было настолько стремительным, полным, всесторонним и гармоничным, насколько это возможно при создавшемся в мире положении вещей.

Как только у вас появляется связь с Нею, нет уже ни единой секунды времени, ни единой точки пространства, которые не являли бы вам поразительным образом этой вечной работы Милости, этого постоянного Ее вмешательства.

И если вы это увидите, вы почувствуете, что никогда не достигнете её высоты, и поэтому вам не следует никогда забывать о ней, у вас не должно быть никаких страхов, никакой тоски, никаких сожалений, никакого ужаса… ни даже страдания. Если бы человек находился в союзе с этою Милостью, если бы он видел Её всюду, он стал бы вести жизнь, исполненную ликования, сил, не знающих преград, и бесконечного счастья.

И это стало бы вашим наилучшим – насколько это посильно для вас – участием в божественной Работе.